Хроники нулевой стрельбы

Стрельба на пневматике. Она казалась намного легче, чем в тире для малокалиберного оружия. Сравнивая 10 или 50 метров, будет понятно, что 10 метров ― наиболее выгодное расстояние для стрелка. Если не изменять размер мишеней, что, по закону жанра, и сделали. Лиза стояла в обычной кожаной куртке, не решаясь одолжить костюм у проспавшей ― как всегда ― Насти или Вари. Зачем, если устойчивость лучше, чем у столба линии электропередач? А затем, чтобы на зачете не мотало, как провода в ураган! Лиза совсем немного перепутала метафоры. ― Сука, ― девушка с силой ударила по кнопке установки, и мишень побежала к стрелку. ― Отрыв. Пробоина была единственным отверстием для проникновения света, и на всеобщем черном фоне мерцала пятерка. Лиза поставила винтовку на стол ― если его можно так назвать ― рядом с установкой и сжала свободную от перчатки правую руку в кулак. Мишень пристроилась к станции А, рядом с девушкой, теперь освещаясь лампами на огневом рубеже. Лиза стояла вполоборота. Она спиной чувствовала на себе насмешливо-заинтересованный взгляд Маши, стоящей на первом щите. Та поставила винтовку на подставку и расслабилась, увлекшись состоянием стрельбы остальных друзей. Но малейший признак выстрела соседки ― и Маша поворачивалась ко второму щиту, чтобы лицезреть итог. Лизу совсем не раздражало и не злило такое поведение. Если только чуть-чуть. Или не «чуть-чуть». Лиза передохнула и снова вскинула винтовку. Зная, что за ней неустанно следят, девушка более аккуратно производила подготовку и сам выстрел. Стать посмешищем? ― Не для нее. Дыхание в затылок злило и возмущало. Хотелось повернуться и уткнуть Машу носом в ее мишень, невербально приказывая стрелять. Излишнее и никому не нужное внимание досаждало. Следующий выстрел также стал отрывом. Лиза глубоко задумалась над своим окружением, как-то отвлекшись от настоящего момента стрельбы. Палец самостоятельно, будто наделенный отдельным мозгом, нажал на спусковой крючок. Лиза, не ожидавшая подобного, напрягла правое плечо, и винтовка отклонилась влево. Приближающаяся мишень кокетливо хвасталась четверкой на 11 часов. Лиза мечтающе перетирала пластиковую установку в пыль. Два выстрела в мишени были как на подбор плохи: разнос по горизонтали. Лиза отложила в одну из двух стопок итог работы, горя под наблюдением сзади стоящего первого щита. Маша вновь отдыхала. Или специально выжидала момент выстрела? Лиза устала догадываться, что там, в чужой черепушке. Пассивные игрища давно переросли к молчаливым наблюдением обеих сторон. Ближе к концу упражнения Лиза перестала чувствовать на себе чужой изучающий взгляд. Небольшое освобождение, так сказать ― Лучше бы я надела Настину куртку, ― Лиза просматривала мишени, перекладывая их на столе пистолетчиков. ― Устойчивость пропала. ― Давно пора, ― Катя укладывала винтовку в кейс, закончив передышку на стуле после стрельбы. ― Какая устойчивость может быть в обычной куртке? Раньше этой устойчивости Лизе хватало с лихвой. Но в последнее время ничего не удавалось. ― Да, надену на следующей тренировке, ― Лиза собрала мишени в одну стопку. Впрочем, на 280 хватит. ― Пойдем? Катя закрыла кейс, передвинув по очереди все бегунки. ― Пошли, ― перехватив кейс из руки и в руку, стойку, мишени в карман, Катя протиснулась первой с территории ската. Две Маши остались достреливать. А одну из них хотелось сломать или повредить. Пройтись кулаком по скептическому лицу. Посмотреть в глаза и молчать. Чтобы сама одумалась. Марк стоял на 50-и метрах у стола. Заметив закончивших девушек, тренер повернулся к ним и поспешил навстречу. Катя успела вовремя отдать кейс оружейнику, прежде чем ее окликнул Марк: ― Мишени где? Вопрос в упор. Как всегда. Ничего необычного. Лиза даже за теплыми летними вечерами с чашечкой кофе подумывала добавить пункт с прямолинейностью в характеристику Марка. Катя вытащила стопку мишеней из кармана куртки и протянула Марку. ― Где начало? ― мужчина взял бумажки, проверяя толщину кипы бумажек. ― Сколько выстрелов? ― Начало сверху, ― Катя перенесла вес с одной ноги на другую. ― Не знаю, может быть 40 или 50. Марк угукнул. Лиза вздохнула и под побуждающим взглядом тренера протянула свои мишени. ― Там должно быть 282, Марк Владимирович, ― Лиза улыбнулась, когда Марк поднял глаза с мишеней на нее. ― Уже посчитала? ― Естественно, Марк Владимирович. Надо быть готовой к публичному результату, ― Лиза хмыкнула и повернулась к Катушке. Та с таким же веселым видом слегка кивнула. ― Хорошо. Марк ушел к столу тира на 50 метров. Зачем? Лиза не понимала. Может быть, у него там лежала ручка или карандаш? Лиза первой развернулась в сторону раздевалки. Мечта сбросить перчатку и бинты, пережимавшие не только конечности, но и успокоение после раздражающей стрельбы, вскоре