Дичь

      Чонгук быстро и изо всех сил бежал домой, ни на кого не смотря. А вдруг ему привиделось? Ближе к дому образ незнакомого второкурсника всплывал в памяти уже не таким чётким, как при первом впечатлении. Оказавшись на пороге дома, жмурясь до белых пятен перед глазами, он уже решил, что ему померещилось. Померещились растрепанные волосы непонятного серо-русого цвета, высокий прямой нос, пронзительные карие, миндалевидные глаза… и рот… «Какой у него рот?» — проносится вопрос в который раз в голове. В панике Чонгук вспоминает, как выглядели губы у наглеца, как вдруг до него доходит — он слишком долго думает об этом придурке и о его губах. Кстати, верхняя чуть-чуть пухлее нижней.       О чёрт! Этот урод (точнее не урод) приставал к учителю Ли! К его любимой! Он недостоин, чтобы о нём вообще думали! Чонгук в следующий раз обязательно покажет, как надо себя вести с девушками, особенно с потенциально чужими девушками. И плевать на всё! Пусть тот наглец немного старше и крупнее. Складывая в уме все виды расправы, которые навряд ли сможет осуществить, Чонгук немного успокаивается.       Вкусная домашняя еда, приготовленная заботливой мамой, и тёплая уютная атмосфера дома помогают отвлечься. Он делится с родителями о случившемся, после чего те с воодушевлением обещают отвезти его к доктору на этой неделе. Пусть немного неприятно от мысли, что первым незнакомым человеком, лицо которого Чонгук с одной попытки смог увидеть, был некий второкурсник с плохими манерами, но на горизонте появился лучик надежды об избавлении от недуга.       Вскоре возвращается с работы Хосок и с порога начинает крутить мелкому уши за то, что тот стащил на днях у него сигареты и несколько пачек снеков из неприкасаемого запаса, а также без разрешения трогал его ноутбук. Чонгук же не против немного побороться и сбросить оставшееся напряжение. Он сейчас с радостью забыл бы лицо того парня, если бы не факт, что тот являлся первым незнакомым человеком с момента обнаружения расстройства, лицо которого сразу же удалось распознать и запомнить. Мысли о чужой внешности никак не выходили из головы. Он не избавился от них даже после финального и болючего пинка под зад, которым Хосок выпроводил его из комнаты.

***

      — Предлагаю попросить мою соседку Солар. Она красивая, фигуристая, имеет опыт и не будет против, — заявляет Намджун, встретившись с Юнги и Чонгуком на перемене в их излюбленном месте: в пролёте под лестницей первого этажа, ведущего в подвал. — Только придётся честно рассказать, какие именно у Чимина проблемы. Девушки обычно очень милы со скромниками, их, как мух, тянет к ним.       — К ним, то есть к педикам, — вставляет своё Юнги.       — Полегче, друг!       — Просто называю вещи своими именами. Друзья лишь заказывают глаз, их друг неисправим.       — А она не будет трепаться? — беспокоится Чонгук.       — Нет, он же несовершеннолетний, поэтому точно будет молчать. Хорошо, если она вообще согласится его потискать, — отвечает Намджун, а у самого не совсем убедительный вид.       — Блин, везёт же Чимину! А для меня можно организовать подобное? Я видел, какие у Солар сисечки, прям как сочные персики… — заявляет Юнги с воодушевлением и искренностью своих намерений, в мыслях уже представляя фигуристую девушку во всей красе.       — Эй, нам друга нужно спасать, а ты о себе без конца трындишь! — отдергивает его Намджун. — В общем, я с ней сегодня поговорю, если всё получится, завтра встречаемся у меня. Родители снова в командировке. Чонгук ты должен привести Чимина. Проследи, чтобы он был в хорошем расположении духа и не трясся, как желе. А ты, любитель персиков без косточки, — он смотрит на Юнги и без смеха не может, — не переживай. И на твоей улице будет праздник. Мы что-нибудь придумаем, но позже. Ок?       На следующий день план пришёл в действие. Солар, та самая соседка Намджуна, с которой у них были далеко не дружеские отношения, согласилась на авантюру. Девушка просто огонь, лишь одним своим видом она была способна охмурить любого мужчину, чтобы тот растёкся перед ней в лужицу. Она обладала густым водопадом чёрных волос до пояса и милыми чертами лица, с которыми она походила на кошечку. О фигуре её можно только мечтать; удовольствие можно было словить не только при касании, просто смотреть — уже кайф. О её социальной ответственности и скромности сложно было сказать с таким же восхищением, но это лишь её дело.       Задача Солар — приласкать и, желательно, возбудить Чимина, тем самым доказать, что с парнем не всё потеряно. Ну, а если все пойдёт хорошо, ребята не были бы против, если девушка легонько вздрочнёт их юному другу, чем только закрепит его посвящение в ряды натуралов. Взамен она потребовала с ребят молчание и персиковое соджу. Дёшево, но что возьмёшь со школьников. К тому же «операция по спасению» казалась ей забавной, было любопытно посмотреть на парня, которого нужно приласкать, чтобы привести в чувства.       