Девушка из долины

      К тому времени, когда с их последним блюдо было почти покончено – общий банановый сплит с мороженым – они оба были очень сыты и очень довольны.       — Они же даже не прятались! — рассмеялся Джон.       — Я знаю! — хихикнула Пенни, вытянув руки перед собой. Она не могла припомнить, когда была так расслаблена в непринужденной беседе. — Не сказать, что это был самый первый выбор мамы, — засмеялась она.       — Ах да, я и забыл, что тут также замешана Пэм, — сказал Джон, подавив смешок. Он на немного замолчал, чтобы съесть и проглотить ложку ванильного мороженого. — К слову, как там поживает твоя мама? Ну то что ты остаешься со мной и все такое. Проблем ведь никаких нет?       — Она справляется, ну, я так думаю, — кивнула Пенни, хотя и не без чувства вины. — Я никак не могу решить, правильно ли будет продолжать заботиться о ней или позволить ей научиться самостоятельности, — смущенно улыбнулась она, но быстро запнулась, когда снова перевела взгляд на банановый сплит.       — Думаю, ты герой нашего времени, Пенни, — просиял Джон. — Я имею в виду, ты же знаешь, что я не смог бы обойтись без твоей помощи, — он указал руками на инвалидное кресло, в котором все еще сидел.— Но оно не обязательно должно выпадать всегда на твою долю. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы позаботиться о Пэм, или, ну, — он тепло улыбнулся ей, — если тебе что-нибудь понадобится, я надеюсь, что ты знаешь, что я рядом и всегда готов помочь.       Теплое, успокаивающее ощущение наполнило грудь Пенни. Она не была уверена, но ей показалось, что она едва удержалась, чтобы не покраснеть.       — Спасибо, Джон, — улыбнулась она в ответ. Она легко рассмеялась и сглотнула, решив высказать все, что думает. — Я буду скучать по времени, когда оставалась с тобой.       Джон кивнул в знак согласия, и его улыбка тоже слегка дрогнула.       — Что ж, всегда пожалуйста, — тихо сказал он, и мягкая улыбка вернулась на его лицо. — О, кстати, это напомнило мне, — сказал он, оживляясь.       Джон сунул руку в карман и достал что-то маленькое, завернутое в шелковистую на вид черную ткань.       — Вот, — ухмыльнулся он, протягивая ей конверт.       Пенни взяла кусочек ткани обеими руками и осторожно развернула его. Внутри был мерцающий огненный опал, который искрился и сверкал в ослепительных красных и фиолетовых оттенках под ресторанными огнями. Несмотря на то, что она сдерживалась ранее, сейчас она определенно покраснела. Знал он об этом или нет, но для нее очень много значило то, что о ней хоть кто-то думает.       — Ух ты, Джон, — произнесла на, стараясь говорить не слишком робко. — Ты нашел еще один. Он прекрасен, — она заставила себя посмотреть ему в глаза и выразить свою признательность, тепло при этом улыбнувшись. — Спасибо.       — Всегда пожалуйста! Но я нашел не один такой, — усмехнулся он, сунув руку в тот же карман и достав еще один огненный опал. Он поднес его к свету, зажав между большим и указательным пальцами. — У меня их две! Потому что, кто его знает, — ухмыльнулся он, щурясь на опал. — Быть может, мы снова отправимся в очередное приключение, в котором нам отчаянное потребуется огненный опал.       Пенни засмеялась, — Я могу только надеяться!       Пока они смеялись, а Джон убирал второй огненный опал обратно в карман, к их столику быстро подошел официант.       — Вы закончили, друзья мои? — с веселостью спросил он, указывая на почти законченный банановый сплит.       Они обменялись быстрыми взглядами, и согласно кивнули. Джон ответил:       — Да, благодарю.       — Ох, замечательно, — сказал официант, подходя чуть ближе и поднимая пустые тарелки и миски. — Как удался ваш вечер? Могу ли я предложить вам что-нибудь еще?       — Думаю, мы закончили, — сказал Джон. — Если только, ты не хочешь чего-то еще, Пенни? — Пенни лишь помотала головой.       — Прекрасно, — сказал официант, забирая последнюю тарелку. — В таком случае, друзья мои, я должен сообщить вам нечто очень волнующее.       Джон выгнул бровь, глядя на официанта. Пенни могла только предположить, что он тоже понятия не имел, что собирается сказать официант.       — Ваш счет, — улыбнуться он, доставая короткую квитанцию на маленьком серебряном блюде, — был оплачен.       Пенни взглянула на Джона, который тоже выглядел смущенным, а затем снова на официанта.       — Но кем? — спросила она озадаченно.       Они оба уставились на маленькую квитанцию в центре стола, которая гласила:

