Once upon a December

- Ты точно хочешь уехать, Рей? – Дэмерон в новеньком костюме критически оглядел себя в зеркале, последний раз сделал попытку пригладить непослушные кудри, махнул рукой и повернулся к девушке. - Конечно, - вздохнула Ниима, - что мне тут делать? Вообще в Альдере было чем заняться. Хоть бы и снова охмурять наивных богатеев. От одной мысли об этом Рей передергивало, но она прекрасно понимала, что не умеет в этой жизни больше ничего, а значит, очень скоро ей придется поступиться так внезапно возникшими принципами, уболтать некстати проснувшуюся совесть и снова вернуться к тому, что умеет лучше всего: к незаконному отъему средств у граждан. Но не здесь, не в Альдере, хотя столица богатой страны сулила многое. Только вот здесь был так непростительно рядом невыносимый принц Бенджамин Скайуокер, и от этого ныло вдруг оттаявшее сердце. Иногда Рей злилась на Бена, точнее пыталась злиться, заставляла себя, чтобы перестать думать о мужчине. И не могла. Не могла забыть ни голоса, ни прикосновений, ни редких улыбок, ни серьезного взгляда темных глаз. Ругала себя и его на все корки, и все равно снова и снова думала о Соло. Быть может, если она уедет, станет легче? Финн уехал пару дней назад, получил деньги от королевы и сказал, что хочет посмотреть мир. Рей плакала навзрыд, провожая друга на поезд. Дэмерон с удовольствием остался при небольшом дворе королевы, получив назад свой титул, не отказался от положенного за принца вознаграждения. И теперь всерьез думал, как предложить Зори выйти за него замуж. Рей лишь головой качала, - не верилось ей, что балагур По способен остепениться. Сама Рей, как могла, оттягивала встречу с королевой. Едва ли Рей надеялась на награду, скорее была готова выйти из дома ее величества в наручниках. В конце концов, Ниима похитила особу королевской крови. Но дольше медлить было нельзя, это становилось просто неприличным. И сегодня Рей все же пришла в особняк Наберри. Но перед аудиенцией зашла к Дэмерону, чтобы попрощаться. - Ох, Веснушка, - покачал головой По и крепко обнял девушку, - мне будет тебя не хватать. - Мне тоже, По, - тихо ответила Рей, на миг прижавшись к мужчине. - Береги себя, ладно? – еще никогда Рей не видела Дэмерона таким серьезным. Может статься, она ошиблась, и друга с Зори ждет счастливая и спокойная семейная жизнь. *** - Ваше Величество, - Рей присела в реверансе, склонив голову. Кроме них с королевой, в кабинете не было никого. Это, конечно, не исключало того, что на выходе Рей все же будут ждать крепкие молодцы, которые проводят ее в тюрьму. Но пока они были с королевой вдвоем, тихо тикали часы на каминной полке, едва слышно шумел за окнами оживленный проспект. Падме Наберри смотрела на Рей внимательно и задумчиво, что-то в королеве неуловимо напомнило Рей Бена. Внимательный взгляд, выражение лица, эта сосредоточенность, возможно. Девушка точно не знала, но сердце болезненно сжалось. - Я рада, что вы все же нашли время прийти, Рей, - королева тепло улыбнулась. Контраст с надменной особой, требующей остановить машину, был разителен. Рей склонила голову. Она не была рада находиться тут. - Я хотела выразить вам свою искреннюю и глубокую благодарность, - Наберри прижала руку к груди, - за то, что вы нашли моего внука. За то, что, по его словам, оберегали его. Сердце стукнуло раз, другой, громко, звонко. Бен говорил о…ней? - И примите заслуженную награду, - королева ненавязчивым движением подтолкнула к краю стола небольшой сундучок. Рей проследила за движением ее величества. Глупо было отрицать: деньги были Нииме очень нужны. Ее скромных