Чонгук, как обещал, приводит Чимина в целости и сохранности, по дороге затравив бедолагу скучными анекдотами, чтобы поднять настроение. Староста, как чувствовал, что что-то не так, но не подавал виду.       Намджун встретил ребят и проводил в свою комнату, где ждала приятно пахнущая и цветущая Солар. Рядом уже сидел балдеющий, откровенно пускающий на неё слюни, Юнги. Он пришёл пораньше, исполняя роль массовки, не иначе. Лишь взглянув на него, можно было понять, что тот с радостью бы утонул в ложбинке между полными и упругими грудями девушки, которые демонстрировало её откровенное декольте.       — Знакомьтесь, ребята, это Солар. Солар, это Чонгук. А это Чимин, — на имени последнего Намджун делает особый акцент, что сам пацан аж вздрагивает услышав о себе. — Народ, мне срочно нужно сбегать к соседям сверху и поговорить насчет… м-м, водопровода. Вы знакомьтесь, общайтесь, не стесняйтесь, я скоро. Тут есть немного угощений, налетай, — указывает Намджун на кучу разных закусок в виде мармелада, чипсов и прочей вкуснятины на столе. Очень «по-взрослому», не хватало свечей и шампанского. Осознав на ходу, что придумал совсем неубедительную легенду о водопроводе, спотыкаясь, Намджун покинул присутствующих и вышел из комнаты, затем из квартиры.       — Привет, — сверкает взглядом девушка, рассматривая парней практически в упор. Её вообще ничего не смущало. Мальчишки и их поведение казались ей такими забавными.       Зато неловкость малышни была на пределе. Парни действительно не знают, о чем говорить и как себя вести в присутствии эффектной девушки. Каждый тупит по-своему. Чонгук вдруг решает посчитать сколько параллельных полосок на ковре и сколько пересекающихся линий, на глаз вычисляя градусы углов у одних и определяя симметрию у других. Юнги приспичило выпить чего-нибудь прохладненького, и он, как самый настоящий гурман, давился излюбленным персиковым соком, шумно потягивая его из трубочки. Чимин же сидел и не шевелился, за одно молился, чтобы Юнги, не поднимающий взгляда выше подбородка Солар, не окосел окончательно.       — Гук, тут такое дело, пойдем выйдем поговорим как бы… Нужно кое-что перетереть. Ну ты понял, короче, — вдруг обращается к другу Юнги, опомнившись, не подозревая, что до безобразия очевиден. Чимин хочет тоже встать и пойти за ними, но ребята его останавливают: — а ты сиди, негоже оставлять гостью одну. Мы скоро.       Чимин провожает их испуганным взглядом, а затем косится на Солар, которая ловит его взгляд и подмигивает. Весь зелёный, сгорбившись в три раза, парень не знает куда себя деть и считает секунды до возвращения ребят.

      Покинув квартиру, парни вышли на лестничную площадку где их уже ждал Намджун, и притаились.       — Они трахаются сто пудов — с завистью заявляет Юнги. — Я слышу их стоны, прилипнув ухом ко входной двери.       — Как?! Что? Я не слышу, — не верит Чонгук, повторяя за другом.       И правда! Что-то внутри действительно происходит. Его глаза с удивлением расширяются, Юнги, наоборот, жмурится, а Намджун тоже прислоняется к двери. За дверью послышались прерывистые стоны и голоса.       — Они, правда, трахаются! — уже скулит Юнги, сползая вниз. — Блять, у меня встаёт.       — Вот извращенец! Не смей тереться об мою дверь! — отскакивает от него Намджун.       — Юнги срочно нужна женщина, — делает вывод Чонгук, находясь в шоке от всего происходящего: и рядом, и за дверью. — Мне почему-то кажется, что стонет не Солар, а Чимин. У него такой высокий голос!       — Ебаный свет! — вырвалось у Мина.       Вскоре звуки за дверью прекращается и становится тихо. Ребята решают подождать еще несколько минут, как вдруг на телефон Намджуна приходит смс от Солар, где она просит отлипнуть от дверного глазка и вернуться в квартиру.       Бесцеремонно вернувшись, первое что ребята видят это то, как девушка поправляет подол узкого платья, который немного задрался. Чимин с пылающими щеками так и сидел на кровати Намджуна, но с расстегнутой рубашкой и, слава богу, в штанах.       — Милый, — девушка ласково обращается к нему, — обязательно позвони мне.       В это время, можно наблюдать, как нижние челюсти ребят синхронно ударяются об пол. Судя по довольному виду Солар, их невинный друг только что покорил её.       — Пока, мальчики! — отправив всем воздушный поцелуй, она кокетливо подмигивает и уходит, оставив после себя шлейф приторно-сладкого аромата её духов.       — Дайте мне верёвку и мыло, — пролепетал Юнги, — я сам от зависти сдохнуть не смогу.       — Чимин, как ты? Расскажи, что произошло? — осторожно спрашивает Чонгук, присаживаясь рядом, немного брезгливо оглядываясь на смятую позади постель.       — А сами не знаете? — закатывает глаза Чимин, поправляя свои брюки.       — Вы трахнулись? — с нетерпением спрашивает его в лоб Юнги, словно от этого зависит его жизнь.       — Ну? Не томи! — Намджун так же сгорает от нетерпения.       — Всё прошло хорошо. Мне понравилось, если вы об этом, — вздыхает Чимин, словно на него свалилось бремя всей Вселенной и именно ему придётся нести кольцо в Мордор. — Солар сказала, что хочет ещё раз встретиться.       — И чего ты такой грустный? — треплют его по волосам.       — Я не грустный, просто устал. Как будто опустошен.       — Это твои яйца опустошены. Радоваться надо, — не без зависти вставляет Юнги.       — А чему радоваться? — с таким же грустным видом продолжает Чимин. — Я не хотел это делать с малознакомой девушкой и именно так.       — Как так? Боже, она тебя изнасиловала? — пугается Чонгук, в шоке прижимая ладонь ко рту. — Что мы натворили, ребята!       — Нет, не изнасиловала, — пожимает плечами грустный парень.       — Пиздец! Мы ведь просто хотели, чтобы Солар тебе дала потрогать сиськи и всё, — также начинает беспокоится Намджун.       — Да знаю я! Просто ситуация чуть-чуть вышла из-под контроля, — неясно поясняет Чимин.       — Это как? Рассказывай!       — Ну сначала она на меня залезла, потёрлась, потом поцеловала, с языком, — снова вздох вселенской грусти. — Я как бы не стал прикидываться бревном и тоже ей ответил. А потом она опустилась передо мной на колени и присосалась к моему чл… — Чимин не договаривает и опускает взгляд на свой пах.       Юнги издает непонятный звук, что-то между икотой и кашлем.       — Она тебе отососала? — не верится Чонгуку.       — Представь себе, — хмыкает Чимин.       — Срань Господня! — счастливо ругается Намджун.       Юнги вместо комментария делает вид, что хочет удавиться, издав предсмертный крик.       — И было клёво, — вдруг веселеет Чимин, и его щеки заливает румянцем. — Я думал, что уже кончу, как она ткнула своими пальцами мне туда.       — Сукааааа! — тут же заорал воскресший Юнги, шарахаясь от Чимина в сторону. — Снова гейская дичь! А я уже завидовать начал, надеялся, что ты стал нормальным пацаном.       Чонгук кое-что не понимает и спрашивает у Намджуна:       — Что произошло?       — Палец в анус она ему засунула, — поясняет тот.       — Зачем? — все равно не понимает младший.       — Тебе лучше не знать.       — Да я в курсе, что через задний проход можно доставить удовольствие, если найти простату, — зарядил Чонгук, словно говорил о погоде, — просто я не понимаю, почему она это сделала? Могла бы предложить просто секс.       — Она обещала, что в следующий раз всё будет и мы переспим ка бы полностью, — поясняет сам Чимин.       — Ну хоть что-то знакомое, — бубнит и без того убитый горем Юнги, потеряв всю энергию и запал.       — Эй, ребята! Массаж простаты не признак гомосексуализма, — говорит в своей интеллектуальной манере Намджун. — Тем более ему это сделала девушка. А ещё говорят, он полезен. Наш Чимин обычный пацан с нормальными потребностями. Вы только подумайте, у него был настоящий минет. Может, мы его лучше поздравим?       — Да. Чимин, поздравляю! Ты первый из нашей компании, кому так повезло, — соглашается Чонгук.       — Действительно, счастья полные штаны, — удручённо добавляет Юнги.       — А правда, что массаж простаты полезен? — нарушает спокойствие Чонгук, невинно потупив глазки. — Я просто так спросил, для справки.

***

      Солар не приняла свою награду — ящик персикового соджу, за то, что приласкала Чимина. Сказала, что Чимин ей оказался очень по душе.       — Нахрена я так ебался, когда пытался достать это бабское пойло? Дядю упрашивал, ему отстегнул кругленько, чтобы не доложил родителям, а потом тащил всё это на своем горбу. И всё ради чего? Ради того, чтобы Чимину отсосали и палец в анус вставили. И на вкус это пойло тот еще шлак, — возмущался Юнги, когда они в конце недели снова собрались дома у Намджуна и пили этот самый «шлаковый» напиток.       — А мне нравится, хён, — говорит в ответ Чонгук, прикладываясь к бутылке прямо с горла, — лучше, чем пиво в тысячу раз. Спасибо, что подсуетил! — и смотрит невинным, но уже пьяным оленьим взглядом, полным благодарности. Мин сразу тает, ведь Гук выглядит таким милым, когда выпьет даже самую малость.       — Скидывались поровну, бро, так что не ной. Вроде сахарный, а сладкое не переносишь. Это всего лишь персиковое соджу. Сам же любишь персики до поросячьего визга, — Намджун тоже не против сладкого вкуса. — А ты, Чонгук, не увлекайся! Это не лимонад, унесёт. И мы тебя не дотащим. Ты же, блин, тяжелый как мешок с цементом, — предупреждает он мелкого, чтобы сильно не налегал на крепкий напиток.       Чонгук же хихикает и ловит вертолёты, томно дуя губы в трубочку и лезет обниматься к Юнги, совсем не беспокоясь, что Хосок, хоть и прикроет его перед родителями, но сам пиздюлей вставит горячо и ощутимо.       Чимина с ними не было, его украла жгучая брюнетка Солар и не обещала возвращать. Кажется у кого-то должен будет случиться настоящий секс. Никто из ребят не ожидал, что девушка начнет преследовать парня. Она увела его прямо из-под носа ребят, а до этого постоянно названивала и забрасывала смс. Её интерес не ограничивался романтикой и преследованием. Она начала дарить Чимину подарки, покупала еду, превращаясь в настоящую мамочку. Это уже больше пугало, чем смущало.

