Спустившийся с молнии

В горле першит и будто стягивает кожу, а во рту всё ужасно пересохло. Чимин пытается сглотнуть хоть немного слюны, чтобы избавиться от этого ощущения, но боль в горле заставляет его застонать и он пытается открыть глаза, что оказалось довольно сложным. Всё тело будто отказалось работать и теперь Чимин его не чувствует от слова совсем, и это начинало немного пугать. Кажется, он где-то это уже видел. Ах, да, когда они с хёнами зашли в портал, чтобы переместиться в этот мир. Выходит, он опять воспользовался порталом? Нет? Тогда что? Он ничего не помнит. — Хён, он пришёл в себя. — отдалённо звучит чей-то, до боли знакомый голос, но Чимин никак не может понять, кому он принадлежит. Тогда он ещё раз пытается открыть глаза и через множество попыток это, наконец-таки, получается, но картинка мутная и расплывчатая. Чья-то синяя макушка. Такое точно уже было. — Чимин, как ты себя чувствуешь? —появляется ещё один незнакомый голос. Мальчику понадобилось несколько минут, чтобы окончательно очнуться и разобрать голоса, первый из которых принадлежит Юнги, а второй мудрецу Намджуну. Ещё через минуту он всё-таки отвечает на заданный вопрос, только не уверен, что правильно. — Пить хочу. — кое как произносит, точнее, хрипит Чимин, от ужасной боли в горле, как будто, он всю ночь провёл в караоке клубе, а до этого весь день не переставал кричать на кого-то, или просто кричать. — Юнги, принеси воды. — просит старший, обращаясь к магу. — Сейчас. Уже через минуту картинка окружающего окончательно фокусируется и Чимин может хорошо всё рассмотреть. Он находился в какой-то небольшой комнате в светлых тонах, что была похожа на кабинет Кима, где парень очнулся в прошлый раз, но эта комната отличалась. Слева от себя он видит какой-то непонятный ему прибор с цветной панелью и различными проводками, которые, кстати, были подсоединены к нему. Какие-то провода с присосками находились на левой руке и груди, что, почему-то, была распахнута. Не очень-то и комфортно было вот так лежать при старших полуголым, но он никак не мог пошевелить руками, чтобы прикрыться. Кстати, в этот раз он лежал на больничной кровати. — Давай я тебе помогу. — как-то неожиданно появляется Юнги со стаканом воды в руке. Его голос был немного хрипловатый, как будто он только проснулся, а синие волосы растрёпанные. Но Чимин-то не знает, что он провёл возле него всю ночь и проснулся, как только услышал его болезненный стон. Юнги помог мальчику принять сидячее положение, находясь так близко, что можно было хорошо почувствовать горячее дыхание на щеке. — Вот, пей. — старший поднёс стакан к сухим губам, поддерживая другой рукой под спину, чтобы тот не упал обратно на кровать. Сделав первый большой глоток, Чимин вновь простонал от боли, из-за чего немного воды пролилось и потекла по подбородку, а потом шее и груди. — Осторожней, не торопись. — Юнги взял небольшое полотенце и стал вытирать ту каплю, что стекла с губ. Казалось, что в этом такого, это ведь всего лишь дружеский жест со стороны Мина? Но. Это Мин-Любовь-Чимина-Юнги, который не только смотрит на его обнаженную грудь, но и касается её, пускай и полотенцем, но всё же. Чимин чувствует, как щёки начинают краснеть, поэтому старается остудиться, делая большие глотки прохладной воды. Теперь боль в горле отошла на второй план. После яростного осушения стакана пепельноволосый кинул взгляд на Юнги, который чему-то улыбался, да ещё так нежно, что от её вида Чимин превратился в бесформенное существо, которое растеклось по кровати. — Тебе лучше? — мужчина сел рядом, от чего малыш ещё больше покраснел. — Что со мной? — его голос по-прежнему звучал тихо и хрипло, а каждое слово вызывало неприятную боль в горле. — Ты ничего не помнишь? — на этот вопрос Чимин лишь отрицательно помотал головой. — Намджун сказал, что у тебя случилось дисфонация. Проведя взглядом по небольшой комнате Чимин, почему-то, не увидел Кима, который совсем недавно был рядом. И в какой это момент он ушёл? — Дес…. Что? — Чимин не понимающе хлопал глазками, пытаясь разобрать слово и как-то понять его. Такого слова явно нету в корейском языке его мира. — Дисфонация — это когда твои негативные эмоции берут над тобой вверх и пытаются управлять тобой. Что-то, наподобие нервного срыва. Если это вовремя не остановить, то маг превратиться в Тулона. Тулон — это новорождённая тень. — медленно пояснил Юнги, давай Чимину время обработать смысл его слов. — То есть…. Я превращаюсь в тень? Я теперь буду плохим и буду убивать людей? — в испуге произнёс Пак. Он не хотел становиться плохим и, тем более, кого-то убивать. — Нет, нет, ничего этого не случится. — успокоил его Мин, подсаживаясь ближе. Видимо, такой открытый вид тонсена его ни капельки не смутил. Конечно, он же взрослый и уже имел отношения и какой-то малолетний мальчишка, наверняка не привлекает его. — Намджун-Хён знает, что делать. Нам вчера удалось успокоить тебя и твои эмоции пришли в норму, и теперь этот релоксатор действует на тебя, как успокоительное. — Из-за этого я опять не чувствую своё тело? — Да. Сейчас твоё тело полностью расслаблено, но скоро это пройдёт. Какое-то недолгое время маги сидят в тишине, которую разбавляет звук работающего релоксатора. — Чимин, ты помнишь из-за чего это случилось? — аккуратно спросил Юнги, нарушая тишину. И Чимин правда пытается вспомнить вчерашний день и почему вдруг у него случился нервный срыв. Он чётко помнит утреннюю драку между Юнги и Ынхо, потом…. потом, как обычно была тренировка. И кажется…. разговор? Они о чём-то говорили? Какие-то эпизоды и фразы начали пробегать в памяти Чимина и он нахмурился. — Это…. это после того разговора? —спустя какое-то время он всё-таки урывками вспоминает их с Юнги разговор. Мин только кивает, подтверждая его догадки и виновато отводит взгляд, потому что он действительно виноват. Ему, как ни как, 310 лет, он старше и мудрее, он не должен был скидывать на младшего эти взрослые проблемы и прятаться, они вместе должны в этом разобраться. — Прости. — Чимин виновато отвёл взгляд, переходя на шёпот. — Я обещал, что этого больше никогда не повториться и, что я буду держать себя под контролем, а я… — Нет, Чимин, ты ни в чём не виноват, это я должен извиняться. — прервал его Юнги. — Я… всё это время я делал тебе больно и, в конце концов, почти сломал тебе жизнь. Я не должен был тебя отталкивать, просто…. понимаешь, мой отец, после смерти матери, полюбил другого мужчину и я, конечно же, как и любой другой ребёнок был зол на них. Из-за этого я стал плохо относится к подобным союзам, но потом, когда нам удалось сблизиться с ещё одним отцом, я понял одну вещь: неважно какого гендера или ориентации является человек, важно то, какой он. Так же, он многому меня научил. За все свои годы я никогда не имел отношения с парнями и когда ты…. ты начал… проявлять ко мне свою любовь, я просто испугался. Я просто не знал, как себя вести. Это большая ответственность, Чимин, понимаешь? Плюс ко всему у магов есть, точнее, был один закон что касается тебя, и я не мог его нарушить. — Меня? — малыш удивлённо захлопал глазками, всё ещё ни до конца переварив слова Юнги. — Мы ведь раньше были не знакомы, какой может быть закон? — Все люди нашего мира знали что у Молнекрона родился внук, но он сам не смог увидеть тебя. Потом Гвидоны создали закон в котором говориться, что всем людям нашего мира запрещено смотреть на твои открытые участки тела и за нарушение этого закона отправляют на вечное заточение к тени. — Юнги сделал небольшую паузу, а Чимин от этих слов уже был напуган. Ему, конечно же, не хотелось, чтобы любимого хёна отправили к тени, так как до этого он уже видел его без футболки, а прямо сейчас он лежит перед ним с распахнутой грудью. Увидев изменение в лице младшего, Юнги продолжил. — Когда я был ещё в твоём мире, Намджун сказал, что там этот закон не действует, а совсем недавно он мне сказал, что этот закон в принципе уже не действителен. — И теперь тебя никуда не отправят? — этот вопрос заставил Мина улыбнуться. И почему Чимина, даже находясь в таком состоянии, в первую очередь думает о нём, а не о себе? — Тебя сейчас беспокоит только это? — Да. Я не хочу чтобы ты там мучился. — робко ответил Чимин. Изменившееся поведение любимого хёна сбивало с толку, но очень нравилось. Сейчас он не