должна была исполниться. Только перед ней внезапно возникли серо-голубые глаза. Маша вновь неотрывно и изучающе смотрела на Лизу. Девушки безмолвно стояли напротив друг друга, пока Маша не улыбнулась. ― Не ждали? А я закончила, ― со смехом оповестила она, передавая кейс оружейнику. ― Надеюсь, мы хорошо постреляли. Маша, воспользовавшись заминкой подруг, подошла к Кате, подхватив ту под локоть. Но уделяла внимание лишь Лизе, смотря в серые глаза. А Лиза в ответ непоколебимо и безразлично перед собой опускала Машу в азотную кислоту. Лиза устала за этот день. Все планы рушились один за другим. Гулять не гулялось, медитация не медитировалась, астрология не астрологировалась. Одним словом ― отвратительный день, не задавшийся еще с утра. Единственно правильным казалось самое обычное, неприметное, очевидное место, где Лиза смогла бы отдохнуть. Пора кутить в ночном клубе. Часы показывали без пятнадцати одиннадцать. Если Лиза поторопится, то успеет на последнюю маршрутку или автобус. А обратно она... она обратно придет пешком. А что? ― Не впервой. Осталось лишь обработать мать. Лизе эта задача казалась простой. «Мамочка, я съезжу к тате: он звонил» ― и последующие вопросы сами очистились из природы. Приготовления из футболки, джинсов, куртки и рюкзака много времени не заняли. Попрощавшись с матерью перед уходом, Лиза захлопнула дверь и сразу проверила наличие ключей: если что-то пойдет не так, то у нее имеется путь отступления. Дисплей фитнес-браслета засветился «22:54», когда Лиза вышла из подъезда. Не сбавляя темпа, девушка достала наушники и включила вперемешку музыку на телефоне. В ушах заиграла знакомая мелодия из «Сватов». Лиза выдохнула и достала телефон из кармана, остановившись. Девушка предполагала, что день не удался, но не настолько же. Откуда «Сваты» возникли в ее безупречно возносящем настроение плейлисте? Лизе тоже было интересно. Девушка хмыкнула, когда увидела, что играет плейлист для финала. Когда она в последний раз так торопилась, чтобы пальцы интуитивно нажимали на не пойми что? Ни. ког. да. Фонари вяло освещали дорожки, покрытые дневными лужицами. Вечернее солнце не смогло иссушить воду с земли, и Лизе приходилось обходить подобное минное поле только по блеску. Напрямик и наперекор судьбе! Лиза ступала в черных кедах по лужам, словно Иисус по поверхности воды. Ее бесстрашию позавидуют самые отчаянные воины современности и восхвалят как Богиню. По дороге проезжали редкие машины, иногда помогая Лизе пройти без особых усилий через темноту. На пешеходном переходе, где девушке пришлось остановиться, дожидаясь зеленого сигнала светофора, попался и редкий встречный ― женщина в красной куртке и длинной белой юбке. Та бросила взгляд на подошедшую Лизу, похоже, испугавшись соратника по пути на другую сторону дороги. Девушка же не обращала своего драгоценного внимания на бесперспективную прохожую, оставаясь отрешенной от внешнего мира. Ей бы сесть на маршруточку и все. Остановка была пуста. Лиза задумчиво шагала по краю дороги, посматривая на проезжающие мимо машины. Общественный транспорт ночью явно замедлялся ― и это удручало. Иногда хотелось самостоятельно сесть за руль, вместо водителей-черепах, и на максимальной скорости домчаться до нужного места. А работники пускай посидят у окна машины и понаслаждаются видами ночного города. Нужная маршрутка приехала на две минуты раньше положенного. Лиза ощутила благословение свыше, что кто-то смиловался и преподнес ей автомобиль ― а она и не участница финала «Поле чудес». Девушка зашла в маршрутку, бросив монетки за проезд одинокому водителю. Салон также был пуст. Лиза в очередной раз не могла поверить, что люди ночью и вправду спят. Жизнь дана одна, а они едят и отдыхают? Правда, кто-то уже наелся и спит, но это уже совсем другая ситуация. Водитель маршрутки был до изумления бодреньким и проскакивал на бледно-зеленый огонек светофора. Лиза следила за движениями мужчины и оценивала его поведение. Даже музыка навевала конспирологический дух, заставляя девушку окунуться в мир судмедэкспертизы и сделать ставку на вероятность их разбиться по дороге. Но более подстрекал вопрос: что принимал водитель на ночь, что его так вжухнуло? Ближе к концу пути маршрутка внезапно остановилась. Лиза увлеченно повернулась к дверцам, чтобы лицезреть пошатывающегося в стоящем на месте транспорте мужчину в очках. Незнакомец был легко одет: серая майка и противно шуршащие штаны. Если бы это был подросток, а не мужчина средних лет, Лиза бы изгнала нечестивого силой матушки-конституции. Незнакомец также заметил попутчика и заулыбался, подтянув тело поближе к девушке. ― Извините, самцы не интересуют? ― мужчина держался за сиденье перед Лизой одной рукой, а другой приподнял солнцезащитные очки, подмигивая. ― Один