Once upon a December

Легкий морской ветер растрепал ей волосы, но Рей лишь улыбнулась. Она смотрела вдаль, туда, где вечернее небо сливалось с морем. Было красиво. Морской воздух было приятно вдыхать, а осознание того, что близится конец их пути, наполняло душу необычайным спокойствием и легкой грустью. Что же, она должна отпустить Бена. Как бы прозрачно ни намекал Финн, как бы она сама была не в состоянии скрыть свою симпатию к Соло. Он оставался принцем, у них оставалась цель. И в итоге Рей оставалась одна. Но при деньгах. Не самый плохой расклад. И что с того, что щемит сердце, что от глухой тоски перехватывает горло, а на глаза наворачиваются слезы? Она никогда не была сентиментальной, иначе не выжила бы в этом жестоком мире. И сейчас не самый подходящий момент для возвращения чувств. - Грустишь, Веснушка? – Финн встал рядом. Рей быстрым движением смахнула слезы, невольно навернувшиеся на глаза. - Ничуть нет, - ответила беспечно. Друг посмотрел на нее долгим взглядом и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебил оказавшийся рядом По. Он хозяйски обнял Рей за плечи. - Рей, есть дело, - заявил серьезно, но в глазах при этом горел нахальный огонек. - Мне не понравится? – Ниима вопросительно вскинула бровь. - Тебе не понравится, - вздохнул Финн. - Цыц! – шикнул на него Дэмерон, - не настраивай ее раньше времени. - Против чего? – поинтересовалась Рей, подозрительно щурясь. - Мы многому научили принца, - вкрадчиво начал По. - Он вообще способный малый, - поддакнул Финн. - Но… - протянул По - Есть еще кое-что…- продолжил Финн. - И для этого нужна ты… - Только ты… - Танцы! – выпалил Дэмерон. Рей секунду смотрела на По, приоткрыв рот, а потом решительно выпуталась из объятий мужчины и скрестила руки на груди вызывающим жестом. - Нет! - Рей, это всего лишь танец, - мягко произнес Финн. - Нет! – она и сама не знала, что заставляло ее протестовать. Но вот она только думала о том, что должна отпустить Бена, что она циничная и беспринципная, а теперь сама мысль о том, чтобы быть к Соло так близко в танце, чувствовать тепло его рук, видеть его серьезный взгляд вызывает жгучее смущение и резкий протест. - Ну не танцевать же ему со мной, - резонно заявил Дэмерон и ухмыльнулся, - хотя…, - протянул почти мечтательно. - По! – в один голос закричали Финн и Рей. - А что? – подмигнул Дэмерон. Финн закатил глаза. - В общем вот, - По сунул Рей в руки какой-то сверток, - платье. Иди и переодевайся. - И когда ты только успел, - пробормотала Рей, сжимая в руках плотную бумагу. - Я вообще талантливый! – подмигнул ей Дэмерон. - Сам себя не похвалишь, так никто не похвалит, да, По? – ехидно спросила Ниима. - Ну ты же меня не хвалишь! – принял вид оскорбленного достоинства Дэмерон и прижал руку к груди, - и этим, между прочим, разбиваешь мне сердце! - Балабол! – припечатала Рей и направилась в сторону каюты. - Если тебя утешит, он тоже сопротивлялся! – крикнул ей вслед Дэмерон. Рей не нужно было уточнять, кто. Что же, она носила платья и роскошнее, но Дэмерон все же проявил вкус. Зная По, Рей могла бы ожидать кричащего и яркого платья кокетки, но скромное бледно-голубое платье чуть ниже колен подошло бы юной девушке, которая впервые пошла на танцы, дочери скромного рабочего. Оно было по-своему красивым. Рей провела рукой по юбке и невольно улыбнулась, сделала пару шагов по каюте в туфлях на низком каблуке, закружилась, закручивая подол вокруг ног, а потом поднялась на палубу. И ахнула, увидев Бена в темных брюках с острыми стрелками и белоснежной рубашке с расстегнутым воротом. В горле пересохло, а ладони вспотели. На задний план отодвинулась палуба, сам