был грубым или равнодушным. Он был мягким, таким улыбчиво-привычным, что хотелось плакать, только в этот раз от облегчения. — Тебе сейчас нужно думать о себе, а ни о других. — почему даже сейчас он волнуется о Мин Юнги, о том, кто так жестоко поступил с ним, постоянно доводя до слёз и говоря все эти неприятные слова? Может, это и есть Любовь? Та, самая про которую Чимин говорил. — Я не могу. Я всегда думал только о других. — Чимин находит в себе силы, чтобы оторвать взгляд от любимого хёна и начинает нервно перебирать в пухлых пальчиках край одеяла. — И… ты ни в чём не виноват, Хён. Думаю, здесь моя вина. Я сам себе всего напридумывал, создал себе свою сказку, в которую сам же и поверил, и ещё тебя в неё затянуть пытался. Прости, что навязывал тебе свою любовь. Как только Юнги открыл рот, чтобы возразить и сказать, что он тоже испытывает симпатию к младшему, дверь с шумом открывается и в комнату входят четверо магов, которые тут же подходят к своему тонсену, начиная осыпать вопросами про ему самочувствие и произошедшее и только один Намджун молча наблюдает и улыбается уголками губ. — Тихо! — вмешался Мин, прерывая бесконечный поток слов. — Ему сейчас нужен отдых, а вы тут допрос устроили. — Да, Юнги-Хён прав. — вставил своё слово Чонгук, делая вид старшего, но это длилось не долго. — О, у Чиминни пресс круче, чем у Джин-хёна. — И не пяльтесь на него. — Юнги поспешил натянуть на открытую часть тела младшего одеяло, от чего второй смутился, покрываясь румянцем. — Айгу, да кто-то ревнует. — лучезарно улыбнулся Хосок, после чего последовали непонятные звуки, что умел издавать только он. На такое заявление Мин только закатил глаза и присоединился к Намджуну. До самого вечера друзья не хотели уходить. Всё это время они отвлекали Чимина от плохих мыслей и пытались хотя бы на немного вернуть того солнечного мальчика, как и попросил их Намджун. И это помогло. Весь вечер Чимин разговаривал со своими новыми друзьями, шутил и смеялся. Но когда ближе к ночи они разошлись, оставляя его только с Юнги и Намджуном, он немного загрустил. Все те дни Чимину некогда было вспоминать о оставленной в его мире семье и лучшем друге. Сейчас он очень хотел провести время за вкусным ужином со своими родителями, а потом уйти на ночёвку к Тэхёну. И как они там? Поправился ли Тэхён, а родители как? Он скучал. — Чимин, что-то случилось? — рядом появился Намджун, вырывая младшего из своих мыслей. — Я скучаю по родителям и Тэхёну. — Хочешь их увидеть? — Конечно хочу. — радостно ответил Чимин, но тут же опять поник. Сейчас это невозможно. — Но не думаю, что это возможно. — В нашем мире возможно всё. — Ким улыбнулся, а потом провёл пару раз руками по воздуху, где вскоре появился портал. Это было похоже на телевизор, но это был не он. По ту сторону Пак увидел своих родителей, которые проводили вечер в компании друг друга и какой-то увлекательной телепередачи. Вот только Чимина не хватало на этом диване, между отцом и матерью. На губах расцвела тёплая улыбка, а ярко- голубые глаза засверкали от подступающих слёз. — Мы всегда так вместе проводим вечера. А можно посмотреть как там Тэхён? — Да, конечно. — проведя ещё пару раз руками по порталу, картинка в нём сменилась, показывая темноволосого парня, который сидел на больничной кровати и во что-то играл на телефоне. Сейчас Тэхён выглядел намного лучше и здоровее, а ранки на лице почти зажили. — Я так по нему скучаю. В это время я должен быть рядом, чтобы поддерживать его. — Чимин не смог удержаться и первая солёная капля всё-таки упала с пушистых ресниц. — Всё обязательно будет хорошо. Мы победим тень, ты вернёшься в свой мир и будешь рядом с ними. —подбадривает его мудрец и закрывает портал, чтобы опять не вызвать у малыша негативные эмоции. Но тут ему на помощь приходит Юнги и отправляет старшего пока погулять немного. Намджун понимает всё без лишних слов и незаметно улыбаясь, уходит. Внутренняя «Сваха Намджун», которая проявляется раз в тысячу лет, была довольна собой. — Эй, ну ты чего? Не плачь, скоро ты их снова увидишь. — Юнги по доброму ему улыбнулся и стёр большими пальцами слёзы с пухлых, розовых щёчек Чимина. Рука