Chapter 34: If the Force Wills It
25 июля 2021 г., 00:57
Когда Рей наконец отодвигается от По, предрассветный воздух уже стал прохладным. Она не спала всю ночь, вместо этого легко проводя пальцами по родинкам на спине По, сопротивляясь желанию проследить созвездия языком. Это разбудило бы его и подтолкнуло к новому раунду безумных занятий любовью. Она не думает, что сможет стерпеть эту уязвимость. Не сейчас. Не тогда, когда она столько всего скрывает.
Рей не спала всю ночь, опасаясь повторения вчерашнего видения.
Когда она идёт к берегу, на неё невыносимо давит тяжесть видения, и Рей падает на колени в надвигающемся приливе. Она зажмуривается и позволяет воспоминаниям накрыть её с головой.
***
предыдущий день Кес и По оживленно болтают по-явински на лужайке: началось всё как спор о лучшем романе из книжной серии, которую они оба любили читать, и быстро перешло в шутливую перепалку о природе самой вселенной, — и Рей отходит в сторону, чтобы попрощаться с Явином-4. Они улетают через час. Она проскальзывает между деревьями, надеясь увидеть кого-нибудь из своих друзей; этим утром Рей положила в тунику лишний кусок сладкого хлеба в надежде выразить благодарность за доброту в тот самый день, день её прибытия. Через несколько минут после поисков с низкой ветви дерева ухает маленький вуламандр, который узнаёт Рей. — Здравствуй, — смеётся Рей. Обезьянка стрекочет, когда ей протягивают кусок хлеба, и Рей лучезарно улыбается. — Где твои друзья, милая? Примат сжимает хлеб и что-то вопит, почти с тревогой шевеля пальцами над ломтём. — Не говорю на вуламандском, — напоминает Рей, пожимая плечами. — Пока что... — она передаёт малышке оставшуюся часть завернутой буханки. — Постарайся ею поделиться, прелесть моя. Вуламандр торжественно принимает её подарок, и когда коготь животного касается её руки, Рей вздрагивает; что-то пробегает вдоль позвоночника. Обезьянка отпрыгивает, и Рей отворачивается от дерева. Она больше не на Явине-4. Лес менее густой, чем джунгли, а воздух едкий от дыма. Рей рванулась вперёд; она не контролирует свое тело Один должен упасть. Один должен умереть. Голос не позволит ей забыть. — Что это значит? — кричит она в безразличную Силу. — Что, если я этого не приму? В этот раз она наблюдает за битвой. Кайло Рен кружит вокруг, дух мечется между злобой Верховного Лидера и хрупкой добротой Бена Соло. — У меня не было выбора, — кричит он ей, ныряя в пространство слева. Рей с трудом парирует и сбивает его с ног лёгким движением руки. Он падает на землю. Джедай направляет световой меч на его обнаженное горло. — Сдавайся! — должна потребовать Рей. — Сейчас я даю тебе выбор, — вместо этого говорит она. — Выбери что-нибудь получше. Рей в видении деактивирует свой сайбер и отбрасывает его, смело протягивая руку мужчине на земле. Бен Соло хватается за предложенную ладонь, и она тянет его вверх, снова к Свету. Бен любит её так же сильно, как Кайло ненавидит, и этого достаточно, чтобы спасти его. Один должен упасть. Один должен умереть. Лес исчезает, и она снова в своём теле. На корабле с холодными белыми коридорами мигают огни и воют сирены. Генерал хватается за сердце и пошатывается. — Лея! — кричит Рей. Несколько минут назад они с сыном сражались с излишней яростью, и у генерала сбилось дыхание. В сочетании с продолжающимся нападением на судно это уже слишком. Что-то ужасно не так внутри Леи, и Рей чувствует, как мышцы её груди слабеют, чересчур наполненные адреналином, чтобы сокращаться. — Мама! — кричит Бен, падая на колени, чтобы подхватить Лею, когда та падает. Корабль жестоко кренится набок. — В нас слишком много раз попали! — кричит Роуз, пробегая мимо, когда из вентиляционных отверстий начинает подниматься дым. — Машинное отделение вероятно взорвется через несколько минут! Бен и Рей смотрят на неё в полном замешательстве, слишком сосредоточенные на женщине в объятиях Бена. Роуз поворачивается, секунду молчит, а затем выкрикивает: — Убирайтесь к чертям с корабля! И внезапно до них доходит. — Забери свою маму, — кричит Рей, быстро вставая. Ей нужно попасть на офицерскую палубу. — Давай же! Бен хватает её руку. — Пойдём со мной! — умоляет он. — Я пойду, — говорит Рей. — Но сначала мне нужно добраться до него. — Рей, у нас не хватит времени, — настаивает Бен. — Он знает, как покинуть корабль. Прошу, Рей. Ты не можешь умереть. Нам