***

      Последние события еще больше сблизили ребят, особенно самого Чимина с друзьями. Они начали чаще видеться не только после школы, но и во время занятий, разделяя совместные обеды и перемены.       Как сейчас, заняв самый дальний столик в углу школьной столовой, друзья с удовольствием уплетали обед из жареной свинины и яичных рулетов. Ко всему часто добавлялись кимпаб или сэндвичи, которые часто приносил с собой Чонгук, таская еду в контейнерах, из-за чего его портфель всегда был тяжелее других. Он ходил вечно голодным, но ел больше всех. Объяснялось тем, что малыш со стальным прессом и с титановой пластиной в черепе быстро растёт и уже имеет приличную мышечную массу, поэтому ему требуется больше энергии.       — Чимин, ты прости нас. Я не думал, что ты настолько сильно произведешь впечатление на Солар. Мне попробовать поговорить с ней? — оправдывается Намджун, предлагая разобраться с «опасной» нуной, которая не только покупала Чимину еду, но и без конца писала ему.       Юнги молчит и совсем не испытывает угрызений совести, он завидует приятелю, в сердцах проклиная несправедливость и красивых и легкодоступных женщин.       — Чимин, прости, мы хотели, как лучше, — тоже просит прощения Чонгук. Он переживал о случившемся даже больше своего друга. — Если честно, мне эта идея сразу не понравилась. Зря я промолчал. Теперь жалею.       — Нет, не надо переживать. Мы отлично проводим с ней время, — успокаивает ребят Чимин, — она милая. Думаю, что девушки милые.       Он снисходительно пожимает плечами, не возмущается и не обвиняет заботливых друзей. Парень не рассказывает, что творится у него в его голове. Иногда казалось, что подобное внимание, как забота Солар, ему льстит. Видимо, приставания нуны ему нравятся больше, чем нет.       Вдруг, кое-то из толпы привлекает внимание Чимина. Парни проследив за траекторией его взгляда, видят лишь компанию учеников, решивших тоже посетить школьную столовую. Среди них сильно выделялись двое.       — Явились, не запылись, — шипит под нос Юнги.       — А эти двое – ваши одноклассники? — спрашивает у старших Чимин.       — Да, Ким Сокджин и Ким Тэхён, — поясняет Намджун. — Тот, что с черными волосами и с внешностью актёра — Сокджин, недавно стал нашим старостой класса. Нормальный пацан. А другой тоже, но своеобразный.       По его интонации становится понятно, что о втором парне Намджун не хочет говорить плохо, но и не жалует. Тем временем, Чонгук осматривает толпу, заранее ожидая, что никого там не узнает, но ошибается. Неожиданно по спине проходит холодок, когда он видит среди учеников того самого наглого второкурсника, который надоедает учителю Ли и зовёт её на свидания. Всё-таки ему не показалось тогда, и он узнаёт парня без каких-либо стараний.              — Это вы про тех, что в брендовой одежде и с наглым видом? — уточняет Чонгук, стараясь быть небрежным в тоне.             — Не заморачивайся, — толкает его в бок Юнги, не горя желанием обращать своё внимание на чужаков.       — Намджун, а ты хорошо общаешься с Сокджином? — неожиданно спрашивает Чимин, пропустив слова Мина мимо ушей.       — Ну да, вроде бы. Хочешь, чтобы я позвал его к нам присесть? — Ким словно читает мысли.       — А можно?       — Не надо. С ним же припрётся этот! — возмущается Юнги, имея в виду другого парня.       — А что не так с ним? — как будто не нарочно спрашивает Чонгук. Его интерес основан лишь на сборе информации. Он так и не рассказал друзьям про случай после музыки, когда впервые встретил того парня. — Ты про Тэхёна? Он кажется приятным снаружи с внешностью айдола, но на деле то ещё говнюк. Богатенький ублюдок. Девочки к нему не клеятся, потому что боятся быть высмеянными. И вообще, говорят, он насмехается и тизит тех, кто ему типа тупо не нравится. Даже учителей достал. Директор и многие учителя к нему лояльно, ведь отец придурка спонсор школы и какой-то там шишка, — тихо говорит Юнги, чтобы рассказ слышали только за столом. — Говорят, он нашу прошлую школьную медсестру вынудил уволиться, потому что приставал к ней. Тот еще фрукт.       У Чонгука после услышанного аж волосы на затылке зашевелились. Что если этот Ким Тэхён нацелился и на его прекрасную Айю?       — Да ну, бро, ты утрируешь. Он просто немного вредный, — добавляет от себя Намджун.       — А тот красавчик Сокджин дружит с ним? — не унимается со своим интересом Чимин.       — Сокджин дружелюбный парень, и Тэхён, как ни странно, хорошо общается только с ним. У них похожий статус, может быть, семьями дружат, — размышляет Намджун, сам не уверенный в своем предположении, — наверное.       — Уверен сонбэ Сокджин хороший, — улыбается Чимин.       — Он тебе уже и сонбэ?! Да что ты заладил с этим Сокджином? — шикает на Пака Юнги. — Втюрился что ли?       — А что, завидно? Смотри какой красивый! Внешность, фигура, характер – всё при нём, — такой реакции от Чимина никто не ожидал, а Мин точно дар речи потерял. Сам же Пак продолжал провожать восхищенным взглядом Сокджина, который дожидался своей очереди, чтобы получить обед: — Потрясный!       — Да, он симпатичный, — соглашается Намджун, затем ловит вопросительный взгляд Чимина: — Ладно, он красавчик, что утаивать. Он мне не раз помогал по учёбе, ну и я ему.       — У него такие правильные черты лица, что не придерёшься ни к чему, — вздыхает Пак.       — Я бы сказал, что абсолютно симметричные и ровные, — соглашается Намджун.       — А ещё его плечи шире моих. Наверное в полтора раза.       — Да, плечи довольно внушительные.       — А ещё фанклуб откройте, придурки, — ворчит на них Мин, вновь обретя способность говорить.       — Зависть — плохое чувство, хён, — хмыкает Чимин.       — Эй, я понимаю вы заняты важным делом, обсуждая чью-то супервнешность, но вы не думали, что одному из нас не понятно, о чем вы трындите? — Юнги с осуждением смотрит на Намджуна и Чимина, а затем указывает на Чонгука.       Ребята замолчали, но Чонгук и не слушал, о чем шла речь. Он следил за другой фигурой, принадлежащей Ким Тэхёну — тому самому «богатенькому ублюдку», как сказал Юнги. Этот парень действительно выглядит надменно, словно вокруг него вьются одни насекомые и ползучие твари, а не люди. Однако Чонгук отмечает, что Тэхён красивый, несмотря на вечно недовольный вид.       — Практически все столы заняты, — слова Чимина отвлекли его от раглядываний, — но если мы немного подвинемся, то можем позвать Сокджина к себе.       — Можете не рыпаться. Я поел. Пойду в туалет, — махнул рукой Юнги.       Его поднос был лишь наполовину пуст, но он дал понять, что у него нет желания сидеть с чужаками. Встав со стола, он за пару шагов добирался до урны для остатков, опрокинул туда свой недоеденный обед и стремительно направился в сторону уборных, игнорируя взгляды недовольных поварих. Это была грубая выходка, ведь выбрасывать еду у них в столовой не приветствуется, точнее нигде не приветствуется.       Чимин с Намджуном переглядываются с досадой и больше не решаются окликнуть красавчика Сокджина. Чонгуку из-за ухода Юнги становится не по себе, но бросать свой обед он не собирается, поэтому торопится покончить с ним, чтобы потом найти его до конца большой перемены. За мыслями и трапезой он не заметил, как к их столу кто-то подошёл. Ни Намджун, ни Чимин их и не звали, но, видимо то, что одно место за столиком освободилось, их привлекло.       — Привет. Можно к вам присоединиться? Мест совсем не осталось, — голос высокого юноши звучит уверенно, но дружелюбно. Это был Ким Сокджин.       Чонгуку этот парень кажется знакомым. Силуэт парня выглядит привлекательно и опрятно. Чонгук подумал, что человек с таким приятным голосом должен быть симпатичным. Запомнить его будет не сложно.       — Конечно, — Чимин, не робея, теснее двигается в сторону Намджуна и уступает место рядом с собой Сокджину.       Место Мина занимает второй, как уже известно, Ким Тэхён. Чонгук напрягается всем телом и старается слишком очевидно не смотреть на неприятеля, севшего рядом с ним.       — Это Чон Чонгук и Пак Чимин, мои друзья, — представляет ребят Намджун излишне официально, — это мой староста Ким Сокджин и одноклассник Ким Тэхён.       Все сидящие за столом ещё пару мгновений с любопытством разглядывают друг друга, до тех пор, пока Сокджин не говорит:       — Давайте есть!       Чонгук краем глаза всё же наблюдает за новым соседом по трапезе и не замечает ничего странного. Тэхён ест, не торопясь, не кривится от вкуса недосоленного мяса или из-за липких комочков в рисе, и даже делится своими яичными рулетами с Сокджином. Это даже радует, хоть в чем-то он нормален, учитывая рассказы о нём.       Вдруг, внимание Чонгука привлекает другой. Сокджин увлеченно копошится в портфеле, а затем достает три небольших контейнера, судя по запаху, с едой.       — Угощайтесь. И спасибо что разрешили нам присесть к вам, — говорит Сокджин и улыбается.       Друзьям неловко, потому что они совсем недавно обсуждали их. Чимин и Намджун кивают, как болванчики, пробуя вкусно пахнущие закуски, и благодарят.       — Вкусно! Сокджин, ты как наш Чонгук. Он тоже приносит с собой еду, — чуть ли не светится от счастья Чимин, указывая на пустой контейнер, который они опустошили немного раньше.       Сокджин, услышав о том, что Чонгук тоже таскает еду в школу, протягивает младшему руку для рукопожатия. Гук, недолго думая, отвечает на жест, умиляясь от того, как забавно и дружелюбно Сокджин провёл параллель между ними. Трудно было определить по лицу, какие точно эмоции этот красавчик испытывает, но сидящие напротив друзья улыбаются, поэтому Чонгук вторит им. Неловкость немного начинает спадать.       Чимин активно беседует с Сокджином, спрашивает точный возраст и месяц рождения, повторно представляется старостой своего класса и получает в ответ такое же рукопожатие, как ранее Чонгук. Намджун общается сдержанно. Уход Юнги на него также подействовал, но он старается быть вежливым. Чонгук ест, слушает и наблюдает, как обычно. Единственным, кто не реагировал на приветливую беседу, был Тэхён.       — Жаль Юнги-хён ушёл, — вспоминает от друге Чимин.       Между ними временами присутствовала прохлада и недопонимание. Юнги всегда открыто говорил своё мнение, часто обидно задевая младшего, а Чимин очень страдал от его нападок, но не показывал это, лишь огрызался в ответ.       — Но по твоему безразличному виду не скажешь, что тебе жаль, — вдруг раздаётся со стороны, где сидит Тэхён. Не сказал, а прям выстрелил.       — Что, прости? — Чимину на момент показалось, что ему послышалось.       — Я говорю, что сомневаюсь в том, что тебе жаль, что Мин Юнги ушёл, — безразлично повторяется второкурсник, словно не замечая своей грубости в контексте. — Что не понятно?       — Тэхён, не надо, — останавливает его Сокджин.       — И что я такого сказал? — серьёзно удивляется язва. — Это ведь правда! Я просто хорошо распознаю ложь.       — Ты не знаешь ничего, чтобы судить, — тихо отвечает ему Чимин, теряясь.       