старшего такая большая и тёплая, и так идеально смотрится на чужой щеке, это выглядит так правильно, как будто эти две вещи созданы друг для друга. Или… или это опять очередная чиминова фантазия? — Юнги-Хён? — шёпотом зовёт его Чимин, не разрывая близкого зрительного контакта. — Да? — так же шёпотом отзывается Юнги. — Давай попробуем стать с тобой друзьями? Я не хочу навязываться тебе, хочу чтобы у нас были дружеские отношения. Хочу, чтобы мы все вместе гуляли, собирались в кафе и даже иногда выпивали. Я хочу стать твоим другом. Это возможно? —с каждым новым предложением, Чимин всё сильнее нервничал. Он боялся, что настроение любимого хёна тут же изменится на грубость и тот откажется, опять накричит и уйдёт. — Ты хочешь быть моим другом после всего того, что я тебе сделал? После той боли, что я тебе причинил? —Юнги правда не мог понять этого. Неужели, Чимину хочется дружить с тем человеком, который заставил его плакать? Неужели, он хочет постоянно его видеть и проводить вместе время? — Хочу. Очень хочу. — Но, тогда ты говорил, что не хочешь меня видеть, хочешь, чтобы тебе отшибло память и…. — Хён, забудь те слова, я был на эмоциях и мне не следовало это говорить. — перебил его Чимин, ложа свою маленькую ладошку на ладонь старшего, что по прежнему находилась на его щеке. — Если честно… я хочу тебя видеть каждый день. Но тогда это было слишком тяжело для меня. — А сейчас? — Юнги неосознанно придвинулся ближе к Чимину, от чего тот покрылся румянцем и опустил взгляд. — А сейчас мне легче. — Чимин-а, посмотри на меня. Сейчас между ними была очень личная и даже интимная атмосфера, которая заставляла сердца обоих ускорить свой ритм, а если приложить руки к их сердцам, то можно услышать, как они бьются в унисон. Бывает ли так, чтобы два сердца бились в один такт? Как сказал Намджун: «В этом мире возможно всё.» Стоило Чимину поднять взгляд и вернуться к синим глазам напротив, покраснели у него не только щёки, но, кажется и всё лицо. — Я хочу, чтобы мы были друзьями. — в самые губы прошептал Юнги. Казалось, что в любой момент он может податься вперёд и поцеловать Чимина, но… Как это бывает — в самый неподходящий момент появляется кто-то третий и обрывает эту связь, что еле как завязалась между ними. Они хотели стать друг другу друзьями, но можно ли назвать дружеской эту связь, что была пару мгновений назад? Они тоже сомневаются, но делают это молча. Никто не решается озвучить эти мысли вслух, да и не надо, здесь и так уже всё ясно. Но ясно ли? «Друзья» мгновенно отскочили друг от друга, как только дверь в кабинет открылась. Намджун! Юнги с Чимином, конечно же, уважают его, но сейчас они отозвались о нём не лучшими словами, но опять же сделали это в мыслях. — Хён, ты даже не погулял. — тихо возмутился Юнги, поворачиваясь к недоумевающему Намджуну, который всё же успел заметить их близость. На шипение любимого хёна Чимин тихо посмеялся. — Разве? Вообще-то, я пришёл снять Чимину релоксатор. — Намджун подошёл к младшему и стал снимать присоски с его рук и груди. Пока он это делал Юнги незаметно водил взглядом по обнажённой и крепкой груди, потом немного ниже — на пресс с чёткими кубиками, по которым хотелось провести не только пальцем, но и языком, потом ещё немного ниже, где виднелась маленькая дорожка тёмных волос, что пряталась за резинкой спортивных штанов… Так, что-то он неМНОГО засмотрелся. — Всё, а теперь отдыхай. И ты, Юнги, тоже, а то уже вторую ночь будешь слюни на него пускать. — Боже, кто тебя за язык тянул? —Юнги приложил ладонь к лицу и тяжело вздохнул. Намджун, конечно, мудрец, маг и всё такое, но часто говорил то, что не следовало бы, как и сейчас. — Что не так? — старший вопросительно посмотрел на закрывающего лицо Юнги, потом на Чимина, что опять покрылся румянцем. — Забудь. Он прав, Чимин-а, тебе нужно отдохнуть. Ложись спать. — Спокойной ночи, Юнги-Хён. —малыш смущённо ему улыбнулся и отвернувшись к стене, спрятался под одеялом, чтобы старшие не видели его пылающего лица. — Сладких снов, Чимин-а. Может быть, пришло время того самого счастья, о котором Чимин так долго мечтал? Может ли с этой дружбы начаться что-то большее?