ещё так много нужно сделать. Он звучит надломлено, но у неё нет на это времени. — Я не умру, — освобождает руку Рей. Прошу. Я люблю тебя. Рей отшатывается назад, качая головой. Бен. Это предупреждение, и он понимает. — Тогда иди и забери его, — Бен поднимает мать на руки и бежит к спасательным капсулам. Рей мчится на верхнюю палубу, прижимаясь к стенам, когда корабль вновь накренивается. Сирены тут наверху звучат громче, и она кашляет от усиливающегося дыма. — По! — зовёт она в ту же секунду, как оказывается на мостике. Он с мрачным видом стоит у пульта управления системой наведения. — Солнышко, — произносит он, не поднимая глаз. — Уходи с корабля. BB тревожно воркует у его ног, описывая маленькие круги вокруг станции. — Только с тобой, — она подбегает к нему и тянет за руку. — Давай же, По, нам нужно уходить! По смотрит на неё, несчастно, но решительно. — Рей... — говорит он. Ей знакомо это выражение лица. Он собирается сделать что-то смелое и глупое. — Кто-то должен остаться здесь и вручную стрелять из орудия. Вероятно, это единственный способ дать капсулам достаточно времени, чтобы добраться до безопасного места. — Нет, По, перестань! — всхлипывает она, дергая его за руку. — Спасательные капсулы прямо за этими дверями. Я не полечу без тебя. Им нужно убираться с этого погибающего корабля. Им нужно добраться до Скайуокера, корабля за сотни миль отсюда, прежде чем всё рухнет. — Хорошо, милая, — смягчается он. Что-то выглядит неправильным, но Рей списывает это на их возможную гибель. Он трусцой бежит за нею ко входу на мостик, где расположены капсулы. Она вводит код доступа к первому блоку, затем ключ для второго. — Готов? — спрашивает Рей, когда двери с шипением открываются. — Иду прямо за тобой, солнышко, — он глубоко целует её, обхватив руками лицо. Даже в чреве разрушающегося космического корабля губы По на её губах способны заставить время остановиться. Он целует её, как в первый раз, исследуя так заботливо и тщательно, как только может в этот весьма напряженный момент. По хватает её за руку, и Рей чувствует, как что-то оттягивает пальцы, прежде чем её с силой заталкивают в капсулу. Её спина бьётся о стенку, и дверь с шипением захлопывается. — Нет! — вскрикивает она. — По! Он прислоняется лбом к маленькому смотровому окошку, зажмурив глаза от боли. Рей бьёт ладонью по стеклу, выкрикивая имя, в одновременно пытаясь изолировать запирающий механизм с помощью Силы. Ужас не даёт сосредоточиться, и По открывает глаза, чтобы встретиться с нею взглядом. — Я люблю тебя, — она видит, как его губы произносят эти слова, но не слышит их. — Солнышко... Он куда-то наклоняется, скрываясь из виду, и его рука, должно быть, нащупывает кнопку старта. Капсула вываливается в открытый космос. Рей захлёбывается в гневе, в отрицании все те три минуты, пока стремительно несётся прочь от корабля. Когда капсула наконец швартуется к борту "Скайуокера", Рей спрыгивает в ангар и видит корабль, с которого только что прибыла, палящий по кораблям Первого Ордена. В её руке что-то холодное и металлическое. Рей в замешательстве опускает глаза и видит, что именно По ей отдал. Кольцо — кольцо, которое он всегда носит, которое никогда не снимает. Она держит его кольцо, но его самого нигде не видно. — Рей! — бросается к ней Бен. — Где По? Должен быть баланс, холодно напоминает ей голос Силы. Один должен упасть. Один должен умереть. Такова цена. Вдали корабль Сопротивления получает слишком сильный удар, и Рей чувствует пульсацию Силы, когда все системы выходят из строя. Оба джедая в ужасе наблюдают, как судно проваливается внутрь, как его потрошит быстро разгорающийся огненный шторм. Рей шатает. Её связь с По; нить, такая постоянная в её жизни на протяжении более года, путеводная звезда — её больше нет. Рей чувствует, как распадается пополам. Она не чувствовала себя так со времен Скарифа, но теперь это больше, темнее. Это вызвано яростью, страхом и ненавистью. Она слышит тысячи мужчин и женщин на борту кораблей Первого Ордена. Они мерцают серыми огоньками в Силе, тысячи и тысячи Силовых подписей, которые, как она когда-то считала, имели полное право на существование, так же как и она. Теперь, когда мужчина, которого она любит, превратился в прах и пепел, уверенности в этом больше нет. Внутри у неё что-то ломается. И это никогда не починят. Джедай чувствует, как