Наследник рода Гринграсс

      Волшебник поднялся и стыдливо натянул штаны. Взмахнул палочкой и починил мантию Дафны, затянулись разрывы на самой мантии и половина пуговиц вернулась на ме­сто.       — Даже не думал, что ритуал можно сократить до ТАКОГО, — признался он.       — Какой ритуал? — уточнила Дафна.       — Свадьбу. Я читал, что нужно трижды обойти куст ракиты, повторяя слова клятвы... а тут...       — Наверное, Магия поняла, что я не в состоянии...       — Ой, точно, подними вверх руку...       Дафна подняла.       — Ферула! — волшебник провёл палочкой от другого плеча до подмышки, и на груди под мантией появилась тугая бинтовая повязка.       — Спасибо... — Дафна чуть помялась. — Хотелось бы помыться, а в замок нельзя...       — Почему?       — Его собирается штурмовать Тёмный Лорд.       — А разве... — Вириал осёкся. — Ну ладно, нельзя, так нельзя. К озеру-то спуститься можно?       — Зачем?       — Воды набрать...       — Ты не знаешь заклинание агуаменти?       — Хмм... — Вириал направил палочку на здоровенный камень, тот стал быстро менять форму, изгибался, и наконец стал чем-то вроде бронзовой ванны, опиравшейся на землю когтистыми мохнатыми бронзовыми же лапами.       — Впечатляет! — Дафна оценила и силу трансфигурации, и точность. И то, что простой агуаменти набирать такую ванну будет слишком долго. Впрочем, есть же другое заклинание, не такое точное... — Аква эрукто!       Мощный поток воды ударил из палочки и за минуту наполнил водой, кажется не менее чем пятидесятигаллонную, ванну.       Вириал заклинанием подогрел воду. (тоже, между прочим, показатель силы: воды МНОГО, да и заклинаниями вода греется хуже всех других материалов) Потом из большой ветки трансфигурировал что-то вроде ширмы. И Дафна скользнула в импровизированную ванную комнату.       Ведьма с наслаждением смыла с себя всю грязь, в которой была вынуждена валяться весь вечер. Следы оборотня, земли, собственную кровь... хотелось, конечно, ароматных ма­сел, хорошего мыла и шампуня, но трансфигурировать эти предметы невозможно, потому что кусок мыла, полученный в результате трансфигурации, отказывался мы­литься, а шампунь получался зелёной бурдой без запаха... Именно поэтому и была так востребована профессия зельевара: и мыло, и шампуни зельевары гото­вить умели.       Приняв ванну, Дафна трансфигурировала из куска ветки жёсткое и почти не впитываю­щее воду полотенце, из другой ветки трансфигурировала банный халат (получившийся жесткой и холодной хламидой) и накинула сверху мантию. Волосы подсушила заклинани­ем фена.       Вириал уже закончил с душем, устроенным с помощью заклинания агуаменти и направ­ленной вертикально вверх палочки, и теперь обустраивал, видимо, укрытие на ночь.       На высоте футов пятнадцать опираясь на две ветки могучего дуба, появилась треуголь­ная платформа, видимо, трансфигурированная из веток, с невысокими перилами по периметру, чтобы не упасть.       — А как нам... туда... — спросила Дафна.       — Мобиликорпус! — Дафна всплыла и осторожно переместилась на платформу. Лишь Убедившись, что она устойчиво стоит, Вириал отменил чары. Кстати, на платформе, в том углу, что прижимался к стволу дерева, обнаружилась кровать, прикрытая балдахином.       Дафна вытащила палочку, чтобы поднять и Вириала... но тот внезапно превратился... Дафна не успела рассмотреть подробности, точно что-то кошачье, но заметно меньше тигра, и точно не полосатое, и это... львица(?) в три прыжка, глубоко вонзая когти в дерево, забра­лась на платформу, где обернулась обратно в человеческий облик.       — Стоп-стоп-стоп! — Дафна выставила перед собой волшебную палочку. — Где настоя­щий Вириал!? Я помню, что его анимагическая форма — тигр!       — ВТОРАЯ анимагическая форма, — поправил волшебник, не поднимая палочку.       — ЧЕГО!?       — Первую ты видела только что, фамильная, все мои предки, по крайней мере по муж­ской линии, превращались в кугуаров, горных львов, это тотем племени моего далёкого пред­ка, который, собственно и дал роду фамилию. А позже я освоил боевую форму, тигриную... Надеюсь, эта ветка выдержит...       Вириал скрутился и обернулся полосатым тигром. Платформа действительно накренилась в его сторону. Поэтому Вириал спешно обернулся обратно.       — Это... невозможно... профессор Макгонагалл говорила, что может быть только одна анимагическая форма...       — Странно... у меня их три... правда, все кошки... Но я знаю волшебника, у которого пять анимагических форм, в том числе медведь и паук, и он собирается расширить их количество...       — С другой стороны — логично... Министерство сойдёт с ума, описывая все формы даже одного такого анимага...       — У вас не регистрируют анимагов? — удивился Вириал.       — Регистрируют... — Дафна вспомнила, как в детстве хотела стать анимагом, и даже держала во рту какой-то корень, типа мандрагоры, чтобы подготовиться, вот дед (тогда ещё был жив и был лордом Гринграсс) и объяснил, что овладение анимагией — это лишь сту­пенька, причём лёгкая, а потом надо будет РЕГИСТРИРОВАТЬСЯ в Министерстве, и это бу­дет сложнее, чем научиться превращаться в животное! — но самих анимагов за целый век не наберётся и десятка, поэтому в министерстве нет специального отдела, занимающегося дела­ми анимагов. Ими занимается Департамент регулирования магического правопорядка...       Дафна присела на кровать. Волнения вечера, событий которого, казалось, должно хва­тить на целый месяц, подкосили её.       — Не будешь против? — Вириал покосился на кровать, но держал в руке увесистую ветку, похоже недавно поднятую манящими чарами.       — Вместе теплее, — решилась Дафна, и похлопала по мягкой простыне. Из чего бы её ни трансфигурировали, она была мягкой, у самой Дафны так не получалось, она даже боя­лась, как бы родители не придумали в качестве наказания заставлять её спать на ей же транс­фигурированных простынях.       Вириал забрался на кровать, и притянул Дафну к себе. И объятия — Дафна вз­глянула на кровавое кольцо, кровь и не думала застывать — мужа словно оградили от забот и тревог. Дафна, наконец, расслабилась и провалилась в сон.

