Зеркало

      Некоторые вещи невозможно выбросить из головы, они снова и снова одолевают людей, берут над ними верх. Но страх быть неправильно понятыми, высмеянными, выставленными на посмешище заставляет их сдерживаться. И даже осознав, что это реальность, а не вымысел нашей искажённой фантазии, мы судорожно боимся сделать первый шаг. Мы всё выжидаем и выжидаем, ожидая какого-то знака судьбы, словно обороняясь от собственных чувств. Но ничто не вечно, срок годности есть не только у вещей. Со временем чувства либо блекнут, либо становятся наваждением, сводя человека с ума, заставляя чувствовать себя зависимым, неполноценным.       — Он ведь поцеловал меня… — поняла Союль. И мысль эта мурашками пронеслась по её телу. Ошибиться было невозможно. Лишь недавно его голос прозвучал над её ушком. Ничтожно малым было расстояние между ними, почти интимное, непозволительно вульгарное. Но делать шаг назад и отступать девушке не хотелось.       Союль, до этого упрямо отрицавшая, что ей нравится Юнги, вдруг осознала, что самообман не удался. Стена, которую она снова и снова воздвигала, ограждая себя от всего внешнего мира, предательски разносилась в щепки, оставляя её наедине с ним. Оставляя совсем беззащитную, безоружную, бессильную. Ни разговоры с одногруппниками, случавшиеся раз в столетие, ни попытки Тэхёна флиртовать не заставляли её чувствовать такую бурю эмоций. Стоило Союль увидеть Юнги, как она снова погружалась в калейдоскоп цветов и красок, где всё было таким новым и притягательным. И лишь одно останавливало девушку. Чем чаще они виделись, тем меньше ей хотелось с ним расставаться. Она словно раз за разом отрывала частичку себя, ощущая при этом неприятную пульсирующую пустоту внутри, напоминающую о том, что проблемы в отличие от Юнги не покинули её.       Мин спас её в их первую встречу, поддержал и окутал заботой в следующую встречу, а позже Союль и вовсе выяснила, что они неразрывно связаны. Он и она словно два сосуда, соединённые воедино. Эмоции и переживания одного непременно отразятся и на другом. И именно по этой причине малышка Кан сомневалась, что ей делать со своими чувствами, которые она испытывала к парню. Рано или поздно они все равно достигнут его, но к чему это приведёт? Для неё он словно лекарство, спасающее её от боли, страданий и даже смерти. Но у этого лекарства есть один побочный эффект — привыкание. Так стоит ли им продолжать эти непонятные отношения? Ведь жизнь — это не сказка, а значит, счастливый конец вовсе не обязателен. Стоит ли так рисковать?       Союль закрыла глаза. Внезапно музыка, до этого атакующая их со всех сторон, стала тише, но ещё более удивительным было то, что она вдруг увидела Юнги. Пусть и не совсем отчётливо, но она увидела его. Они стояли совсем близко, почти соприкасаясь лбами, как девушка и предполагала. Карие кошачьи глаза Мина, медленно гипнотизировали малышку Кан, а его рука нежно гладила её по щеке.       — Что ты только что сделал? — тихо, почти шёпотом, спросила Союль, желая освободиться от оков своей неуверенности.       — Ты меня видишь? — ответил вопросом на вопрос удивлённый Юнги. От него веяло нежностью и спокойной уверенностью.       Девушка лишь кивнула в ответ.       Но Мин ответил не сразу, вместо этого он приблизился ещё ближе. Это был ещё не поцелуй, но Союль не стало от этого легче. Румянец игриво заиграл на её щеках. В конце концов до этого она могла лишь догадываться, что произошло, теперь же сомнения в голове девушки доживали свои последние мгновения, стремительно исчезая, благодаря поведению парня. И будто желая самолично избавиться от опасений, так долго терзавших их обоих Юнги, хитро улыбаясь, прошептал:       — Не думаю, что есть смысл говорить об этом. Лучше я ещё раз покажу.       