Их назовут богами. Книга 2. Эскиды

      Девушка бросила полотенце на держатель и проверила температуру воды в душевой зоне. Тело приятно ныло после тренировки. Что ж, Кэрл права — запускать себя нельзя. Невольная улыбка тронула её губы при воспоминании, как сегодня она трижды уложила Гуа на лопатки. Синеволосый эскид всего на полгода младше её был очень талантлив. И даже Дроен до последнего не знал, кого именно объявят как нового Воина. Мысли вновь вернули её в те дни...       ...Огромный тронный зал блистал всем своим великолепием. Их было всего четверо. Эшору тогда распирало от гордости и волнения. Единственная девушка. Первая девушка за всю историю Ки'ко. А рядом её лучшие друзья. Перед выходом ребята в последний раз крепко обнялись. Соревнования закончились. И каждый понимал, какую ответственность возложит на него своим выбором Правитель Индра. С поклоном слуги отворили перед ними двери. И эскиды шагнули навстречу своему будущему. Забудет ли она когда-нибудь этот волнительный трепет? Вряд ли. Дроен уже ждал их, стоя по левую руку от правителя. А потом случилось то, что омрачило не только этот день. Все знали, что Шиэл был первым на звание воина Арены. Но именно его не пустили внутрь, сообщив, что Индра вычеркнул его имя из списка. Никто так и не понял, что произошло, но на разбирательства времени не оставалось, и оставшихся уже звали крики и фанфары...       Больше преград для себя Эшора не видела. Райтор... О, она безумно любила этого черноокого красавца. Как друга, как брата. Но он был ей не соперник. Как впрочем и Гуа. Арена была целью всей её жизни. И ничего важнее этого и быть не могло.       Девушка смыла с тела воздушную пену. Горячие струи воды жгли кожу, превращаясь в пар. А ведь она тогда даже не задумывалась, что будет после Поединка. И будет ли что-то вообще.       — Учитель! — Эшора вышла из горячей душевой комнаты, шлёпая по деревянному полу босыми ногами и вытирая на ходу широким серым полотенцем волосы.       — Да? — мужчина вернул меч в ножны и устало выпрямился. — Создаётся ощущение, что в этом наборе одни неряхи.       Девушка неторопливо поравнялась с ним, поправляя скатавшуюся на спине красную майку.       — Дети здесь ни при чём, — она ещё раз отжала полотенцем мокрые волосы и встряхнула головой. — Это всё Соун. Он их под конец разбаловал и, как обычно, в срочном порядке куда-то упылил. — Эшора на секунду задумалась, лоб прорезала маленькая беспокойная складка. — Учитель, — всё же решилась она, — что-нибудь слышно по поводу поединка?       — Конечно, — Дроен выглядел несколько удивленным таким вопросом, — Что именно тебя интересует?       — Меня интересует мой противник, — Эшора изо всех сил старалась выглядеть спокойной, но интерес, горящий в её глазах, выдавал её с головой. — Я слышала, судьи сомневаются в законности моих действий на Арене...       — Никто не смеет прежде времени осуждать верность твоих действий пока не будет достоверных доказательств обратного, — считая разговор законченным, Дроен направился к строившимся на утреннею разминку эскидам.       Эшора смотрела, как он уходит. Сердце бешено билось, словно хотело вырваться наружу. Нет, она не должна его так отпускать! Она должна всё до конца выяснить с Хранителем!       Кто-то тронул его за плечо, Дроен оглянулся и наткнулся на серьёзные глаза девушки.       — Учитель, ты слышал что-нибудь о Безумной Олесе? — не дождавшись реакции от Дроена, поспешно вернулась к старой теме, — Что говорит Хранитель?       Мужчина внимательно посмотрел на свою ученицу и молча вынул из кармана блокнот с ручкой.       — Ничего. По словам росей он пока не в состоянии давать показания, — он протянул ей записку из нескольких слов, после недолгого раздумья добавил, - Зайди ко мне вечером, нам надо поговорить.       Девушка кивнула головой, сжав в ладони листок, и неуверенно улыбнулась. Казалось, Дроен всё знал, но не осуждал ее.       Кто-то громко хлопнул металлической дверцей шкафчика. От неожиданности Эшора вздрогнула и обернулась. Высокий черноволосый парень сел на скамейку и раздражённо выдохнул. Девушка неторопливой плывущей походкой направилась к нему.       — Ну, и что случилось? — она чуть приподняла дверцу и закрыла шкафчик.       — Измотала она меня! Сил больше нет, — Райтор опустил голову на руки и закрыл глаза.       — Опять поссорились? - Эшора села рядом с эскидом и приготовилась слушать. За столько лет ей было уже не привыкать к роли миротворца у этой парочки.       — Поссорились? — парень поднял на неё изумлённые глаза. — Ты не слышала? Кита закатила шикарную истерику из-за того сопляка! Я думал все уже в курсе! Она орала так, что на материке едва не оглохли! Думаешь, мне от всего этого не погано? Вот дёрнуло же меня тогда к проклятому городищу заглянуть!       Память в одно мгновенье перенесла их обоих в тот злополучный день, задолго до Поединка…       …Глухой короткий кашель, донёсшийся с улицы, привлёк внимание учителя. Отдав распоряжения прислуге относительно завтрака, Дроен покинул сумитэ, прикрыв за собой дверь чёрного хода. Райтор ждал его неподалеку.       — Учитель, я вчера прогуливался возле Проклятого городища.       — Разумеется, случайно? — брови на суровом немолодом лице недовольно сошлись на переносице. Остров Истира не лучшее место для прогулок.       — Разумеется! — не моргнув глазом соврал Райтор. — И там я заметил паренька лет на пять меня младше. Он просто нечто! Парень явно не деревенский и точно не из изгоев!       — Райтор!       — Но, учитель! Там был не только я! Если мы не поторопимся — парнишку заберут низъелльцы. Я видел их транспорт около деревни! У них сегодня «день урожая». Поверьте, они не упустят его из виду!       Что-то дрогнуло в Дроене при этих словах. Однако вместо согласия учитель ответил резким "нет" и приказал выбросить опасные мысли из головы! Эскидам не годится участвовать в решении подобных вопросов. Как и не годится появляться близ Проклятого городища и мест ему подобных! К тому же бизнес Низъеллы вполне законен.       