шанс на миллион! Лиза прикрыла глаза, желая развидеть это недоразумение. Сразу вспомнилась 134-я статья УК РФ, которая была бы сейчас бесполезней мороженого в морозы. В голову закралась одна идейка, и Лиза повернулась к мужчине, смотря глаза в глаза. ― Wir hatten 2 Beutel Kräuter, 75 Ampullen Meskalin, 5 Beutel D-Lysergsäurediethylamid oder LSD, ― девушка предельно возможностям грубо и хрипло затороторила, не выпуская собеседника из зрительного контакта. ― einen Salzschüttler, der zur Hälfte mit Kokain gefüllt war, und ein ganzes Meer bunter Amphetamine, Barbiturate und Beruhigungsmittel. ― Ладно-ладно, я понял, пошел нахуй сам, ― мужчина неловко дернулся от Лизы и, запнувшись за свои же ноги, плюхнулся на задние сиденья. ― Я в порядке, не волнуйтесь! Оставшийся маршрут на удивлении прошел спокойно. Лиза вышла из маршрутки и моментально оценила прелесть теплого транспорта: в центре развлекались не только пьяненькие студенты, но и прохладный ветер. Девушка поправила смявшуюся куртку и рюкзак, покрутив головой и ориентируясь на местности. Лиза давно и безошибочно знала путь до этого клуба. Сколько раз она туда бегала? ― Не поддается исчислению. Когда-то невинную и наивную Лизу завели в клуб знакомые, протащив через весь вечерний город и Спасо-Преображенский монастырь. С того рокового момента девушка полюбила уединенное от проблем жизни место, дающее свободу и истинный восторг. Ноги сами несли Лизу отдыхать и расслабляться, зная, что невообразимо удобные стульчики сгладят и их участь. Девушка давно смирилась с музыкой, которая стала привычным фоном в пути, и дышала слегка влажным воздухом. Волга текла где-то совсем близко, но Лиза не ради нее пришла ― не пришла топиться. Кое-какие магазинчики успели закрыться, а некоторые и не собиралась прекращать конкурентоспособную борьбу. Лиза с воодушевленным вздохом повернула в арку и вошла во внутренний дворик, предвкушая все приближающийся и приближающийся релакс. Стеклянные двери были заботливо открыты для гостей, и девушка, не сомневаясь, заскочила внутрь, телом ощущая вибрацию музыки. Родная и дражайшая сердцу атмосфера приветствовала ее, Лизу. Стилизованные бетонные стены, интерьер и люди совсем не изменились за прошедшие пару недель. Лиза словно вышла и сразу же зашла обратно в уютный клуб, ставший домом отдыха. В него хотелось приходить раз за разом, приносить свои печали и оставлять все ненужное тут. Клуб стал своеобразной барахолкой человеческих проблем. Лиза сновала между танцующими и кричащими друг другу людьми. Девушка давно не видела такой ажиотаж на тансполе и порадовалась за получивших немаленькую выручку владельцев. Как бы и не хотелось Лизе покружиться и забыться с разгоряченными ровесниками на первом этаже, но путь ее был прямиком в бар. Место долгожданного забвения. Лиза прошмыгнула по деревянной лестнице на второй этаж, обходя стороной уже полуживых молодых людей. Успели же взбодриться этой ночью! Или они пришли в клуб готовенькими? Второй этаж умиротворял своей безмятежной атмосферой. Танцующие внизу вряд ли были способны подняться к барам, но посетители с бокалами в руках запросто спустятся к лишенным инстинкта самосохранения товарищам по времяпровождению. Лиза с искрой в глазах и дернувшимися руками ― о, да, хотелось обнять даже со стеной, которая так немногословно помогала когда-то и девушке спускаться вниз ― открыла дверцу бара. В небольшом укромном помещении уже собралась своя тусовка. Группы друзей и знакомых сидели около барной стойки или рассыпались по углам, опираясь спиной о кирпичные стены. Для Лизы каждая лампочка светилась ностальгией и кружила голову. Девушка на оказывающих от восторга ногах подплыла к барной стойке, ожидая увидеть очередного старого знакомого. Он знал, что больше всего обожала Лиза, помогал развеяться и шутил по любому поводу, иногда почесывая аккуратно подстриженную бороду. И наконец разочарование пришло. Первое за вечер, и Лиза надеялась, что последнее. За стойкой смешивал напитки новый бармен. Молодой человек, худощавый, привыкший с каждой подачей заказа поправить растрепавшуюся челку. Брюнет был одет в жемчужную рубашку и черные, как оникс, джинсы. Бармен отправлял приветливые улыбки вслед посетителям и иногда обменивался парочкой слов. Молодой человек не заставил себя долго ждать и повернулся к Лизе, очертив ее силуэт кофейными глазами - или же сейчас будет уместнее их сравнить с выдержанным коньяком? ― Добрая ночка, юная дева, ― бармен прищурился, улыбнувшись. ― Вы здесь впервые? Лиза молчала, игнорируя медовые речи брюнета. На металлический бейджике было выгравировано «Александр». ― Давайте я попробую Вас удивить? ― бармен не прекращал сладкого лепетания, поглаживая обеими ладонями деревянную лакированную стойку. ― Соглашайтесь: Вы не