Моим героям, Наслаждайтесь вашим ужином в Зузу – это меньшее, чем я могу отплатить. Робин

      — Ого... — только и произнес Джон, уставившись на бумажку.       — Ага, — кивнула Пенни. — Это так мило с ее стороны. Как он вообще узнала, что мы будем здесь?       — Без понятия, — сказал Джон, улыбнувшись и почесывая затылок. — Может, мэр Льюис?       — Возможно, — улыбнулась Пенни. — Нада будет обязательно поблагодарить ее, как вернемся.       — Ага, — сказал улыбающийся Джон. — Ну да ладно, — Джон опустил взгляд на пустой столик и огляделся вокруг. — Думаю, пора идти?       Они вернулись к лифту, миновав нескольких улыбающихся официантов и официанток, которые пожелали им счастливого пути и поблагодарили за то, что они пришли. Когда они вошли в лифт и он начал спускаться, Пенни поняла, что не может перестать улыбаться.

***

      Вечерний воздух на улице был гораздо холоднее, и Пенни вспомнила, что Зима сейчас как бы уже в самом разгаре. Сам по себе день в городе был таким теплым, что вполне можно было счесть, что сейчас поздняя Весна, но теперь, когда сгустились сумерки, холод Зимы не заставил себя ждать.       — Итак, — сказал Джон, прокатываясь чуть вперед и останавливаясь, чтобы натянуть пальто повыше на шею и защититься от ледяного холода. — Хороший выдался денек, Пенни?       Пенни ответила ему яркой улыбкой.       — Определенно, — она чуть вздрогнула, когда слабенький ветерок прошел сквозь нее.       — И город совсем не сломил тебя? — усмехнулся он.       — Я определенно не смогла бы тут жить, — посмеялась она, оглядываясь по сторонам. Все, что она могла видеть, это бетон, сталь и стекло – ничего естественного. — Я так рада, что ты приехал в Пеликан.       Пенни застыла. Она опять это сделала. Это было совсем не то, что она хотела сказать. И снова она произнесла вслух что-то, о чем даже не подумала.       "Ну почему со мной всегда так?" — подумала она, ругаясь на себя.       Она чувствовала, как по лицу и кончикам ушей разливается алый румянец, впрочем, к счастью, вину на это можно было положить на холод. Подавив нервы и осторожно поиграв руками на ходу, она попыталась продолжить.       — Потому что, ну ты знаешь, — она запнулась, жестикулируя руками, чтобы заглушить свой внезапно занервничавший голос. — Все это немного бездушно. Я имею в виду город. Поэтому я рада, что тебе удалось оставить это позади.       Джон ухмыльнулся.       — Все так, все так, — казалось, он изо всех сил старался поймать ее взгляд, и в конце концов, несмотря на свою нервозность, Пенни заставила себя посмотреть на него. — Это также означает, что я повстречал тебя и всех остальных в городе, — заулыбался он. — Вот это – самая лучшая часть.       Пенни улыбнулась.       — И не поспоришь, — сказала он, прикладывая все усилия, чтобы подавить свою застенчивость.       — Эй, народ! — крикнул взволнованный голос позади них. Они оба обернулись и увидели Льюиса, спешащего к ним. Он широко улыбнулся им обоим и лихорадочно зашевелил усами. — Они одобрили мою идею насчет ночного рынка!       — Какие замечательные новости, — сказал Джон, ответив улыбкой. — Хорошая работа, мэр Льюис.       К тому времени все трое продолжили идти по улице.       — О, да чего там, — сказал Льюис, вытянув руку перед собой. — Заслуга не только моя, но и всех жителей Пеликана! Они же были ответственны за заслуги прошлым Летом, и многим их усилия очень понравилось! — он толкнул Джона в плечо. — Знаешь, они даже упоминали о тебе, — подмигнул он.       — Меня? — вопросил Джон, приподняв бровь. — Чего так?       — Они сказали, что местный фермер дал им наивкуснейшую клубнику, они без умолку говорили о ней!       — Ох, — улыбнулся Джон, смущенно потирая затылок. — Да, было дело, у меня тогда вышла целая гора ягод! — он перевел взгляд с одной на другого. — Вообще-то, я давал ее немного вам, — ухмыльнулся он.       Пенни вспомнила тот день, когда он подарил ей ту восхитительную дыню. Почему-то одновременно казалось, что это было целую вечность и пару дней назад. Она поняла, что тогда Джон был для нее практически незнакомцем. Это наполнило ее уверенностью, так как было на лицо, насколько далеко она зашла – ведь сейчас она здесь, с ним , в городе Зузу, в специальной однодневной поездке только для них двоих. Она улыбнулась, сама того не осознавая.       — Пэм! — крикнул Льюис, вытаскивая Пенни из глубокой задумчивости. Она и не заметила, что они уже добрались до автобуса.       Льюис исчез внутри, совершенно забыв о том, что нужно помочь Джону подняться, и возбужденно болтал с Пэм о своем ночном рынке. Джон усмехнулся и улыбнулся Пенни, явно находя всю ситуацию смешной.       В конце концов, когда Льюис заметил, что они вдвоем еще не зашли в автобус, он застенчиво появился снова, его лицо было розово-красным. С помощью Пенни, Пэм и Льюиса Джон забрался обратно в автобус и устроился поудобнее. Льюис вернулся на место, и Пенни последовала за ним.       — Хорошо повесились? — спросила Пэм, одарив зубастой улыбкой.       — Еще как, — радостно заулыбался Джон. Он искоса взглянул на Пенни. — Но я рад, что мы возвращаемся в долину. Я уже и забыл, насколько безумен город!

***

      Не прошло много времени, как разговор плавно перешел в россказни о подвигах Пэм. Льюис, теперь уже в очень приподнятом настроении, вносил свой вклад в каждую из них, смеясь и комментируя в соответствующие моменты. Пенни по большей части не слушала и вместо этого сосредоточилась на внешнем мире, проносящемся мимо нее. Наконец, она четко увидела долину. Снова появился снег, который покрывал холмы и обширные леса. Пенни глубоко выдохнула, как будто это был вздох облегчения, и это заставило ее осознать, как сильно она любит долину.       Она вернулась домой.

