Родной

Анакин смотрел во все глаза на представшее перед ним величественное древнее здание. От такого зрелища он проникся неким благоговением даже невзирая на снедавшую его тревогу. Да, он больше не мечтал стать джедаем и не считал Орден средоточием добра, но полностью позабыть свои детские мечты практически невозможно. Даже не верилось, что в другой жизни он жил, учился и спал в этом Храме. Стряхнув с себя благоговейный трепет, Анакин обратился к ближайшему стражу Храма: — Доброе утро. Мне нужен мастер Квай-Гон Джинн. — Собственный голос прозвучал так спокойно и рассудительно, что даже гордость взяла. Ни спокойствия, ни рассудительности он не чувствовал вовсе; от страха за Оби-Вана мысли путались и мешали рассуждать здраво. А рассуждать здраво нужно обязательно. Подвести мастера нельзя. Оби-Ван годами разрабатывал план того, как свергнуть Сидиуса и не дать ему развязать войну между сепаратистами и Республикой. Нельзя спустить все его усилия псу под хвост, как бы сильно ни хотелось заявиться в Храм с требованием открыть ему, где сейчас Оби-Ван. Хорошо, что почти весь полёт на Корусант он провёл в медитации и не совсем безуспешной. Какое-то время страж только молча — из-за маски и не разберёшь, как именно, — взирал на него. — Мастера Джинна на планете нет, — отчеканил он наконец. И как-то странно всмотрелся в Анакина, склонив голову набок. Анакин переступил с ноги на ногу, тревожно оглянулся по сторонам. Ощущает ли страж его чувствительность к Силе? Всё может быть. Оби-Ван говорил ему, что стражей Храма тренируют почти так же хорошо, как и рыцарей-джедаев. Чувствует ли страж необычайную мощь Анакина в Силе? Оби-Ван говорил, что подобное считывают только мастера, чья чувствительность к Силе обострена чрезвычайно, но вдруг… — Что-нибудь случилось? — раздалось сзади. — Нет, мастер Винду, — отозвался страж. — Мальчик ищет мастера Джинна. Узнав имя, которое Оби-Ван упоминал множество раз, Анакин воспрял духом. Мейс Винду — высокопоставленный член Совета. Кому-кому, а ему-то уж точно известно, куда отправили Оби-Вана. Анакин развернулся и очутился лицом к лицу с темнокожим джедаем, который внимательно, с прищуром его разглядывал. Винду нравились учтивые падаваны, пришло вдруг на ум. Он смутно помнил, что другого Анакина Винду недолюбливал, потому что считал его чересчур дерзким, заносчивым и слишком уж вспыльчивым. Что ж, ради Оби-Вана Анакин постарается стать самым спокойным и вежливым человеком в жизни Мейса Винду. И начал он с полупоклона. — Мастер. Винду нахмурился. — Ты не падаван. Но… чувствителен к Силе. — Да, мастер, — любезно ответил Анакин. — Не уделите ли немного времени? Речь идёт о безопасности джедая. Излучая озадаченность, Винду кивнул и жестом велел следовать за собой в Храм. Анакин повиновался и держался при этом на шаг позади, почтительно склонив голову. Ещё ничего в жизни не давалось ему настолько тяжело, как эта необходимость помалкивать, держать себя в руках и не дерзить, когда хотелось ходить из угла в угол, кричать и действовать. Но от того, насколько хорошо ему удастся этот фокус, зависела жизнь Оби-Вана. Начни он кричать и требовать, никто в Совете не воспримет его всерьёз, а ещё он подорвёт авторитет мастера в Ордене и разрушит его планы. Нужно расстараться. Наконец, целую вечность спустя они вошли в необставленную комнатку с двумя ковриками для медитаций. — Ну так что? — Винду сел на коврик и жестом попросил Анакина сделать то же самое. — Я весь внимание, молодой человек. — Меня зовут Анакин Скайуокер, — начал Анакин, усевшись напротив Винду. Он стиснул руками тунику и вдруг осознал, что та принадлежит Оби-Вану. На нём джедайская туника мастера. Анакин покраснел. Он ведь даже не помнил, как надел её утром. Спал он в ней, что ли? Он кашлянул. — Вы правы, я чувствителен к Силе. Много лет назад я встретил мастера Кеноби на Татуине. Он заметил эту мою