тускнеет Свет внутри. Бен тоже. — Рей... — спотыкаясь, он идёт вперёд. — Рей, не надо... Раздаётся ужасный разрывающий воздух крик. Это она. Рей протягивает руку, чувствуя, как сердце окончательно превращается в камень. По мёртв. Они убили его. Они монстры, и они не заслуживают жизни. Используй свой гнев, подбадривает её новый голос. Уничтожь их. Мне не нужно повторять дважды, шепчет призрак По в её голове. Рей протягивает руку, чувствует пульсирующий ритм сердца каждого корабля Первого Ордена, центральный блок каждого двигателя, подпитывающий системы обеспечения. Она находит эти жизненно важные части. И разрывает их в клочья. Тысячи мужчин и женщин гаснут в считанные мгновения. — Рей! — кричит ей Бен. — Не иди этой дорогой! Она швыряет его в воздух. — Это все твоя вина! — кричит она на него, активируя свой сайбер. — Ты трус! Бен Соло бежал от Первого Ордена, но не счел реальной угрозой рыцарей Рен. Уркед Рен командовал кораблями, погубившими По. Уркед Рен, которого лично обучал Кайло и которого Бен не смог убить в их последней битве. Она бросается на своего друга, своего злейшего врага, на человека, которого могла бы любить, но которого теперь ненавидит больше всего на свете. Сила изгибается вокруг их сайберов, и Рей видит себя глазами Бена, когда Связь шепчет жизни о том, что обещает случиться в последний раз. Она себя не узнаёт. Некогда карие глаза теперь покраснели, а зубы оскалились в ярости. Эта Рей дерётся как животное. Как ситх. И эта Рей без колебаний убьёт Бена Соло. На Явине-4 Рей падает на колени. — О... — всхлипывает она. — О... Она сворачивается калачиком под деревом, до сих пор чувствуя давление Тьмы. <tab>Тебе предложили то, в чём ты нуждалась, обвиняет её в воспоминаниях Люк. И ты даже не попыталась остановиться. Мастер Люк был прав. Ей не пристало быть джедаем. Она плачет, схватившись за живот, борясь с тошнотой от этого видения. Рей в отчаянном, безудержном ужасе от того, что показала ей Сила. Один должен упасть. Один должен умереть. Она больше не может игнорировать приказ Силы. Если она проигнорирует его в том лесу, пострадает По. И тогда во имя него она уничтожит галактику.***
В покоях Кайло Рена просыпается Бен Соло. Он садится и хлопает себя по животу в поисках раны. Ничего нет. Задыхаясь от адреналина, он сбрасывает ноги с кровати и зажимает голову между колен в попытке взять себя в руки. Уничтоженная потерей По, Рей без раздумий сразила его в этом сне. Он вспоминает её улыбающееся лицо, прижавшемся к нему в предыдущем видении, в том, где она вышла за него замуж и преодолела своё горе, а он преодолел свою вину. Похоже, существует две возможности. Два возможных варианта будущего, когда на той поляне Сила не получит того, что так страстно жаждет. Два варианта будущего с одной общей ненавистной деталью. Он встаёт, намереваясь подойти к иллюминатору и поразмыслить в медитации, глядя на звёзды. Вместо этого его рвёт.***
Когда они прощаются с Кесом, над сердцем Рей угрожает сомкнуться что-то холодное и скользкое. — Позаботься о моём ребёнке, — подшучивает над ней Кес. Это похоже на смертный приговор. — Несмотря на все его усилия, я намерена убедиться, что он останется в целости и сохранности. Кес смеётся. Рей нет. Кошмарное видение преследует её даже сейчас. В то время как это заявление скорее всего будет воспринято как жизнерадостное и шутливое, Рей прячет горький страх и сопротивляется волне кричащего беспокойства, которое на самом деле вызвали эти слова. Кес не знает, но она намерена сдержать обещание. Пожалуйста, простите меня, если мне придется его оставить, хочется ей сказать Кесу. Пожалуйста, будьте рядом с ним, если я погибну, чтобы он мог жить. Если я погибну, чтобы вы все могли жить.***