средств, остатков тех денег, что они добыли с Финном в Такодане, едва хватит на поезд в один конец. Что делать дальше, Рей не знала. А с этими деньгами у нее было бы будущее, была бы крыша над головой, еда на столе, теплая одежда, - ведь Рей так не любила холод! Эти деньги были не роскошью, сейчас они были для Рей залогом выживания и безопасности. Но взять их от бабушки Бена? После того, как эти двое обрели друг друга? После того, как Рей, наверное, впервые в жизни совершила настоящее доброе дело! И она хотела совершить его бескорыстно, от всего своего влюбленного сердца. Нет! Рей не могла принять вознаграждение. Это перечеркнуло бы все, что они сделали, растоптало бы светлые воспоминания, отравило бы ее искренние чувства. - Я принимаю вашу благодарность, ваше величество, - медленно произнесла Рей, - но деньги мне не нужны. Королева удивленно вскинула брови, взгляд ее стал пронзительным и острым, словно она хотела пробраться Рей в голову в своем желании понять мотивы девушки. Инстинктивно Ниима отступила на шаг. Пауза затягивалась. - Могу ли я идти, ваше величество? – решилась нарушить тишину девушка. Королева вздрогнула, словно очнувшись от каких-то своих размышлений, и кивнула. Рей еще раз присела в реверансе и вышла за дверь. И не иначе это была месть от судьбы за все то зло, что она невольно кому-либо когда-либо причинила, потому что по лестнице поднимался Бен. Первым порывом Рей было спрятаться в коридоре, да хоть бы и за неведомым огромным растением, что тут росло. Бен бы ее и не заметил. Наверное. Ниима замерла, всерьез рассматривая такой вариант, промедлила, и Бен увидел ее. Он споткнулся, застыл на мгновение, зрачки его расширились, с губ сорвался вздох. Рей нервно сглотнула и напустила на себя самый безразличный вид, какой только смогла. Руки дрожали, вспотевшие ладошки хотелось вытереть о юбку, девушка стала медленно спускаться, стараясь не пялиться на принца, одетого в великолепный, явно сшитый на заказ, костюм. Следовало бы просто пройти мимо, только поздоровавшись, и не сказать ни слова больше. Следовало бы молча уйти, едва кивнув, они ведь совсем чужие друг другу! Следовало бы… - Здравствуй, Бен, - произнесла Рей, - отлично выглядишь. - Здравствуй, Рей, - растеряно ответил мужчина, сверля ее взглядом, от которого сердце заходилось в неровном ритме, грозя остановиться совсем, - ты тоже. - Надеюсь, у тебя все хорошо, - растянула губы в дежурной улыбке Нииме. - Вполне, - холодно ответил Бен, - надеюсь, ты получила свою награду. Девушка вздрогнула, улыбка стала еще более неживой, словно нарисованной на бледном лице. Ей следовало бы оправдаться, ей следовало бы сказать ему, что она не взяла деньги, что все это стало вдруг не ради денег. Ей следовало бы… - Разумеется, - в тон мужчине ответила Рей, глядя высокомерно, с удовольствием отмечая, как что-то захлопывается в его глазах, оставляя лишь пустоту. - Очень рад, - сухо произнес Бен. Они замолчали, глядя друг на друга. И стояли бы так еще, играя в гляделки, но тишину между ними вдруг разорвал старческий голос. - Юная леди, в разговоре с принцем, стоит называть его ваше высочество и… - Не надо, Трипио, - взмахнул рукой Бен, - не стоит. - Нет, - вскинула подбородок Рей, насмешливо глядя на принца, - он совершенно прав, - девушка присела в реверансе, - я прошу прощения за отсутствие манер, ваше высочество! *** Рей долго бродила по улицам Альдеры, не замечая ни домов вокруг, ни людей. Лишь когда зажглись вечерние фонари, она вышла к железнодорожному вокзалу, пересекла пустую в этот поздний час площадь перед зданием, задумчиво уставилась