Покоритель воды - The waterbender

Искрящаяся капля едва заметно уходит под потолок, теряясь в сотнях брызг, летящих от водяных хлыстов, уничтожающих движущиеся мишени одну за другой, но Юнги не выпускает её из мыслей. Одна из тренировочных фигур осыпается ледяной крошкой в полуметре от мага, он недоглядел немного, подпустил слишком близко, поэтому теперь более внимательно следит за остальными. «Четырнадцать,» — отсчитывает покоритель воды мысленно, попадая ледяной стрелой в якобы собирающийся стрелять силуэт. В настройках стояло двадцать противников, и их полное уничтожение — обязательное условие прохождения уровня. Мин делает выпад, прогибается, ведя руками над головой, чтобы послать режущие потоки в очередную мишень. Еще две обездвижены во льду, а одна лежит с расколотой головой. Выстрел! Юнги направляет осколки в его сторону, прячась за щитом. Еще две фигуры, зашедшие со спины, падают. Мин выдыхает. Он всё-таки скучал по тренировкам в Центре, хотя эти симуляторы всегда были гораздо скучнее схватки с реальным магом. Функция подачи воды к небольшим каналам под полом зала отключается с громким пиликаньем. Система сообщает об успешном окончании сессии. Юнги успевает увернуться за мгновение до того, как старомодная каменная ладонь Дай Ли пролетает над тем местом, где раньше была его шея. Одним движением пальца он кристаллизует оставшуюся под потолком капельку, и та несется в предполагаемом направлении нападавшего. — Ауч, — звучит низкий голос сзади. Мин определяет Намджуна безошибочно. — Ты не меняешься. Всё еще любишь архаичные техники, но с нападением у тебя явные проблемы, — говорит Мин, долго всматриваясь в фигуру Кима, прижимающего к порезанной щеке ладонь. Одной рукой он пытается достать носовой платок из кармана. — Что поделать, давно не тренировался, — отвечает он, спускаясь в тренировочную зону. — А ты совершенствуешься без конца. Юнги усаживается на маты, сгибая ноги, и откидывается на предплечья. Ким садится неподалеку, долго всматриваясь в давнего знакомого. — Драки давно перестали быть моим приоритетом тренировках. А при случае предпочитаю использовать более действенную магию, чем банальная вода. — Ты осознаешь, какой великий дар у тебя, но по-прежнему совершенно беспринципен в управлении кровью, — немного с отвращением отвечает Ким. Мастер хохочет, как бы говоря: «Ты не представляешь насколько!». Он закидывает голову назад, давая шее расслабиться: всё-таки для разминки даже неповоротливые мишени Тренировочного центра можно было неплохо использовать. — Итак, я хотел бы знать, зачем ты здесь, а еще, что более важно, зачем здесь я, — начинает Юнги, устраиваясь поудобнее. — Ты бы не позвал меня, будь это что-то не... катастрофичное. Но Чонгук жив и даже вполне здоров, а я тем временем в недоумении. — Мне нужно, чтобы ты довёл свое дело до конца, — отвечает наставник аватара, продолжая прикладывать к кровоточащей скуле идеально белый и выглаженный платок. — Ты и твой Комитет сами решили, что моё дело окончено, когда позволили Чонгуку покинуть Полюс, или я чего-то не понимаю, — Юнги не любит такие прелюдии и всегда задается вопросом: неужели так трудно сразу выложить все карты. — Многие вещи, касающиеся аватара, составляют тайну, которую даже правителям государств разглашать нельзя, не говоря уже о… — начинает Намджун. Но маг воды прерывает его: — Так как я должен помогать? Расслабьте свои аппетитные задницы, я не собираюсь уничтожать мир, пора бы уже понять это. «Кто тебя знает,» — читает сомнение в глазах собеседника Юнги. — Выкладывай всё с того момента, как он позвонил тебе и попросил вернуть его. Ким вздыхает, расстёгивая верхнюю пуговицу на рубашке и почти театрально распахивая полы пиджака, на что Мин закатывает глаза, тихонько играя с кровью на платке наставника аватара, заставляя её принять вид смеющегося черепа. Но ввиду того, что увидеть получившуюся картинку не представляется возможным, на достойный результат шалости рассчитывать не стоит. — Он сообщил, что хочет уехать тоном, совершенно не приемлющим возражений. Не могу сказать, что слышал такой от Чонгука когда-либо. Его поездка до Республиканского Города прошла хорошо, хотя мои люди сообщали, что он чуть больше обычного был погружен в себя и рассеян. Но по приезде… Я решил, что в него вселился