на Спире Рей вытирает с глаз слёзы. Вчера она была так близка к тому, чтобы сказать По правду. Ей жгло горло, пока она рассказывала ему полуправду о картинах, что послала ей Сила. Она не могла открыто дать ему понять, что внезапное принятие своей возможной смерти — принятие, которое шло вразрез с жизнью, за которую она боролась, и выживанием, которое она зарабатывала такими отчаянными мерами, — относилось к его жизни. "Без тебя нет галактики", сказал он ей. По не понимал, как правдиво звучало это утверждение, когда речь шла о нём самом. Рей падёт, если он погибнет, и она позаботится о том, чтобы без По Дэмерона галактика не существовала. Дрожа, Рей скрещивает под собой ноги в отчаянной нужде во временном спокойствии медитации. Она ищет ту спокойную отстранённость, к которой пришла на Скарифе. Если Рей обрести знания сейчас, пока её любовь в безопасности и ещё жива, пока спит в коттедже позади, то возможно не свернёт слишком резко на другую сторону, когда По будет угрожать опасность. Она сможет встать перед этой силой и научиться её контролировать. Сила течёт сквозь неё более мощной волной, чем те, что в море перед ней. Она омывает, проникая в каждую молекулу естества, успокаивая раны её души. Сила умиротворяет, даже когда Рей борется с желанием восстать против неё и её намерений ради своей жизни, ради жизни людей, которых она любит. Она не уверена, как долго она дышит Силой, и чувствует, как её дух тянется в поисках чего-то или кого-то, у кого даже нет имени. Рей шевелится и чувствует, как что-то позади её сердца встаёт на место. Твои шаги завели тебя сюда, комментирует голос. Рей тянется к стоящему за ним чувству. Она знает этот голос. Он говорил с нею на Скарифе. Он говорил с нею на Такодане. Да, это были твои первые шаги. Не бойся того, куда они тебя приведут. Рей открывает глаза, и все звуки, все знания исчезают. Перед ней стоит обычный мужчина. Он очень красивый, с мягкой рыжей бородкой и ещё более мягкими глазами. У него широкая улыбка, а глубокие морщины вокруг его молодого лица говорят о том, что для него это обычно. — Привет, Рей, — говорит он. У него такой же акцент, как и у неё. — Я думаю, нам пора поговорить. Рей смотрит на него, сосредоточив внимание на Призраке Силы. Она поднимается на ноги, оставляя тело позади. Они парят над морем Спиры, и её тело заключено в оболочку из воды. Рей знает его имя. — Оби-Ван, — произносит она. — Вас звали Оби-Ван. Ответная улыбка, которую ей дарят, просто ослепительна.***
По пытался медитировать, плавать, сидеть, прогуливаться. Ничто не может унять пронзающую тревогу, пока он ждет Рей, которая даже сейчас парит над землей; её глаза всё ещё прикрыты, на её прекрасное лицо падает свет заходящего солнца. От крика По удерживает только тот факт, что её лицо гораздо более расслаблено, чем раньше. Ладно, пару раз он кричал. Однако поблизости не было никого, чтобы это услышать, за исключением BB-8 и BB-9E, которые смылись от него при этих звуках, так что можно не считать. Прошло почти полдня, и По готов пробовать всё, что угодно. Но действительно ли? — Чёрт, — ругается По. — Чёрт, чёрт, чёрт! — в гневе продолжает он пинать песок. — Не могу поверить, что делаю это. Бен! — отчаянно вопит По в небо. — Бен, покажи свою кривую рожу! Он стоит в одиночестве, как идиот. Сила явно не передала сообщение. По как раз отворачивается, снова пиная песок, когда за его спиной раздается шорох. Он подбирается и оборачивается, чтобы увидеть мужчину с лицом его лучшего друга. — Звал? Бен выглядит крайне невесёлым. Но у них нет времени на любезности. — Рей медитирует, — сообщает он Бену. — Ну, джедаи этим занимаются, — пожимает плечами Бен. — Извини, думал, ты в курсе. — Нет, дерьма ты кусок, смотри! — По указывает через плечо Бена. Тот оборачивается. — Ох, чёрт... — вырывается у него — Точно, бантов мозг, — говорит По, чувствуя напряжение в каждой мышце своего тела. — В чём тут дело? Бен обходит купол воды и не отвечает. А По нужны ответы. — Она там уже больше шести часов, — По проводит рукой по волосам, балансируя на грани срыва. — Что происходит? — Она общается с Силой, — Бен приподнимает бровь, глядя на него. — Интенсивно. На самом деле Рей здесь больше нет... — он разглядывает лицо Рей, стоя перед ней в прибое. — Куда же ты ушла, милая?.. По старается не блевануть. В конце концов, он сам его позвал. — Это ты виноват, — говорит ему По. — Обычно так и бывает, — Бен невесело пожимает плечами. — Но в этот раз почему? — Она считает, что может спасти тебя, — объясняет По, стараясь, чтобы голос звучал ровно, будто они просто обсуждают погоду. Спокойствие вынужденное, и они оба это понимают. — И она готова умереть. Думает, что галактике это может понадобиться. То Ей смерть, я имею в виду. Для равновесия или чего-то в этом роде. Бен продолжает рассматривать Рей. — Возможно, она права, — бормочет он. — Об этом с самого начала говорили видения. Силе нужно, чтобы один из нас упал, чтобы один из нас умер. Просто восхитительно. — Бен... — наконец