Give me more

Итак, прошла ровно неделя с того момента, как мы перестали разговаривать. Внутри подозрительно тихо, то ли от того, что я знаю, что ты вернёшься, то ли от того, что ты страдаешь ещё сильнее, чем я. Но за второе не могу ручаться. Как понять другого человека, проникнуть взглядом под кожу и ребра, увидеть, кто сидит внутри, в этой вечно бьющейся клетке. Ведёшь себя одинаково мило со всеми, со мной. Даже со своим дружком. У меня начинают трястись руки при мысли о том, что он к тебе ближе, может касаться и не бояться быть непонятым. Я превращаюсь в зверя. Не знаю, с кем и поговорить, чтобы понять, что же творится со мной. Зависть, гнев, отвращение ко всем вокруг, которое замечают все, каждый, и говорят так противно: "Боже, друг, что с тобой". Что со мной? Один прекрасный блондин со мной случился, вот что. Лекарств никаких не придумают, чтобы лечить настолько запущенную болезнь. Все время мне не даёт покоя одна мысль. Как ты отреагируешь на то, что я тебе определенно когда-нибудь скажу. Подумаешь ли, что я помешанный извращенец, который любит не девушек, как повелось. Посчитаешь ли мои чувства за какую-то глупую шутку или розыгрыш или воспримешь все всерьёз. Даже не знаю, что из этого страшнее, потому что ну. Давай подумаем вместе, предоставим два варианта развития событий. Первый вариант Ты - самый натуральный из всех парней, а это значит, что гомофоб соответственно. Не говорю про тех, которые считают, что представителей нетрадиционной ориентации нужно истреблять. Это не гомофобы, они даже не люди, а дикие существа, которые обычно думают о женских ножках, как бы поскорее кому-нибудь присунуть и уверенно говорят, что жена создана Богом для того, чтобы обслуживать мужа. Хотя от религии такие, как правило, далеки. А ты будешь тем, кто не примет мою ориентацию, даже не поймет, как могу смотреть не на стройные ножки, тонкие ручки и осиную талию, а заглядываться на мускулы и накачанные тела. Допустим, взгляды мои не разделяешь, но меня как друга терять не будешь готов. Но что же мне тогда делать? Чувства не исчезают по щелчку, следовательно я все ещё буду вздыхать, а при осознании того, что ты никогда не будешь моим, буду ещё и рыдать в подушку время от времени. Далее я могу либо полюбить кого-то другого, но с тобой общаться реже в силу наличия личной жизни, либо смотреть на тебя до конца жизни, наблюдать, как ты влюбляешься и заводишь семью, приходить к вам в гости и нянчить детей, про себя думая, что мечтал оказаться на её месте. А в таком темпе я не проживу долго, не знаю, что со мной будет, но ничего хорошего не обещаю. Второй вариант Ты все такой же натурал, но на этот раз из тех, кого будет тошнить от одного взгляда на меня. Мы разругаемся в пух и прах, возможно даже подерёмся, а дальше ты забудешь меня, а я вот что до меня.. Скорее всего, буду страдать на протяжении долгого количества времени. Я не тот, кто забудет тебя через полгода, год или даже два. Я скрупулёзно выращивал эти чувства внутри себя, из так просто не выдрать. Наверное, до конца жизни буду любить одного тебя. Не знаю, как справишься с разрывом, но уверен, что будешь гордиться тем, что больше не общаешься с таким моральным уродом и педиком. Ну и третий. Самый невозможный Ты отвечаешь мне взаимностью. Я действительно втайне об этом мечтаю, потому что если буду знать, что ты меня любишь так же сильно, то перетерплю все, что будет вываливаться на нас. Может, не осознаю последствий, но у нас будет достаточно сил, чтобы пройти этот путь вместе. Ради тебя я готов отказаться от всего, что имею, не подумай, что бросаюсь словами просто так. Я никогда в жизни не испытывал настолько сильных чувств, как могу себе позволить забыть и жить дальше. Зачем я буду слушать упреки тех, кто сам в большинстве своем несчастлив. Зачем я буду страдать, мучать себя и девушку, с которой я вместе просто потому, что так надо. Так заведено. Брак должен быть синонимом счастливой совместной жизни, а не очередной ячейкой, которая разваливается изнутри, но снаружи выглядит так правильно. На этом все, светает. Я должен идти. Идти и бороться за себя. За нас. С каждым днём всё тяжелее, но я справлюсь, лишь будь со мной.

Вечно твой,