на табло с отправлением поездов, расположенное снаружи. Она могла отправиться в Такодану, вернуться в Тид, махнуть даже в Джакку или Татуин. Главное: сейчас уехать. И не вспоминать ни презрительный тон, ни пустой взгляд принца Бенджамина. Подавив всхлип, Рей отошла в сторону, чтобы пересчитать оставшиеся деньги. Сбоку мелькнула какая-то тень, девушке показалось, что она заметила рыжие волосы и бледное лицо, но не обратила на это внимание, поглощенная своими мыслями и финансовыми изысканиями. А потом на голову ей обрушился удар, короткая вспышка боли заставила вскрикнуть, и наступила темнота. *** Встреча с Рей совершенно выбила Бена из колеи. Он почти не вспоминал о ней эти несколько дней. Ему было чем заняться. Он много времени проводил с бабушкой, впервые за много лет наслаждаясь теплом вновь обретенного дома. В прошлом становилось все меньше пробелов, и это радовало мужчину настолько, что он ощущал себя вновь маленьким мальчиком. А бабушка, как и все бабушки, несмотря на его возраст, несмотря на то, что теперь он был на голову выше нее, опекала, оберегала и даже была иногда чрезмерно навязчива. Но Бен не жаловался. Он обрел семью, дом, свое прошлое. Он нашел себя настоящего, цельного. И в этом было величайшее счастье. Так легко было не вспоминать о Рей Нииме, хотя он должен был быть ей благодарен. И хмурый взгляд По Дэмерона, оставшегося при дворе, властно напоминал Бену об этом, но принц отмахивался от голоса совести. А еще больше – от голоса сердца, который кричал ему о Рей. Принц мог бы отмахиваться и дальше, если бы не встретил девушку сегодня. И вот уже несколько часов не мог перестать думать о Нииме. Он вспоминал ее улыбку, смех, веснушки на ее лице, губы, которые хотелось поцеловать, прикосновения нежных рук, мелодичный голос. Это было наваждением, и силы воли не хватало, чтобы избавиться от него. Не получалось злиться на Рей. Глупо было искать хоть какие-то чувства в мошеннице, которая получила свою награду, но не выглядела довольной. Неужели получила меньше, чем рассчитывала? Или дело в другом? Ну, конечно, нет! Просто таким, как она, всегда мало. Бен стиснул зубы, мрачно глядя на себя в зеркало, выпрямился, напоминая себе, что он принц, что он не должен думать о всяких девицах. Тем более сегодня, когда ему предстоит тяжелый вечер, прием, на котором бабушка официально представит его свету. Бен привычным движением провел рукой по волосам, сбивая прическу, уложенную парикмахером. Принц нервничал. Как примет его свет, как сложится его жизнь в этом мире, которому Бен принадлежит по праву рождения, но который совершенно для него непривычен, в котором он пока не умеет жить? Бен глубоко вздохнул, выдохнул, снова провел рукой по волосам и вышел из комнаты, направляясь к бальной зале. Бабушка уже ожидала его, восхитительно красивая, непередаваемо очаровательная, словно фея-волшебница из его детских воспоминаний. - Бенджамин, - бабушка потянулась к нему, заставив склониться, провела рукой по щеке, поцеловала в лоб. Его каждый раз поражало, как она смотрела на него: как будто Бен был самым главным сокровищем в ее жизни, с лаской, щемящей нежностью, затаенной гордостью, сожалением о потерянных годах. Принц нервно сглотнул. - Бабушка, ты восхитительно выглядишь. Падме улыбнулась. - Ты льстец, мой мальчик. Уверена, что сегодня на балу будет много красавиц, которые затмят мой образ. - Твой образ не затмит никто, - просто ответил Бен и посмотрел в сторону залы, где уже кружились редкие пары. Страх разгорелся в нем с новой силой, и сомнения вновь начали подтачивать решимость. Королева внимательно