ты. Он словно по плану начал собирать черты старого доброго Юнги, прославившегося, как самый молодой и сильный маг воды в истории. Мин хмыкает. Ему было совсем немного лет, когда неведомым другим людям образом его личность стала известной и до странного популярной. Но Юнги знал... — И что же это за черты, позволь узнать. Что-то ужасное, наверняка, — хихикает маг себе под нос. Вероятно, глазницы черепа не получаются: кровь то перетекает слишком сильно и делается заметной, то теряется в слоях ткани. Намджун немного раздосадованно глядит на платок и убирает его в карман. — Он стал отдаляться от нас. Ото всех. Причем без явных причин, словно ему просто захотелось уединения, но мы это спокойно приняли, ничего страшного в этом нет. Потом он сказал мне, что я больше не буду помогать ему с академическим обучением. Я не возражал, он уже достаточно взрослый, чтобы самому выбирать, что изучать. Но следом пошло что-то странное. Чонгук стал запираться в тренировочном зале на долгие часы и никого из тренеров не подпускал. В то же время о его приезде прознали члены Комитета Мира. Ты знаешь ситуацию… Они потребовали, чтобы магию воды аватар тренировал с лучшими мастерами. Пока Намджун отпивает воды из стеклянной бутыли, принесенной им, Юнги произносит: — Удивительно, но это решение старых политиканов звучит весьма разумно. Ким кивает в ответ: — Я тоже так подумал. Эти люди действительно были достойными, и они даже сталкивались с подобной проблемой, а еще, согласились, скрыть ее ото всех за довольно скромные деньги. Магию крови они помогали усмирить уже нескольким ученикам. Всё было отлично. Чонгук усердно тренировался. Но перестал посещать другие занятия, а еще стал выпивать. Сначала пару бокалов за вечер, а потом всё больше и больше. Вскоре я видел его только в трех состояниях: измазанным чертовой кровью, пьяным и в похмелье идущим на тренировку. «Черт возьми, в самоуничтожении он такой же усердный, как и во всём остальном», — невесело заключает Юнги. — Мы не стали мириться с этим. Были психологи, но это не очень-то помогло, ведь он молчал. Мы позвали его друзей и бывших наставников. Он немного ожил, но это не был прежний Чонгук. Чимин, ты видел его вчера, как-то раз сказал мне, что чувствует, будто Чонгук пытается спрыгнуть с обрыва, но не может себя заставить. «Обрыв!» — Юнги понял. Ещё бы, ведь он сам не раз размышлял над этим, но всё не мог прийти к какому-то решению. Задача оставалась нерешенной. О, это всё его слова о необходимости потери контроля. Не думал маг, что аватар вслушивается в его речи. А Чонгук… Сложно представить, что теперь творится у него в голове. — В один день произошел инцидент. Информацию о нём не разглашали, но… Думаю, все же стоит рассказать. Была обычная тренировка. Минула уже неделя, как Чонгук начал тренировать магию крови в схватке, его успехи были минимальны, ведь он боялся навредить людям. Но он говорил мастерам, что на Полюсе у него получалось. Мин кивает медленно, и воспоминания о боли, ползущей по венам и артериям, отскакивая от мозга лёгкой паникой. — И что? Они сказали представить меня? — закатывает глаза Юнги, отгоняя фантомы минувших дней. Намджун замолкает на несколько мгновений, уставившись на мага напротив так, что у Мина даже холодок по спине пробегает. — Да… Чтобы ты знал, это было самое пугающее зрелище, из тех, что я видел. Двое парней, присутствовавших на тренировке не выжили, ещё трое останутся инвалидами на всю жизнь. Один из мастеров совершил самоубийство, не знаю, связано ли это с той ситуацией, но он был очень сильно напуган и потрясён. Воцаряется молчание на несколько мгновений. Юнги не ожидал такого, хоть и не подробного, рассказа. Магия крови, которую открыл в себе Чонгук и на Полюсе была крайне сильна. Что уж говорить, она могла обезоружить самого Мина. Но эта вспышка жестокости… За ней могут крыться личные переживания аватара, хотя почему-то более вероятным представляется влияние Раввы. — И что было дальше? Намджун отвлекается от тяжёлых воспоминаний, восстанавливая осанку и непроницаемое выражение лица: — Я не знаю… Юнги ловит взгляд собеседника, в нём тихо начинает клокотать злость. Всё же рано он подумал хорошо о наставничестве Кима, в самый ответственный момент вся его глупая слежка и попытки управления дали сбой. — Как