Lost

Тэхён чувствует себя в клубе, как не в своей тарелке. Всё вокруг такое пугающее и новое, что омега жмётся к спине Чонгука, пробираясь за альфой через толпу к бару. — А Чимин не будет против, что ты пошёл в клуб? — зачем-то спрашивает Тэхён. — Наверное, он будет волноваться. Музыка заглушает половину сказанного омегой, но Чонгук суть улавливает и хмурится. Ему всё равно, что подумает Чимин. Ему плевать на всё, кроме крошечного Тэхёна, прячущегося за его спиной. — Хочешь выпить? — спрашивает Чонгук у младшего. — Хотя тебе, наверное, лучше не стоит. — Почему это? — Тэхён обижается, располагаясь за барной стойкой. — Ты что, думаешь, я пить не умею? Не умеет. Чонгук это понимает, когда после парочки выпитых коктейлей Тэхёна в середину танцпола несёт. Танцует Ким, кстати, тоже так себе, но выглядит это забавно. Ровно до тех пор, пока не начинается какая-то слишком медленная мелодия и Тэхён не ударяется во все тяжкие, прочувствовав наконец ритм песни и начиная так же медленно и изящно двигаться, как льётся музыка из колонок. Чон, который выпив ещё рюмку текилы, оборачивается в поисках своего переводчика, едва не падает со стула от развернувшейся перед ним картины. Тэхён уже более умело двигается под музыку, прикрыв глаза и проводя ладонями по изгибам своего юношеского тела. У Чонгука крышу напрочь срывает и он забывает о существовании всего в этом мире, потому что для него сейчас только Тэхён существует, на которого другие альфы заглядываются и скалятся, но не подходят — будто чувствуют, что этот омега уже под чьим-то покровительством. Правильно делают, потому что раз Чон обещал присмотреть за младшим, то он несомненно исполнит своё обещание. Если только сам не сорвётся. Только Чонгук быстро решает всё для себя и гори оно синим пламенем, будь что будет. Чонгук как хищник — подбирается к своей жертве тихо, аккуратно. Тэхён даже не сразу замечает его, только улавливает едва различимый запах чёрного кофе с корицей — естественный аромат альфы. На танцполе становится слишком тесно и слишком жарко, но Чон по-прежнему игнорирует существование кого-либо, кроме омеги, так красиво двигающегося в такт песне. Он к нему сзади подходит, руки вокруг тонкой талии обвивая и губами едва карамельной кожи шеи касается, не желая спугнуть раньше времени. Яблоки с корицей, оказывается, идеально сочетаются. Тэхён неосознанно ближе жмётся. Это всё алкоголь в крови, а может и его омежья сущность наконец пробудилась и решила наверстать упущенные годы. Тэхёну совсем не страшно, потому что он чувствует и знает, что позади — Чонгук, который никогда в жизни ему больно не сделает. Он ведь пообещал. А чонгуковы едва тёплые пальцы под белоснежную футболку омеги забираются, проходясь по плоскому животу и вызывая табун мурашек у Тэхёна. Он реагирует на него так, как Чонгуку этого хотелось. Так, как надо. Тэхён невинный и правильный, а это ужасно хочется исправить прямо сейчас. Тэхён вздрагивает, когда Чонгук кусает мягкую кожу на шее, удивительно сладкую на вкус. У Тэхёна голова кругом идёт и ноги подкашиваются, но его крепкие чонгуковы руки держат, упасть не позволяют. — Хён… — тянет омега, откидывая голову на плечо альфы. — Это неправильно. — Тихо, — одновременно властно и ласково шепчет Чон прямо на ухо Киму. — Не думай ни о чём сейчас. Омега поворачивается к альфе, долго смотрит на него своими красивыми раскосыми глазами, будто умоляя остановиться, пока они слишком далеко не зашли, а Чонгук игнорирует. Тянется вперёд и накрывает тэхёновы губы своими, смакуя, кусая. Кто тут ещё хищник, а кто жертва? Чонгук снова и снова в эти сети попадается, а омега даже не подозревает, что собственноручно их для Чона расставляет. Но Тэхён пусть и пьян, однако помнит про Чимина и осознаёт происходящее, потому отталкивает альфу, стыдливо скрываясь в толпе танцующих. Чонгук чувствует, что что-то важное ускользает от него прямо сейчас.