пожалеете. Лиза сомневалась в навыках Александра. Он выглядел чересчур молодо и беззаботно для работы с алкоголем. Уже породнившись с одним барменом, девушка не хотела принимать другого. ― Давайте, ― Лиза скептически согласилась, решая проверить вкусы нового работника. Никогда не будет поздно отказаться от адского варева, которое ей преподнесут. Александр едва заметно кивнул и принялся за готовку. Лиза педантично следила за любым действием бармена, пока тот старался и редко поворачивался, чтобы озарить улыбкой. Лиза не видела в действиях молодого человека чего-либо необычного. Давний знакомый все делал ровно также, но с совершенно другими ингредиентами. Девушка, успокоившись, отвернулась проверить наличие сообщений в социальных сетях, пока ей было дело до них. Что-то из прошлого опыта подсказывало, что Лиза вскоре забудет о телефоне и его существовании в этом мире. ― Девушка, ― Александр позвал Лизу, отвлекая ее от просмотра ленты. ― Получите и распишитесь. Лиза подняла глаза и первым делом посмотрела на пододвинутый к ней бокал. Прозрачный, слегка желтоватый напиток был налит в округлый бургундский бокал. Кольца лайма смешались с кубиками льда, живо выделяясь в коктейле. Пучок мяты весело устроился на вершине напитка, соблазняя ароматом свежести. ― Благодарю, ― девушка протянула руку и схватилась за ножку бокала, скептически покрутила круговыми движениями сосуд, слушая перезвон льда. ― Сделан с любовью, ― Александр посмеялся в последний раз и повернулся к очередному подошедшему клиенту. Лиза с бокалом отошла от барной стойки. Жалко, что не осталось свободных стульев на высокой ножке, с которых открывался чудесный вид на развлекающийся народ, но и прохладная стена подойдет. Опершись спиной на кирпичную кладку, Лиза сделала глоток неизвестного ранее напитка. Коктейль был ледяной, свежий и безмерно крепкий. Морозное пламя с лаймовыми нотками. Контраст ощущений вдохновлял на следующий глоток: хотелось снова и снова ощущать непередаваемые и загадочные прикосновения алкоголя. Восторг, это был восторг! Лиза раскрыла новые вкусовые ощущения, которые блаженно расслабляли тело. За короткий срок коктейль воодушевил ее на неподвластные желания. Мозг, возбужденный потребностью творить, нуждался в действе. Но Лиза позволяла себе погрузиться с головой в опьяняющее чувство эйфории, исключая активность. Девушка мгновенно допила напиток, оставив на дне бокала начавшие медленно таять цокающие кубики льда. Лиза осторожно вращала сосуд, наслаждаясь звяканьем. Симфония льда расслабляла и настраивала на доброжелательный лад. Лиза попросила Александра исполнить второй такой же коктейль. Молодой человек усмехнулся и повторил заказ. Теперь же девушка не отходила далеко от барной стойки, желая преисполниться блаженством. А после второго бокала Лиза поняла, что ее мысли и действия спутались в кашу с комочками. Девушка оперлась локтям на стойку, прислонившись головой на свою же руку. Если бы Лизе не казалось, что с любого неосторожного шага до опорной стены или выхода она взлетит в воздух быстрее гелиевого шарика, то давно бы вышла из бара. Давно так не сносило сознание после мизерной доли выпитого. ― Девушка, Вам плохо? ― к Лизе подошла шатенка в черном платьице с кружевными рукавами. ― Нужна помощь? Ой как Лизе нужна была помощь. Похоже, уже пора возвращаться домой ― а пока она едет, можно будет поразвлекаться с дезориентированным телом. ― Да, помогите спуститься на первый этаж, ― Лиза старалась сфокусироваться на стоящей перед ней девушке, но та... скакала? шаталась? Лиза ничего не видела, кроме приблизительного силуэта собеседницы. ― Хорошо, ― незнакомка подхватила Лизу под руку, неспешно оттянув мягкое тельце от стойки. ― Совсем плохо? Лиза промолчала. Любые движения отзывались немыслимой каруселью и цветов, и звуков, и ощущений. Девушка закрыла глаза и полностью отдалась на волю незнакомки. Та казалась совершенно безобидной и приятной. Можно же было довериться хоть раз? Помощница не торопилась и бережно вела новую знакомую. Лиза думала, что они идут долгие десятки минут или даже часов. Время тянулось невозможно долго. Шатенка успела за время общего путешествия с кем-то поговорить, а уже затем обратилась к подобию «мягких часов» Сальвадора Дали: ― Планы немного поменялись, но, думаю тебе понравится. Лиза хотела возмущенно открыть глаза, но веки кто-то защелкнул на замок, от которого у девушки не было ключа. Где-то рядом же открылся реальный механизм, и главная безвольность из двоих почувствовала кожей всепоглощающую темноту. ― Отдыхай, не волнуйся: мы в расчете. Просто поспи, ―сладкозвучно прошептала незнакомка над ухом Лизы, укладывая последнюю на мягкую постель. Расчет? Поспать? Лиза мечтала только провалиться в недра Земли, чтобы смертельный жар избавил ее от