тот отворачивается от джедая и смотрит на По. — Есть ли вариант, где она выживает? Бен отворачивается; он выглядит изнурённым. — Да, — шепчет он через минуту. — Да, есть. — Ты тоже его видел? Бен поворачивает голову, и когда они встречаются взглядами, По кажется, что впервые почти за восемь лет он видит своего лучшего друга. В его глазах так много переживаний: смятение, любовь, надежда и что-то ещё, что-то вроде вины. — Видел. Много видений того, где она выживет. — Ну, и что? — По не может оторвать от него глаз. Ему необходимо знать. — Что тогда произойдет? Ему необходимо знать, что Рей сможет это пережить. — Не могу сказать, — качает головой Бен. — Почему? Потому что я никак не смогу понять? Пошёл ты! — рычит По; разочарование подталкивает его и дальше предъявлять требования, может быть, самому могущественному человеку в галактике. — Скажи мне, Бен! Верховный Лидер проводит рукой по волосам и стискивает зубы. — Ты умираешь, — шипит Бен. — Ты, блядь, умираешь, и это либо утаскивает её во Тьму, либо она с трудом выживает. Сила должна быть сбалансирована, и так или иначе, по какой-то грёбаной причине, спасение моей души потребует платы от одного или от обоих из вас. По чувствует себя оцепеневшим, будто бы в свободном падении. — Ну что, доволен? Это то, что ты хотел услышать? — Что происходит, если она не сменит сторону? — По ненавидит себя за то, что задаёт вопрос. — В том случае, где она спасается. Едва ли признание Бена будет невысказанно, но, тем не менее, мрачно нависает над их головами. — Она выживает, — шепчет Бен. — Создатель, она выживает. Мы с ней возрождает джедаев, и она будет... Он не договаривает. — Любить тебя, — заканчивает за него По. Блядь. — Она это знает, — Бен пожимает плечами и быстро отводит глаза, внезапно наполнившиеся нерастраченными эмоциями. — Она будет любить меня. Но не так сильно, как любила тебя. Они стоят в тишине, вода обтекает босые ноги По. Они стоят бок о бок: один чувствует волны своей кожей, пока другой — только воспоминание о более счастливых временах. — Я что, каждый раз умираю? — спрашивает По из любопытства и ещё одного жгучего побуждения, которое он не хочет называть вслух. — Я должен умирать, чтобы она жила? Он начинает понимать, что Рей говорила вчера о принятии плана Силы. Он не против умереть, если Рей будет счастлива. Но ему нужно знать, так ли это, действительно ли Сила вырастила его — помогала ему с детства, давала вкус счастья и надежду на светлое будущее, в котором он провёл последний год в качестве добровольного пленника — только для того, чтобы сделать его жертвой во имя женщины, которую он любит. К чертям галактику. Если ему придётся умереть за Рей, он это сделает. Бен обдумывает ответ, пока По размышляет о своей надвигающейся судьбе. — Нет, — в конце концов говорит он мягко и просто. — Я видел другое будущее. Один раз. Недолго. — И что происходит в этой версии? — спрашивает По. — Не мне рассказывать, — Бен снова смотрит на него, брызги воды попадают на кончики его темных волнистых волос. — В любом случае, я не уверен, как происходит этот вариант. Сила показала мне финал, но не путь к нему. Криффов ад. — А она... мы поженимся? По вспоминает разговор из детства, когда им было по десять лет, и он объяснял Бену про кольцо своей матери. Он звучит так же наивно как тогда, если даже не больше. Бен переставляет свои неуклюжие большие ноги и скрещивает руки на груди. — Если она тебе не сказала, то и я не должен. Это было бы нечестно по отношению к ней или к тебе. Просто... знай, что это счастье. Я больше ничего не могу сказать, по крайней мере, без её разрешения, — Бену неловко, и это каким-то образом, после всех этих лет и всего дерьма между ними, пробуждает в По что-то, что заставляет хотеть помочь Бену унять напряжение. — Как благородно, — фыркает он. — Приятно знать, что этот инстинкт у тебя ещё есть. — Наверное, это просто привычка тебя облапошивать, — говорит Бен. Вот же бантов дерьмоед! По толкает его и немного удивляется, когда ему действительно удается пихнуть Бена в воду. Верховный Лидер с плеском приземляется на свою верховную задницу. — Ты грёбаный нёрфопас! — кричит Бен, шлёпая рукой по поверхности океана. Образовавшаяся волна бьёт По в лицо, и он смеётся, стирая солёную воду со щек и выплевывая изо рта. — Придурок, — говорит он, наклоняясь, чтобы плеснуть в него в ответ. Но Бена больше нет. По остался на пляже в одиночестве; неся пост и ожидая, когда женщина, которую он любит, вернётся к нему.***