посмотрела на внука. - Волнуешься? - Конечно, - пожал плечами Бен, не видя смысла скрывать. Да и вряд ли бы ему удалось что-то скрыть от проницательной Падме. - Бен, - королева серьезно посмотрела ему в глаза, - ты принц по праву рождения. И это – твой мир, ты родился в нем, но ты должен сам решить: хочешь ли ты жить в нем. Больше всего на свете я хочу видеть тебя счастливым, а не следующим глупым условностям. Поверь: твой дед, которым ты так восхищаешься, никогда бы этого не одобрил, - бабушка грустно улыбнулась, - я хочу, чтобы ты знал: что бы ты ни выбрал, Бен, я всегда буду тебя любить, я приму любой твой выбор. Я буду знать, что где бы ты ни был, ты будешь счастлив. Счастлив ли ты здесь, Бен? Повисла тишина. Неровно стукнуло сердце, музыка вальса, нежная и плавная, похожая на колыбельную, дарила чувство безопасности. - Конечно! – пылко воскликнул мужчина, - конечно, бабушка! Я нашел тебя, я хочу быть здесь, с тобой рядом! - Со мной ли? – лукаво посмотрела на внука Падме. Бен смутился, почувствовал, как краснеют кончики ушей, как жар приливает к щекам. Мужчина отвернулся, задумчиво уставился на танцующие пары. На мгновение ему показалось, что там мелькнула тонкая фигурка в светло-голубом платье. Бен моргнул, и наваждение исчезло. - Она не взяла деньги, Бен, - тихо произнесла бабушка. И прежде, чем смысл сказанного дошел до принца, Падме уже вышла в бальную залу. А Бен так и остался стоять с открытым ртом, глядя, как королева раскланивается с гостями. Не взяла деньги. Но зачем же тогда…она же сказала…она же… Бен крепко зажмурился, ощущая себя последним подлецом. Он думал о Рей так плохо, обвинял в корысти и жадности, а она все это время…она… Сердце застучало гулко, громко, радостно. Принц сделал решительный шаг вперед. Где ему теперь ее искать? Он должен найти ее! Непременно! Сейчас же! - Ваше высочество! – позвал его кто-то. Принц обернулся. У двери, ведущей в сад, стоял худощавый рыжеволосый мужчина. Бену он показался смутно знакомым, он точно видел его где-то. Быть может, на корабле? Или в Альдере? В ресторане? В опере? Бен нахмурился, силясь вспомнить. - Вам нужно проследовать со мной, - неприятно усмехнулся тип, заставляя Бена напрячься. - Простите? – холодно произнес Скайуокер. Усмешка типа стала еще шире, он разжал руку, на ладони лежала простая серебряная сережка в виде ромашки. Бен побледнел, это была сережка Рей. Не запомнить ее было невозможно, она была удивительно простая, не вычурная и не дорогая, совсем не вязавшаяся с тем образом девушки, который Бен с удивительным упорством в последние дни пытался нарисовать у себя в голове. - Если, конечно, хотите увидеть мисс Нииму живой, - продолжил рыжий. Бен непроизвольно сжал кулаки, сделал шаг вперед, глаза его опасно сверкнули. Рыжий подался назад. - Спокойнее, ваше высочество, без меня вам ее не найти! Принц остановился, бросил взгляд назад, бабушка на него не глядела, беседуя с гостями. - Вы должны пойти один. Никаких разговоров, ни с кем, - произнес незнакомец, проследив за его взглядом. Это было глупо и безрассудно, он особа королевской крови и не должен подвергать себя неоправданному риску. Но Рей в опасности! Этот тип следил за ними от самой Такоданы, теперь Бен это вспомнил, уж слишком приметной была внешность рыжего. Он что-то задумал, очевидно, против Бена. Но бросить Рей?! Это было немыслимо, не после того, что Бен узнал. Да и кого он обманывает: даже, если бы был уверен, что Ниима – корыстная аферистка и только, все равно бросился бы ей на помощь. Осознав это, принц больше не колебался. - Я иду с вами, - процедил Бен.