Bound to the Light

      Дыши.       Рей смотрит на него сверху вниз, совершенно сбитая с толку позой. Песок впивается в колено, а не совсем заживший порез на лодыжке жжётся от солёной воды.       Ему всё равно.       Единственная стоящая внимания вещь в галактике находится перед ним. — Рей... — начинает он, поглаживая большим пальцем костяшки её ладони. — По, — нервно хихикает она. — Ты начинаешь меня беспокоить.       Она тоже хочет опуститься на колени, и другая его рука взлетает вверх, чтобы схватиться за бедро Рей и поддержать, чтобы она не упала. — Нет-нет, — тоже смеётся он, хотя бы для того, чтобы удержаться от слёз. — Нет, ты для всего этого должна стоять там. — Зачем?       По всё время забывает, насколько она невинна. Как мало обществ она повидала до того, как очутилась в центре одной из крупнейших на сегодняшний день межгалактических войн, внезапно оказавшись в гуще конфликта, историю которого узнала всего несколько месяцев назад. По коротко проклинает себя, проклинает за то, что он многое пережил и многое на себя берёт, за своё жадное желание держать Рей рядом.       Правда, это длится недолго. — Рей... — сглатывает он. — Diosa. Ты — моя галактика. Я не могу жить без тебя. — Я чувствую то же самое, По, — серьёзно говорит она. — И так сожалею о вчерашнем. Правда, мне очень жаль. Я не сдамся без боя. Ты стоишь того, чтобы сражаться. — Это... это много для меня значит, солнышко. Но я говорил не об этом. — Не об этом? — морщит нос Рей. Она поддевает ногой его согнутое колено. — С тобой всё в порядке? — Крифф... — По нужно вернуть беседу в нужное русло. — Я всё делаю неправильно... — он снимает цепочку и взвешивает кольцо в руке. Значимость поражает. Если всё пройдет хорошо, он больше никогда не будет его носить. Это будет делать Рей. Часть его будет с ней — по правде, он принадлежит ей целиком — и, если она примет кольцо, навсегда. — Помнишь, что я рассказывал тебе об этом кольце?       Рей кивает, всё ещё застигнутая врасплох, но её щёки розовеют от зарождающегося понимания и чего-то, что, как он надеется, является обнадеживающим ожиданием. — Оно принадлежало твоей маме, — отвечает она. — Шаре Бей. — Точно, солнышко, — по старой нервной привычке он проводит большим пальцем по металлическому кругу. По заставляет себя взглянуть на Рей и чувствует, как у него перехватывает дыхание. Она освещена заходящим солнцем, и в свете умирающих лучей пряди её волос кажутся красными. Она ослепительная, божественная. Одно её слово может положить конец его жизни или принести окончательное счастье. Ты — всё.       Рей качает головой, до сих пор улыбаясь. — И это так, — настаивает она. — Ты для меня всё.       Он прочищает горло и вспоминает, что хотел сказать дальше. — Мои родители любили друг друга очень долго. Они потеряли голову — они оба были яростными солдатами, преданными Восстанию, но оставили всё позади, чтобы быть рядом и начать жить вместе. Моя мать и мой отец очень любили друг друга, и когда она умерла, Кес позволил мне сохранить кольцо, поскольку сказал, что оно должно быть у кого-то замечательного. Он сказал, что я должен хранить его до тех пор, пока не найду человека, которого люблю больше всего на свете во всей галактике, потому что меньшего оно не стоит. Поэтому я пообещал себе, что буду носить его каждый день рядом со своим сердцем, пока не найду человека, которому оно должно принадлежать... — теперь щёки Рей горят красным, и она открывает рот, чтобы заговорить, но По покачивает головой. — Я пообещал, что дождусь и отдам его человеку, который станет для меня тем же, чем Шара была для Кеса. И, милая, это ты.       