Камень цвета крови

Даламар долго не мог решить, рассказывать ли Конклаву о случившемся или нет. С одной стороны, Конклав не обрадуется тому, что Рейстлин до сих пор жив, хотя мог быть уже мертв. А с другой стороны, может быть, Конклав переменит свое мнение относительно архимага – все-таки он спас Даламару жизнь. Темный эльф, отложив перо, откинулся на спинку кресла и немного размял раненое плечо. Закрыв глаза, он представил себе Пар-Салиана, этого напыщенного старикана в белой мантии. -Он спас тебе жизнь, чтобы ты поверил в его добрые намерения, - скрипучим голосом проговорил архимаг. – Какие у черного мага, тем более у такого как Маджере, могут быть добрые намерения? -И тем не менее вы возложили на меня эту миссию, - возразил эльф, ухмыльнувшись. – И что бы вы делали, если бы я умер? Подослали бы ему еще кого-нибудь? «Это все равно звучит неубедительно, - подумал Даламар и вновь взялся за перо. – Я темный маг, и мне ничего не стоит солгать. Даже Конклаву». Он решил, что будет лучше для всех, если он напишет, что ничего не произошло и не происходит. Рейстлин занимается его обучением, читает магические книги, проводит опыты с заклинаниями – совершенно обычная жизнь мага-затворника. Конечно, темный эльф не исключал, что Маджере и в самом деле что-то затевает, но пока что не было оснований полагать, что это что-то может быть опасным. К тому же, после вчерашнего, Даламар был уверен, что сердце Рейстлина не было таким черным, каким его представляют другие маги. Сегодняшний день они посвятили книгам, сидя в кабинете у камина, где был слышен лишь треск дров в камине и тяжелое, немного хриплое дыхание Рейстлина. Он сидел, вжавшись в мягкую спинку кресла, и держал книгу на коленях, водил пальцами по строчкам, словно считывая начертанные знаки самой кожей. Иногда он, не отвлекаясь, брал бокал второй рукой, делал глоток и ставил его обратно на стол. Даламар сидел напротив, его темные зрачки, отражающие золотой свет пламени, бегали туда-сюда, он внимательно вчитывался в текст, написанный языком магии. Захватывающий том – написанный самим Рейстлином, - и темный эльф по достоинству оценил его труд. Аккуратным разборчивым почерком написанные слова, никакой ненужной информации, но и не сухая теория. Схемы, нарисованные чернилами разных цветов, дополняли текст, и Даламар про себя отменил, что помимо прочего Рейстлин хорошо рисует. Внезапно он почувствовал на себе пристальный взгляд – и поднял голову. Рейстлин смотрел на него, задумчиво и отрешенно, и можно было подумать, что он и не видит Даламара вовсе, но нет. Он смотрел именно на эльфа, любуясь его юностью и красотой. Юноша удивленно вскинул бровь, и Рейстлин, покачав головой, снова опустил взгляд в книгу. Они не перемолвились ни словом до самой ночи, когда пора было ложиться спать. Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись по своим комнатам. -Мне подумалось тогда, что сама судьба свела нас вместе, - прошептал эльф, сплетая свои пальцы с тонкими пальцами Рейстлина. – Как ты думаешь, кто из богов причастен к этому? Рейстлин усмехнулся и задумчиво посмотрел в потолок, словно бы его не было, словно бы над ними было чистое звездное небо. -Может быть, сам Паладайн?.. Осень в Палантасе холодная, но красивая. Деревья меняют свои цвета, резко переходя с изумрудно-зеленого на ярко-оранжевый. Листва золотом переливается в пока еще теплых лучах осеннего солнца. Дни становятся короче, а ночи - длиннее, и звезды богов бриллиантами сияют на черном небесном полотне. Осень была напряженным временем года, когда летние праздники завершались, и пора было готовиться к зиме, но даже несмотря на каждодневную