Покоритель воды - The waterbender

— Ого, не ожидал, что вы придёте, — внезапно говорит Чонгук откуда-то из-за спины. Юнги бурчит что-то под нос, сильнее укутываясь в тонкое пальто, насквозь продуваемое ноябрьским ветром. На Севере он всегда одевался тепло, ведь мороз там не давал поблажек. Но Республиканский Город находился гораздо южнее, что ввело мага в заблуждение, да и влезать в тяжёлые зимние куртки совсем не хотелось. Аватар ставит на скамейку два стакана с кофе, а сам отходит к старой перекошенной хурме, на которой ещё висят подмороженные яркие плоды. — Обожаю глясе с хурмой, не представляете, как я страдаю, когда её нет, — поясняет невзначай он, протягивая один фрукт Мину. Тот нехотя принимает его и откусывает, запивая едва тёплым и очень сладким из-за тающего мороженого напитком. — Предпочитаю капучино с двойной порцией кофе, — говорит он спустя пару минут. Чонгук не отвечает мгновение, пытаясь вырваться из наслаждения, приносимого сочетанием вяжущего, нежного и сладко-горького, а потом язвит немного: — Да какой же это капучино тогда! Аватар улыбается задорно ровно до тех пор, пока не поворачивается к Мину. Тот тяжелым взглядом сверлит младшего, явно не собираясь вступать в ничего не значащую перепалку. — И долго ты собрался говорить со мной о кофе и притворяться, что мы можем ходить на свидания? — заявляет старший, отставляя стаканчик на припорошенные снегом доски скамьи. Чонгук мрачнеет лицом, сглатывает нервно и глазами водит из стороны в сторону, не зная, куда ему деться. Мелкий сухой снег вместе с колющим ветром внезапно нападает на небольшой садик, притаившийся между техническими зданиями и высотками. Даже становится темнее. Юнги растирает покрасневшие от холода ладони, всё ещё ожидая ответа. Но Чонгук не думает говорить. Он не просто не хочет — не может. — Слушай, я не думаю, что что-то изменилось за этот год. Я всё еще не знаю, как тебя тренировать, а ты всё ещё слишком печешься о чужих жизнях, я ведь правильно понял, — со вздохом начинает Мин, получая в ответ неуверенный кивок младшего. Может быть, не столько неуверенный, сколько подавленный. Аватар ёжится даже в своей кажущейся тёплой куртке и как-то раздосадованно молчит. — Тогда чего ты не бегаешь от меня? От остальных же бегаешь, от друзей своих, от Намджуна, — продолжает Мин. — Просто хочу быть ближе к тебе не как к мастеру, — бормочет Чонгук, утыкаясь взглядом куда-то в землю. И Юнги видится в нём насупившийся грустный ребенок, одинокий и опустошенный, который по какому-то странному наитию тянется к человеку, к которому ему тянуться совсем не стоит. — То, что было на Полюсе… — тихо проговаривает Мин, надеясь разорвать старую цепь, связавшую их, пока она не стала слишком прочной и не начала душить их обоих. Но его прерывает младший: — Не говори! — он поджимает дрожащие губы. — Все всегда видели во мне аватара, даже Намджун-хён, даже Чимин-и и Тэ, даже Хосок-хён и Джин-хён. Они все… Для тебя я просто надоедливый мальчишка. Поэтому заткнись, хён, и просто будь рядом! Мне нужен кто-то вроде тебя сейчас, чтобы хоть иногда говорить о долбанном кофе. Юнги кивает немного удивлённо, отклоняется назад и отпивает из стаканчика. Не сейчас. Он разорвёт эту цепь не сейчас, их пути всё равно неизбежно разойдутся, а пока он просто побудет рядом, и ничего плохого не случится, он всё контролирует. А Чонгуку, похоже, и правда нужна чья-то поддержка, которую он углядел в нём. — Кофе неплохой, только вот ты хоть представляешь, сколько гадости на хурме, которая растёт в центре мегаполиса? Надеюсь, я не помру после этого, — заявляет Мин. Чон смотрит озадаченно на старшего, а потом на дерево. — Я её поливал летом, — выдает он, глуповато почесывая затылок. Юнги прыскает в кулак и взъерошивает и без того взлохмаченные волосы Чонгука. Маг поднимается, переминаясь на замерзших ногах. — Пойдем, Чонгуки, продолжим наше свидание в более тёплом месте, — говорит старший, дыша на ладони и зябко ведя плечами. — Вроде, где-то наверху в башне был ресторан с неплохой кухней. Юнги ждёт, пока