Рей плачет; слёзы смешиваются с океанической водой, пока волны продолжают двигаться мимо, приходя и уходя, чтобы вернуться вновь, постоянное отражение естественного баланса, который галактика желает превыше всего. — "Солнышко" — первая мысль, которая пришла мне в голову, когда я увидел тебя на Крейте. Для тебя нет лучшего слова. За последний год ты принесла так много света в мою жизнь. До тебя я был потерян; потерян в мыслях о том, почему я сражался и кем я был. Я думаю о том, как ты спасла нас на Крейте, и это заставляет меня смеяться, потому что я понятия не имел, сколько ещё раз и сколькими способами ты будешь продолжать спасать меня. Когда мы тебя потеряли... — он сглатывает, потому что воспоминание пронзает его сердце кинжалом даже сейчас, после нескольких недель, проведенных рядом с нею. — Когда я потерял тебя, когда не знал, где ты и что они с тобой делали, — его голос срывается, — то совсем потерялся. Я больше никогда не хочу так себя чувствовать. Не смогу вынести разлуки с тобой. Я хочу показать тебе галактику. Хочу повидать с тобой весь мир, делать всё, что угодно. Оно твоё, если ты этого хочешь, — он протягивает ей кольцо. — Будешь ли ты моим партнером, моими звездами, моей галактикой, до тех пор, пока этого пожелает Сила? Рей, ты выйдешь за меня замуж?       Пожалуйста. Это не запоздалая мысль. Это молитва.       Она падает на колени в прибой перед ним и берет обе его руки в свои. — По, — серьёзно говорит она, и он улыбается, потому что за целый год не слышал звука красивее, чем голос Рей, произносящий его имя. — Я люблю тебя. У меня никогда не было семьи, у меня никогда ничего не было, а теперь у меня есть так много всего. Иногда это слишком, чтобы вот так внезапно всё вынести, но... я этого хочу. Я хочу этого так сильно, что мне больно. — Это означает "да"? — он облизывает нижнюю губу, пытаясь сдержать беспокойство; надежда в груди почти невыносима, она сжигает всё остальное, пока не остаётся единственной. — Да, — смеётся Рей. — Да, ты смешной, невозможный человек. Я выйду за тебя замуж.       Она наклоняется и целует его. По — глупец, если думает, что когда-либо прежде испытывал счастье. Вот оно, эта невыносимая легкость, это светящееся волнение, проходящее сквозь него от губ Рей на его губах, от её сладкого ошеломляющего ответа: вот оно, счастье, и это всё, что он хотел бы когда-либо почувствовать снова. — Чёрт, — ругается он в ту же секунду, как контакт прерывается. — Боги, я так плох в этом... Вот, — он берет её маленькую холодную руку в свою и надевает кольцо на безымянный палец. Оно легко скользит и так красиво ложится на кожу, что перед глазами всё мутнеет. — Извини, — шмыгает он носом. — Извини, что я такой грёбаный растяпа... — он утирает глаза, стараясь не втирать в них океанскую воду, и с треском проваливает план.       Я выхожу замуж за гигантского растяпу, весело думает Рей, глядя на него. Мой муж будет огромной грёбаной растяпой.       Несмотря на прохладную воду, плещущуюся о его тело, обжигающую глаза соль и невероятно неудобный песок повсюду вокруг, По внезапно до смешного возбуждён. — Скажи это снова, — шепчет он. — Что сказать? — дразнит его Рей. — Ты знаешь, — практически рычит По. — Пожалуйста? — Мой муж, — говорит Рей, и теперь в её голосе нет и намека на поддразнивание. — Ты станешь моим мужем. И... и я стану твоей женой.       На этот раз По определённо рычит, когда бросается вперёд так, что Рей теряет равновесие, и прижимается ртом к её рту. Он игнорирует бегущие потоки воды, которые огибают Рей, текут по их одежде, наверняка приводя её в беспорядок.       Он не может думать ни о чём, кроме того, как она только что назвала его и как она только что назвала себя.       Моя жена, от этого кружится голова. Ты станешь моей женой.