Союль же не успела отстраниться, а точнее она и не желала этого. Их губы тут же соприкоснулись. Лишь одно терзало девушку. Вместо того, чтобы ощущать почти прохладу, исходившую от Юнги, зависшего в таком состоянии, она бы хотела ощутить теплоту его живого тела. И хоть их поцелуй вряд ли можно было назвать самым правильным, они не готовы были лишиться его.       Союль будто уносило далеко-далеко, ей словно дали возможность покинуть гнусную, давящую реальность. Музыка, всё так же играющая становилась всё тише, мир, в котором сейчас находился Мин, безудержно притягивал её, затаскивая в свои таинственные глубины. Поцелуй Юнги ощущался всё более и более материальным, а тело девушки становилось ватным, становясь для неё обузой, сдерживая её. Союль понимала, что поддаться соблазну и уйти в то, иное измерение не было чем-то правильным, но не все вещи, которые люди желают можно назвать правильными.              И вот ещё совсем чуть-чуть и малышка Кан тоже покинет своё тело, оказавшись рядом с Юнги. Она не умрёт, а лишь потеряет сознание, так ли это опасно? И наконец все окружающие звуки почти затихают, лишь мгновение и они с Юнги будут вместе…       — Черепашка! — резко выводит девушку из транса бархатный тембр, разом разбивая весь восторг, тяжким грузом приковывая к действительности.       Союль открыла глаза и пыталась отдышаться. В лёгких судорожно не хватало кислорода, а в глазах двоится. Чтобы не дать малышке Кан упасть, Тэхён аккуратно придержал её за локоть.       «Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Соберись, Кан Союль! Или ты хочешь быть первой девушкой, покинувшей тело от поцелуя с парнем, который ей нравится».       — Эй, тебе хорошо? Выглядишь так, словно тебя душили, а ты не сдалась, — беспокоился Ким, — я еле нашёл тебя, черепашка! Я, конечно, люблю фокусы, но явно не такие! Унеслась куда-то, даже не подождав меня! Если верить моим скудной памяти в белый горошек, то наш последний поход в клуб не закончился ничем хорошим! Неужели ты не можешь учиться на собственном опыте?       — Я-я н-нормально. Г-где Ю-юнги? — спросила Союль, всё ещё слегка дрожащим голосом. Слишком уж сильными были впечатления от призрачного поцелуя.       — Угу. То есть ты, конечно, нормально, но при этом у тебя галлюцинации? Интересное такое сочетание. Никогда раньше не встречал! Юнги здесь не было! Ты, как настоящий истуканчик, стояла здесь с закрытыми глазками, покачиваясь из стороны в сторону, даже не пытаясь попасть в ритм, при этом ещё и улыбаясь милой улыбкой, сбежавшего из психбольницы пациента! — ворчал парень.       — Тэхён-щи, вы всегда такой разговорчивый? — попыталась немного успокоить своего собеседника Союль.       — Техён-щи разговорчивый только потому, что он в бешенстве от того, что девушка, которая ему небезразлична внезапно убегает, рискуя при этом снова найти себе проблему на свою прелестную… Кхм… Л-ладно, назовём это бедрами. — отказывался умолкать Ким.       — Я вот даже не знаю, что мне хочется сделать больше в данный момент, поблагодарить его за то, что не дал тебе потерять сознание или отвесить подзатыльник за то, что слишком много говорит. — вдруг пробурчал рядом Юнги, заставив Союль улыбнуться, своим ворчанием.       Теперь она уже не видела его, как в тот момент, когда они целовались, но даже осознание того, что он рядом, успокаивало девушку.       Ни о чём не подозревающий Тэхён всё ещё суетился вокруг, терпеливо дожидаясь момента, когда Союль полностью придёт в себя. И вот после очередного внимательного осмотра малышки Кан, парень пришёл к выводу, что жертва к приёму информации готова.       — В любом случае, черепашка, я нашёл твоего дядю. — сообщил наконец Ким, наблюдая за реакцией Союль.       — Правда? Где он? — нетерпеливо спросила девушка.       — Я, конечно, тебя отведу, но для этого нам нужны некоторые приготовления. — сомневаясь ответил красноволосый.       — Что такое? — недоверчиво поинтересовалась девушка.       — Кан Союль, тебе придётся стать моей девушкой! — выпалил Тэхён.       — Что?! — недовольно выкрикнул Юнги.       — Что?! — вторила ему Союль.