***

Тэхён бродит по бостонским улицам до раннего утра, не обращая никакого внимания на постоянно звонящий телефон в кармане пальто. В голове у омеги так и не укладывается, как он мог позволить себе такое с Чонгуком, своим боссом. И сколько, интересно, у Чона таких интрижек было? Сколько наивных омег он охмурил? Первый ли Тэхён у него? В голове мысли путаются, давят на Кима, который до косточек промёрз, изучая очередную улочку этого города. Возвращаться в отель совершенно не хочется, ведь там Чонгук, с которым придётся объясняться. Им обоим нужно остыть, побыть на расстоянии друг от друга. Потому что произошедшее — ошибка. Это неправильно и Тэхёну за это стыдно. Около шести утра Тэхён возвращается в отель, заставая дежурящего у его номера Чонгука. — Ты где был? Почему твой чёртов телефон выключен? — Чонгук как начал не с того, так и закончил не тем. Глупый Чонгук. — Это не имеет значения, господин Чон, — довольно строго отвечает Тэхён. — Прошу прощения за то, что случилось в клубе. Надеюсь этот инцидент никак не повлияет на нашу совместную работу и на ваши с Чимином отношения, я не хочу, чтобы вы расстались из-за меня, поэтому давайте просто забудем о произошедшем. Чонгук молчит. Сам с собой борется, чтобы сейчас лишнего не сказать. — Хорошо, Тэхён, — холодно выдает Чон. — Я тебя понял. И они расходятся, потому что сегодня Титанику с айсбергом не суждено столкнуться.

***

Тэхён больше с Чонгуком не разговаривает. Вернувшись в Сеул оба делают вид, что ничего не произошло. Чонгук своё несчастье в работе и Чимине топит, Тэхён же погряз в собственных мыслях и в Юнги с Хосоком. Притворяться, что всё в порядке, теперь входит в расписание дня гендиректора и его переводчика. — Юнги-хён, объясни мне, о чём говорится в этих документах, — хнычет Тэхён, умоляюще на старшего смотря. — Эх ты, совсем ещё зелёный, — шутит Мин, подсаживаясь к младшему. — Смотри… И Юнги действительно хорошо объясняет, всё по полочкам расставляет и простым, человеческим языком рассказывает. Без Юнги Тэхён бы ни с чем не справился, учитывая, что Айён окончательно оставила свои обязанности и теперь за Кимом некому присмотреть. Тэхёну с Юнги нравится время проводить, он чувствует себя спокойно рядом с альфой и хоть так может скрыться от всепоглощающего и прожигающего насквозь взгляда Чонгука, который постоянно наблюдает издалека. — Уже поздно, а тебе пора домой, — напоминает Юнги, заглядывая в кабинет Айён, в котором теперь Ким хозяйничает. — Тебя подвезти? Младший отвлекается от стопки документов, которые изучал весь день, трёт глаза и на секунду ловит расфокусировку. Усталость очень сказывается на омеге, учитывая, что впереди у него ещё зимняя сессия, которую нужно успешно закрыть. Он не спит ни днями, ни ночами. Пару раз он засыпал на диванчике в кабинете Юнги, а хён его заботливо своей курткой накрывал, стараясь не издавать ни звука, чтобы Тэхён немного отдохнул. В какой-то степени Мину было жалко младшего, потому что он выглядит таким маленьким, беззащитным и уставшим. — Если тебе не трудно, — Тэхён устало улыбается, поднимаясь со своего места. — Собирайся, я подожду тебя внизу, — кивает Мин. Тэхён выключает настольную лампу, накидывает пальто, покрепче в него закутываясь, и выходит из кабинета, запирая его на ключ. Проходя мимо чонгукова кабинета, он видит полоску света, что просачивается через дверь, но заглядывать не собирается. Да и зачем ему это? Белоснежный мерседес Юнги красуется на парковке у здания компании. Тэхён даже не удивлен, что у хёна такая машина, потому что учитывая статус Мина — меньшего ожидать и не стоило. — Говори давай, куда везти тебя, чудо чудное, — Юнги улыбается Тэхёну, когда тот устало заползает на переднее пассажирское. Ким называет адрес новой квартиры, которую омега теперь может себе позволить снимать. К сожалению, папа ещё не оценил всю красоту их нового дома, потому что Тэхён с первой зарплаты отправляет его на лечение в клинику, а сам вещи из старой квартиры в новую перевозит, работает и параллельно пытается учиться. Квартирка небольшая, зато уютная и гораздо лучше той, в которой они жили. Юнги заботливо обогрев включает, потому что младший ёжится от холода и вжимается в кожаную обивку, едва разлепляя глаза, чтобы смотреть на дорогу. — Поспи немного, Тэхён, ты устал, — говорит альфа. — Я разбужу тебя, когда мы приедем. Сон — действительно то, что Тэхёну нужно. Хороший, крепкий, здоровый сон. Только про такую радость он и забыл совсем. Хорошо, что завтра суббота, потому что омеге срочно требуется релакс-день, в который он, распластавшись на кровати, будет пересматривать какую-нибудь дораму и есть любимый попкорн со вкусом сыра. Тэхён и не замечает, как засыпает, увлечённый своими раздумьями о завтрашних планах. Юнги даже жаль будить младшего, когда они приезжают, но к сожалению, им пора прощаться.