С минуту потоптавшись на месте, изображая покорность и дожидаясь, когда Дроен вернётся в сумитэ, эскид воспользовался увольнительной картой. В голове стучали калёные молоточки, требуя действий. Идти наперекор всему и вся Райтору было не впервой, но ослушаться Дроена — дело другое. И всё-таки.       Одному ему не справиться. А значит, придётся позвать ребят. Кроме него увольнительные карты выдали на этой неделе лишь двоим...       Стараясь не привлекать лишнего внимания, эскид покинул территорию школы.       Шиэл взглянул на часы и недовольно качнул головой. Ребят ещё минут пятнадцать ждать. Он понятия не имел, зачем его Райтор позвал, но откликнулся, не мешкая. Координаты, указанные другом, к его недоумению привели к Проклятому городищу. Это было и досадно, и неприятно одновременно. Досадно потому, что пришлось из-за этого отказаться от рыбалки, а неприятно оттого, что Райтор прекрасно знал его отношение к подобным местам. Линия на востоке наливалась багрово-красным рассветом — значит, Райтор скоро должен подойти. Отломив молодой побег викенки, обладающий кисловатым привкусом и, засунув его в рот, Шиэл приятно сморщился. Не так уж тут и плохо. Решив осмотреть окрестности, эскид, не торопясь, спустился с холма. Знакомый шум драки привлёк его внимание. Ребята! Шиэл в спешке продрался сквозь кусты и, оказавшись, наконец, на небольшой лужайке, оторопел. Нет, это были не ребята. По крайней мере, не эскиды. Их было четверо. Несмотря на запрет, все четверо были вооружены. Противостоял им совсем молодой паренек, и из оружия у него была только хворостина. Разбитая скула и разорванная куртка говорили о многом, и всё же он был ещё жив и не пойман. Четверо здоровенных детин смотрели на паренька, как хищники смотрят на свою добычу, но подходить не решались. В памяти ещё были свежи упругие болезненные удары тонкой вицы. Наконец одному из нападающих пришло в голову, что есть и другой способ. Он поднял с земли камень и со всей силы швырнул в паренька. Тот увернулся, но второй, брошенный следом, метко попал в руку, едва не заставив его уронить своё ненадёжное оружие. Когда с земли был поднят третий камень, Шиэл не выдержал. Он ждал, и Райтор подождёт, не лопнет. Звонкий свист нарушил птичьи трели. От неожиданности вздрогнули все пятеро.       — Может, со мной пообщаетесь? — Шиэл расстегнул верхнюю пуговицу на кителе и шагнул вперед.       Здоровяк, державший камень, неприятно скривился.       — Шёл бы ты своей дорогой, эскид. Мы тебя не трогаем, и ты нас не трогай. Мы только своё заберём.       — И что же в таком уединённом месте вы определили как "своё"? Насколько мне известно — это общественная территория.       Главарь недобро усмехнулся.       — Это ты правильно заметил — уединённое.       Аяс с жалостью посмотрел на незнакомца в строгой тёмно-серой форме. Убьют его. Эскид был абсолютно безоружен и спокоен. Он даже на шаг не сдвинулся, когда к нему побежали трое из четырёх. Четвёртый же бросился на Аяса. Но даже занятый самообороной Аяс понял, откуда бралось спокойствие незнакомца. Ему не нужно было оружие, он сам был оружием. Такого боевого искусства Аяс не знал.       Он отвлёкся лишь на секунду, и мощный удар наотмашь сбил его с ног. В чувство его привела ледяная вода, брызгами падавшая на лицо.       — Он совсем ребенок! — темноволосая девушка с бездонными чёрными глазами в такой же серой форме, что и незнакомец, закрыла фляжку и отстегнула напоясную аптечку. — Как они могли?!       Незнакомец задумчиво качнул головой, но ничего не ответил. В поле зрения Аяса появился третий, судя по форме, — тоже эскид. Он был чуть выше и чуть стройнее уже знакомого незнакомца. С абсолютно правильными чертами лица и непроницаемым уверенным взглядом.       — Ему лет пятнадцать...       — Шестнадцать с половиной, — не выдержав, уточнил Аяс. Девушка на мгновенье замерла от неожиданности, но тут же собралась и закончила накладывать повязку на разбитую скулу. Она хотела осмотреть ещё шишку на голове, но рослый её остановил.       — Хватит с ним возиться, Кита! Тем более он уже оклемался. Не так ли? — этот вопрос уже был адресован непосредственно Аясу. — Нет времени на долгие приветствия. Я Райтор. Тот, что на помощь тебе пришёл — Шиэл, это — Кита. А теперь вставай. Нам нельзя здесь долго находиться.       Дважды повторять не пришлось, взвалив на плечи бабулин подарок, Аяс двинулся в сторону острова. Эскиды молчаливой троицей шествовали позади. До конца увольнения оставался час, а Райтор не мог найти слов, чтоб доходчиво объяснить пареньку, зачем они здесь. Уже раз десять он мысленно заводил разговор, но каждый раз ловил себя либо на излишнем пафосе, либо излишней агрессии. Возле сумитэ всё казалось просто. Но теперь... Почему-то парень не понял всё сам, как ожидалось, и не пошёл с ними, а направился обратно.       — Спасибо, — это простое слово вывело Райтора из раздумий.       Аяс крепко сжал руку Шиэла. Сердце бешено колотилось, а разум кричал: вот он шанс, которого ты так давно ждал. Попросись с ними!!! Аяс переложил мешок с деревцем на другое плечо и оглянулся на мост, соединявший Истиру с материком. Уйти сейчас, не предупредив Ба? А если остаться, — возможно, второго раза не будет! Нет, не сегодня, только не в её день рождения...       — Было приятно увидеть эскидов воочию, — суворовец стиснул зубы и собрался уходить.       — Постой! — Райтор оставил друзей в стороне и бросился догонять паренька.       Издалека было ничего не слышно, о чём они говорили, но разговор оказался довольно продолжительным. После которого парнишка всё-таки ушел. Шиэл уже собрался вызывать венвайдер, но Райтор к ним не вернулся, а остался ждать у моста.       Стараясь не выдавать волнения, Аяс попрощался с эскидом. Городище ещё дремало, когда он вновь открыл его ворота. Посадив дерево прямо у входа, он вошёл в дом, в сотый раз мысленно подбирая слова. Беббиль уже не спала. Сидя на кровати, старушка держала на руках плотно набитый потёртый от времени рюкзак. Редкие слёзы катились по стариковским слезам.       — Уходишь?       — Ба, — прошептал Аяс, понимая, что стоит ей попросить его остаться, и все надежды пойдут прахом.       Но вместо этого старушка протянула ему тугой узел.       — Здесь всё. Кроме этого, — Беббиль протянула ему цепочку с медальоном. Аяс с недоверием коснулся украшения, подаренного ему крёстным вместо крестика. Да, муж сестры всегда отличался оригинальностью. Крёстный. Господи, помоги ему, где бы он ни был.       — Я думал, что потерял его...       Но старушка качнула головой, сама застёгивая цепочку на шее внука.       — Пусть небо бережёт тебя!       — Я вернусь! Я ещё не раз к тебе приду! Только дай мне время! — пообещал Беббиль Аяс, крепко обнимая её. — Спасибо.       Закинув рюкзак на плечо, юноша с лёгким сердцем вышел на крыльцо. На востоке уже сияло солнце.       Райтор нетерпеливо взглянул на часы. Ожидание длилось уже полчаса. Наконец, вдалеке показался знакомый силуэт.       — Я не мог уйти, не попрощавшись, тем более — в её день рождения, — опережая вопрос, ответил Аяс. — Теперь я готов.       Эскид с кем-то связался по рации, и вскоре над ними закружили два прогулочных венвайдера. Аяс восхищённо коснулся их серебристых боков. Сколько раз он видел их на экране триаса.       — Красивые птички.       И, последовав примеру эскидов, запрыгнул внутрь. Минуты две они парили над землёй, набирая скорость, а затем последовал рывок такой силы, что Аяс остался внутри благодаря лишь крепким рукам Шиэла.       Приземлились они недалеко от широкого разводного моста, связывающего остров, на котором располагалась Школа, и материк. Райтор жестом попросил Аяса спуститься на землю и следовать за ним. Кита тут же перебралась на переднее сиденье и, подмигнув Аясу, пристегнулась. Шиэл развернул венвайдер в воздухе и полетел в сторону города.       Прибрежная полоса была пустынна. Грязная пена волнами накатывала на крупную гальку. Тут и там в воде то и дело мелькали этикетки и окурки. Аяс мысленно усмехнулся: эта картина была ему более чем знакома. Зато всего в пятистах метрах от них, только по мосту пройди, открывался совсем другой мир. Полный зелени и красок.       — Нравится? — Райтор по-доброму хмыкнул и двинулся вперёд. Было видно, что он торопился, хотя и не хотел этого показывать. — То ли ещё будет впереди.       Аяс жадно впитывал информацию. Мир вокруг всё больше становился фантастическим. Бывало ночами, читая Гаррисона или Азимова, он представлял себе нечто подобное, но здесь и сейчас Аяс отдал бы всё, чтоб вернуться домой. Встряхнув головой, отбрасывая безрадостные мысли, суворовец заторопился за эскидом.       — Я слышал, ваше сумитэ надёжно охраняется.       — И? — эскид непонимающе пожал плечами.       — Я не вижу стен, заборов, охраны...       Райтор не ответил, но когда они, наконец, пересекли мост, он поднял с берега камушек и, замахнувшись как следует, бросил его чуть в сторону перед собой. Не было ни вспышек, ни треска, только каменная пыль медленно оседавшая на землю — всё, что осталось от гальки, так и не долетевшей до деревьев. Объяснения были излишни.       Возле ворот со сторожевой кабинкой их ждал ещё один эскид. Высокий, бледнокожий и солнечно рыжий.       — Аяс — это Соун. Соун — это Аяс. Будьте знакомы. Где наши пропуска? — на ходу забрав у рыжего прозрачные карточки, Райтор, всё так же, не останавливаясь, сунул их в сторожевое окошко и, подхватив Аяса под локоть, стремительной походкой направился вглубь сада. Только когда ворота за ними захлопнулись, он сбавил темп и оглянулся. Аяс автоматически сделал то же самое. И лишь теперь понял, отчего эскиды так спешили: всего в нескольких сотнях метров от них, за воротами, стояли те четверо, с которыми Аяс уже имел опыт столкнуться в лесу.       — Вот теперь ты в безопасности. — Райтор дружески улыбнулся. — По крайней мере пока ты здесь и рядом мы.       Райтор видел, что паренек растерян. В его глазах было столько вопросов разом, но даже Райтор и, пожалуй, даже Дроен не смогут на все ответить.       — Как ты узнал, что за вами следили? — Аяс изумлённо изогнул бровь, с интересом взглянув на своего сопровождающего.       — Да Кита с Шиэлом решили в город вернуться. Хвост проверить и заодно чего-нибудь съестного прикупить. Низъелльцы маскироваться не умеют в принципе. Бездари. Кита мне про них сообщила. Так и узнал. Глаз на затылке нет, если ты ещё не заметил. Суперслуха — тоже.       Только теперь Аяс заметил, что у обоих эскидов в ухе закреплены крошечные рации. Соун довольно прищёлкнул языком и в трёх жестах изобразил верзилам, что он них думает.       Райтор неодобрительно прокачал головой и направился в сторону сумитэ. Всё было непросто. Слишком большой ажиотаж поднялся вокруг персоны, что, понурив голову, брела следом. Да, поразмыслить есть над чем. Что ещё скажет Дроен.       Дроен не сказал ничего. Только окинул оценивающим взглядом мальчишку и молча протянул Райтору исписанную ровным почерком бумагу. От её текста эскида бросило в пот.      — Как это понимать?? Учитель! Откуда...       — Ты сам всё прекрасно понял. — Дроен зачем-то переставил с места на место стул, но так и не решил, присесть ему или нет. — Соун, покажи Аясу тренировочный зал. Можешь дать пару уроков. И пригласи ко мне Шиэла и Эшору.       С чёрного входа вошли Кэрл и Феста. Обе девушки были невысокого роста, однако на этом их схожесть заканчивалась. Значительно более изящная и хрупкая на вид белокурая Феста превосходила свою подругу не только в миловидности облика, но и в технике ведения боя, и в мастерстве. Тихо, стараясь не нарушать ход тренировок, они присоединились к Синелло. Вскоре подошли ещё трое. Показывая младшекурсникам пример, они встали в позиции. Эшора опять не явилась на тренировку, и Соун вновь оказался в паре с Кэрл, чему девушка была несказанно рада. Обменявшись короткими приветствиями, они приготовились к бою.       — Так! На первый-второй рассчитайсь. Кстати, тебя Дроен ждёт. Иди-иди, мы с девочками управимся, — Соун указал только что появившемуся Шиэлу на дверь.       