***

      Проснулась волшебница от бьющего в глаза света и только после этого ощутила дис­комфорт. Под мантией вместо халата снова была ветка.       Но рядом спал... Дафна вновь взглянула на созданное из крови обручальное кольцо, у Вириала было такое же, и как и у неё, кровь не думала засыхать или сворачиваться, кольцо всё такое же кроваво-красное, и кажется, жидкое.       Дафна расстегнула уцелевшие пуговицы мантии, сбросила её и отшвырнула выпрямляю­щуюся ветку. И тут её как молнией ударило: кровать и платформа ведь ТОЖЕ трансфигурированные!       Впрочем, и то, и другое так же крепко держалось на ветках дерева, кажется, не собира­ясь возвращаться обратно в ветки или из чего там Вириал трансфигурировал кровать.       — Многообещающее начало, — услышала Дафна за спиной голос мужа.       — Ой, — девушка быстрее молнии накинула мантию и привычно запахнула её, скрывая своё тело. — Вчера я трансфигурировала себе халат, а ночью трансфигурация рассеялась...       — Бывает...       — А вот это вот... — Дафна обвела рукой платформу и кровать. — Не вернётся?       — Моей трансфигурации хватает на сутки, — Вириал без палочки направил лёгкие манящие чары на мантию Дафны, словно невидимой рукой подтягивая её к себе. — Но если тебе страшно...       — Что ты делаешь!? — Дафна почти не сопротивлялась.       — Я лежу точно над одной из веток. И если вдруг что — отсюда падать всего 50 санти­метров!       — Коварный! — Дафна отпустила мантию и позволила её полам разойтись. А для за­крепления эффекта, перекинула ногу и уселась мужу на бёдра. — И тебя не пугает дополни­тельный вес?       — Ну, тебя же не пугает что повязка слетела?       Дафна скользнула взглядом вниз, убедилась, что мантия, как и требовалось по плану, частично обнажает её тело, и была вынуждена признать: повязка через ключицу от ночного сна (или, что вероятнее, из-за ночного купания и ставшего веткой халата) сползла почти пол­ностью. На месте остался только тот кусочек, что прилип к кровяной корке, покрывающей рану.       — Ну, ты же это исправишь? — Дафна без напоминаний подняла вверх руку.       Вириал первым заклинанием полностью удалил измазанную кровью повязку, а вторым наложил новую.       — Здесь уже зарубцевалось, со спины ничего не могу сказать.       — Хочешь сказать, у меня тут будет огромный безобразный шрам!? — притворно оби­делась Дафна.       — Не огромный и не безобразный, если, конечно, ты не начнёшь его расчёсывать... но, думаю, ближайший год платье с открытыми плечами тебе лучше не надевать...       — Может, мне лучше вообще ничего не надевать? — Дафна повела плечами заставив мантию соскользнуть с плеч.       — А как же рамки приличий? — Вириал подтянул жену и поцеловал.       — А мы на целый год останемся здесь... — пошутила Дафна. — На этой самой ветке...       — Не получится... мне придётся разговаривать с твоим отцом, чтобы урегулировать воз­можные конфликты между нашими родами, а потом таки заказать настоящие обручальные кольца, эти, — показал своё, чуть шире чем у Дафны. — Выглядят несколько вызывающе.