младший поднимется, и направляется ко входу в здание, оставляя того за спиной. Чонгук отстаёт, ещё погруженный в свои мысли, но нагоняет старшего почти у стеклянных дверей в здание и притягивает Мина, заключая в крепкие объятия. — Спасибо, — шепчет он тихонько, едва сдерживая бьющуюся об рёбра магию, и быстро отпускает. Маг улыбается неловко и заходит в тёплый холл, наполненный официозным ароматом лилий и богатства. Ресторан на последнем этаже встречает их доброжелательной улыбкой метрдотеля и уютным столиком у самого окна. Юнги скидывает с себя пальто, оставаясь в тёмной шелковистой рубахе. Он усаживается в кресло и закидывает ногу на ногу, цепляя взгляд аватара чёткими стрелками узких брюк и острыми носами ботинок. — Хён, такое чувство, что я никогда не видел тебя в такой одежде, — начинает аватар, тоже снимая верхнюю одежду. — И как? — усмехается Мин: он прекрасно знает, как именно он выглядит в этом. Младший неловко заминается и ответа не даёт, но магу воды льстит его смущение. И всё-таки ему нравится ловить на себе чужие взгляды, хоть он и отвык от этого за годы на Полюсе. Тихая музыка, жар камина, чудесный вид на вечерний Республиканский город, дорогое вино — как же он скучал по этому, пускай и мог бы легко отказаться на всю жизнь. Аромат бездумного и незамысловатого существования щекочет нос, прося навсегда оставаться в изнеженной среде. Юнги почти не говорит с аватаром, только смотрит. В этих глянцевых и идеально отполированных «пещерах» младший выглядит куда скованней, чем в таящих опасность северных гротах, хотя и там он был сдержан. Едва старший собирает по кусочкам какие-то связные мысли, чтобы начать беседу, его прерывает противный скрипучий голос: — Аватар Чонгук, надо же, какая встреча, — говорит обрюзгший старик в строгом костюме. Чон хмурится, подбираясь, словно перед атакой: — Здравствуйте, Председатель Комитета Ё. Юнги приподнимает бровь, когда этот самый Председатель бесцеремонно занимает одно из кресел за столом, аккуратно помещая свой дипломат у его ножек и бороздя недовольным взглядом ботинок Мина, качающийся теперь совсем рядом с документами, вероятно, всемирной важности. Старикашка раскладывает локти на столе, занимая львиную долю пространства, и с напирающим раздражением спрашивает: — Отчего же вы со дня получения звания так и не пришли в Комитет Мира, чтобы поприветствовать своих теперь уже официальных коллег? Очень невежливо с вашей стороны, аватар Чонгук. Младший в ответ говорит про какие-то дела и ссылается на занятость, явно не утруждая себя выдумкой отговорок. Но старик явно не этим заинтересован, поэтому следующий вопрос озвучивает почти незамедлительно: — Разве вашей главнейшей задачей сейчас не является выбор советника? Я всё ещё жду официальное заявление с именем Ким Намджуна на моем столе, а его всё нет и нет. Юнги фыркает, пытаясь спрятать смешок, обращая всё внимание Председателя на себя. А тот не отрывает своего сухого взгляда от мага довольно долго, пока Чонгук всё же не отвечает: — Согласно закону у меня есть полгода для выбора советника. Мин позволяет себе подмигнуть напрягшемуся аватару, отдавая дань уважения тому, что тот хоть и скупо, но всё же даёт отпор политику с многолетним опытом. Но Председатель видимо наслаждается своим голосом, потому что спешно заявляет: — Наша система — это система сдержек и противовесов. Советник аватара — необходимое условие для осуществления вами деятельности. Я бы очень хотел в скором времени поздравить Ким Намджуна с новой должностью, он достойный и отлично проявивший себя кандидат. — Который не мог найти аватара почти пять месяцев? — заявляет Юнги, окончательно приковывая к себе внимание. — А Вы, позвольте спросить, кто, молодой человек? — высокомерно спрашивает старик, но вскоре его лицо искажает наигранное удивление. — Уж не знаменитый Мин Юнги ли — ходячая проблема этого города и Комитета? Маг воды отвечает, не теряя непроницаемой ироничной маски: — Я ещё плавать и бегать умею, не только ходить. Чонгук скрывает смешок в кашле и ловит гневный взгляд