пароход, море и небо. И грустный взгляд Финна и насмешливое ожидание в глазах По. Был только Бен Соло, принц Бенджамин, на которого Рей смотрела, не отрываясь и даже не замечая румянца на собственных щеках. Она прошла к Бену в полном молчании. Соло смотрел на нее ошарашено, словно видел впервые, в темных глазах тлела нежность, от которой сердце Рей сжалось. - Ты, - тихо произнес Бен, - прекрасно выглядишь. - Спасибо, - ответила Рей, помолчала немного, - начнем? - Я никогда не танцевал, - растеряно произнес принц. - Я…- Рей пожала плечами, - это было давно. Они снова застыли друг напротив друга. Так хотелось бы оказаться здесь с ним только вдвоем! Разговаривать, улыбаться, касаться друг друга. Может быть…поцеловать? Взгляд Бена опустился на губы Рей, словно он читал ее мысли. Нет! Крифф раздери все на свете! Нет! Она не должна. Она не может. Она просто не имеет права! - Так, - хлопнул в ладоши Дэмерон, разрушая напряжение, возникшее между ними, словно оборвал невидимую нить, что натянулась, вибрировала, посылая волны дрожи по всему телу девушки, - это просто. Как я объяснял. Ты, Бен, берешь ее за руку и обнимаешь за талию, - рука Бена робко коснулась Рей, Ниима невольно вздрогнула, - ты, Рей, делаешь шаг к нему. Да расслабься ты! Ничего страшного не происходит! Может, не происходит. Может, уже произошло. И когда Бен, сбиваясь с шага, под счет Дэмерона повел Рей в танце, она только уверилась в мысли, что произошло. Когда и как? Почему и зачем? Это были важные вопросы. Но она подумает над ними позже. А, может быть, никогда. Здесь и сейчас был морской ветер, легкое покачивание палубы, счет По, перестук ее каблуков. И мужчина напротив, чьи прикосновения посылали горячие волны по всему ее телу, мужчина, которому она доверилась и позволила вести себя, пусть и в танце. Следовать за ним оказалось просто и легко. Словно так и должно было быть. Раз, два, три. И ее глаза сияют. Раз, два, три. Во взгляде Бена разгорается нечто новое, незнакомое, почти запретное, почти на грани. Раз, два, три. Она хотела бы быть еще ближе, и словно откликнувшись на ее невыраженные желания, Бен прижимает ее к себе. - Ты быстро учишься, - ей нужно что-то ему сказать, разрушить магию момента, пока не стало слишком, слишком поздно. - Это все ты, - тихо ответил Бен, закружив ее. Поздно. Слишком поздно. Ей теперь жить с этим. Но как ей это сделать? Рей не знала. *** Он должен ее отпустить. Он ведь принц, и они не могут быть вместе. Бен покосился на мирно спящую на соседней койке девушку. Ресницы трепетали во сне, на лбу пролегла морщинка, словно Рей снился плохой сон. Бену захотелось прилечь рядом, обнять и успокоить, прогнать все кошмары. Соло тяжело вздохнул. Глупость какая! Что-то странное происходит с ним. Он никогда никого не любил. Он даже не знал, как это – любовь! Были женщины, сейчас Бен даже не помнил ни имен, ни лиц. А Рей он запомнит, в этом Бен был уверен. От этой мысли сжималось сердце. Через день они прибудут в Альдеру, он встретится со своей бабушкой, останется с ней, обретет себя, станет вновь наследным принцем Бенджамином, по-настоящему, на самом деле. И не будет в его жизни перепалок с Рей, тихих разговоров, неловких танцев, ее смеха, ее взгляда, ее редких, словно бы вынужденных касаний. Не будет и его собственной нежности. Не будет…любви? Соло нахмурился, сжал руки в кулаки. Он должен прекратить сейчас же! Немедленно, пока не стало слишком поздно. Но поворачиваясь на бок, чтобы улечься удобнее, понимал, что уже поздно. Поздно. Ему снилась его семья. Он не помнил их лиц, он не помнил ничего о себе до одиннадцати лет, но то, что красивая невысокая и хрупкая