иллюзий, которые создавал скачущий мозг. Девушке давно надоела псевдо невесомость, и загульщица растаяла на кровати, практически не дыша. Мысли не собиралась ни в слова, ни в действия. Лиза продолжала лежать в полумраке, не открывая глаза. Лишь бы успокоить бушующее сердце и ум. А, возможно, стоит и поспать. И Лиза с полоумным сознанием заснула. Девушка очнулась все там же, на сладкой кровати. Через веки просачивалась приглушенная темнота. Тепло, темно ― идеальные условия для цветка, но Лиза была человеком. У шеи не разносилась жара волос после сна, и девушка благодарила всех и вся за прохладу. Голова до сих пор кружилась, наворачивая круги по кольцеобразной трассе. И затрудненное дыхание не способствовало облегчению самочувствия. Если бы не заткнутый рот... Рот? Лиза прикусила зубами веревку во рту, завязанную где-то у основания шеи. Та очень походила по текстуре и привкусу на хлопчатобумажную, обмотанную пару раз. Веревка, вместо кляпа, маска на пол-лица, убранные волосы и ранее похмелье ― дешевый сюжет типичных боевиков. Клише на клише. Но теперь Лиза в главной роли. Паника? ― Бесполезно. Лиза даже дышать нормально не могла, как тогда ей подняться с ощущением невесомости? Девушка разнежилась на кровати, продолжая лежать лицом к потолку. Если бы Лиза лежала не на кровати, и не помнила, где последние часы она предполагала развлекаться, то давно бы решила, что неведомым образом оказалась дрейфующей в лодке. Далеко в океане. В шторм. Гадко заскрипела дверь. Кто-то зашел. Молчим? Хорошо. Лиза никуда не торопится. ― Охуенно. Знакомый голос. С первого слова. Удивляться? ― Не в компетенции Лизы. За эту ночь произошло столько неурядицы, что реальнее было поверить в сон наяву. Лиза молчала ― глубоко и вдумчиво. Незнакомец приблизился, сев на угол кровати так, что матрас прогнулся. Лиза сделала пару глубоких вдохов-выдохов и открыла глаза. Перед ней сидел высокий молодой человек. Пандового телосложения. В неизменных футболке и кардигане. Не сесть, не встать ― а только внутренне орать. И все бы хорошо, если бы картинка не скакала перед глазами. Лиза вновь прикрыла веки, отдыхая от напряженного разглядывания соседа, и теперь положилась на остальные органы чувств. В непреклонной тишине незнакомец положил руку на голое бедро девушки, поглаживая. Лиза с незатмеваемым желанием убивать расщелкнула веки и осязаемо приударила по чужой кисти, приподняв голову. Через темную маску парень возмущенно зыркнул на инвалидку, защелкав суставами пальцев. «Охуел, ― Лизе оставалось возмущаться самой себе и мычать. ― Мозг окончательно рассосался. Или высосался». Лиза закашлялась. Никчемный имбецил с удовольствием приложился кулаком к многострадальным ребрам. Сколько она еще не сможет стрелять лежа? Лиза для себя крутила пометочку, чтобы хорошенько пнуть кое-кого при встрече. Восстанавливая дыхание, девушка не брыкалась. Себе дороже. Молодой человек достиг нехитрой манипуляцией своего и коснулся края светлой мини-юбки, задрав мало что скрывающую невесомый подол. ― Ц, ― парень разочарованно вздохнул. ― Трусишки красивые, а вот пизда так себе. Лиза точно въебет Андрею. По самую простату. ― Надо бы отработать, ты так не думаешь? ― саркастически поинтересовался Андрей. ― Хочешь попробовать? «Трубкозуб недоебанный». ― Ты и не против? Как шлюха может быть против? Лизу схватили за руки и дернули вперед. Спина иронически хрустнула, и девушка оказалась в сидячем положении. Неряшливо подобрав под себя ноги, Лиза устойчиво ― если можно так сказать по общему состоянию, когда ты лежа мог бы навернуться ― села. Андрей не выпускал небольшие кисти, осматривая покачивающуюся девушку. ― И бухая. Шлюшка шлюхой. Лиза разочарованно подняла брови. Кто из нас обоих тут главная проститутка, извините? Перехватив в одну руку захваченные уже запястья, Андрей свободной потянулся расстегивать ширинку джинсов. Он серьезно? Надел джинсы? Как скучно. Лиза дернулась от смешка, когда Андрей запутался одной рукой и в трусах. Настоящий дегенерат. В ответ парень пережал запястья девушки. Неужели догадался о скрытом смехе? А надежды-то есть. Парень удивительно быстро справился с возникшей проблемкой. А вот Лизе стоило позаботиться о следующей. Костер запах пожарищем, и девушка зажмурилась. Ее руки с обеих сторон сомкнули чужие ладони и уперто придвинули к полурасслабленному члену. Лизина лодочка обхватила у основания пенис друга, и над головой вздохнули. В ушах девушки зашумела кровь. Неожиданно стало жарко. Руки Андрея сжались, и Лиза уверенно обхватила податливую плоть. Девушка сопротивлялась одними пальцами, выгибая тех в противоположную сторону от члена, но парень об этом смекнул и обхватился горячими шершавыми ладонями. «Это только массаж, только массаж, ― Лиза учащенно задышала, совершенно позабыв об