***

Чонгука всё раздражает. Он целыми днями весь на взводе ходит, наблюдая за тем, как Юнги продолжает завоёвывать тэхёново внимание, как омега его к себе подпускает и позволяет заботиться. Тэхён тепло улыбается и звонко смеётся рядом с Мином. Тэхён теперь его хёном постоянно зовёт и ему заваривает травяной чай по рецепту Айён, который так любят они оба. — Чего ты за ним бегаешь? Сам справится, — злится Чонгук. — Эй, Чон, не будь таким занудой, ладно? — Юнги же лишь отшучивается. — Тэхёну нужна поддержка, он ещё маленький совсем. Я бы и тебе посоветовал наладить с ним отношения, а то он от тебя как от прокажённого шарахается. Боится разозлить своего босса. Но Чонгук знает, что Тэхён его не по этой причине стороной обходит. Они так и не поговорили нормально после возвращения из Бостона. Ходят, смотрят друг на друга, как два идиота, ей-богу, но заговорить ни у кого смелости не хватает. И всё бы ничего, но Чон сам себя ненавидит, что своей же настойчивостью Тэхёна отпугнул. С этим омегой не так надо, с ним аккуратно и постепенно нужно. Зато Чимин послушно ждёт дома, готовит самые вкусные блюда и даёт Чонгуку всё, что альфа пожелает. Не муж, а сказка. За такого бы руками и ногами держаться, а Чонгук даже этого не может оценить. Всё вокруг идёт не по плану. Да и Чонгук вообще сомневается, что у него есть хоть какой-то план.