***

      Рей полностью отвлеклась от своих прежних страхов. Когда По пытается зацеловать её до смерти, она вспоминает, как впервые по-настоящему заговорила с ним: год и целую жизнь назад в кабине "Тысячелетнего Сокола", когда они были просто двумя незнакомцами, страдающими бессонницей, убегающими от снова и снова появляющихся призраков, которые угрожали всё уничтожить.       Они до сих пор бегут от этих призраков, от новых, если говорить честно. Но она чувствует себя лучше, зная, что бежать они будут вместе. Рей не знает, что приготовила для неё Сила. Она может умереть в конце всего этого, или горе и отчаяние сломят её до полной неузнаваемости. Но сейчас она может просто жить. Она может быть просто девушкой, которая хочет выйти замуж за замечательного милого мужчину.       Рей морщится, чувствуя набивающийся в волосы песок. Приятно целовать По и знать, что он хочет целовать её с такой страстью, независимо от того, насколько неудобно это место, но так им потребуется целая вечность, чтобы привести себя в порядок.       Чувствуя её дискомфорт, По легко перекатывает их так, чтобы он один лежал на песке. — Я люблю тебя, — говорит он, поднимая руку, чтобы убрать мокрые волосы с лица Рей. — Я тоже тебя люблю, — смеётся она, наклоняясь поцеловать своего жениха. Она решает, что ей нравится это слово.       По легко переносит её вес и, Рей выдыхает его имя, когда он прижимает её бедра к своим.       Самый красивый звук, что я когда-либо слышал, говорит он. Рей в ответ легонько на него давит. — Мы можем... — он притягивает Рей для поцелуя, тепло тел просачивается сквозь тонкие слои одежды. — Мы можем продолжить под крышей?       Его голос от возбуждения звучит как шуршание гравия. Всё тело Рей отзывается на это.       Рей вскакивает и поднимает По на ноги, используя Силу, чтобы поднять его быстрее. — Обманщица! — хохочет По. Она тянет его за руку вверх по берегу, к коттеджу. По бежит рядом; они держатся за руки, когда, спотыкаются и поднимаются по ступенькам крыльца, и когда добираются до двери, По восторженно кружит Рей в своих объятиях.       Она не уверена, кто вспоминает закрыть за собою дверь, но, когда Рей прыгает в кровать, стянув через голову тунику, пока По сбрасывает одежду, она благодарна Силе за каждую унцию уединения, которое у них есть здесь на Спире.       По быстро раздевается и стоит перед ней, словно ожидая осмотра. Она считает, что он ни в чём таком не нуждается. Рей манит его согнутым пальцем. — Ну так что? — говорит она, прикусывая губу, как надеется, соблазнительным образом. — Разве ты не хотел показать мне галактику? — Да, мэм, — коротко и громко смеётся он. Рей улыбается и раздвигает ноги под его пристальным взглядом. По прекращает смеяться и опускается на колени в изножье кровати. — Я собираюсь потратить всю жизнь, пытаясь заслужить это, — бормочет он с пылающим взглядом. Рей протягивает руку, чтобы взять его за подбородок, любуясь тем, как сверкает кольцо на её руке.       Должно быть, по Узам эхом разносится благодарность, потому что По довольно мурлычет, а затем подтягивает её за бёдра к краю кровати. — Давай начнём отсюда, — шепчет он, начиная целовать внутреннюю сторону бедра. — Только ты и я, и забудь сейчас об остальной галактике. Мы можем просто быть По и Рей, и ничто другое не будет иметь значения.       Рей нравится, как это звучит.

***

      В течение следующих часов они почти постоянно касаются друг друга, иногда прерываясь на сон или еду. Короткий визит в освежитель очищает их тела от песка, а затем они возвращаются в постель. Похоже всё, что они делают, ведёт к новому раунду энергичных исследований.       Так, По кормит Рей кусочками фруктов, и когда она слизывает сок с пальцев, его глаза темнеют. Она не может не получить вдохновения от его реакции на то, как она очищает от сока другие части его тела, и когда фрукты заканчиваются, она решает, что в любом случае предпочитает только его вкус. Его мышцы дрожат под её любопытным языком, и в конце концов он кончает так сильно, что перед глазами все выцветает.       Он с радостью возвращает услугу десять минут спустя, как только восстанавливает контроль над своим телом. Рей отдалённо беспокоится, что причиняет боль его голове, слишком сильно стискивая бёдра, но невербальная команда "не смей, блядь, останавливаться" несколько обнадёживает.       Прежде чем они засыпают, за час до рассвета, Рей садится верхом и объезжает По так медленно, что верит в неизгладимые отпечатки его больших пальцев на её бёдрах, которые могут остаться от усилий По сдержать толчки.       В конце концов он ведёт рукой от её пупка к грудной клетке, останавливаясь между грудей, и отчетливо ощущая своей ладонью биение сердца.       Я люблю тебя. Непонятно, кто это сказал; мирная пульсация Связи открыта и неразличима.       Рей накрывает его руку своей левой ладонью, и вид кольца на её пальце наконец толкает По за грань. Она наклоняется для поцелуя, прежде чем последовать за ним, и эхо удовольствия помогает ей перевернуться на спину.       Когда они проснутся, придёт время улетать. Пора возвращаться на базу.       В конце концов, им предстоит выиграть войну.