***

Следующим днём показатели Чимина были в норме, и теперь никакая дисфонация ему не грозила. Перед тем, как вновь преступить к тренировкам, Намджун провёл ему небольшую лекцию о том, как контролировать свои эмоции и не дать плохим мыслям завладеть его разумом. Когда теория была пройдена, они перешли к практике. Теперь на тренировках работал не только Чимин, но и другие маги, так как им тоже нужно было подготовиться к не лёгкой схватке с тенью. Парень выкладывался на полную и показывал хороший результат, при этом держа свои мысли и эмоции под контролем. — Перерыв. — громко огласил Намджун, останавливая тренировку и давая магам отдохнуть. — Вы все хорошо постарались, можете отдохнуть. — Чимин-а, — подбежал к нему Чонгук. — Ты любишь снег? — Ну да, кто его не любит? — Чимин вытер пот со лба тыльной стороной ладони и расстегнул верхнюю пуговицу тренировочного костюма. — Смотри, что покажу. — один взмах руки и над головами обоих уже кружат белоснежные хлопья снега. Намджун был прав, когда сказал, что этот парень может творить невообразимое со своей силой. — Вау, это здорово. А больше снега можешь сделать? — взмах второй руки и снег повалил сильнее в несколько раз, а уже через время вокруг них образовался сугроб. Кто бы мог подумать, что какой-то снег превратит взрослых серьёзных магов в обычных детей, которые будут бегать друг за другом по всему залу и кидаться снежками. К этим двоим присоединились другие маги, почти все. Намджун с Юнги с улыбкой наблюдали за ними и иногда перекидывались словами или комментировали происходящее. Каких-то пять минут назад эти люди падали с ног от усталости, а сейчас носятся по залу. Когда Чимин убегал от Хосока, он запнулся о собственные ноги и полетел вниз. Крепко зажмурил глаза, ожидая столкновения с твердым полом, но этого, как ни странно, не произошло, вместо этого Чимин приземлился на что-то мягкое. Открыв глаза, он увидел перед собой лицо любимого хёна, что находилось опасно близко, а в следующее мгновение почувствовал жар чужих рук, что легли на его талию. — Будь осторожнее, Чимин-а. —шепчет Юнги, переводя взгляд на расстёгнутые верхние пуговицы его костюма, от чего малыш смутился и покраснел. — П-прости, Юнги-Х-хён, я тебя не заметил. — Чимин чувствует, как по его телу поднимается жар и останавливается где-то внизу живота. Опасно быть так близко к этому магу. Когда он чувствует что-то твёрдое в области ляжки, Юнги переворачивает его на спину и быстро уходит. Куда он так быстро убежал и почему? Ах, невинный Чиминни даже и не догадывается что это безобидное падение на хёна могло так его возбудить. После нескольких часов изнурительных тренировок, Намджун собрал в своём кабинете всех магов. — Вы все сегодня хорошо поработали, молодцы! Думаю, Чимин уже научился всему, что должен знать и уметь маг. Сегодня утром тени не приняли наших Найконов, а это значит, что в скором времени они будут здесь. Теперь нужно ждать, когда они явятся. Сейчас мы обговорим план. — старший в волнении стал ходить по кабинету. В помещении это волнение можно было ощутить кончиками пальцев, даже вечно улыбающийся Хосок стал серьёзным. Несмотря на свой позитив и гиперактивность, он знал в какие моменты можно посмеяться, а когда вести себя серьёзно. — Девятнадцать лет назад мы уже проходили это, но на этот раз они будут настроены убить Чимина и забрать его, не дайте им это сделать любой ценой. Я и Юнги будем нападать, поэтому мы пойдём вперёд. Хосок с Чонгуком будут недалеко от Чимина, чтобы, в случае чего, защитить его. Джин, ты будешь прятаться недалеко от нас и следить за Чимином, наложив на него защиту, также смотри за другими. Чимин, —мудрец перевёл взгляд на бледного мальчика, который почти дрожал от услышанного. Он понимал, что и ему придётся сражаться, и это пугало. — Ты тоже должен будешь нападать. Ты в несколько раз сильнее нас, поэтому не бойся наносить удары по этим тварям, но не забывай контролировать свои эмоции. Не отходи далеко от нас с Юнги и оставайся в поле зрения Джина, чтобы он мог защищать тебя. Всё то, чему ты научился, тебе придётся применить на практике. Всем всё понятно? — громко и уверенно произнёс Ким. Сейчас он был похож на самого настоящего лидера военного отделения, чей боевой дух передался и бойцам. Все маги твёрдо ответили «Да.» — Мы справимся ребятки, а потом устроим вечеринку и отпразднуем нашу победу, а сейчас вы должны отдохнуть. Нас ждёт нелёгкая битва. Маги разошлись по своим комнатам и попытались расслабиться. Кто знает, смогут ли они когда-нибудь ещё это сделать и в чью пользу будет победа?