Те, о которых говорил эскид, согласно закивали головами. Аяс ещё раз с интересом взглянул на ки'конок. Они обе разительно отличались от черноокой красавицы, что обрабатывала в лесу его ссадины. Одна из девушек была невысокого роста, коренастая и круглолицая. Чёткая жёсткая линия губ и непроницаемый взгляд говорили о том, что она не привыкла много думать. Её конёк — быстро действовать. А вот другая. Тоненькая изящная девица с большими серыми грустными глазами и алыми пухлыми губками и словно навечно застывшей на них полуулыбкой. Да, она притягивала взгляд. Но несмотря на всю свою кажущуюся хрупкость, в её движениях чувствовалась уверенность и сила. И всё же ей было далеко до Киты.       Девушки быстро поделили детей на пары и расставили в шахматном порядке. Тренировка началась. Плавность движений в выполнении упражнений. Чёткость, уверенность. И даже маленькие карапузы так стараются. Аяс сидел на скамье один. Соун, эскид, которому его поручили, нашёл себе срочное дело и поспешно скрылся.       — Привет, — завязав волосы в тугой узел, Кита присела рядом. — Как осваиваешься?       Неопределенно пожав плечами, Аяс неловко улыбнулся.       — Нормально. Сижу. Смотрю. Нравится.       — Нравится всё или что-то конкретное?       Лукавый прищур чёрных глаз совсем спутал ему мысли.       — Бери меч, — приказала девушка, указывая на оружие, развешанное на стене, и вооружаясь сама.       — Ну, нет, — засмеялся Аяс. — Ты верно шутишь!       — Не-а, — Кита легонько коснулась остриём его подбородка. — Бери меч!       Юноша в недоумении обернулся. От разнообразия оружия зарябило в глазах.       — Да я понятия не имею, как с ним обращаться! — заверил он, выбирая нечто похожее на лёгкую саблю.       — Хороший выбор, — похвалила Кита. — Пошли на ковёр!       Это становилось не смешно. Но и отступать было невозможно. Девушка будто не слышала его. Чувствуя себя словно в цирке, Аяс отбивался от её выпадов как мог, но вскоре его сабля валялась далеко в углу, а сам он оказался прижатым к полу.       — Ты дерёшься хуже новичка! — заявила Кита, даже не думая его отпускать.       — Я предупреждал.       Оправдываться было глупо и нелепо, особенно находясь в таком положении.       — Придётся исправлять.       — Пожалуй, — его глаза смеялись, отчего у девушки проступил румянец, и она стала ещё прекраснее. — Но вот это — мой конёк!       Подбородком указав на стреттер, Аяс попробовал выбраться.       — Из него и драхен выстрелит! — бросив на него насмешливый взгляд, Кита помогла ему подняться. — Довольно. Давай-ка кое-что исправим.       Девушка неторопливо оголила Аясу правое плечо.       — Больно не будет, — пообещала она и прижала к плечу непонятно откуда взявшийся лазерный эфратор. Больно действительно не было. Лишь лёгкое, почти приятное пощипывание.       — Вот, — Кита убрала эфратор в сторону и осторожно прикоснулась к припухшей татуировке в виде извивающегося крылатого змея. — Теперь ты один из нас. Отныне и до конца обучения ты будешь жить здесь, — она указала на серое и, как показалось Аясу, безликое здание общежития, видневшееся в окне.       — Я с Земли, мне бежать некуда, — паренек чуть дотронулся до тату и опустил рукав.       — Тем лучше, — девушка немного помолчала и добавила, — Тебе, Аяс, поверь мне, очень повезло. А теперь иди, разбери свои вещи. Всё необходимое уже у тебя. Смотрящий за общежитием покажет тебе твою комнату. Прими душ, выспись. Осмотреться ещё успеешь, если не сбежишь. Завтра в 5 утра у вас первый сбор, прямо в общежитии. Не опаздывай. Махнув Аясу на прощание рукой, Шиэл поднялся с пола. Раз позвали, значит, надо идти.       Паренёк кивнул головой, обещая быть вовремя, и, стягивая на ходу плотный свитер, направился к общежитию. Девушка машинально последовала за ним, остановившись у небольшой клумбы, украшавшей широкую площадь перед сумитэ. Высокая белёсая трава приятно щекотала ладонь. Пальцы машинально сорвали головку пёстрого крупного цветка. Ветер порывами трепал её шёлковые волосы. Ярко светило высокое солнце, где-то в траве трещало, не переставая, насекомое. На душе было как-то странно хорошо и грустно, словно ожило в памяти всё то, что пережила она при своём поступлении. Только она была младше. Намного младше. И всё-таки ему тоже не по себе.       — Аяс, — окликнула она его. Аяс обернулся, прикрыв глаза ладонью от солнца, и едва успел поймать брошенный ему пёстрый цветок. — На удачу!       Паренёк бережно сжал его в ладони и поспешил к общежитию. Девушка проводила его взглядом до самых дверей и вздохнула: надо возвращаться в сумитэ.       Шиэл негромко постучал в дверь и вошёл. Учитель и Райтор даже не обернулись в его сторону, продолжая свой ожесточённый спор. Эшора, вызванная приказом учителя из дома, сидела в кресле в углу и даже не вмешивалась.       — Что происходит? — вполголоса поинтересовался эскид.       — Без понятия! — Эшора недоуменно пожала плечами. — Вы кого-то приволокли из леса?       Шиэл не ответил, немедленно переключившись на спорящих.       — Ты это видел? — Райтор внезапно отвернулся от Учителя и сунул ему в лицо уже порядком мятый лист бумаги. — Первый помощник Правителя накропал. Собственноручно. Не поленился.       При упоминании об её отце Эшора напряглась. Теперь стало ясно, зачем Дроен вызвал её. Проблема состояла лишь в том, что в свои дела Элэсар её не допускал.       Отстранённость была вполне естественна, ведь от стези политика она отказалась давно, решив посвятить себя военному делу.       — Еще нет, — юноша аккуратно разгладил лист и спокойно ознакомился с текстом. — Здесь написана ложь, — резюмировал он наконец. — Формы гвардии Индры на них не было!       Лицо Дроена будто окаменело. В комнате разом стало тихо. Эшора перестала качаться в кресле и с тревогой посмотрела на мужчин.       — В данной ситуации это не имеет значения! Мальчик был рабом Правителя и бежал! Нам повезло, что Элэсар отнёсся к ситуации с пониманием и не стал докладывать Индре об инциденте. Не доставало, чтобы твое имя (а в послании оно указано!) принесло шлейф тёмной славы всей нашей школе!       — Шиэл вздернул подбородок. В его глазах отразилась такая обида, что даже Дроену стало не по себе.       — Учитель! Это была моя инициатива! — вмешался Райтор, только теперь понимая, насколько безумной оказалась их выходка. Но кто же знал, что паренёк беглый! — И если история получит продолжение, я отвечу!       — А с тобой будет отдельный разговор! После того, как вы вернёте мальчишку его законному владельцу!       Желваки стремительно заходили на бледных щеках Шиэла. Одного взгляда на друга оказалось достаточно, чтобы понять: из-за мальчика Райтор рисковать не станет. Рабу жизнь раба! От этого сердце стянул ледяной жгут. Эшора молчала, не желая вмешиваться в столь щепетильную ситуацию. В отличие от Райтора ей были понятны чувства, овладевшие другом, но сейчас было не время для сочувствия.       — Вы понимаете, что наделали? Как мне объяснить это Индре? Перед Поединком? Как мне объяснить, что практически все претенденты на право быть Воином замешаны в столь низком поступке? На нём клеймо эскидов! На беглом рабе!       — Зато клейма раба на нём нет, отец! — Шиэл в сердцах смахнул письмо со стола. — Это ложь!       — Немедленно верни раба хозяину!       — Я не поведу мальчика к Элэсару, — тихо, но уверенно заявил Шиэл.       Задумчиво складывая самолётиком поднятое с пола письмо-требование от отца, Эшора, наконец, удовлетворённо хмыкнула.       — А может, и не надо никого никому возвращать.       Бумажный самолётик плавно спланировал на горящие поленья. Потемнели и вспыхнули широкие крылья.       — Письмо от отца забрала я, ведь оно поступило с общей почтой. И Вам, Учитель, передать забыла. Мне и ответ держать в случае чего.       Догорел, превратившись в крупные хлопья пепла, хвост.       Дроен устало отмахнулся, давая добро.       Назначив Шиэла и Райтора как организаторов данного «беспредела» кураторами новобранца, Дроен возложил на них не только ответственность за интеллектуальное и физическое образование Аяса, но и недельное дежурство за непослушание. Это дежурство безоговорочно с ними разделила Кита. Так было всегда с момента их зачисления в школу: где Райтор, там и Кита. Впрочем, и до школы было не иначе. Аяс тоже высказал желание разделить участь своих спасителей. И хоть Дроен внешне был грозен и хмур, душа его пела от радости. Именно такими он всегда мечтал видеть своих учеников. Это и вправду будет его лучший выпуск.       Легкое касание клинком плеча вывело его из ступора.       — Боюсь, ты — мертв, — с лёгкой издёвкой в голосе подытожила Кита, убирая свой меч в ножны.       Проигнорировав её насмешку, Аяс перебросил клинок с руки на руку, призывая продолжить поединок. Что ж, в этом искусстве он действительно слабоват. И пока Кита быстрее и ловчее его. Но это пока. — Я уже недель восемь периметра не покидал!! К чему эти вечные тренировки? Я не собираюсь вставать в ряды вашей долбаной фанатичной армии!       — О!? — изобразив разочарование, девушка вновь взялась за оружие.       — Когда Райтор позвал меня с собой, я ожидал большего, чем келья и сарай!       Последние слова он невольно произнёс на родном русском, не сумев подобрать ему аналога на ки’конском. А как ещё можно было назвать наспех сколоченное лет пятьдесят назад огромное подсобное помещение, где не было ни окон, ни пола, а из мебели — пара лавок? А суворовцу как воздух была необходима свобода. От ребят так и не поступило ни одной весточки. Словно он один в этом чокнутом мире оказался. А такого быть не могло! Одиночество пугало его до сумасшествия. Все попытки сблизиться духом с эскидами оказывались тщетны. Сложно стать кому-либо другом, сидя в четырех стенах! Даже в деревне у Беббиль ему было спокойнее, чем здесь. Райтор и Шиэл старались, как могли, но стена между ними росла в геометрической прогрессии. И эскиды вдруг отошли в сторону, оставив суворовца наедине с самим собой. И только Кита всегда была рядом, составляя Аясу компанию на тренировках и за ужином.       Девушка равнодушно хмыкнула, уже давно привыкнув к тому, что в порыве эмоций паренёк переходит на чуждый ей язык. По первости она даже пыталась понять и изучить его, но затею эту бросила быстро, не найдя в ней ничего интересного. Смысл изучать то, чем никогда не сможешь воспользоваться?       — Это для твоего блага, — терпеливо пояснила девушка, совершая серию стремительных выпадов и с удовлетворением отмечая, как быстро растёт мастерство юноши. — Ты всё ещё слишком отличаешься от нас. Вот пооботрёшься...       — В этом-то чулане?! — от возмущения он пропустил удар. — Не могу я больше сидеть здесь! Я тебе уже говорил, у меня друзья в беде!       Разочарованно прищёлкнув языком, Кита отняла у него меч.       — С твоим умением в самый раз мясником работать! Ну какой из тебя эскид? Тем более выпускник. Посмотри на себя! -— и, вздохнув, добавила, — Да нет никого больше даже отдалённо на тебя похожего. Ни на Ки’ко, ни на Сенстее, ни в других мирах! Только про росей сказать ничего не могу, но думаю, такая информация просочилась бы.       — Я тебя умоляю! Думаешь, сенстеки что-то знают про меня?! Может, моим ребятам нужна помощь! А я здесь торчу!       Девушка недовольно сжала губы, превратив их в жесткую линию.       — Владение мечом — наука тонкая, изящная! Воин, уважающий себя и своего противника, обязан в совершенстве знать её. Она приучает нас к концентрации, точности, умению быстро принимать решения...       — Особенно если в тебя из стреттера шмаляют!        Стреттер — это...       — Оружие для драхенов, - раздражённо закончил за неё Аяс. — Ты это говоришь потому, что сама им плохо владеешь или потому, что это хорошо получается у меня? Ты вообще меня слышишь? Кита!       Громкий смех, раздавшийся в дверном проеме, в зародыше уничтожил приготовленную для суворовца тираду. Резко обернувшись, девушка изумлённо приподняла бровь.       — Даро?! А Шиэл где? Прикрыв глаза от яркого света, стремительно заливающего подсобку, Аяс с жадным любопытством разглядывал гостя. Слишком знакомыми были и этот вздёрнутый подбородок, и этот прищур карих глаз, словно ему всегда слепит солнце. Сердце бешено заколотилось, болью отдаваясь в ушах. Такого просто не могло быть! Невозможно!       — Тебя ждёт! Или ты всё же забыла? Сегодня День Воина Арены!       Широко распахнутые чёрные глаза были ему лучшим ответом. Усмехнувшись, эскид передал подруге аккуратно сложенный комплект тёмно-серой формы.       — Для него, — указав кивком на вросшего в пол паренька, Даро присел на скамью, — Шиэл сказал, что им сегодня будет Шийя заниматься.       Словно очнувшись, Аяс схватил девушку за локоть.       — Возьми меня с собой!       Кита задумчиво взглянула на подопечного. Ей и самой не понравилась идея с Шийей. Девушка так и не нашла с ним общего языка. Да и остальные эскиды уживались с трудом. — Ты сама говорила, что мне необходимо пообтереться.       — Одевайся. Живо.       И указав Даро на выход, покинула помещение.       — Ты с ума сошла! Наш отряд полностью укомплектован! — взорвался эскид, едва они оказалась на воздухе. — Вряд ли Райтор или Эшора уступят ему своё место! И на меня не смотри! Я хочу посмотреть на своего брата!       — Значит, пошла к Дроену!       Эскид в немом изумлении взирал на удалявшуюся подругу! Это что ещё за выходки?!       Сверху лениво закапал тёплый летний дождь. Раздражённо ругнувшись, Даро спрятался под крышей. Пусть даже не надеется, что он уступит этому недомерку своё место! Он никогда не упустит возможности посмотреть, как Гуа надерет зад этим выскочкам из школ Авата и Дариона!       И ещё неприятно цепляло то, что Дроен поставил короткое и нелепое имя новичка в список выпускников! Отчего такие исключения? Однако вникать в суть происходящего у него желания не было. В его жизни и без того забот хватало. Одни только материнские истерики чего стоили.       — Готов! — спокойный уверенный голос за спиной застал его врасплох. — Единственное, не знаю, как их крепить.       — Почему мы не встретились раньше? — паренёк протянул эскиду снятые лики. Даро скрипнул зубами, сдерживая резкие слова, но лики прикрепил. Аккуратно. Терпеливо. Полоску к полоске. Изумительно! А он за право их носить семь лет отпахал!!! И как отпахал! До кровавого пота! От его взгляда не ускользнула и татуировка в виде багрового крылатого змея, извивавшегося на плече юноши, когда он вошёл в старое здание сумитэ. Теперь её скрыла форма, но сути это не меняло. Дроен абсолютно и бесповоротно поставил эту недоросль в один ряд со своими лучшими учениками!!!       — Потому что я был в отпуске. По семейным обстоятельствам.       Задвинув ядовито-горькие мысли на задворки, эскид полюбовался работой. Форма пацану шла. Будто всю жизнь в ней ходил. Однако носить форму эскида — ещё не значит быть им. Раздражение немного отпустило. А парень-то вон как волнуется. Аж руки дрожат.       Трибуны школы Авата гудели сотнями голосов. Немного потеснив соседей, эскиды заняли приготовленные специально для них места в первых рядах. Усевшись между Китой и Даро, Аяс принялся осматриваться. Место напоминало ему небольшое футбольное поле, окруженное несколькими рядами трибун. В центральной части выделялся надстрой в виде широкого балкона, на котором с гордым видом восседало несколько человек. Аяс узнал лишь Индру — правителя ки’конов.       Форма аватов также разительно отличалась от формы эскидов, как и сами аваты отличались от эскидов. Аяс с изумлением рассматривал соперников своих новых друзей. "В чешуе, как жар горя, Тридцать три богатыря..." подобно заевшей пластинке крутилось в голове. Аваты и впрямь все были практически одного роста и одной комплекции. В отличие от школы Дроена здесь обучаться могли только дети состоятельных родителей. А каждое строение гордо несло свою архитектуру, порой излишне помпезную. Ровные газоны тёмно-бирюзовой травы. Симметрично растущие багрянолистные ардры...       — Выскочки, — беззлобно прокомментировал Даро едва они оказались перед высокими изящными воротами ручной ковки. Но недовольный взгляд Райтора, брошенный из-за плеча, заставил Даро закрыть рот до самых трибун.       В сопровождении учителя Дроена Шиэл и Гуа выехали раньше. И теперь Аяс с нетерпением ожидал появления своего строгого наставника на поле. Сколько же школ участвуют в этих соревнованиях? Судя по разноцветным секторам, не меньше десятка. И все что-то выкрикивали хором. Нечто вроде рифм. Как же это напоминало ему Землю и родной стадион "Юность". И только эскиды были молчаливы и малочисленны. Взгляд в очередной раз наткнулся на Даро. Не отрывая глаз от поля, эскид отбивал на колене знакомый только ему ритм. Как же он напоминал ему его крёстного. Лишь возраст и планета-родительница отличали их. Если бы добавить морщинок вокруг глаз, шрам у брови и прилично седины в волосы.       Словно ощутив на себе пристальный взгляд, эскид покосился на паренька и, встряхнув головой, отвернулся к Эшоре. Девушку же словно не касалось всеобщее волнение, что делало её похожей на каменное изваяние. Присев рядом с Райтором, она отрешённо смотрела впереди себя, лишь изредка её взгляд скользил по толпе и останавливался возле выхода. На долю секунды в нём вдруг начинали искриться эмоции: удивление, вопрос...       Аяс немедленно обернулся, но ничего не увидел. Позади как и прежде в предвкушении зрелища бесновалась толпа.       — Почему она не защищает честь школы? — вопрос как-то сам сорвался с губ.       — Потому что она выйдет вместе с Райтором против школы Дариона, если ещё будет, с кем сражаться, — отмахнулся Даро, не желая пропустить выход брата.       — Но она же лучшая!       — Официально - да. Реально же...       Секундой позже до эскида дошло то, что он сказал. И в этот момент показалось, что он готов был себе язык отрезать. Слишком живой интерес вспыхнул в глазах-угольках.       В этот момент трибуны взревели, приветствуя поединщиков. Рука об руку рядом с Шиэлом шел рослый синеволосый парень с широкой улыбкой. Разинув рот, Аяс перевёл взгляд на Даро. <ta b>—Вот это твой брат?       Аяс никак не ожидал от себя такого, но уже на четвёртом тайме отчаянно рвал глотку, поддерживая кричалки, сочинённые эскидами. Разочарование от осознания, что Даро никаким образом не связан с его крёстным, доверху залил адреналин.       — А если все четверо выйдут в финал? Станут противниками? — стараясь перекричать рёв толпы, проорал Аяс.       Даро отрицательно замотал головой.       — Не бывало ещё такого! Воином Арены назовут лучшего из лучших. Конечно, свои между собой не сражаются, но победитель всегда один.       