способность, но поскольку я был уже слишком взрослый, чтобы учиться на джедая, он не забрал меня в Храм. Но проявил доброту и велел связаться с ним, если мне будет трудно контролировать свои силы. Винду хмурился, но слишком недовольным пока не выглядел. — Я и правда с трудом их контролировал. — Анакин выдавил из себя печальную улыбку. — Вы, наверное, чувствуете мою мощь в Силе, да? Винду кивнул. — Так что за последние годы я обращался к мастеру Кеноби множество раз. И он здорово мне помогал. В свободное время, как бы мало его ни было, он рассказывал мне о Силе, чтобы я никому не навредил. Осуждения всё ещё нет. Пока что. Мысленно Анакин вздохнул с облегчением. Внешне же он сохранял спокойствие. — Хотя он, конечно же, мне не мастер, а я и вовсе не джедай, мы случайно сформировали ученическую связь. — Он робко пожал плечами. — Виноват в этом только я. У мастера Оби-Вана и в мыслях подобного не было, но благодаря моей мощи в Силе связь образовалась сама собой. Винду задумчиво на него смотрел. — Хочешь сказать, ты почувствовал через связь, что мастер Кеноби в опасности? Не в силах больше скрывать тревогу, Анакин закусил щёку изнутри. — Я больше не чувствую его, совсем. Словно… пропало его отражение в Силе. А вы сами, мастер, разве не чувствуете? Винду долго смотрел на него пристальным взглядом. — Нет, — ответил он наконец. — На таком большом расстоянии это попросту невозможно, если только чувствительные к Силе не обладают невероятной мощью или между ними не возникла сильная эмоциональная связь. А может, и то, и другое. Анакин постарался не покраснеть и не отводить в смущении глаза. Нельзя возбудить подозрения. Нельзя ни в коем случае. — Мастер Кеноби протестировал мою кровь, — потупился он, напустив на себя скромный, как хотелось бы верить, вид. — Мидихлорианов у меня больше, чем у гранд-мастера Йоды. Винду резко втянул в себя воздух, глаза его округлились. — И всё же нам он ничего про тебя не рассказывал. Анакин пожал плечами. — А зачем? Мастер Кеноби сказал, я уже слишком взрослый, чтобы учиться на джедая, и если привлечь ко мне внимание Совета, адепты Тёмной Стороны тоже могут заинтересоваться. Винду медленно кивнул. — Ясно. Но ты же ведь понимаешь, что просто так на слово я тебе поверить не могу? Помедитируй со мной, — ни на просьбу, ни на предложение слова не походили. Тут Анакин чуть не сорвался. Оби-Вану грозит смертельная опасность, а Винду хочет помедитировать? Но он глубоко вздохнул, усилил ментальные щиты и кивнул. — Конечно, мастер. Он закрыл глаза и, коснувшись отражения Винду своим, погрузился в самосозерцание. Бесчисленные часы медитаций, в которых он пытался дотянуться до Оби-Вана через связь, наконец-то принесли свои плоды: Анакин погружался в медитативное состояние и лавировал сквозь собственные мысли и ощущения без особых усилий. Он запер в укромном месте все обличающие их воспоминания и показал только те из них, в которых Оби-Ван рассказывал про Силу и обучал его бою на мечах. Напоследок Анакин направил Винду к связи, которую делил с Оби-Ваном. Как же странно медитировать с кем-то другим, не с Оби-Ваном. Это совместное самосозерцание не так утешало и не приносило столько же удовольствия. И чувства защищённости. И всё же Анакин немного успокоился. Сознание Винду на удивление здорово напоминало собственное. Анакин чувствовал, что за бесстрастной маской скрывается целая буря переживаний; Винду позволял себе испытывать отрицательные эмоции, такие как гнев или ненависть, но поразительно крепко держал их в узде. Такой самоконтроль заслуживал невероятного уважения. С ним ведь сейчас единственный человек, владевший Ваападом, формой боя, которая позволяла направить внутреннюю тьму в поединок, не поддаваясь при этом на уговоры Тёмной Стороны. Анакин ощутил прилив восхищения. Винду вышел из медитативного состояния, и Анакин тоже открыл глаза. И тотчас наткнулся на