***

      Первой, конечно, замечает Роуз.       После того, как "Солнышко" заходит на посадку в отсеке ангара, По спрыгивает первым и протягивает руку Рей. Всю обратную дорогу она проспала, и он переживает, что непрекращающаяся потребность быть рядом с ней прошлой ночью слишком сильно её измотала. В конце концов, их отпуск должен был помочь Рей восстановиться, и хотя она набрала несколько фунтов веса, Пон знает, что она всё ещё более хрупкая, чем была полтора месяца назад до Сидиуса.       Однако Рей улыбается и принимает ладонь По, когда он помогает ей сойти с корабля. Финн, Роуз и Лея вышли их поприветствовать, и Финн подходит первым, чтобы обнять Рей, подхватив её на руки. Она хохочет, они хлопают друг друга по спине. По занят тем, что восхищается её милым задранным кверху носиком, пока Рей улыбается в объятиях Финна, и тут Роуз кричит: — Я так и знала! — указывает она на левую руку Рей. — Чёрт возьми, я знала! Ты мне должен, Финн!       Рей высвобождается из объятий, виновато глядя на По. Они ещё не решили, как всем рассказать, но похоже Роуз всё сделает за них. — Когда это случилось? — Лея подходит, берёт Рей за руку и в восхищении разглядывает кольцо. — И крифф, как он убедил тебя ответить "да"? — Это был лёгкий выбор, — улыбается Рей, пожимая плечами. Её уши окрашены в розовый, но, насколько может судить По, это не смущённый, а счастливый ответ. Хорошо. Пока что она не жалеет об этом. Он шагает вперёд навстречу раскрывшей руки Лее, ожидая объятий.       Но его путь преграждён подозрительным бывшим штурмовиком. — Да, чувак, — говорит Финн, прищурив глаза, — как тебе удалось её убедить? И знает ли об этом вуки?       По сглатывает и оглядывается в поисках Чубакки. Последнее, что ему нужно — быть застигнутым врасплох гигантским вуки с лучеметом в дополнение к предстоящему допросу лучшим другом его невесты. — [Хозяин По попросил Хозяйку Рей стать его супругой на Спире]! — услужливо щебечет BB, выкатываясь вперёд. — [Я сообщил джедаю-коммандеру, что это был неразумный выбор, но она посчитала иначе], — катится рядом Найни.       Что ж, по крайней мере один дроид его поддерживает. Он смеётся, чувствуя, как в груди расширяется пузырь счастья, который рос там со вчерашнего дня. Рей хихикает и перешёптывается с Роуз и Леей, очевидно рассказывая историю о том, как было сделано предложение.       Финн до сих пор переводит недоверчивый взгляд туда-сюда. Его глаза щурятся, когда он смотрит на живот Рей, и счастливый пузырь По оказывается под серьёзной угрозой. Финн делает шаг вперёд, указывая пальцем, и По перехватывает его запястье, гораздо сильнее, чем кто-либо ожидал. — Нет, — шипит он. — Даже не думай спрашивать её об этом.       Рей так счастлива, и По не хочет, чтобы это испортили вопросы о фертильности.       Нет, Финн не может её об этом спрашивать.       Его друг кивает и виновато смотрит ему в глаза. — Извини, — бормочет он. — Всё в порядке, — спрашивает По. — И я тоже не могу поверить, что она ответила "да". Просто, пожалуйста: не спрашивай её об этом.       На лице кивающего Финна видно искреннее извинение.       В основном оно витает невысказанным между ними всеми. Рей не говорила с ним об этом, и он не поднимал эту тему, боясь её расстроить. По натянуто улыбается Финну, а затем подходит к Рей, пока Роуз и Лея засыпают её вопросами. Он занимает свое место рядом с ней, где и должен быть, и сжимает её ладонь своей.       Пока Рей лучится радостью, когда рассказывает, как он стоял на коленях в воде, По пытается не вспоминать о том, как она была счастлива на Накадии в окружении группы маленьких обожающих детей. Он старается не думать о том страстном желании, которое неожиданно его пронзило в тот момент и о тревожном диагнозе, который поставили врачи, пока Рей выздоравливала в медицинском отсеке.       По не вспоминает об этом, не думает об этом, потому что не может. Он не может думать о том, что у Рей возможно никогда не будет детей после того, что с ней сотворил Хакс.

***

      Неделю спустя они получают новые приказы от Леи. Она сожалеет.       Сопротивление переходит к более агрессивной тактике. Год восстановления позволил увеличить флот и собрать большую военную силу.       Рей вызывают в дипломатические миссии на планетах Среднего и Внешнего Кольца. Её природное обаяние вкупе со статусом последнего джедая делают её идеальным кандидатом на победу над правительствами и политиками, которые не решаются помочь Сопротивлению.       По назначается в помощь командованию линкора "Альдераан", который будет выступать в качестве опорной точки для X-вингов и других истребителей на местах, удалённых от базы, и который может координировать ближайшие к нему миссии. Он знает, что скоро станет вице-адмиралом, и понимает, что как пилот Сопротивления с наибольшим опытом, он - лучший выбор, чтобы помочь новичкам добиться успеха на отдалённом театре военных действий.       Приказы разделят их по крайней мере на два месяца.       В ночь перед расставанием они обнимаются на кровати По, где всё и началось. Они не занимаются любовью и почти не разговаривают. По смотрит на их соединенные руки и проводит большим пальцем по кольцу, снова и снова, шепча "вернись ко мне" так часто, что беспокоится от потери фразой всякого смысла. Но Рей обещает, что вернётся, она обещает это По всегда, каждый раз, когда он просит. Вот и весь смысл.       Они обнимают друг друга и ждут рассвета.