суету, мирным палантассцам нравилась осень. Рейстлин не любил осень. Он не любил этот резкий переход, когда ночь опускается на город слишком рано, и уже около семи вечера начинает клонить ко сну. Он не любил осеннее солнце, которое более не согревало каменные стены башни, и холодный ветер, задувавший в щели старых окон. Он не любил осень, потому что видел ее даже тогда, когда ее не было - увядание, старение, он видел это каждый день своими проклятыми глазами... Холодный влажный воздух пробирал до костей, но Рейстлин не хотел закрывать окно. Внизу, на улице занимался Даламар. Решив, что его заклинание уже готово, эльф захотел испытать его в реальных условиях. И сейчас, стоя между башней и рощей, он вызывал молнии и посылал их в мертвые деревья, которые оставались безучастными к его магии. Рейстлин наблюдал за учеником и гордился его успехами. Наблюдал и любовался его пока неувядающей красотой. Плавные движения эльфа были похожи на грацию кошки, его черные шелковые волосы красиво развевались на ветру, и золотые листья, принесенные из города сильными потоками воздуха, путались в его прядях. Рейстлин не смог сдержать улыбку, наблюдая, как молодой эльф безуспешно пытается выпутать листок из своих волос, ругаясь на эльфийском языке. Мгновение - и, очутившись у стены башни, Маджере неторопливой походкой подошел к Даламару. -Утомился? - спросил он и спрятал руки в рукавах мантии - здесь было холодно. -Немного, шалафи, - ответил эльф и все-таки достал злосчастный листочек и пустил его по ветру. Золотые глаза следили за его полетом, пока лист не скрылся из виду. -Шалафи, может быть, пообедаем здесь? - неуверенно проговорил Даламар. - Знаю, вид здесь не очень, но вам нужен свежий воздух. А сегодня такая хорошая погода. -Да, - ответил маг прежде, чем успел подумать. - Конечно. Темный эльф улыбнулся уголками губ. -Тогда я принесу еду и покрывала. Юноша исчез. Рейстлин глубоко вдохнул свежий воздух и поднял глаза к небу. Солнечные лучи приятно согревали кожу, вид ясного, чистого неба успокаивал. В самом деле, если не считать своих вылазок в библиотеку Палантаса, сколько раз Рейстлин бывал на улице? Почти ни разу за несколько месяцев, с тех самых пор, как он стал хозяином башни... Даламар вернулся быстро. Расстелив покрывала на земле, он достал из корзины холодные овощи, оставшиеся с завтрака, фрукты, сладости и вино. Маги уселись, поближе к башне, чтобы не чувствовать сильного ветра, и приступили к трапезе. -Честно говоря, - начал эльф, наливая теплое вино в бокалы, - я не ожидал, что вы согласитесь. Рейстлин кивнул и взял предложенный бокал. -Вы ведь наблюдали за мной? Как вам мое заклинание? -Неплохо, Даламар, - тихо ответил Рейстлин, и его голос был не громче шороха осенней листвы. - Но оно довольно долгое, ты должен сократить время призыва молний. -Не уверен, что это возможно, шалафи, - возразил Даламар, нахмурившись. - Заклинание есть заклинание, если я произнесу его быстрее, могу не получить результата вовсе. Рейстлин усмехнулся. -Когда я был учеником, таким как ты, то тоже думал, что многое невозможно. В частности, я не верил, что можно сотворить огненное заклятие без специального компонента. -Но ведь... Этого нельзя сделать, - озадаченно произнес темный эльф. -Я так думал, пока мой наставник не доказал обратное. Рейстлин лишь на мгновение прикрыл глаза и вытянул руку вперед, и с его пальцев сорвались маленькие огоньки, которые улетели в рощу и исчезли там, растворившись в мертвой магии. Даламар, считавший, что в жизни его уже ничем не удивишь, разинул от удивления рот. -Как вы это сделали? -Научился в свое время, - уклончиво ответил архимаг