внимательный взгляд. — Мастер Кеноби обучал тебя бою на световых мечах. И меч подарил — свой собственный, а нам сказал, что потерял его. Анакин чуть было не застонал. Как же он умудрился забыть, что законно владеть световым мечом могли только джедаи? — Всё так, мастер, — склонил Анакин голову. — Но винить мастера Кеноби за это нельзя. Я умолял дать мне меч, чтобы защитить себя и свою семью от таскенских рейдеров, дикого народа, населяющего мою родную планету. Моего сводного брата они уже убили и меня тоже пытались. — Анакин осторожно подбирал слова, не желая лгать больше, чем требовалось. Пока что он говорил правду; разве важно, что Оби-Ван научил его бою на мечах уже после того, как он покинул Татуин? Как говаривал мастер, хорошая ложь может оказаться правдой… с определённой точки зрения. Он спокойно встретился с Винду взглядом. — Пожалуйста, мастер. Куда отправили Оби-Вана? Его жизнь висит на волоске. Больше время впустую тратить нельзя. Винду смерил его задумчивым взглядом, а потом поднялся. — Лично ты в спасении участвовать не будешь. Ты же не джедай. Этим займётся Орден. Спасибо, что рассказал нам об этом. Мастер Кеноби ценный член Совета. Я лично возглавлю спасательную операцию. Если… Оби-Ван ещё жив, мы его вернём. Внутри всё сжалось. От одной только мысли о смерти Оби-Вана… Нет. Он жив. Будь это не так, Анакин понял бы, правда же? Правда? Он покачал головой. — Я хочу — мне нужно — пойти с вашей командой, мастер. — Да он с ума сойдёт, если придётся сидеть дома и ждать, оставаясь в неведении. Винду вздохнул, строгое выражение несколько смягчилось. — Можешь пока остаться в Храме, подождать новостей, — грубовато ответил он, а потом вышел из комнаты. Анакин глубоко вздохнул. Его прямо трясло, так хотелось броситься вслед за Винду и потребовать немедленно рассказать ему, где Оби-Ван. Можно… устроить бурную истерику, пока ему не уступят и не возьмут в спасательный отряд. Можно просто проследить за ними на корабле. Но нельзя. Всё это лишь спутает Оби-Вану планы, осложнит его положение. Ведь он жив, ситх его побери, и он ужасно расстроится, когда вернётся и обнаружит, что Анакин всем растрепал про их весьма неджедайскую привязанность. Оби-Ван вернётся. Обязательно. Надежду терять нельзя. И глупости творить — тоже. А это и есть глупость — считать, что он лучше справится с задачей, чем закончившие обучение рыцари-джедаи. Мастер Винду один из лучших дуэлистов в истории джедаев. Если кто и спасёт Оби-Вана из той передряги, в которую он угодил, так это Винду. Так что Анакин задушил все порывы, что раздирали его изнутри, и снова закрыл глаза, пытаясь погрузиться в медитацию. Мастер будет им гордиться. *** Шесть часов спустя ему принесла еду девчонка-тогрута. — Спасибо, но есть мне не хочется, — ответил Анакин и отодвинул поднос. Никакого впечатления на девчонку его голодовка не произвела. — Мастер Винду сказал, что до его возвращения ты гость Храма. Гостей кормят. Так что поешь. Анакин нахмурился, но нехотя принялся за еду. Его зверский обычно аппетит куда-то делся, всё внутри тревожно сжималось. И подступала тошнота. — А ты правда падаван мастера Кеноби? — спросила девчонка. Анакин бросил на неё удивлённый взгляд. — Кто тебе такое сказал? Тогрута пожала плечами. — Я случайно услышала разговор мастера Йоды с мастером Винду. Тот сказал, что мастер Кеноби негласно тебя обучал. Что тебя видно в Силе, как прошедшего обучение падавана. Анакин не знал, что и ответить. Но потом он заметил, что тогрута вроде бы… загрустила? — Тебя это расстроило? — спросил он. Девчонка печально ему улыбнулась. — Немножко. Я надеялась, что мастер Кеноби возьмёт в падаваны меня — мне казалось, что мной он интересовался больше, чем другими юнлингами, но… Раз у него есть ты, мне, наверное, показалось. Анакин не сводил с неё глаз. Первой мыслью его стало ожесточённое: «В жизни не позволю мастеру взять настоящего