***

      — Спасибо, что подвезла нас, Пэм, — сказал Джон, когда она помогла ему выйти из автобуса.       — Да без проблем, парень, — сказала Пэм, обходя автобус, чтобы запереть его. — Только рада помочь.       Она закончила с автобусом и кивнула Пенни.       — Теперь за тобой стоит отвести его домой, малютка.       Пенни кивнула, — Конечно, мам.       — Хорошая девочка, — улыбнулась она во весь рот.       Пенни не была уверена почему, но почувствовала, что это был способ Пэм показать свое одобрение тому, как Пенни ухаживала за Джоном. Теплое, любящее чувство разлилось по ее груди, и приятное покалывание пробежало по позвоночнику. Не долго думая, она крепко обняла Пэм и улыбнулась ей, когда та отпустила ее. Пэм казалась застигнутой врасплох, но не совсем несчастной по этому поводу.       — До скорого, мама, — сказала Пенни, все еще улыбаясь. Она взяла коляску за ручки и, убедившись, что не поскользнется на льду, двинулась по дорожке обратно к ферме.       — Спасибо, что составила компанию, Пенни, — радостно сказал Джон. — Денек выдался крутецким.       — Согласна, — произнесла Пенни, причем ее слова полнились искренностью.       Они пробрались в вечерних сумерках к ферме и осторожно двинулись по снегу к его дому.       — Я знаю, что мы уже говорили об этом, — сказал Джон, потирая подбородок, — но без кого-то еще здесь это место будет уже каким-то не таким.       Пенни улыбнулась с девичьей легкомысленностью, хотя Джон и не смотрел на нее. Это была очень странная, приятная мысль, что кто-то действительно будет скучать по ней. По книжной, застенчивой, Пенни.       — Я тоже буду скучать, — мягко сказала она. — Но я обязательно буду часто навещать тебя! — она почувствовала легкую волну уверенности и легко рассмеялась. — Тебе не избавиться от меня так легко!       Джон от души рассмеялся.       — Вот и хорошо, я только рад! Я хочу сказать, мы могли бы даже... — он замер на полуслове и вытянул шею влево вдалеке. Пенни нахмурилась.       — Что? Что-то не так? — с тревогой спросила она, вытягивая шею, чтобы посмотреть в то место, куда он смотрел.       На краю черной линии деревьев, едва различимая в тусклом полумраке луны, стояла маленькая темная фигурка. Она стояла совершенно неподвижно, как будто его поймали за каким-то занятием. Холодок пробежал по спине Пенни, когда она вспомнила о Ноктюмбре, а не о приятной дрожи, которую ей подарило одобрение мамы. Чуть дальше в тени виднелось маленькое белое пятнышко. То слегка шевелилось и трепетало.       А затем оно закудахтало. Курочка.       — Эй! — крикнул Джон.       К большому удивлению Пенни, он вскочил на ноги, ловко выпрыгнул из инвалидного кресла и встал на собственные ноги. Это было так, как будто его гнев приводил в движение его ноги.       — Это ты забрал Кудаху?! — он бросился в темноту, и силуэт бросился бежать.       — Джон, подожди! — позвала Пенни, осторожно кидаясь за ним, избегая очень большого участка льда. — Ты поскользнешься на льду. Джон, ты бежишь!       Джон не ответил и вместо этого продолжал преследовать темную фигуру, которая убегала вместе с другой его курицей. Пенни изо всех сил старалась не отставать от него, но в конце концов ей пришлось сбавить темп, чтобы не упасть, когда она огибала сугробы и куски скользкого льда.       Даже при том, что она полностью потеряла его на короткий момент, когда она последовала за ним из фермы обратно город, ей все же удалось догнать его. Он остановился на окраине города и лихорадочно озирался по сторонам.       — Черт, — прохрипел Джон, тяжело дыша. — Я потерял его. Куда он делся? Какие-то Ноктюмбры посмели красть моих кур!       — Джон, — выдохнула Пенни, положив руки на колени и пытаясь выровнять дыхание. — Джон, смотри, — она указала на его ноги.       — Что? — сказал он, оборачиваясь, чтобы посмотреть на нее. Он посмотрел на направление ее руки и опустил глаза. На пару мгновений он уставился на свои ботинки в полной тишине.       Медленно, он поднял голову, чтобы посмотреть на нее. Самая большая улыбка, которую она когда-либо видела, расплылась по его лицу.

***

      Суббота, 20-й день Зимы, год 1       Примечание Автора:       О нет, Ноктюмбра ворует кур! Неужели таким будет объяснение Джона, почему Кудаха исчезла? Кто знает! Как бы то ни было, мы наконец-то вернулись в Пеликан! Иначе как быть девушке из долины без самой долины?       Дополнительно от Льюиса: Они одобрили мой ночной рынок! Ура!