женщина – его мама, королева Лея, знал совершенно точно. Она улыбалась ему, чуть щурилась и протягивала руку. - Идем же, Бен. Сердце забилось быстрее, в груди поселился детский восторг, ощущение защищенности, которая бывает только в детстве. - Мама! – он взял ее за руку, ее маленькая ладошка утонула в его ладони, сжал пальцы, ощущая нежность кожи, его окутал запах маминых любимых духов. - Идем же, Бенни, папа нас ждет. Восторг поднялся до заоблачных высот. Отец! Он увидит отца. Наконец-то! Спустя столько лет он будет со своей семьей. И никогда-никогда больше не будет одинок. Бен улыбался, покорно шел за матерью, почти бежал. Они шли через цветущую долину, волосы трепал легкий ветерок, вокруг было много ярких цветов, пахнущих так, что кружилась голова. Это было так чудесно! Они подошли к обрыву, через который вел подвесной мост, хрупкий на вид, он раскачивался в воздухе. - Эй, сынок! – кто-то закричал ему с противоположной стороны. С все возрастающим восторгом Бен увидел отца, его кривоватую усмешку, его нахальный блеск в глазах. - Иди сюда, малыш! Бен хотел было возмутиться, что он уже не малыш, но горло сдавил спазм. В этом обращении было столько любви к нему, к Бену Соло, что он не посмел оборвать отца. Мама ступила на мост, который раскачивался под ее шагами, и быстро оказалась на противоположной стороне. - Давай же, Бенни! – родители стояли, обнявшись, махали ему, - иди к нам! Бен внезапно нахмурился. Мост раскачивался над пропастью, он вовсе не казался надежной конструкцией для мужчины его комплекции. Бен посмотрел по сторонам: быть может, есть обходной путь. Но расщелина простиралась в обе стороны до самого горизонта, и только с помощью моста можно было попасть на ту сторону. Бен поставил ногу на хрупкую дощечку, которая громко скрипнула под его весом, мост закачался, Бен подался назад. - Давай же, малыш, не трусь! – кричал отец. - Иди к нам! – кричала мама. Он же хочет быть с ними, верно? Бен счастливо улыбнулся, отчаянно тряхнул волосами. Так разве какой-то мост будет преградой? Соло уверенно поставил ногу на доску. *** Рей разбудили алые всполохи. Крайне недовольная, девушка села на постели, щурясь от яркого света. В стекло барабанил дождь, вспышки алых молний слепили. Что за крифф! Такой грозы не бывает! И если это гроза, то где же гром? Девушка недовольно скривила губы, автоматически бросила взгляд на койку напротив и замерла: Бена не было. - Бен? – неуверенно произнесла Ниима, огляделась, словно бы Соло мог спрятаться в крохотной каюте. Всполохи становились все ярче, освещая каюту жутким красным светом. Что-то было не так. Заныло сердце, по коже побежали мурашки, словно бы перед опасностью. Рей привыкла полагаться на свое чутье. И сейчас оно ей говорило: Бен в опасности. Девушка не знала, откуда взялось это чувство, странное и, быть может, глупое. Быть может, Соло просто вышел куда-то, быть может, ему не спится. Но нет, Рей была уверена: дело совсем не в этом. Что-то было не так. Рей вскочила и бросилась вон из каюты, пробежала по коридорам, ее словно вела невидимая нить, мерцающая в темноте сигнальными огнями опасности. Рей выскочила на палубу, под проливной дождь. Тонкая пижама тут же прилипла к телу, глаза слепили алые вспышки, по лицу стекали капли дождя. - Бен! – изо всех сил закричала Рей, отчаянно озираясь, пытаясь найти Соло. И ахнула, в ужасе уставившись на мужчину, стоявшего на борту парохода. Соло стоял с закрытыми глазами и готовился сделать шаг в бездну. - Нет! Бен! – голос сорвался на визг. Соло не слышал ее, не мог слышать. А ей не вытащить его. Ей не успеть. Никак не успеть. Расширившимися глазами Рей смотрела на