***

После обеденного перерыва, в пятницу, в офис заявляется Чимин, надеясь застать своего мужа на рабочем месте. Все здесь его знают, поэтому пропускают без лишних вопросов. Чимин следует к лифту, где сталкивается с Юнги и ещё каким-то альфой, беседующими о делах насущных. — Чимин? — Мин глазам своим не верит, что этот омега, игнорируя указание Чонгука никогда не появляться в этом месте, всё же пришёл сюда. — Какими судьбами? — и старается не подавать вида, что одно присутствие чиминово у него внутри всё переворачивает. Потому что Юнги в Чимина давно и сильно. Чимину этого знать, конечно же, не нужно, потому что Чимину Чонгук нужен. — К Чонгуку решил заскочить, рядом тут был, — Чимин, как и всегда, похож на грёбаного ангела во всей своей красе. — Он у себя? — Да, кажется, — своего огорчения Мин не показывает. А так хотелось, чтобы Чимин приходил к нему. Лифт останавливается на нужном этаже и Чимин следует в кабинет своего мужа. — Я, кажется, сказал тебе сюда не приходить, — строго, но без злобы говорит Чонгук, завидев Чимина на пороге своего кабинета. — Можешь хотя бы сделать вид, что ты мне рад, а? Хотя бы разок, Чонгук, я не так много прошу от тебя! — первым взрывается омега, метая в своего альфу гневные взгляды. — Я отдаю тебе всего себя, а взамен даже капельки доброты от тебя получить не могу. — Не устраивай драму, — обрывает его Чон. Чимин пытался. Он правда пытался, долго и настойчиво, но что ещё он может? Что ещё ему нужно сделать? Больше всего на свете омеге хочется любви, крепкой семьи, ребёнка, в конце концов, но вместо всего этого он получает холод, которым Чонгук сквозит по отношению к своему мужу. — Драму? — задыхается Чимин. — Я говорю тебе правду, Чонгук, только факты. Если у тебя есть хотя бы капелька уважения ко мне, то пожалуйста, перестань обращаться так со мной, я не игрушка тебе, — омега едва сдерживает подступившие слёзы. — Я пришёл к тебе, хотел порадовать тебя немного и принёс твой любимый чизкейк и латте, а что я в ответ получаю опять? — Прошу прощения? — на пороге кабинета появляется Тэхён, с двумя массивными папками в руках, которые он пугливо к своей груди прижимает и смотрит то на Чимина, то на Чонгука. За Тэхёном сразу же вырастает Юнги, который чувствует, что пахнет жареным и нужно срочно сгладить углы. Чимин, в свою очередь, смахивает слёзы с глаз и с интересом омегу напротив себя рассматривает. — Тэхён, полагаю, да? — омега вдруг ярко улыбается, подаваясь в сторону Кима. — Я рад наконец познакомиться с тобой! Чонгук рассказывал про тебя, — они жмут друг другу руки. — Меня зовут Чимин, я муж этого вечно ворчащего занозы. У Чонгука всё внутри обрывается, когда Тэхён на него слишком многозначительно смотрит. Муж, значит. — Чонгук, нам нужно кое-что обсудить, — Юнги прокашлялся. — Тэхён, можешь пока Чимина чаем угостить, ладно? Ким кивает, уводит чонгукова омегу в свой кабинет, усаживает на мягкий диван и наливает чай, как и полагается. — Сколько же тебе лет, Тэхён? — интересуется Чимин. — Мне девятнадцать, — отвечает юноша и усаживается на диван, рядом с омегой. — Значит вы муж Чонгука? Он упоминал о вас как-то раз, но не говорил что вы, кхм… в таких отношениях состоите. — Прошу, Тэхён, давай на ты, я всего лишь на год старше тебя, — Чимин снова улыбается. — Но можешь звать меня хён, если хочешь. Ты очень милый, кстати. Тэхёну чиминова улыбка нравится. Она тёплая, какая-то по-своему родная, что ли. Этот омега хороший, Ким это сразу чувствует. И Чонгуку повезло, что у него такой муж есть. Сразу видно, что заботливый и внимательный, Чонгук с ним не пропадёт. — Хорошо, хён, — Тэхёну дважды повторять не надо. Тем более, Чимин ему пришёлся по душе. — Так… ты учишься где-то или, может, работаешь? — Я учусь на факультете искусств, — сообщает Чимин. — Вообще-то, родители хотели меня на экономический отдать, но это явно не моё. Я и считать-то не особо умею, что уж там. Зато уважаю и ценю искусство. У Тэхёна с Чимином целый разговор завязывается и не по одной чашке чая на это уходит. Они обсуждают учёбу и прочие интересы, некоторые из которых оказываются схожими. Затем, в кабинет заглядывает Юнги и им приходится попрощаться, но омеги обмениваются номерами и собираются пообщаться ещё, вне офиса. Позже, когда Чонгук наконец остаётся один в кабинете, он вызывает к себе Тэхёна. Наверное, это было самой плохой идеей в его жизни, потому что Ким заходит в кабинет сначала громко хлопнув дверью, а затем небрежно кинув папки с документами на чонгуков стол. Злится. — Не мог бы ты поаккуратнее? — спокойно просит Чон. — Муж, значит? — Тэхён прищуривается, склоняясь над столом и пытаясь, как кажется самому Чонгуку, убить альфу одним лишь взглядом. — Ты соврал мне, Чонгук. Сказал, что вы просто встречаетесь, а затем привёл меня в тот клуб и… сделал то, что сделал. У Чона в жизни, похоже, ещё одна королева драмы нарисовалась. — Как я должен чувствовать себя после этого? Как я могу спокойно разговаривать с ним зная, что если бы не мой отказ той ночью, ты изменил бы ему со мной, ты бы его предал, Чонгук! — Тэхёна всего мелкой дрожью бьёт, ему нехорошо становится, а на душе ещё поганее. — У тебя вообще есть хоть капля совести по отношению к своему супругу? Про себя я уже не говорю, потому что меня не прельщает быть чьей-то подстилкой на один раз. Чонгук со своего места быстро поднимается, подходит к Тэхёну и его в стол вжимает, смотря сверху вниз на омегу, который то ли слишком зол, то ли напуган. — Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о Чимине, а уж тем более про наши отношения, — рычит Чон. — Никто не собирался делать из тебя разовую подстилку, как ты выразился. — Правда? — саркастично спрашивает омега. — Он час рассказывал мне о том, какой кофе ты любишь, какой шоколад предпочитаешь и что просто обожаешь морковь, а ещё, как он любит твою, как он назвал её, кроличью улыбку. Ты думаешь, что я ничего не понял? Чимин тебя так любит, что помнит каждую мелочь, а тебе, похоже, совсем всё равно. Сердце больно щемит от сказанных Тэхёном слов. Конечно, Чимин Чонгука любит, он и сам это знает, но Чонгук-то не любит в ответ так же. — Этот брак был просто выгодным для меня, если тебе это как-то поможет в суждениях. Тэхёну обидно за Чимина становится, потому что тот явно не заслуживает такого. — Ты ужасный человек, Чон Чонгук, — Тэхён поджимает губы, пытаясь высвободиться, но Чонгук его крепко держит. — Тебе стоит подумать над тем, как ты ведёшь себя с близкими тебе людьми. Или же тебе вообще чужды хоть какие-то тёплые чувства к кому-либо? Чон вдруг вспоминает, как Тэхён с любопытством осматривал самолёт, как заснул на ресепшене, обнимая своего смешного кролика, как носился с ним по бостонским магазинам, своей милой улыбкой улыбаясь и сувениры для родных выбирая, и как едва держался на ногах, чувствуя прикосновения чонгуковых рук и губ. Ему не чуждо. Он знает, к кому это тепло, разливающееся в груди, испытывает, но это точно не Чимин. Никогда не был. Альфа пальцами поднимает тэхёнову голову за подбородок, заставляя посмотреть на себя: — Мне ни Чимин, мне ни любой другой омега не нужен, если рядом со мной ты существуешь.