падавана. Оби-Ван мой». Но потом из глубин памяти всплыло воспоминание. Девчонка-тогрута… — Ты… Асока? — нахмурился Анакин. Он припомнил, как Оби-Ван упоминал как-то с нежностью падавана-тогруту — ученицу Анакина в другой жизни. Она просияла. — Мастер Кеноби рассказывал про меня? Глядя в полные надежды, добрые глаза, Анакин ощутил, как враждебность и ревность испарились почти бесследно. Если она и правда была его падаваном в другой жизни, Оби-Ван проникся к ней нежностью только поэтому, так что о ревности можно забыть. Наверное. В любом случае, заводиться от этого, когда Оби-Ван… Анакин закусил губу и пару раз глубоко вздохнул, применяя медитативные приёмы, чтобы успокоиться. Мастер бы им так гордился. — Про Оби-Вана уже известно что-нибудь? Она покачала головой, отвела взгляд в сторону. — Я всё лишь какой-то там юнлинг. Что я могу знать? На его недоверчивый взгляд она фыркнула. — Ну ладно, кое-что я всё же подслушала, но ничего определённого. По крайней мере он жив. Мастер Винду взял с собой пятерых рыцарей. — Она похлопала Анакина по руке. — Не переживай, мастер Винду вернёт мастера Кеноби. Он великий воин! Вот бы он взял меня в падаваны — было бы круто выучить Ваапад! Но мастер Винду уже целую вечность не брал учеников, так что шансы у меня мизерные… Асока по-прежнему щебетала что-то про мастеров, которые могут взять её в падаваны, но Анакин слушал только вполуха. Сила, как же она убивает, эта неизвестность. Может, всё-таки стоило проследить за джедаями. Вдруг он нужен Оби-Вану — нужен именно он, Анакин? Умом он понимал, что мастер Винду и пятеро обученных рыцарей справятся с задачей гораздо лучше него, но сердце говорило совершенно другое. По крайней мере Асока неплохо так отвлекала. Но час спустя, подустав от почти одностороннего разговора, ушла и она, и Анакин вновь остался наедине со своими сомнениями и страхами. «Прошу тебя, мастер. Хоть бы ты был в безопасности. Прошу тебя». *** Под утро Анакин, вконец измучившись, забылся сном. А когда очнулся, спросонья не сразу понял, где находится. — Доброе утро, Анакин. Хотя, вообще-то, сейчас уже день. Анакин вскинулся. Он всмотрелся в улыбающиеся серо-голубые глаза, и сердце у него сжалось, когда он понял, что снова чувствует родное отражение в Силе. Ему не привиделось. Не приснилось. Оби-Ван жив. И сидит прямо перед ним. Ну как тут удержаться от широкой улыбки? — Оби-Ван! — Он почти уже набросился на мастера и расцеловал с головы до пят, как его остановило предупреждение по связи. «Родной мой, мы не одни». Анакин отпрянул — словно дикого зверя дёрнули за поводок. Он сел, повернулся к двери и увидел, что за ним пристально наблюдает зелёный тролль. А, ну да. Это, должно быть, мастер Йода. — Гм, — хмыкнул тролль. — В Совете ждём мы тебя и мальчика. Объясниться придётся тебе, юный Оби-Ван. Анакин с Оби-Ваном переглянулись. Крифф. *** Анакин ещё никогда не ценил их связь настолько высоко. По дороге в зал Совета он рассказал по ней Оби-Вану то же, что и Винду, а мастер в общих чертах обрисовал, что случилось с ним самим. Оби-Ван подозревал, что за его похищением стояли либо Дуку, либо сам Сидиус. Похитители оказались наёмниками и не тронули его даже пальцем, только заперли в комнате, где блокировалась Сила. Несомненно, то была ещё одна проверка, призванная удостовериться, что Бен Кеноби на самом деле не Оби-Ван под прикрытием. Через два дня должно было состояться первое заседание Сепаратистского Совета. Пропусти Бен его, прикрытие рухнуло бы. «Если бы не ты, джедаи не успели бы меня найти, — сказал Оби-Ван, и его отражение в Силе окутало теплом отражение Анакина. — Ты не стал поступать опрометчиво и обратился за помощью, я так тобой горжусь». От похвалы Анакин расцвёл и слегка покраснел. Сила, как же хотелось прикоснуться. Небольшое расстояние между ними сводило его с ума. Они же не виделись многие месяцы, и после этого испытания