— Где мы находимся? Они больше не на Спире, это точно. Она бы предположила Джакку, но земля слишком плоская, только вдалеке поднимаются дюны. Оби-Ван быстро осматривается. — Татуин, — отвечает он. — Очень важная для своих размеров пустынная планета. Пойдём со мной, — он кивает головой в сторону дюн, и они начинают шагать по раскинувшимся равнинам с крупным песком. — А почему вы здесь, со мной? — спрашивает она. Чиррут пришёл, чтобы побудить её быть свободной в своей любви; Энакин пришёл с предупреждением и уроком о потере. Став свидетелем последнего видения, она не слишком уверена, что предупреждение удалось. — Я внимательно наблюдал за тобою с тех пор, как ты была ребенком, — отвечает Оби-Ван. — Сила запланировала для тебя великие дела. Я сожалею, что не мы не встретились раньше, но сначала тебе нужно было увидеть галактику своими собственными глазами. — А теперь? Он смотрит на неё, приподняв бровь. — Да. Теперь... теперь ты увидела то, чего боишься больше всего, и что грозит сбить тебя с курса. И вот я здесь, широко разводит он руки. Скажи мне, молодой мастер Рей, чего же ты так испугалась, что это смогло вызвать достаточно сильное возмущение в Силе и привлечь внимание старика? Рей глядит на него в замешательстве, и понимает, что он имеет в виду. Ему тридцать, он молодой и красивый, но в то же время ему пятьдесят, он усталый и сломленный. Оби-Ван жил полной жизнью и умер раньше своего срока. И он проделал весь этот путь, чтобы услышать её ответ. — Я видела, как погиб человек, которого я люблю, — признается она со стыдом. — Я смотрела на его смерть в видении, а потом соврала ему об этом. Он погиб, потому что я пыталась спасти другого человека, а это нарушило планы Силы на всех нас. Он погиб в борьбе за поддержку Её равновесия. Старший джедай кивает с непроницаемым выражением лица. — Понимаю. И что ты чувствовала в этом видении? — Ярость, — шепчет Рей. — Ненависть. Я была так зла. Я бы сделала всё, чтобы вернуть его. И тогда я поняла. Поняла, как пал Энакин. Дарт Вейдер родился из отчаяния Энакина спасти жену. Я почувствовала это в видении, Оби-Ван. Я бы сделала всё, чтобы отомстить за него. Я убила тысячи людей... — задыхается внезапно она на грани рыданий. — Говоришь так, будто действительно это сделала, — комментирует джедай. — Не вини себя за ошибки, которые только предстоит совершить. Сила показала это тебе, чтобы ты была готова. Она делает глубокий быстрый вдох и задаёт вопрос. — Но что, если я не хочу быть к этому готовой? — это звучит по-детски, или, по крайней мере, ей так кажется. В конце концов, детство у неё было не очень хорошее. — Я не хочу, чтобы он умер, — говорит Рей. — Я не смогу видеть, как умирает человек, которого я люблю. Из всех людей только вы можете это понять. Оби-Ван останавливается, и она тоже прекращает шаг. Он улыбается. Впервые кажется, что он не искренен. — Ты явно разговаривала с Энакином. В его голосе нет обвинений. Только усталость. — Он рассказал, что вы любили его жену, — Оби-Ван хочет заговорить, но сдерживается, и Рей продолжает. — Он сказал, что вы оставили джедаев ради неё, и она была бы единственным, что могло убедить вас уйти. Должна ли я уйти ради него? Хочется спросить ей. Но она этого не делает. — Было время, когда Энакин Скайуокер знал меня лучше, чем кто-либо другой, — Оби-Ван отворачивается и продолжает свой путь. Рей следует за ним, держась за его плечо. — Как жаль, что он так и не узнал меня до конца. Оби-Ван поворачивает лицо к двум солнцам, медленно дыша через нос. — Падме была дорога мне, и я действительно очень любил её. Но она была не первой женщиной, которую я полюбил, — печально качает он головой. Пока они идут по песку, он смотрит в землю перед, а его руки сложены за спиной. — Я любил другую, за много лет до падения Энакина. Её звали Сатин, и я бы отвернулся от всего ради неё, если бы она сказала хоть слово. Если бы она попросила, я бы покинул Орден, отказался от своих обетов и прожил бы свою жизнь с ней. — Почему она не попросила? — с крайним любопытством спрашивает Рей. — Сатин была невероятной женщиной, — снова улыбается Оби-Ван, одновременно нежно и горько. — Такая влиятельная политическая фигура, как она, была глубоко