Сокджин снова предупреждает своего друга, чтобы тот был помягче.       — Не в обиду, честно. Я сказал, что думал. Ты ведь правда не выглядел расстроенным когда ваш друг свалил, и даже не посмотрел в его сторону, а вот они, — Тэхён указывает на Намджуна и Чонгука, — поникли, — он задерживает взгляд на Чонгуке немного дольше, и в его глазах проскальзывает удивление. Очевидно он только сейчас его узнал.       Чимин ёрзает на стуле, но молчит в ответ, но явно закипая изнутри.       — Слышь, ты не вправе высказывать своё никому невсратое мнение! — вступается за друга Чонгук, с вызовом посмотрев на Тэхёна.       Уже не только Сокджин, но и Намджун встревает, обращаясь к Чонгуку, чтобы тот успокоился.       — Заступаешься за друга? Похвально, — с издевкой улыбается Тэхён Чонгуку, чуть ли не скалясь, словно ждал, когда на него отреагируют. — Вот мне интересно: поддержат ли тебя друзья, когда узнают, что ты пускаешь слюни на взрослых дамочек?       — Кто бы говорил, — шипит в ответ Чонгук, — не смей даже упоминать о ней!       — Ладно. А хочешь расскажу секретик, который, кстати, видно невооружённым глазом. Твоя тормознутость отличный фон, на котором твои дружки выглядят поинтереснее, — невозмутимо выдаёт Тэхён.       Чонгук не успевает среагировать, как его перебивают.       — Закрой свой рот! — это уже был Чимин. Он резко встает изо стола, кинув свои палочки в сторону Тэхёна, что те со звоном ударяются об стол и падают на пол, повторно звеня.       — О! — Тэхён делает вид, что ему страшно, но глаза его были наполнены презрением и насмешкой. — Так вы тут за друг друга горой, я смотрю. Может вы ещё и встречаетесь между собой?       Тут уже Чонгук и Намджун готовы были кинуться на него с кулаками. Их сдерживало лишь то, что они находятся в столовой, а не на улицах района. А вот Юнги не ничего не остановило бы.       — Боже, Тэхён, успокойся, прошу тебя! Опять ты за своё, — прерывает перепалку Сокджин и несильно хлопает по спине своего друга, затем устало добавляет, обращаясь к ребятам: — Парни, прошу прощения. Не воспринимайте близко к сердцу то, что он говорит. Мы лучше пойдем.       Он собирает со стола контейнеры, берёт свой поднос с обедом и взглядом требует того же у Тэхёна. Тот, как ни странно, послушно встает, подбирает поднос и идёт за другом. Чужаки уходят на другой конец зала, оставив раздосадованных парней с отвратительным настроением.       — Я извинюсь перед Юнги-хёном. Он был прав, когда был против, чтобы мы их звали, — вдруг говорит Чимин, расфокусировано разглядывая свой недоеденный обед.       — Мы их не звали, они сами подошли, — заверяет его Чонгук, — так что всё нормально. Кстати, мне одному кажется, что наш предсказатель Мин не зря ушёл?       — Да, иначе драки было бы не избежать, — соглашается Намджун. — Давайте, доедайте! Пойдём, найдем Юнги, — заключает он, хлопая каждого по плечу.       Закончив с обедом, ребята сразу идут искать Мина. По дороге Чимин задерживается возле автомата с напитками и покупает его любимый персиковый сок.       Каждый для себя решил, что никто не посмеет их поссорить и не заставит сомневаться в их дружбе.

***

      «Трудности относительны!» — говорит себе Чонгук и заставляет себя снова вчитываться в параграф, посвященный земельным реформам Тэджо. Он не отсталый, он нормальный, просто немного иначе смотрит на мир. Ему трудно сосредоточиться на чем-то одном, но он всегда старается добиваться своих целей до конца. Одна из поставленных целей — поставить на место одного придурка. Эта мысль ему не дает покоя и мешает сосредоточиться на истории — на самом трудном предмете, после литературы и языков. Буквы, как самые настоящие враги, словно издеваются над ним, пляшут, меняясь слогами, зеркально переворачиваются или попросту заваливаются в горстку, похожую на кучку собачьего дерьма. Так бывает, когда Чонгук волнуется. Он уже который час не может себя пересилить, продолжая отвлекаться на ненужные мысли, представляя ненавистную рожу, которую ему недавно довелось распознать.       Этот Ким Тэхён — хмырь с едкими глазами и губами, как две сардельки, не даёт ему покоя и не выходит из головы. Как же он бесит! Какой же мерзкий тип! Время уже близилось к полуночи, пора спать, а Чонгук никак не мог подготовиться к завтрашнему уроку по истории. Единственный способ, который ему может спасти — помощь друга. Гукки: Не спишь? Мини-хён: Нет еще. Гукки: Мне нужна помощь, Чимин-и. Параграф о реформах Тэджо, как кусок говна перет глазами. Мини-хён: ЛОЛ! Гукки: Что значит ЛОЛ?       Любые аббревиатуры для Чонгука катастрофа. Он просто не понимает их, поэтому запомнить тоже не может. Мини-хён: ЛОЛ значит ржунимагу. Гукки: Ты издеваешься? Что значит ржунимагу? Мини-хён: Звони уже. Мне проще будет объяснить на словах. На каком абзаце остановился? Гукки: На никаком. Ты моё спасение.       Чонгук считает Чимина святым человеком, который согласился почитать другу сказку на ночь о временах четырнадцатого века в период восхода династии Чосон. Они пару раз проделывали подобное, за что Чонгук безмерно благодарен, ведь Чимин читает и одновременно поясняет, отлично пополняя знания друга. Чонгук очень внимательный и преданный слушатель, у него отлично получается воспринимать всё на слух. Всю впитанную информацию он способен блестяще пересказать и добавить что-то от себя. Его память и хороший друг есть секрет небольшого успеха в учёбе. На следующий день Чонгук сдаёт контрольную на хороший балл и ловит ехидно-покровительственный взгляд Чимина.