только и хотелось, что повиснуть на Оби-Ване и не отпускать. «Тебе попадёт сейчас?» — спросил Анакин через связь, глядя в спину Йоде, парящему впереди на аэрокресле. «Возможно, — отозвался Оби-Ван. — Мастеру Винду ты хорошо всё объяснил, но Совет, несомненно, задаст нам пару вопросов перед твоим возвращением домой. Усиль щиты, родной мой». Анакин повиновался и, внутренне собравшись, вошёл в зал Совета. *** В основном, объяснял всё Оби-Ван. Оставалось только восхищаться тем, как гладко он мешал правду с ложью, чтобы состряпать убедительную историю того, как он встретил Анакина и почему взялся за его обучение. Он столь искусно добавил деталей в рассказ Анакина, что действия его предстали вполне логичными и здравыми. Впервые Анакин понял, почему Оби-Вана нарекли тем прозвищем, под которым он приобрёл известность в обеих своих жизнях — Переговорщик. — Я понимаю, почему ты не рассказал Совету про мальчика, — подал голос мастер Фисто (или как-то так). — Но обучать не члена Ордена как джедая без согласия Совета? Неслыханно. Нужно положить этому конец. Мальчик явно обучен достаточно, чтобы защитить себя, в дальнейших тренировках смысла нет. По залу пронёсся одобрительный шепоток. Закусив щёку изнутри, Анакин глубоко вздохнул, стараясь сдержать порыв крикнуть им всем, чтобы не совали нос в чужие дела. — Тревожит она, столь сильная связь между вами, — произнёс зелёный тролль. — О привязанности говорит она, юный Оби-Ван. У Анакина ёкнуло сердце. Он искоса глянул на Оби-Вана и увидел, что тот впервые не нашёлся с ответом. Анакин кашлянул. — При всём уважении, мастер Йода, — привлёк он внимание тролля. — Но чем плоха привязанность? Разве джедаи не должны помогать нуждающимся? Как же они помогут, когда не знают, каково это — дорожить кем-то? Ничего плохого в привязанности нет, если не позволять ей затуманивать рассудок. — Джедаем не рос ты, — нахмурился Йода. — Не понимаешь, о чём говоришь! — Мальчишка прав. Анакин вскинул взгляд на мастера Винду, который пока что произнёс очень мало. По связи стало ясно, что Оби-Ван тоже удивился. — Скайуокер сохранил хладнокровие, хотя рвался спасать мастера Кеноби, — продолжил Мейс, глядя на Йоду. — Я с ним помедитировал и ощутил, как сильно ему хотелось поучаствовать в спасательный операции, но он послушался меня и остался там, где я велел. Такая дисциплина ума — заслуга мастера Кеноби, а ведь тот мало времени уделял этим тренировкам. Я чувствовал гнев и страх Скайуокера, но тот не позволил им влиять на его решения. Похвально для того, кто не воспитывался в Храме. От неожиданной похвалы Анакин покраснел. Даже Оби-Ван редко хвалил его дисциплину ума. Он почувствовал гордость Оби-Вана — а ещё того почему-то разбирал смех. «Что смешного, мастер?» — спросил он. «Мейс Винду расхваливает Анакина Скайуокера перед Советом, — ответил Оби-Ван с улыбкой в голосе. — Я и правда в альтернативной вселенной». Анакин сдержал собственную улыбку. — Спасибо, мастер, — слегка поклонился он мастеру Винду. Честно говоря, непонятно, почему другой Анакин недолюбливал коруна, тот казался здесь единственным нормальным джедаем. — Привязаны слишком они друг к другу, — ответил зелёный тролль. — Допустить нельзя, чтобы юный Оби-Ван продолжал обучать мальчишку. Анакин едва удержался от едких слов. А уж язык не показать оказалось и того труднее. И всё-таки получилось. Мастер Винду сказал чистую правду: дисциплина ума у него что надо. — Я согласна, — сказала вдруг женщина-джедай. — Но если мальчик и впрямь обладает такой мощью в Силе, как говорит Оби-Ван, не опасно ли будет предоставить его самому себе? Йода кивнул и нахмурился. Анакин тоже сдвинул брови, не понимая, к чему они клонят. Мрачные лица их действовали ему на нервы. Не… убить же они его задумали, правда ведь? Правда? Голос мастера Винду прорезал напряжённую тишину: — Я возьму его в падаваны. И Совет погрузился в хаос.