Председателя. — Господин Ё, я не хочу Вас расстраивать, но я не думаю, что Намджун-хён станет моим советником. Старик меняется в лице всего на мгновение, но Мину удается выхватить в его глазах бушующую ярость. — Отчего же? Он ведь очень достоин, — совладав с эмоциями всё же выдавливает политик. — Да и кто может встать на его место? Ким Намджун — самый близкий к Вам человек. Аватар задумывается ненадолго, крутя двумя пальцами тонкую ножку бокала. Его взгляд выражает глубокую сосредоточенность, словно решение, принимаемое им сейчас — его первый шаг в неизведанные территории. Чонгук бросает короткий взгляд на Юнги, который решает, что глоток вина сделает компанию Председателя чуть терпимее, и выдаёт: — Мастер Мин... Планирую сделать своим советником мастера Мина. Юнги давится вином, но пытается сдержать рвущийся наружу кашель. «Что, чёрт возьми, ты сейчас сказал?» — спрашивает он взглядом младшего. — Ни в коем случае, — говорит Председатель Комитета почти спокойно. — Я не прошу вашего совета, я просто делюсь своим решением, — непроницаемо отвечает Чонгук, хладнокровно выдерживая разъярённый взгляд старика. — Глупый мальчишка, я сказал, что этого не будет! — ударяет политик кулаком по столу. Аватар даже не дёргается, а просто поднимается на ноги, оставляя на столе несколько крупных купюр, и собирается уходить. — Ждите заявление завтра на своем столе. Хорошего ужина, Председатель Ё, — говорит он с вежливой улыбкой. Потом переводит взгляд на Мина и спрашивает: "Юнги-хён, ты идёшь?" Мин подхватывает своё пальто и ретируется вместе с Чонгуком. Уже идя по пустынному коридору рядом с рестораном Юнги тянет, хлопая Чона по спине: — Ваааа, Чонгуки был крут. Младший немного краснеет и смущенно выдает: — Он только настроение портит постоянно, всегда бесил меня. Юнги хохочет, кто бы мог подумать, что такого правильного аватара кто-то может бесить. — О, духи, а как он перепугался, что я стану твоим советником, ха! Гукки, это же шутка года, как бы его откачивать не пришлось там, — смеётся Мин, продолжая идти и не замечая, что Чонгук остановился. — Хён, это не было шуткой, — вдогонку говорит младший, и Юнги спотыкается о невидимую преграду. Пытаясь удержать равновесие, он делает ещё несколько шагов. Когда его сердце утихомиривается после недавней перспективы отполировать и без того гладкий мрамор лицом, Юнги хмурым взглядом сверлит аватара: — В смысле… — В прямом. Ты будешь моим советником, — совершенно уверенно заявляет Чонгук. Мин мгновенно оказывается в шаге от него и внимательно изучает каждую черточку лица мага, ища с надеждой хоть крупинку усмешки. — Сдурел что ли? — с жалостью тянет Юнги, и аватар начинает чувствовать себя неуютно под этим взглядом. — А что не так? — непонимающе переспрашивает он. — Да так-то всё, блять, не так, хренов ты Чон Чонгук! — взрывается старший. — Мне по-твоему так хочется в этом змеятнике копошиться? Аватар хмурится уже немного зло и сжимает руки в кулаки, шипя: — Лучше сидеть в какой-то клоаке на Севере и лечить бандитов, да? Юнги отступает на шаг, растерянно хлопая глазами. «Он прав, » — шепчет надоедливый тёмный голос внутри, подбивая согласиться. — Я не могу, — опустившимся голосом отвечает Мин. — Да как это, не можешь? Намджун-хён говорил, что вы вместе учились, значит твоё образование на том же уровне, вы оба были в правлении города, я читал про это. А ещё ты мастер своей стихии. Так почему нет? Юнги отворачивается, пряча глаза, сквозь которые прорывается чужая хохочущая темнота, и шепчет мысленно: «Уйди, уйди, уйди!» — Я не могу тебе рассказать. — Тогда с завтрашнего дня ты будешь моим советником, раз не можешь даже отговорку нормальную придумать. За тобой зайдут днём, Юнги-хён. Мин слышит громкие шаги по коридору и тихий шёпот дверей лифта. Он стоит замерев, а его мысли яростно мечутся в поисках решения, но оно не приходит. Это последняя ситуация, в которой он хотел бы оказаться в период пребывания в Республиканском Городе. Это те неприятные воспоминания, которые он надеялся запрятать поглубже навсегда.