***

      После обеда Намджун рассказывает ребятам историю о том, как ему удалось найти потерянный еще в прошлом месяце дневник. Удивительно, что он его вообще потерял, а затем нашёл.       — Я уже думал признаться куратору и завести новый, как вдруг вспомнил, что оставил его в кабинете химии, — рассказывает он ребятам, пока они идут по коридору в сторону своего укрытия под лестницей. — Так как там периодически дежурят ученики, я предположил, что они, возможно, убрали его на какую-нибудь из полок шкафов. Все мы знаем, что лаборант у нас ответственный и всё лишнее и ненужное обычно сметает со шкафов, но, в то же время, он ленивый, поэтому весь хлам он обычно собирает в подсобке, а потом просит у дирекции школы выделить ему учеников, кто провинился, для уборки…       — Ты как настоящий Эммануэль Пуаро, — искренне радуется за него Юнги.       — Эркюль Пуаро, — исправляет его Намджун, смахивая улыбку с лица друга.       — Да пофиг.       — И я лишь вызвался немного помочь…       — Ну и ты, конечно, убрав там всё, его нашел? — перебивает Чонгук, на ходу вешаясь на Чимина, который пыхтит от навалившейся тяжести.       — Лучше! Я не только нашёл дневник. Со мной в паре была Хваса, — Намджун демонстрирует довольную мину.       — Ты нашёл не только дневник, но и девушку.       — Только не говори, что вы трахались! — с недоверием кривится Юнги.       — Хён, ты только о сексе и думаешь, — закатывает глаза Чимин.       Ребята достигли своего укромного места, и Намджун сверкнул глазами.       — Хвасу опять наказали за откровенный наряд, — предполагает Чонгук, зная свою одноклассницу именно благодаря её яркому внешнему виду и пышным бёдрам, от которых их друг был без ума.       — Как обычно, — подтверждает Намджун, отчего-то вдруг краснея. — В общем, мы с ней поцеловались, — наконец-то признаётся романтик.       — Всего-то, — фыркнул Мин.       — Всего-то? Юнги-хён, ты сам-то когда в последний раз целовался? — смеётся Чимин.       — Ты лучше у него спроси, когда он в первый раз целовался, или целовался ли вообще? — вторит ему Чонгук.       — Эй! А вы дофига опытные?       — Вообще-то Чимин после знакомства с Солар давно уже Намджуна переплюнул, — чуть ли с гордостью заявляет Чонгук.       — Вообще-то это не обязательно обсуждать, — неожиданно отрицает Чимин и ловит на себе удивлённые взгляды. — У нас с Солар дальше обжиманий и поцелуев больше не заходило. — пожимает плечами, разочаровывая друзей одной репликой.       — Значит ты ещё свеженький, зелёненький, — Юнги кряхтит, смеясь. — А ты не врешь, случаем?       Намджун тяжело вздыхает, Чимин показывает Мину язык, а Чонгук вдруг вспоминает, о чем изначально был разговор:       — Так что там с Хвасой?       — О! Неужели, вы вспомнили обо мне? — обижается друг.       — Прости, хён, — сожалеют парни.       — Уберите свои оленьи глаза с глаз моих! Я не скажу ничего. Надо было нормально слушать, — продолжает дуться Намджун.       — А я знаю, почему он обиделся, — говорит Мин, хитро улыбаясь, — он сохнет по ней по-настоящему, — и выделяет каждый слог.       — По Хвасе? — удивляется Чимин.       — Точно! Посмотрите, как он покраснел, и глазки забегали, — ехидничает Чонгук.       — Вот вы черти, вы знаете? — злится на ребят Намджун, вскинув подбородок.       — Ладно, ладно. Давай колись, мы не будем смеяться! Нам, правда, интересно, дружище, — подлизывается Юнги.       Намджун, после уговоров, признаётся, что ему, жуть как, нравится Хваса, и он задумывается о реальных отношениях с ней. Девушка необычная и со сложным характером, но многим интересна. У неё толпы поклонников, и столько же завистников, и не было слышно, чтобы она с кем-то встречалась сейчас.       — Намджун-хён, я бы советовал с ней сильно не заигрываться, — вдруг заявляет Чимин. — Я понимаю, она тебе нравится, но с ней просто так не замутишь. За последствия нужно будет отвечать.       — Что ж ты опять всю малину портишь? — начинает закипать Юнги.       — Подожди, хён, — останавливает его Чонгук, — что ты имеешь в виду, Чимин?       — Про какие последствия ты говоришь? — тоже спрашивает Намджун, насторожившись.       — Хваса хоть и одевается откровенно, горячая с виду, но она нетронутый цветок, — шепотом отвечает Пак, — девственница прямыми словами, прям как Юнги-хён.       — А ну-ка иди сюда, шутник! — чуть ли не дымится от злости Мин, надвигаясь в сторону Чимина, который уже спрятался за ребятами.       — Подождите! — всех прерывает Намджун, который, видимо, сбит с толку информацией. — Чимин, ты уверен?       — Можешь у неё спросить, для уверенности, но не советую. Я слышал, как девчонки возле туалета обсуждали её. У неё строгие родители, и она из дома выходит закутанная с головы до пят, а когда приходит в школу, переодевается.       — Но зачем?       — Не знаю. Я говорю, что слышал, поэтому просто предостерегаю, но не отвечаю за достоверность, — признаётся Чимин.       — Тогда нахрена баламутишь, если не знаешь наверняка? — снова цепляется к нему Мин.       — А по-твоему я должен промолчать? Я лучше скажу, чем потом Намджун встрянет в историю, — тут же защищается Пак.       Чонгук ничего не говорит. Он не знает ничего ни об отношениях, ни о девушках, поэтому может размышлять лишь в теории. Тема невинности так часто обсуждается в их компании, и чаще всего она всегда воспринимается отрицательно. Словно быть девственником стыдно, позорно. Но он не согласен. Быть невинным естественно, ведь все люди приходят в этот мир такими. И торопиться не нужно. Эти мысли он обычно не произносит вслух, немного стесняется. Не хочет, чтобы ребята решили, что он незрелый или трусливый. Одно он точно знает, что заниматься сексом просто так, ради одного раза и галочки, сам он не хочет, но других не осуждает.       Парни продолжают спорить, обсуждают неожиданную проблему в виде девственности Хвасы. Чонгук, немного отвлекшись, смотрит по сторонам, наблюдая за проходящими мимо учениками, и замечает знакомую фигуру.       — Этот Тэхён на самом деле такой придурок или он нарочно притворяется? — неожиданно вслух спрашивает Чонгук, увидев Кима, сидящим на окне в конце коридора. Тот был один, непринуждённо листал учебник и не замечал ничего вокруг.       — Беспросветное дерьмо, — ругается Мин, — ты-то чего вдруг его вспомнил?       — Так вон же он сидит, — Чонгук указывает кивком в сторону Тэхёна.       — Ты сейчас серьёзно? — уставился на него Намджун, не веря.       — О чём вы?       — Гукки, даже я не разглядел бы Ким Тэхёна с такого расстояния, — так же с удивлением смотрит на него Чимин, — но ты сейчас издалека его узнал. Прости, но я имею в виду твою прозопагнозию. Как ты его увидел вообще?       «Долбаёб!» — мысленно ругает себя Чонгук за прокол и задумчиво глядит в потолок, лишь бы не столкнуться с испытывающими взглядами друзей.       — Да ладно, ребята. Ничего особенного, бывает у меня так, что я узнаю некоторых людей, — он врёт и сам не знает почему, — не обращайте внимание.       — Как ты только умудрился заметить его? — продолжает удивляться Юнги.       — Не знаю, — пожимает плечами Чонгук, сказав про себя, что его неприятель на самом-то деле красивый. Аж бесит!