и сделал глоток вина. - Нет, не спеши, ученик, - сказал он, когда Даламар чуть было не поднялся. - У тебя есть время, успеешь. Эльф кивнул и задумчиво опустил взгляд. -Я столько еще не знаю и не умею, - удрученно произнес он. - Я, эльф, чья жизнь гораздо длиннее человеческой... Мне почти девяносто, а я не знаю и малой части того, что знаете вы. -Если будешь так говорить, то никогда и не узнаешь, - хмыкнул Рейстлин и взглянул на свои руки. - Вот скажи мне, что ты видишь? Даламар поднял удивленный взгляд, полагая, что маг шутит, но Рейстлин был серьезен. Он вытянул одну руку и положил ее на покрывало рядом с кистью эльфа. -Ты видишь всего лишь тонкую руку с желтой кожей, проступающие вены, выпирающие кости, - ответил за него Рейстлин. - Знаешь ли ты, что вижу я? Даламар помотал головой. -Я вижу дряхлую, иссохшую руку старика, обескровленную, разлагающуюся, рассыпающуюся в прах... Я вижу растрескавшиеся кости и гнилую плоть. Эльф вздрогнул от этих слов и замер, чувствуя, как замерзает из-за холодного ветра и этих страшных слов. -Но твоя рука, рука эльфа, в порядке. Она живая и теплая. Рука совсем юного эльфа, - Рейстлин вздохнул и перевел взгляд на небо. Солнце уже садилось и слепило глаза, и маг чуть прищурился. - Такова расплата за жестокость и могущество. Я вижу смерть и разрушение, живое становится мертвым в моих проклятых глазах. Но ты... Ты, мой ученик. Эльф. Более того, совсем молодой эльф. Может быть, все не так уж и плохо, раз судьба сделала мне такой подарок и сделала моим учеником юное нестареющее существо? Рейстлин поднялся, поправил мантию и направился к башне. -Завтра я научу тебя колдовать быстрее. Приберись тут и не мешай мне до завтрашнего дня. Даламар поспешно поднялся и поклонился уходящему магу. Рейстлин переместился в свой кабинет и закрыл окно. Он позволил себе слишком многое. Нельзя поддаваться слабостям, особенно если слабость заключалась в этом юном эльфе. «Непозволительно юном», сказал про себя Рейстлин, глядя на огонь в камине. Услада для его проклятых глаз. Иногда он думал, почему все-таки эльф? Почему именно он согласился на то, чтобы выполнить поручение Конклава? Неужели эльфы более бесстрашны, чем люди? Или просто остальные шесть магов получили белые мантии? В необъяснимой ярости Рейстлин стукнул кулаками по столу. -Надо избавиться от него, - прошептал он сам себе. - Надо избавиться от него. Внезапно в комнате раздался женский резкий смех, и Рейстлин вздрогнул, узнавая этот голос. Огонь в камине потух, и в кабинете стало темно и холодно, как в Бездне. -Избавиться от юноши, надо же, - пропел голос, эхом отражаясь от каменных стен. - И что прикажешь ему делать? -Пошла прочь, - прошипел Рейстлин, но Такхизис лишь громче рассмеялась. -У мальчишки талант, Рейстлин, и ты это знаешь. -Замолчи. -Ты же не хочешь, чтобы этот талант пропал. Бедный мальчик. Никто не научит его магии... -Смолкни! -Прогони его, Рейстлин, - прошептала Богиня тьмы, и архимаг почти физически ощущал ее присутствие, хотя это было невозможно. - Прогони его, он тебе не нужен. Тебе нужна сила, власть, и я могу дать их тебе... -Убирайся в Бездну, - прошипел маг, сжав кулаки. Такхизис снова рассмеялась, а потом исчезла также внезапно, как и появилась. У Рейстлина подкосились ноги, и он устало рухнул в кресло, откинув голову. Черт бы побрал эту Такхизис! Ей самое место в Бездне, так пусть и сидит там и не сунет свой нос куда не надо. "Сила и власть", эхом прозвучало в голове мага, и он нахмурился. "Нет. Я не поведусь на ее уловки", твердо решил Рейстлин, хотя капля сомнения разъедала его разум, словно кислота. "Если бы я только мог избавиться от