упражнениях на расслабление. ― Не упасть и не разбиться... или лучше сразу умереть». Первое движение. От основания до головки. Рельефный член терся о ладони, разогревая кожу. Лизе с малолетства не нравилось делать массажи. Противное трение кожи о кожу заставляло кривиться. А сейчас Лиза делала персональный интимный массаж. Только же не сама. Движение вниз, движение вверх. Лиза постепенно свыкалась со своим положением. Хорошо, что ладони вспотели: трение уменьшилось. Или это был не совсем пот? Лиза вновь залилась краской. Курс биологии идет нахуй. Андрей поверхностно дышал практически в лицо Лизы. Волосы на голове шевелились от потоков горячего воздуха. Лиза кривилась от трения шершавых поверхностей. Кожа о кожу ― самое отвратительное сочетание. Бабочек в животе не добавила и инициатива Андрея: парень задвигал бедрами, вгоняя член с удвоенной скростью между рук Лизы. Девушка до этого момента продолжала сидеть с закрытыми глазами, не решаясь выглянуть во внешний мир. Дрочить Андрею, блять, Андрею. Лиза чувствовала упирающийся и сопротивляющийся ладоням член, но... Ей начинала нравится ситуация. Над ней хрипели, сбивчиво дышали и усердно терли руками девушки налитый кровью пенис. Сомнительные звуки переставали давить на макушку, а проникали сквозь кожу, ударяли развратом в мозг. Это, однозначно, возбуждало. Андрей выдохнул ртом и убрал от себя испачканные руки Лизы. Девушка неверяще сжимала пальцы, размазывая наверняка белесую жидкость. Интересно, она сладкая? Лиза дрогнула от внезапной мысли и отвращения к себе, вытирая сперму о мини-юбку: единственную вещь в комнате, которую было не жалко. Ситуация была непривычной: выхода нет, подчиняют ее и... насилуют? Хотя кто насилует? Андрей? Сомнения глодали и измывались над Лизой, пока молодой человек шуршал около кровати. Короткий отдых мотивировал девушку думать, думать и думать. Что говорилось в многочисленных прочитанных статьях? Подстраивать любую ситуацию под себя? Кхм, сейчас не то время. Или то? Лиза помотала головой, ощущая предсмертные шевеления пучка. Лишь бы волосы не рассыпались. Секс будет некомфортным. А, что, где. Не секс. Любовь. Лиза не будет Лизой, если пустит ситуацию на самотек. В любом случае, она будет в плюсе, если... станет доминировать. Шансов выбраться практически нет ― они где-то ползают по полу, ― а вот взять действо в свои руки получится точно. Лиза открыла глаза и увидела стоящего над ней Андрея с оголенным полностью пахом и без кардигана. Девушка сомневалась, но, приложив усилия над своим стыдом, дернулась к заветной руке. Лиза дернула Андрея на себя, и тот поддался, сделав шаг вперед, пока девушка отходила от легкого головокружения из-за резких движений. Поторопилась. «Блять, иди на кровать, пока я не передумала». ― Грязная шлюха, ― Андрей щелкает пальцем по маске Лизы в районе лба. ― Недотраханная. Лиза «стесненно» кивнула. «Сам меня выбрал». Лиза не отводила взгляда. Под тщетным надзором Андрей забрался на кровать, усевшись напротив девушки. Не заметив сопротивления, парень заколебался. Но ему-то и не похуй? Несовместимые вещи. Лиза впервые после спросонья поняла, что была одета лишь в кружевное нижнее белье и мини-юбку. Девушка взмолилась, когда Андрей протянул руки за спину и стал снимать петли бюстгалтера с крючков. Схватившись за последнюю гордость, Лиза пододвинулась поближе к любовнику во благо удобства последнего. И своих неизменных принципов. Бюстгалтер расстегнулся, и чашечки перестали держать грудь. Белоснежные лямки бережно ― или боязливо? ― стянули с плеч Лизы. Девушка если бы могла, то улыбнулась бы с неуверенных действий Андрея. Лиза осталась лишь в юбке и трусах. Девушка всегда гордилась своим размером груди, если можно было им гордиться. Завидное генетическое золото. И сейчас без белья. Сердце очумело забилось, и Лиза надеялась, что кровать дрожала не из-за нее. Неловкая пауза затягивалась, и, не предполагая дальнейших действий, девушка приподняла на ладонях грудь, приглашая. Стыдясь в этот момент себя больше всех на свете. Андрей поджал губы ― что невероятно подстрекало Лизу ― и помог девушке лечь на спину. Парень навис сверху и, хмыкнув, склонился к соскам. Лиза запрокинула голову, отдаваясь партнеру всецело. Вассал работает ― феодал отдыхает. Андрей щекотал языком морщинки розоватого соска, поглаживая руками молочную кожу. Обхватывая пальцами и оттягивая грудь, он проникался собственными желаниями и страстями. Засасывая поочередно каждый сосок, Андрей не замечал вцепившиеся пальцы Лизы в простынь. Молодой человек лишь стремился пометить и подчинить. А Лиза текла, и текла безвозвратно. Тело горело, голову вскружило, как после хорошей встряски. Девушка успела прикусить язык, когда мокрый сосок обдувал холодом игривый Андрей, требуя оценки прелюдий. Лиза