А на поле разворачивалось грандиозное по зрелищности действие. После полосы с препятствиями и стрельбищ начались показательные парные поединки.       Завязав волосы в тугой узел на затылке, Эшора, замерев, напряженно, неотрывно следила за уверенными действиями противников. Бой на мечах — это её стихия. Словно она родилась с кинжалом в руке. Крепкий пинок под дых заставил дарионца сложиться пополам, а девушка уже «воткнула» миниатюрный кинжал между лопаток аватовца, занёсшего меч над Шиэлом. Вспыхнул красный огонёк на мундире, и поверженный враг, понурив голову, покинул арену.       — У тебя слабая зашита!       Шиэл ухватился за протянутую руку и, поднявшись с песка, бросился на выручку Райтору.       Эшора глубоко дышала, сжимая в руке голографический меч. Ее бой закончен. Мальчики тоже в помощи не нуждались.       Скользнув по ней невидящим взглядом, Аяс на мгновение забыл дышать. Мир вокруг замер. Буквально! Суворовец в недоумении завертелся на месте. Нет! Не замер, но двигался очень медленно, словно замедленные кадры плыли перед глазами. Подёрнувшись дымкой, реальность стала таять. И вдалеке уже начали вырисовываться иные картины. Красные кирпичные высотки, небольшой парк, окруженный кованым забором. И чем сильней таял мир эскидов, тем ярче проступали до боли знакомые пейзажи. Казалось, стоит лишь руку протянуть. Всё громче слышался гул многоликих городских улиц. Потянуло ароматами дешевых хот-догов и выхлопными газами. В голове стучали сотни молотков, а дыхание забилось глубоко в груди, боясь спугнуть мираж. Он знал это место! Это его мир!! Его Земля! И среди тысяч лиц и силуэтов он узнал её. Как же она изменилась. Нет. Не постарела. Поблекла, сменив смоль волос на седину.       — Таня! — истошно закричал Аяс.       Женщина испуганно обернулась, не понимая, кто её позвал по имени. Пространство стало почти осязаемо вязким. Двигаться было тяжело, словно находясь в воде.       Яркий солнца луч прорезал серую вату облаков и скользнул по лавкам стадиона, лишь на мгновенье заигравшись в черных волосах Киты.       Аяс запнулся за скамью и рухнул в проход, пройдя сквозь Даро, словно сквозь мираж.       И мир ожил. Трибуны взорвались сотнями голосов. Кто-то протягивал к нему руки, желая помочь, но Аяс оказался неспособен сосредоточить внимание на одной точке, не то что подняться на ноги.       — Нет. Нет... Нет! - нервно повторял он, шаря пустым взглядом по сторонам.       Прорычав сквозь зубы нечто нечленораздельное, эскид рывком поднял его с пола и усадил обратно на скамью.       Вдруг толпа взревела, и Даро с диким криком сорвался с места и, продолжая вопить как безумный, сначала его крепко обнял, потом бросился обнимать остальных эскидов. Сжатый стальными тисками объятий и оглушенный воплями, Аяс внезапно отч      тливо понял: это не кончится как сон или не бред. Он не проснется внезапно, и выбраться отсюда не удастся!       На песке посреди поля плечом к плечу стояли эскиды! Шиэл вытирал время от времени разбитую бровь, принимая поздравления бывших соперников, Райтор с сожалением отряхивал песок с испорченного кителя, Эшора… Эшора была невообразимо хороша. Казалось, она ещё не вышла из состояния боя, но успешно справлялась с эмоциями, улыбаясь бывшим противникам, а Гуа с победным видом вздымал руки кверху. И каждый раз его действие вызывало одобрительный рёв у толпы. Эскид упивался победой — ровно настолько же его брат упивался гордостью за него.       Безмерная гордость наполняла Элэсара при виде своей дочери, но значительно больше дочери его занимал совершенно другой человек, спрятавшийся среди эскидов.       — А что теперь? — едва слышно задался вопросом Аяс, пытаясь сообразить, как дальше быть с новой данностью.       Даро опустил на него светящийся от счастья взгляд, но так и не ответил, будто и не слышал его вовсе.       Возбуждённые от пережитых эмоций, эскиды ввалились в сумитэ.       Несколько громких хлопков заставили всех обернуться и замереть. В глубине зала стояли трое в штатском, один из которых с самодовольным видом театрально аплодировал эскидам.       Первым пришел в себя Шийя, лениво и устрашающе размяв свои якобы затёкшие плечи, и направился к непрошеным гостям. За ним взялись за оружие и остальные.       — Спокойно. Мы здесь по поручению Правителя.       Гражданский выглядел спокойным и наглым, но от эскидов не ускользнул секундный страх в его безликих глазах. Соун откровенно усмехнулся и Дроен взмахнул рукой, приказывая ученикам остановиться.       — Как вы прошли через периметр? м Дроен смерил незнакомца суровым взглядом и отвернулся, жестом приглашая гостей к выходу. — Вы нарушаете внутренний распорядок.       Гражданские ещё некоторое время топтались на месте, не зная, как реагировать на поведение мужчины.       Чиновник протянул учителю свиток с тяжёлой печатью.       — Нам выпала большая честь первыми поздравить вас. Наш Правитель приглашает победителей прибыть в его Дворец для вручения наград и определения воина Арены. Дата указана в послании. Но перед этим по приказу Первого помощника Правителя вы обязаны прибыть в боевую резиденцию в Зеретарских горах для поздравления, — голос гражданского был тих, но для Шиэла прогремел он сильнее взрыва. — Все без исключения, — посланник выразительно посмотрел сначала на Аяса, потом на Дроена.       Эскид поднял на гостей недоумевающий взгляд.       — Это еще зачем...       Рука Даро легла ему на плечо, заставив умолкнуть.       — Ну, надо так надо. — парень улыбнулся, — Когда ещё выдастся возможность побывать в Антовой долине в качестве гостей. Может, хоть после этого все забудут Серое восстание...       Дроен чуть заметно качнул головой.       — Мы с благодарностью принимаем приглашение нашего Правителя. — Это лично для вас, — небольшое письмо легло в протянутую для прощального жеста ладонь Дроена.        Посланники Индры, чуть склонив головы в знак уважения, покинули сумитэ.       — И за что нам такое счастье? — Кэрл скрестила руки на груди и глянула исподлобья так, словно он, Дроен, знал все ответы. — И как вообще они прошли через пост?       — А по-моему, это здорово, — тихо, будто самому себе, произнес Шийя. — Ещё ни один выпуск эскидов не удостаивался такой чести.       — Это и настораживает, — Феста обернулась на Райтора, а его руки машинально обняли её, словно хотели уберечь от надвигающихся неприятностей. Но этого никто не заметил, даже они сами. — Может, потому что вы все четверо остались на поле? Раньше, кто победил — тот и Воин, а сейчас Индре придётся его назначать. Может, и правда, это награда, ведь ребята — лучшие из лучших?       Проследив взглядом за сыном, Дроен удручённо качнул головой: не нравилась ему дружба Шиэла с Аясом. И пусть он не доложил куда следует, однако, и одобрить это не мог.       — Нечего сидеть, будто вам приговор вынесли! — звонко хлопнув в ладони, Кита мигом привела всех в чувство. — Посмотрите на себя! Ребята, надо радоваться — мы ведь победители! Айда в кафе!       Дроен окинул выпускников долгим взглядом и, поманив за собой Шийю и Райтора, направился в тайную комнату. Сломанная печать с личного послания Первого Помощника валялась на полу. У самых дверей он остановился, словно передумал.       — Шиэл, проследи за порядком, и подходи через пару минут.       — Ребята ушли далеко вперёд, но Райтор не спешил. Торопиться было некуда. Душу словно тяжёлым камнем придавило. Впереди ещё виднелась понурая фигура Шиэла, но и она вскоре растворилась в сумерках. Надо бы Ките рассказать. Впрочем, завтра она и сама обо всём узнает, когда не найдет мальчишку в сумитэ.       Дроен отпустил до утра всех, кто оказался связан с Аясом. Раньше они бы завалились с ребятами в какой-нибудь ночной бар. А сейчас. Побыть одному — вот, что ему сейчас хотелось. Из темноты, помахивая рукой вместо приветствия и широко улыбаясь, ему навстречу вынырнула Феста.       — Ты ещё не спишь? — Райтор искренне попытался улыбнуться в ответ, но ничего не получилось.       — Мне сейчас ребята по пути попались. Молчаливые... Что-то случилось?       Райтор закинул рюкзак с формой за спину.       — Сколько сейчас времени?       — Я без часов, — девушка расстроенно опустила глаза, мягким жестом сгоняя с плеча назойливую ночную бабочку.       — Задери мне рукав и посмотри.       Тонкие изящные пальцы отодвинули ткань, скользнув по загорелой коже, и коснулись циферблата.       — Без четверти восемь.       Эскид на мгновение задумался, наблюдая за её дрожащими длинными ресницами.       — Мы вполне можем успеть на последнее представление. По-моему, сегодня ставят что-то историческое.       Перекинув рюкзак на другое плечо, Райтор предложил девушке опереться на его руку, и они поспешили по протоптанной тропе к высоким воротам, отделяющим школу Дроена от внешнего мира.       Поздние сумерки давно накрыли синим бархатом прибрежную зону, заставив ки’конов разбрестись по домам. И только ночное кафе, освещаемое несколькими тусклыми эншарами, парящими под потолком, всё ещё работало. Проигнорировав распоряжение учителя, Кита не воспользовалась пропуском в город. Несмотря на глубокую ночь, они с Аясом всё ещё сидели за маленьким деревянным столиком и о чём-то оживлённо беседовали. Шиэл нашёл их по звонкому смеху. Краем глаза он видел, как Шийя зарядил стреттер капсулами со снотворным. Всего один выстрел. Аяс с изумлением вынул из шеи тонкую иглу и обернулся. Кита сообразила гораздо быстрее. Выскочила из-за стола, выхватила оружие.       — Кто это сделал? — удерживая одной рукой приведённый в боеготовность стреттер, второй девушка вздёрнула лицо слабеющего Аяса к свету, желая заглянуть ему в глаза. — Очнись!       Мир красиво пульсировал, то наполняясь яркими красками, то вдруг погружаясь во тьму. И тьма с каждым разом становилась всё глубже. Он попробовал встать, но ноги не слушались его. Лёгкие сдавило. Аяс ещё слышал, как звала его по имени Кита, как пыталась поднять его со стула и заставить двигаться, но сил хватало лишь на то, чтоб судорожно хватать ртом ускользающий воздух.       Из темноты выступил Шиэл, рядом с ним шёл второй эскид. Квадратное скуластое лицо, коренастое телосложение составляли разительный контраст стройному юноше. Маленькие глаза его холодно скользнули по пареньку. В стреттер легла вторая капсула. Опустив оружие, Кита в недоумении уставилась на друзей.       — Как это понимать?       — Зря вы на чужих рабов посягнули! — назидательным тоном пояснил Шийя, загоняя в мальчишку вторую дозу снотворного.       — Как рабов? — едва слышно выдохнула девушка. Ноги подкосились, но Шиэл успел поймать её. — Нет! Нет! Пусти!! Шийя! Не трогай его!       Но Шиэл крепко держал подругу, пока та кричала и рвалась помочь слабеющему Аясу, пытался объяснить ей положение вещей, убедить, что так надо, иначе Райтора приговорят к расстрелу, а Эшору лишат права претендовать на звание Воина Арены, лишат звания и переведут в гражданские. Наконец, паренёк потерял сознание. Они оставили плачущую девушку и погрузили его в венвайдер. Больше эскиду здесь делать было нечего. А смотреть, как Шийя увозит мальчишку на верную смерть, желания не было. Перед глазами и без того стоял изумлённый гаснущий взгляд Аяса.       Накинув куртку на плечи, он побрёл к общежитию. В свете звёзд и эншаров кусты отбрасывали нелепые замысловатые тени. Где-то стрекотали ночные насекомые.       Эшора задумчиво почесала бровь: может, всё-таки переговорить с отцом о парнишке? В конце концов, это всего лишь ребёнок. Какой в нём может быть интерес?       — Тебя это беспокоит? — Эшора слишком хорошо знала Райтора, чтобы понять, что дело здесь совсем не в пареньке.       — Не только! Всё становится слишком сложно... Ладно. Разберёмся. Ты-то как?       — Норма! — поднявшись с лавочки, девушка достала из своего шкафчика большую спортивную сумку, перекинув через плечо широкую лямку, вновь повернулась к другу. — Не думаю, что с Аясом у вас был выбор. Успокой и себя, и Шиэла! И забудь!       Коснувшись губами лба эскида, Эшора покинула помещение. Всё. Больше над этим вопросом она думать не желала. У неё были более важные дела. Девушка на ходу развернула переданный ей Дроеном лист. Пропуск! Это был пропуск, а не записка! И координаты. Широта и долгота. Эшора немедленно ввела их в поисковик и улыбнулась, мысленно поблагодарив учителя.