привержена делу улучшению галактики. Прямо как я. Именно эта страсть объединила нас, и именно эта страсть разлучила. Даже несмотря на то, что мы не были вместе, в данном смысле я любил её сильнее, чем считал возможным... — он стискивает кулаки и напрягает челюсть. Рей спотыкается, когда пытается внимательно вглядеться в его лицо; такое она совсем не считала возможным для призрака. — Что с ней произошло? — Она умерла, Рей, — тяжело признаётся он. — Умерла у меня на глазах. С Падме она дружила, и мы вместе её оплакивали. В последующие годы у меня развилось глубокое уважение к Падме и, да, в конце концов, любовь. Я любил Сатин. А потом полюбил Падме. Дважды женщины, которых я любил, умирали прежде меня. Дважды я подвёл женщин, которых любил. Я бы оставил своё обучение ради Сатин. И я бы прекратил служить Падме. В её последние часы я предложил ей замужество. Предложил забрать её прочь от всего этого, стать мужем и отцом её детей, облегчить бремя. Но схватки уже начались, и Падме сдалась. Её сердце было разбито, и то, что я мог предложить... этого было недостаточно. Сердце Рей снова ноет из-за троицы друзей и из-за их действий в прошлом, мучительная запутанность которых эхом отдаётся далеко в будущем. — Так что Энакин был не совсем прав. Отчасти потому, что я скрыл от него правду, точно так же, как он скрыл правду от меня. Послушай, я скажу тебе следующее: если ты скроешь правду, пусть и болезненную, от своих близких, из этого не выйдет ничего хорошего. Рей кивает, хорошо его понимая. — Я не смогу его защитить, обманывая, — говорит она. — Именно, Рей. Это не любовь. И это закончится только катастрофой. Она касается его плеча и удивляется, когда действительно может вступить с призраком в контакт. — Спасибо, Оби-Ван. — Всегда пожалуйста, — возвращается его прежняя улыбка. — Ты очень напоминаешь мне меня самого, малыш. Импульсивная, безрассудная, в отчаянных попытках защитить тех, кого любишь. Я только хотел бы, чтобы мог обучать тебя. — Я бы тоже этого хотела, — соглашается Рей. Она чувствует странное единение с этим человеком. Единственный звук — звук ветер над песком, с каждой секундой вносящий новые узоры в пейзаж. У неё есть ещё один вопрос, и Рей ждёт момента, чтобы задать его, пока терпение не иссякает. — Мастер Кеноби... — начинает она. Он открыто посмеивается над титулом. — Да, падаван? — Что я буду делать с Беном? — её голос звучит грустно. — Я люблю его. Не так, как он хочет, но люблю. Я не могу его убить. Ты был моим братом, Энакин, разносится в воздухе пустыни сдавленный мужской голос. Оби-Ван вздрагивает. — Возможно, тебе придётся, — говорит он. — Если он не выберет другой путь, тебе, возможно, придётся его убить. — И, возможно, придётся умереть. — Все умирают, Рей, — говорит Оби-Ван. — Но это не значит, что ты должна сдаться происходящему. Это не значит, что ты должна слепо принимать всё на веру. Сражайся за своё будущее. Постарайся выжить. Сила не разочаруется в тебе за то, что ты пытаешься жить. На самом деле, я бы сказал, что это скорее пойдёт тебе на пользу. Рей не совсем в это верит, но все равно это наставление немного улучшает настрой. — Мастер Кеноби, что я буду делать, когда сойдусь с Беном в нашей последней битве? — Сражаться с ним, и, если возможно, сражаться за него. Они продолжают путь в тишине, сухой воздух касается кожи со всей бесцеремонностью. — Меня впечатлил твой новый кодекс, — произносит Оби-Ван, когда они наконец достигают дюн Татуина. — Вы его слышали? — смущенно спрашивает Рей. Она прекрасно помнит, как достигла финала, извиваясь под чуткими руками По. — О да, — говорит Оби-Ван. Когда она оглядывается, то видит его покрасневшие уши. — Я решил просто слушать, а не смотреть. Некоторые вещи, должны оставаться конфиденциальными. Рей фыркает от подавляемого смеха. Если она однажды станет призраком Силы, ей придётся иметь это в виду — Помни свой кодекс, — говорит ей джедай. — В эмоциях может быть покой, если того пожелает Сила. Я могу найти знание в невежестве. В страсти может быть безмятежность, если того пожелает Сила. Я могу найти гармонию в хаосе... — он улыбается, не произнося последних строк. Рей надеется, что он не задержит внимание на её методе преодоления писательского блока. — Когда покажется, что всё летит в бездну, Рей, вспомни, для чего ты писала кодекс. — Я хотела баланса, — отвечает она. — В