молчала. Она притворялась немой и глухой. Пока не хныкнула после болезненного щипка. Полная неожиданность, но девушке было уже глубоко все равно. После первой преграды не было других. Лиза без стеснения дышала открытым ртом, изредка подавая голос. Девушка устала от ласк. Разум давно оставил ее, и Лиза отдалась на волю инстинктов. Девушка ласково убрала голову Андрея от себя, и села на кровати, подтянувшись по чужим плечам. Лизе некогда было оценивать состояние кровати, и она толкнула в грудь партнера, уронив того поперек постели. Андрей не сопротивлялся, доверившись наивно на опыт любовницы. Лиза, обученная на теории ― и некоторой практике, ― действовала импульсивно. Девушка подобралась к лицу лежащего, пощекатав кончиками пальцев шею того, и, приподнявшись, села бедрами на лицо Андрея. Возмущение? Пойдет в пизду во всех смыслах. Теперь очередь Лизы играться. Девушка, упершись бедрами и грудью в тело партнера, руками и лицом оказалась около возбужденного члена Андрея. Успел заново встать? Развратный малыш. Лиза сомкнула паьцы в замке, обхватив член Андрея. Девушка усмехнулась спонтанной идее, но уже воплощала ее в реальность. Лиза потерлась открытой щекой о ствол, сравнивая прохладу влажного пениса со своей распаленной кожей. Контраст бил в гонг, но девушке было интереснее состояние замершего партнера. Посмешище. Лиза почувствовала контроль и власть. Она водила головку по мясистым губам, растирая кожу круговыми движениями, массировала веревкой тонкую кожу на пенисе, упиваясь вздувшимися венками. Девушка старалась и вкладывалась полностью в брошенный вызов: сможет ли Андрей продержаться под напором ласк? Лиза горячо дышала в пах, терлась грудью о живот и не забывала дать «невзначай» подышать Андрею, освободив того из плена бедер. Девушка наслаждалась ситуацией, заторможенностью любовника ― шоком или стыдом? ― который дарил в эту ночь столько эмоций. Это сумасшествие. Потирания между язычком и веревкой Андрей не выдержал и кончил в оживленный страстью рот Лизы. Девушка ненадолго растерялась, но, забыв сплюнуть, сглотнула, вынимая из захвата утомленный член. «Не сладко», ― единственная мысль пробудилась в безумной эйфории. Хотелось пить, и Лиза надеялась, что сперма подойдет ее организму. Андрей подхватил бедра девушки и снял их со своего лица, заметив окончание бурных действий. Парень развернул любовницу к себе лицом, посадив на пах. Удобно пристроив член между объемных ягодиц, Андрей переводил дыхание и рассматривал маску партнерши. Гадал ли, кто скрывался? Знал? Предполагал? Или хотел снять маску? ― Лиза не знала. Девушка раздраженно потерлась бедрами. Время явно было ограничено, и не только продавцом ее тела. Усталость шагом за шагом кралась сзади ― а иногда даже казалось, что она следила за играми из сумеречного угла комнаты, ― обволакивая собой тело Лизы. Девушка напрягла ягодицы, зажав член, и приподнялась. Андрей зашипел и шлепнул рукой по бедру Лизы до красного пятна. Девушка рассержено опустилась на место, вцепившись ногтями в опорную грудь партнера. И что ты медлишь? Парень, наверное, и сам не понимал, почему зависал моментами. Озарившись, Андрей отодвинул кружева трусов, смяв их средним пальцем, и нащупал безымянным пальцем вход во влагалище. Вульва была смазана выступившей обильно смазкой, охлаждающей пальцы и подгоняющей развратный мозг молодого человека. Палец, проникший в теплое и влажное нутро, ощупывал сладки слизистой оболочки. Андрей растягивал вход из стороны в сторону, округлыми движениями. Эластичные стенки моментально поддались манипуляциям, и парень бросил взгляд на сопящую Лизу. А что девушка могла сказать? Что она ублажает себя по расписанию и настроению? Что это ее не первый партнер? Растянув одним пальцем во влагалище, Андрей затормозил и перестроился: перекинув складку трусов на указательный палец, он ввел сразу два пальца, получив предупредительный кашель от Лизы. Девушка не сопротивлялась и не помогала, стараясь ощутить кожей, что с ней делают похотливые пальцы партнера. А они, недолго думая, входили глубже и выходили почти полностью, пересчитывая складки слизистой оболочки и смазываясь влагалищными выделениями. Частота движений увеличивалась, но когда-то останавливалась, чтобы внезапно пальцы развелись ножницами, растягивая упругие стенки. Лиза шумно дышала, но... была разочарована? Ничего, кроме новых больших пальцев и спадающей раскрепощенности она не чувствовала. Секс, говорили они в прошлом, приятный. Или в этот раз будет что-то интересное? Пальцы вышли из девушки, и Лиза ощутила некую свободу и легкость. Но отодвинутые трусы гостеприимно приглашали нетерпеливый член. Лиза приподнялась по мере своих сил, и опустилась на изогнутый пенис. Пальцы были ничто по сравнению с возбужденным членом. Стенки влагалища