это не знаешь… — проговаривает Мин едва ли не по слогам, привставая с матов. — Твоя прямая обязанность – знать, где он и что с ним. — Он не подавал никаких признаков того, что его беспокоило произошедшее, а потом просто ушёл. Мы искали его несколько месяцев, подняли тревогу по всему городу и пограничным территориям. Уж поверь, при такой слежке и мышь бы не проскользнула, наши возможности в этом плане совершенно не ограничены. — Но… — Юнги возмущенно хохочет, — ты прямо сейчас мне заявляешь, что не знаешь, где он был, мм, сколько?.. — вопрошающе замолкает маг. — Пять месяцев, — упавшим голосом подтверждает Ким. — Пять… Маг воды падает обратно. Пять месяцев – немалый срок. И что происходило с аватаром за это время, теперь достоверно может рассказать только он. — Его обнаружили монахи острова Храма Воздуха. Он был в одной из рощ и медитировал. Говорят, был в прекрасном расположении духа и какое-то время жил у них, попросив не сообщать о его появлении. Вернулся в город он всего месяц назад. Провел церемонию признания, чтобы получить звание Хранителя. И с тех пор впервые заговорил со мной или кем-либо еще из друзей или команды только вчера, когда я сообщил ему, что ты приедешь. — И что вы от меня теперь хотите? Кто знает, может быть, он уже овладел стихиями в их нормальном понимании, я ему не нужен, — бормочет Мин. — Не овладел. Магия воды всё ещё не подчинилась ему, я полагаю. К тому же нам надо понять, в каком он состоянии, способен ли он принимать важные для всего мира решения. Юнги проводит ладонями по лицу, глубоко вздыхая. Он ещё не в полной мере осознает всю информацию, вываленную не него в паре минут рассказа. — Я попробую, не более. Ким кивает удовлетворенно, поднимается на ноги и бросает, прежде чем покинуть зал: — Большего мы от тебя и не можем требовать. Юнги откидывается на спину, беззвучно хохоча внезапно свалившейся на него старой ответственности, которую каждый политик в этом городе удивительно ловко умеет перекладывать на людей вроде Мина. Мысли ворочаются лениво, не желая возвращаться к запутанным аватарским проблемам. — Забавный разговор вышел… — слышится знакомый голос из-под потолка зала. Мин подпрыгивает на матах, закидывая голову повыше и пытаясь разглядеть между балок, теряющихся в темноте, фигуру аватара. — Какого хрена ты там забыл? — задает маг резонный вопрос. Но вместо ответа наблюдает пикирующего с высоты нескольких этажей Чонгука. Почти достигнув пола, он смягчает свое падение магией воздуха и входит в кувырок, чтобы спустя секунду в полный рост предстать перед Мином. — Здравствуйте, мастер Мин. — Ты сидел там всё это время? — оставляет маг приветствие без ответа. — Если вы про разговор с Намджун-хёном, то да. Впервые слышу всё это с его стороны, довольно забавно, знаете ли. Парень заваливается на маты, раскидывая руки в стороны, и улыбается слишком беспечно. — Чего ты такой веселый. Ситуация-то у тебя так себе, — мрачно констатирует маг воды, стараясь не особо заглядываться на оголившийся из-за задравшейся футболки торс младшего. Тот как всегда в отличной форме, хоть и говорят, что перестал тренироваться. — Увидел, как тренируется мастер Мин, и поднялось настроение, — с немного наглой улыбкой отвечает аватар. — Да неужели, — приподнимает брови Мин и собирается уходить, поднимаясь на ноги и подбирая полотенце и ключи от комнаты из угла зала. — Ужели… Так сильно поднялось, что захотел позвать вас поужинать вместе сегодня, — проговаривает громко младший, а потом шкодливо прикусывает губу. — Уж не знаю, что у тебя там поднялось, — бормочет Мин, стушевавшись, и выходит за дверь зала, только в коридоре слыша: — В саду на первом уровне, где есть куст хурмы, сегодня в шесть. Буду ждать! Юнги тушуется ещё больше, понимая, что в голове начинает с бешеной скоростью перебирать варианты одежды на вечер. Но он останавливает себя, задаваясь вопросом, а так ли выглядит человек, постигший какую-то тайну за месяцы своего отсутствия. Не просто же он бродяжничал по улицам Республиканского Города после двух, хоть и непреднамеренных, убийств. Наверное, есть что-то, что он получил от этой отлучки, чье-то наставление или чью-то помощь. И вот именно это предстоит узнать Юнги и, возможно, помочь младшему принять это. Но а пока… ему совершенно нечего надеть!