точку, — улыбается Оби-Ван и берет её под локоть. — Всё дело в балансе, малыш. Просто отпусти, дыши, достигни баланса, и Сила укажет тебе верный путь. Они возвращаются на Спиру, где тело Рей находится в шаре из бурлящей воды. По Дэмерон сидит на краю побережья и с тоской на неё смотрит. Вернись ко мне, слышит она сквозь Узы. Вернись, Рей. Она может видеть сияющую золотую паутину, которая исходит от него по всей Силе. Он великолепен, и он — её. — Оби-Ван... — призрак оборачивается, чтобы взглянуть на неё. — Что, если я недостаточно сильна для этого? Все эти разговоры о балансе, цене, равном обмене... Я люблю его. Я не могу выбирать между По и галактикой. Просто не могу. — Рей. После всего, чему ты научилась, после всего, что тебе показали... Почему ты так уверена, что существует разница?.. Рей задыхается, возвращаясь обратно в своё тело. Вода льётся на землю вокруг, и Рей, кашляя, падает на песок. — Рей! — По вскакивает и подхватывает её. — Милая!.. Она всё ещё кашляет, чувствуя, как по венам разливается внезапное понимание. — По, — выдыхает она. — По, прости меня. — Всё в порядке, солнышко. Сейчас ты здесь, всё хорошо... Он подхватывает Рей на руки и прижимает к себе. Сердце в груди колотится так сильно, что она словно может видеть пульсацию на коже. — Нет, По, — шепчет она. — Прости за то, что я сказала. Пилот крепче сжимает её в объятиях. — Всё в порядке, — говорит он. — Теперь я понимаю немного лучше. — Правда? — спрашивает Рей. — Потому что я тоже... Она двигается, пытаясь показать, что хочет подняться на ноги. Её мышцы кричат в знак протеста, очевидно потому что Рей провела несколько часов в медитации над землёй, и ей нужно выпрямиться. По помогает ей подняться на ноги и касается щеки, прежде чем Рей скажет что-нибудь ещё. — По, я ошиблась. Я так ошиблась, когда решила не рассказывать. — Что не рассказывать? — У меня было видение, — сглатывает Рей. — Тогда, на Явине. Ты умер, По, и это сломало меня. Ты умер, потому что я не хотела умирать или убивать Бена в том лесу. Ты умер вместо нас, и я пала во Тьму... Он продолжает гладить руками её лицо, шею, плечо. — Рей... — начинает он. Она качает головой. — Дорогой, я должна была сказать тебе. Я так боялась. Я не хочу ничего от тебя скрывать, и мне очень жаль. Я не хотела такого. Я не хотела сделать тебе больно. Я простил тебя, говорит он, притягивая Рей к себе и поднимая её подбородок. Я сразу же простил тебя.Ты стоишь каждой секунды любой боли. Я люблю тебя. Этого достаточно. От поцелуя По её тело оживает. Рей ощущает брызги воды на коже, слышит, как их сердца бьются в унисон, чувствует, как Сила сужается до этого единственного золотого момента джедая и пилота. Она чувствует себя одновременно отстраненной и невероятно сосредоточенной от интенсивности губ на ее губах. И знает, что хочет больше, чем "достаточно" галактик с этим мужчиной. — Я так сильно тебя люблю, — говорит Рей после того, как поцелуй заканчивается. Она подходит к ближе и утыкается лицом в шею По. — Я люблю тебя, и я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы вернуться к тебе. Руки сжимаются вокруг её талии, как будто пытаясь устранить любое пространство между ними. — Не обещай так легко, солнышко, — его голос звучит обиженно. — Не обещай, если не хочешь этого. — Я постараюсь, — обещает она ему вслух, и правда этого эхом отдается в Узах. Я правда этого хочу. — Я очень постараюсь пройти через это ради тебя. Ради нас. Я хочу будущего вместе с тобой. — Я тоже, солнышко, — говорит По, отстраняясь, чтобы смотреть на неё как следует. Он наполовину серьезен, наполовину радостен. Он делает шаг назад. И опускается на одно колено в прибой. — У тебя нога болит? — спрашивает она в замешательстве. По смеётся, глядя на неё так, словно она самое умное существо из когда-либо живущих. — Нет, не болит, милая, — улыбается он, и это до боли сладко. — Я хочу тебя кое о чем спросить. Она не понимает, почему он должен встать на колено, чтобы поговорить с ней, и ждет, когда По продолжит. Он делает глубокий вдох, словно готовясь к чему-то. — Время, вероятно, я выбрал неправильно, но чёрт возьми, мы на войне, и мне нужно знать, — По сглатывает и берёт её за руку. Рей понимает, что на них надвигается большая перемена. Дыши, сказал ей мудрый человек всего несколько минут назад. Она делает глубокий вдох и ждёт, пока По продолжит.