саднило, щипало, но Лиза упорно самонадеянно села до упора. Головка члена, казалось, достигала предельной стенки матки, упираясь в нее. Девушка не шевелилась, восстанавливала дыхание и отдыхала. Андрей обхватил плечи девушки, вцепившись в них. Боль затмевает боль? Парень не торопил, но и не поддерживал любовницу. Лиза видела в его глазах сомнение, но не более. Смута была омерзительна девушке. Теперь ей хотелось во вред себе продолжить. Лиза плавно приподнялась и снова осела. Плечи были зажаты сильнее прежнего, покраснев. Глубокий вдох, и Лиза посмотрела на лежащего Андрея. Кто из них управляет? Он не видит, что одной работать тяжело? Дурашка. Девушка снова двинула бедрами и ногтями поцарапала партнера. Андрей дернул плечом, но приподнял любовницу, помогая ей в нелегком деле. Лиза удовлетворенно кивнула. Непросто обходится одними жестами и взглядами. Доходит плохо до кое-кого. Темп был медленный. Смазанный. Нерешительный. Вся эта смесь раздражала Лизу сильнее нарушенного личного пространства. Хваленые эстрогены тоже не дали свое дело ― и девушка злилась. Лиза не вытерпела и, изловчившись, облокотилась на грудь Андрея, дотянувшись правой рукой до лица того. Зрительный контакт не нарушался, и Лиза демонстративно усмехнувшись, облизала губы. И дала пощечину нелепому партнеру. Андрей поморгал и заругался себе под нос. Лиза требовательно не сводила с него глаз, ожидая правильного поведения. Парень мотнул головой и поднял партнершу в исходную позу наездницы. ― Сучка, ― надменно сплюнул Андрей, сжав плечи Лизы до побеления кожи и нарушения кровотока. Девушка хмурилась под маской, облизывая намокшую веревку. Теперь властвовать решил Андрей, что так томительно ждала Лиза. Что же нужно было для этого? ― Одной суровой женской пощечины. И началось действо. Лизу насаживали на член до рвущейся матки, до шлепков кожи о кожу, до переплетания лобковых волос между собой. Дыхание стало одним на двоих, а пот наслаждения блестел в каждой паре глаз. Лиза дерзко стонала, сминая пальцами кожу Андрея. Заставляла его почувствовать все оттенки эмоций. Лиза была дирижером страстного оркестра. Его руководителем. Она могла молчать и лишь распаленно дышать на руки Андрея, повернувшись к плечу. Могла стонать, захлебываясь в собственных звуках. Могла очерчивать свое тело, пока игралась с пленным членом. Лиза питалась чувствами и эмоциями партнера. Ее увлек не столько секс, сколько разрядка Андрея. Его вздохи, неконтролируемые жесты и неподчиненный за многие годы язык, который сыпался и похвалами, и ругательствами. Лиза впервые ощущала такое сильное вдохновение и... желание? Ей хотелось большего: съесть целиком, высосать все чувства и пропитаться ими. Смазаться эфирными маслами любви и зависимости, выставляя напоказ свои достижения. Сладость ради счастья. Эмоции ради питания. Секс ради вдохновения. Все стало на круги своя. Дыхание перестало подчиняться Лизе. Девушка задыхалась: от усталости, от чувств, от эйфории. Противоречивые чувства раскаляли тело, и Лиза ощущала огонь по всей коже. Языки пламени лизали ее и изнутри. Хотелось усилить поглаживания, ускорить темп, прибавить сил. Но тело сминалось под напором игрищ. Слабело и увядало. Лиза вымоталась. Тело утомилось, а разум бушевал. Контраст истлевал Лизу. Особенно резкие толчки доводили девушку до головокружения. Темп сорвался вскачь, и Лиза растерянно подумала, что и Андрей достигал своего пика. Девушка озабоченно застонала, дразня развратом партнера. Побуждая его к немедленной разрядке. Или она свалится без сил. Лиза наклонила голову и уже практически сама не двигалась. По рукам, на грудь Андрея, стекали капельки пота, и напряженные пальцы девушки соскальзывали с опоры. Партнер особенно сильно вдавил плечи Лизы, насадив ее на себя. Девушка закашлялась, подавившись от неожиданности, и заметила замершего Андрея. Оба беспомощно дышали, хватаясь за последнюю опору ― воздух, ― и держались за безрассудные тела друг друга. Это был их предел. Звездная точка. Лиза опиралась спиной о стену около оружейной. Девушка следила за повторяющимися действиями друзей и... бывшего любовника. Андрей в привычной манере, изредка подшучивая, болтал с Катей. За сегодняшнюю тренировку не произошло ничего экстравагантного, и все стрелки наслаждались обществом друг друга. Лиза продолжительное время ожидала запозднившихся знакомых. Она увлеченно следила за их жестами. Но особенное место внимания Лизы занимал Андрей. Догадывался ли кто-то, что под этой кофтой находились ее следы? Царапины? Возможные синяки? Все тело его было оглажено Лизой. Омыто ее руками. Лиза улыбалась, склонив голову. Теперь у нее, нет, у них есть большой-большой секрет. Это так забавно. «Покайся, Андрей Олегович. Покайся, пока не поздно. Покайся, пока я принимаю твои грехи».