на окраине эмоций

      Он зацеловывает своего кота. Он зацеловывает своего кота и идёт на костюмированную вечеринку к знаменитой во всем колледже Бетси. На крыльце как всегда стоит толпа курящих подростков и пара открытых авто с набитыми ящиками разного алкоголя. Ему кажется все идеальным до тех пор, пока он не забирается внутрь дома, обводя мимолетным взглядом открывшуюся перед ним огромную гостиную, и желание быть здесь моментально пропадает. Внутри здания-притона пахнет лишь чипсами и дешёвым пивом. На каждом из расставленных длинных столов стоит невероятное количество стаканчиков, поставленных в пирамиду. Кто-то её ломает. Все переодеты в разные костюмы, но в толпе обязательно есть пара-тройка дракул в чёрном и ведьм с мумиями.       Он осматривается и рвано дышит, сильнее стискивая во вспотевших ладонях белую ткань. Не может ответить. Не может объяснить, почему вдруг становится так страшно, пока мелкая дрожь не переходит в окутывающий всё тело озноб. Его толкают со всех сторон незнакомые люди и, как ему кажется, смеются над нелепым костюмом. У каждого в руках напиток в пластмассовом стаканчике и полосчатый колпак на голове. У Бетси день рождение в честь Хэллоуина.       Закрой глаза руками и тебя никто не увидит. Чего не увидишь ты — того не существует. Это ведь так должно работать, верно?       Призрак чешет вздутые шрамы на своем лице, смотрит на собранные шарики в углу коридора с хэллоуинским принтом и заметно угасает. В нем развязывается неприязнь, как ткань, которую тянут за нитки. К вечеринке, к Бетси, к себе. К старой слабости, возможно, ко всем, кто здесь веселится. Но он не подает виду. Очередному гостю, входящему через порог в гостиную, выдают мелкий стаканчик с какой-то газировкой, приглашая поближе к стойке и танцполу диджея. Дрим входит в огромного размера комнату слишком резко, слишком настойчиво, будто срывает пластырь с только зажившей раны. Дракула замечает его, едва ли тот заходит сюда со своим стаканчиком. Трясущийся, в белой наволочке сверху, вечно смотрящий в разные стороны в поисках чего-либо — он с трудом узнает в этом неестественно бледном человеке своего старого знакомого.       — Дрим, — будто нарочно зевает Техно, и его спутанные волосы, собранные в неаккуратный пучок, бросаются в глаза. Сверху уже начинают просачиваться натурального цвета корни волос. Дрим помнит его ещё с детства, но кроме имени и любви к розовому не знает о нём совершенно ничего. Техно ненавидит Дрима. Он надевает рубашку с фонариками, заплетает хвост и надевает свои напускные клыки. Стерва колледжа. Но красивый. — Ты один? А где вся твоя компания? Вставай, давай отойдем во двор.       Дрима тошнит от мельтешения перед глазами. Снаружи намного холоднее, поэтому всё, что ему остаётся, это кутаться в белую ткань и держаться за поручни деревянного балкона. Бетси бы закатила очередную истерику, если бы кто-либо из гостей снял бы свой костюм. Звезды светятся над их головами, а ветер пробирается под теплую одежду. Рядом с домом валяются разноцветные конфетти из подожженных бомбочек и обломки от разбитого на первом этаже стекла. Дракула стоит рядом с ним в своей черной мантии позади и поворачиваясь, отчего под ребрами слышен шелест. Где-то в карманах хрустят обёртки мятных леденцов. Он протягивает ему бутылку минеральной воды, не показывая ни капли своего волнения.       Дрим закатывает глаза, пусть этого и не совсем видно, но выхватывает у него минералку. Он пытается сосредоточиться на своем теле, на своих ощущениях, на самом себе. Получается. Чувствует стыд. Если посмотреть на остатки от вечеринки, что скоро закончится, можно сказать, что здесь прошёл целый смерч. Ему действительно жаль миссис Андерсон, которая приедет с командировки только к утру. Чёрное небо затягивается пасмурными тучами, пока грязь и капли дождя разбиваются о землю. Некоторые бегут, перепрыгивая лужи, прячась под капюшонами, зонтами, некоторые стоят под крыльцом с оградкой, ожидая свое такси или авто кого-то из близких. На дворе стоит конец октября, это место нагоняет тоску и без всего этого, как будто недостаточно в этом городе серости.       — На самом деле я не особо люблю вечеринки, — внезапно признаётся Техно, отчеканивая каждое слово и «прячась» в своей черной мантии.       Его волосы давно уже прилипли к лицу и вискам, а щёки покраснели от прохлады. Лить начало не так давно, и дождь еще не успел набрать обороты. Техно цепляется взглядом за поручни открытого балкона, снова бормоча о чем-то из жизни и рассказывая о забавных фактах. Дрим косится на него с небольшим интересом во взгляде и снимает с голову белую намокшую наволочку. Дракула похож на всё разом. На щелкунчика, что не замолкает. На гордость родителей, когда приносит домой самый высокий бал по своему предмету. На короля, на цветные карандаши и дорогое вино.       — Не то чтобы я настаиваю, но у меня свободно.       Оказывается, сидеть в тёплом помещении всяко лучше, чем под дождём или на вечеринке малознакомых людей, так что Дрим следует за ним через всю дорогу, прячась от ливня своим костюмом. В двухэтажном домике Техно намного теплее и уютнее, чем на улице, и только сейчас, войдя в него, Дрим осознает, как же он замерз. Под ногами путается чёрный кот, поочередно ластясь возле каждого из них. Парень снимает с себя уже прозрачную ткань с черными расплывшимися пятнами от глаз и заваливается на махровый ковер. Трёт щёки. Техно вешает свои вещи на крючок рядом и копошится на кухне в поисках какао в порошке с печеньем в шоколадной крошке. На полках в гостиной расставлены фигурки из разных коллекций, стоя вместе со стопками комиксов и энциклопедий.       В его комнате пахнет чем-то цитрусовым. Комод весь в отпечатках подошв, въевшихся в дерево. Видимо, нередко вылезает на улицу через окно. На кровати валяется снежный плед и смятые вещи вроде свитера в полоску с оленями. Свет с улицы дотягивается прямо до середины деревянного паркета через черные занавески. Тускло. На квадратном телевизоре стоят открытые и пустые пачки от хлопьев, пока сзади висит гирлянда с пауками. Перед ним на стол опускается чашка с горячим какао, и он прикладывает к ней руки, чтобы согреться хоть немного. Дрим ёжится в своей серой толстовке, смотря на открытую форточку.       Призрак ощущает себя совсем иначе. Отвратительная погода влияет на него, делая таким же отвратительным и его настроение. Он поудобнее устраивается на огромной кровати и скользит взглядом по знакомому, подмечая детали, на которые раньше никогда внимания не обращал. Техно выглядит худым, чертовски худым для его роста и возраста. Дриму кажется, что это не похоже на то качество, давшееся человеку от природы. Ногти на руках аккуратно подстрижены, волосы постоянно собраны, а от одежды пахнет мятной свежестью. Пример для подражания.       Дрим — травмированный жизнью ребенок. У него два сломанных зуба (на одном скол), куча внутренних страхов, которые он не может победить, и социофобия. Ему не сильно повезло.       Когда в телевизоре заканчиваются все интересные передачи, дракула выключает его одной кнопкой, потягиваясь и выгребая всё из своего рюкзака в выдвинутый ящик. Через несколько минут всё замолкает, и слышны становятся лишь завывания ветра за форточкой. Они встречаются взглядами и молча изучают выражения лиц друг друга: расслабленные, дружелюбные, задумчивые. Не двигаются, сидя на пуховом пледе до тех пор, пока в их чашках не заканчивается какао. Техно смущается, смотря из-под зализанных в пучок волос, закрывая красное лицо руками. Насупившийся девятнадцатилетний парень выглядит забавно и даже мило.       — Перестань рассматривать меня, — ворчит дракула, снимая с себя элементы костюма и переодеваясь в домашнее. Белоснежные клыки насухо вытираются и ставятся обратно в коробку с клеем. На чёрной футболке видны вмятины от подошв и пятен крови, будто кто-то в ней подрался. Так Техно ещё больше похож на растрепанное пугало. На нем надета пижама с НЛО, когда-то она принадлежала его старшему брату. — У меня есть два джойстика, и в одиночку не так интересно играть как вдвоем. Умеешь?       — Ещё бы! — отчеканивает Дрим, смотря на геймпады в чужих руках. У него завтра куча пар, но ему слишком хорошо, чтобы думать об этом.       — Отлично.