***

      Чонгук топчется на месте перед открытой дверью кабинета музыки и никак не может решиться войти. Учитель Ли, как всегда, редко задерживалась, но сегодня парню повезло.       — Здравствуй, Чонгук-щи. Тебе что-то нужно? — замечает его учитель.       — Здравствуйте! — он наконец-то набирается смелости войти. — Я… просто…       Ли Айю тепло ему улыбается и складывает руки перед собой на стол, давая понять, что готова его слушать. Чонгук мнётся какое-то мгновение, а потом говорит:       — Учитель Ли, если вас кто-то обижает или достаёт, можете сказать мне об этом. Я разберусь с ним.       — Меня никто не беспокоит, Чонгук-щи. Но спасибо за заботу, — ярко улыбается Айю, подавляя смешок.       — Но тот козёл… простите. То есть Ким Тэхён плохо ведёт себя с вами. Я видел, как он вас звал на свидание.       — Ах! Ты про это! Всё в порядке, правда. Он просто дурачится и скоро успокоится, — объясняется учитель Ли, и по её голосу понятно, что ей немного неловко. — Я справлюсь. Еще раз спасибо, что беспокоишься.       — Но я всё равно буду приглядывать за вами, — задирает подбородок Чонгук, зная что выглядит глупо. Рядом со своей любовью он очень волнуется.       — Хорошо, Чонгук-щи. Можно тебе задать встречный вопрос? — спрашивает Айю, вдруг становясь серьёзной.       У Чонгук сердце из груди готово выпрыгнуть, ведь сама Ли Айю хочет задать ему вопрос.       — Да.       — Я, как и все учителя, в курсе твоей особенности, — слышит Чонгук и сдувается, как шарик, моментально теряя уверенность. Он не любит разговоры о своих отклонениях, это неприятно. Учитель Ли видит, что парень насупился, и с сожалением продолжает: — Прости, я понимаю, это может быть неприятная тема. Но всё же, если тебе нужна поддержка или ты хочешь поговорить об этом или о чём-нибудь другом, можешь обращаться ко мне в любое время.       — Я не больной, — с вызовом и небольшой обидой заявляет Чонгук.       — Что ты, Чонгук-щи! Прости, пожалуйста! Ты мне небезразличен, ведь ты мой ученик, очень способный и подающий надежды, — из всего сказанного Чонгук выделяет «небезразличен». — Я хотела сказать, что ты можешь полностью доверять мне, не только, как учителю, но и как другу.       — Как другу? Хорошо. Я согласен «как другу», — расплывается в улыбке Чонгук, чувствуя себя Питером Пэном, после того, как Венди его поцеловала. Он готов буквально взлететь, взорваться весёлым радостным смехом и заразить им всех вокруг. — Я могу иногда заглядывать к вам после уроков?       — Даже не стесняйся, — улыбается в ответ Айю, — я буду рада.       «И-и-ху!» — он чуть ли не вприпрыжку скачет домой, искренне радуясь. Учитель Ли сама протянула ему руку и буквально предложила дружбу. В мыслях моментально выстраивается будущий исход их отношений. Чонгук мечтает, как, однажды, он сможет признаться в своих чувствах, а затем начнёт уже официально добиваться расположения. Всё идёт по плану.       — И с чего это вдруг мы такие довольные? — по дороге домой он встречает того, кого меньше всего хотел бы слышать и видеть, особенно после одних из самых радостных моментов в своей жизни.       — Нет, «мы» не довольны, потому что «нам» не повезло кое-кого встретить, — Чон отвечает в той же манере, ускоряя шаг. Встретить Тэхёна, после такого события — это плевок со стороны судьбы.       — Тебе чего надо?       — А ты что-то можешь дать? — смеется Ким, догоняя Чонгука и равняясь с ним.              — Могу организовать пинок под твою наглую задницу?       — Тогда я не смогу быть неблагодарным, и мне придётся ответить тем же, — не перестаёт доставать парня Тэхён. Затем вдруг серьёзно добавляет: — У тебя ничего не выйдет. Я про Ли Айю.       — Ты за мной следил? — останавливается Чонгук.       — Нет, что ты! Случайно вышло, — ухмыляется Ким, продолжая нервировать даже своей интонацией.       — Не трогай её! Если я узнаю, что ты опять крутишься рядом, я не посмотрю, что ты старше. Я серьёзен, — Чонгук сжимает кулаки и с угрозой смотрит на недруга. — Не ходи за мной! — кидает он на последок и уходит.       Тэхён наблюдает за ним вслед и продолжает ухмыляться.