проклятия..." подумал он и поднялся с кресла. Пройдя мимо камина, он вышел в холодный мрачный коридор башни и, секунду постояв там, переместился в библиотеку. Он провел там все время до самого рассвета, и даже когда свечи догорели, он не отвлекся от своих поисков. Но все, что ему удалось найти, это само происхождение этого проклятия, но нигде не описывался способ, как от него избавиться. Когда начало светать (солнечный свет не достигал нижних этажей башни, но Рейстлин чувствовал время и мог с большой точностью сказать, что солнце уже наполовину поднялось из-за горизонта), он решил, что стоит попросить помощи у Астинуса. Маг устало потер глаза. У него было около часа до того, как проснется Даламар. Нужно хотя бы подремать, иначе у него совсем не будет сил научить юношу колдовать быстрее, чем это возможно. Откинувшись в кресле, Рейстлин накинул на лицо капюшон и закрыл глаза, вслушиваясь в звенящую тишину башни. Сон пришел быстро... Ровно через час архимаг проснулся. В башне было все так же тихо, и, кажется, Даламар до сих пор спит. Это и к лучшему, у Рейстлина еще есть немного времени, чтобы подготовиться к уроку. Неторопливо выйдя из библиотеки, он переместился к двери своего кабинета, и внезапно понял, что что-то с ней было не так. Она была... зачарована? Рейстлин удивленно моргнул. Он был уверен, что темный эльф еще даже не проснулся, ведь было еще очень рано, даже не время для завтрака, не говоря уже о занятиях. Но, очевидно, тяга к знаниям сильнее, и Даламар проснулся как можно раньше, чтобы быстрее постичь секреты учителя. Маджере ухмыльнулся, простеньким заклятием снял зачарование с двери и вошел в кабинет. -Доброе утро, шалафи, - воскликнул эльф, поднявшись со своего излюбленного кресла у камина. Рейстлин кивнул в ответ, чувствуя, что голова начинает болеть – все-таки не стоило сидеть в библиотеке до зари. -Признаться честно, - тихо произнес он, подходя к своему столу, - я не планировал наше занятие так рано, но раз уж ты здесь, начнем прямо сейчас. Кажется, Даламар просто светился от счастья. -К тому же, - добавил Рейстлин, - я хотел бы сегодня сходить в Палантасскую библиотеку. Ты пойдешь со мной. Темный эльф не смог сдержать счастливой улыбки, как ни старался. Сжимая в руках одну из своих книг, он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая приказаний учителя. Тот, задумчиво стоя у стола, вдруг развернулся и, загадочно ухмыляясь, подошел к двери. -Идем, ученик. Они вышли в коридор, и Рейстлин, положив Даламару руку на плечо, перенесся вместе с эльфом на первый этаж. Рядом с кухонным помещением находилась небольшая кладовка, где хранилась всякая бытовая утварь. Маджере направился прямо к ней, изрядно удивив своего ученика. Даламар, однако, вопросов не задавал, полагая, что с минуты на минуту поймет, что же Рейстлин задумал. Но когда архимаг вышел из кладовки, держа в руках несколько крепких, гибких прутьев, отломанных от метлы, темный эльф не удержался. -Шалафи, а это еще для чего? -Увидишь, - коротко ответил Рейстлин и направился к выходу из башни. Погода стояла отвратительная, и у Рейстлина это вызвало чувство дежавю. Маг накинул на голову капюшон, защищаясь от мелко моросящего дождя, Даламар сделал то же самое. Они вышли на площадку между башней и рощей, предназначенной, судя по всему, именно для практических занятий магией. Из-за мелкого дождя земля размылась, ступать по грязи было скользко, и маги шли медленно. Придя на место, Рейстлин пару раз взмахнул прутьями, проверяя их прочность. Пруты со свистом рассекли воздух и дождь, и маг удовлетворенно кивнул. -Давай, ученик. Твори свое заклинание. Рейстлин отошел