мужчину, не в силах сдвинуться с места. - Веснушка? Что ты здесь… Финн выругался, увидев Бена, а в следующий миг бросился к нему. Рей понеслась за другом, оскальзываясь на мокрой палубе, понимая, что скорее помешает, чем поможет, но бежала вперед. Она не могла оставить Бена. Нет! - Бен! – крикнула снова, заставляя Соло медлить, искренне веря, что ее крик, ее отчаянное желание остановить мужчину, спасет его, не даст совершить роковой шаг за борт. Мгновение спустя Финн стащил упирающегося Бена с борта, а крепкая пощечина заставила открыть глаза. - Что…- Бен удивленно озирался. - Бен, - Рей шагнула к мужчине, - Бен, - она крепко обняла его. В ответ за ее спиной сомкнулись теплые руки, Рей посмотрела на Соло и увидела, что по лицу его текут слезы. Рей всхлипнула сама, и расплакалась от сочувствия, от невыразимого облегчения, от страха, что никак ее не отпускал. - Ну и напугал ты нас, ваше высочество, - пробурчал Финн. - Мне снились родители, - невпопад ответил Бен, заставив Рей расплакаться еще сильнее, - я шел к ним. - Ты чуть не погиб, - срывающимся голосом прошептала Рей. Алые вспышки постепенно утихали. *** Хакс стоял под навесом и наблюдал, как Рей обнимает принца, судорожно вцепившись в рубашку на его спине. Он был уверен, что девушка плачет. Сам он, кажется, тоже был готов расплакаться. Он следил за всей компанией уже пару дней, не зная, как ему подобраться к принцу. И вот этой ночью не иначе провидение в лице магии Палпатина отправило его дождливой ночью на палубу парохода. Ему всего лишь надо было подтолкнуть принца, окруженного алыми сполохами, всего лишь одно легкое движение, и Скайуокер полетел бы в море, а Хакс, сойдя в Альдере, отправился бы к Палпатину за обещанной наградой. Теперь он явно награды не получит. Если не хуже. Хакс прислушался к себе: наравне с досадой в нем зрело нечто еще, и Армитаж прекрасно знал название этого чувства – страх. Ему было страшно. Он снова не смог выполнить требование Палпатина, так глупо промедлил, когда ему поднесли выполнение задания на блюдечке с голубой каемочкой. И даже великая Сила не знает, какое наказание придумает для Армитажа колдун. Прав был его отец: Армитаж – слабак. Что стоило всего лишь столкнуть принца? Никто бы даже не заподозрил, что это убийство. Идеальное преступление – несчастный случай. Глупый пассажир вышел погулять в шторм на палубу и свалился за борт, и концы в воду – во всех смыслах. Хакс бросил раздраженный взгляд на компанию. Принц что-то говорил заплаканной Нииме, та кивала в ответ, а потом снова обнимала мужчину. Финн стоял чуть поодаль и хмурился, глядя на сладкую парочку, вот его взгляд заскользил по палубе, а потом уткнулся прямо в Армитажа. Пару мгновений они смотрели в глаза друг другу. Хакс старательно не отводил взгляда и вообще делал вид, что он только что вышел прогуляться, покурить. Впервые в жизни мужчина пожалел, что не курит, - отличное бы вышло прикрытие. У него оставалось совсем мало шансов, стоит только принцу встретиться с бабушкой, доказать, что он тот, за кого себя выдает, и тогда Хаксу будет еще сложнее до него добраться. Наверняка у королевы профессиональная и тренированная охрана, которая будет охранять и принца. Вот крифф! Это же надо так облажаться! В это мгновение Хакс почти ненавидел себя. Обнимаясь, принц и Рей, наконец, пошли прочь от злополучного борта, Финн шел позади. Вот он снова посмотрел на Армитажа, и Хакс подался назад, так, чтобы темнота скрывала его лицо. Ему еще предстоит следить за всей этой компанией, выжидая удобного момента, так что светиться ему лишний раз ни к чему. Вот только удобных моментов в будущем оставалось все меньше.