чуть назад, а Даламар, удивленно моргнув, повернулся к роще. В голове вспыхнули огнем слова заклинания. Он вскинул руки, сплетая пальцы в замысловатую фигуру, и начал произносить первые слова, как вдруг спину поразила острая боль. Эльф зашипел и рухнул на колени, впечатавшись в грязь. -Мертв, - произнес Рейстлин, подойдя ближе. – Еще раз. Даламар стиснул зубы и, потирая ушибленную поясницу, поднялся на ноги. Вот что задумал Рейстлин. Элементарное упражнение на скорость. Темный эльф сосредоточился. Да, он понимал, что будь это настоящий бой, он и правда был бы мертв, но этой стимуляции было недостаточно – он все равно не знал, как сотворить заклинание быстрее. Он оглянулся на Рейстлина, словно бы в нем заключалась подсказка, но нет. Маджере стоял, сложив руки на груди. Его мантия уже намокла, но он стоял прямо и наблюдал за учеником. Подавив вздох, Даламар вновь повернулся к роще. Он сосредоточился, но не успел даже начать, как получил новый удар. -Медленно, - негромко воскликнул Рейстлин. -Но, шалафи... -Никаких «но, шалафи», Даламар. В бою нет никаких «но, шалафи», есть только ты, твоя магия и враги. Даламар сжал кулаки и снова получил удар по руке. Удар был не сильный, но неожиданно точный, и левая рука эльфа онемела на какое-то время, он не мог ей пошевелить. А Рейстлин ткнул прут ему в грудь. -Время всегда против нас, - произнес он. – И если у тебя плохо с воображением, я тебе помогу. Внезапно прут в его руке начал прямо на глазах превращаться в превосходный стальной меч, и Даламар удивленно ахнул. -Нет, это всего лишь иллюзия, - пояснил Рейстлин, показывая на прут, который еле-еле виднелся в полупрозрачном основании меча. – Но все-таки убедительная, верно? Даламар кивнул – меч выглядел совсем как настоящий. -А теперь смотри, - сказал архимаг и повернулся к роще. Он вытянул вперед вторую руку, и в ближайшее дерево мгновенно ударила молния. -Ты сказал, что готов применять заклинания в «реальных» условиях, - проговорил Рейстлин, наблюдая, как мертвое дерево буквально поглощает его магию. – Представь, что условия не изменились. Ты смог сделать это в зачарованной комнате, сможешь и здесь. Он сделал шаг вперед и стал сбоку от эльфа. По острию меча барабанили капли дождя и стекали на землю. Даламар взял себя в руки и снова начал читать заклинание. -Ты покойник! – громко выкрикнул Рейстлин, как если бы старался перекричать целую армию, и замахнулся своим мечом. В воздухе раздался свист, и Даламар, испуганно зажмурившись, поднял левую руку, защищаясь от удара, а правой, сам того не ожидая, выпустил молнию. Фиолетовая вспышка отразилась от меча, развеивая иллюзию, и с грохотом ударила в воздух. Когда шум стих, Даламар открыл глаза и немедленно получил новый удар теперь уже по правой руке. -Хорошо, - Рейстлин кивнул. – Но ты закрыл глаза. Никогда не закрывай глаза. Потирая руку, Даламар кивнул, чувствуя, что сейчас он способен на что угодно. Дождь пошел сильнее, капли попадали в глаза, но эльф не сдержал улыбки. Вскинув руку, он выпустил еще одну молнию в рощу, и та угодила в то же дерево, в которое прежде попал Рейстлин. -Вот так, - Маджере улыбнулся. – Видишь, ничего сложного. – А теперь идем, - позвал Рейстлин, уже направляясь к башне. - У нас есть еще дела. Дождь полил сильнее, и архимаг был только рад, что у Даламара все получилось до того, как пошел настоящий осенний ливень. В башне они разошлись по своим комнатам, чтобы переодеться в чистую, сухую одежду, а потом вновь встретились в кабинете Рейстлина. Даламар, как обычно, принес обед, и они сели у камина за круглый столик. -Получается действительно очень быстро, - проговорил Даламар, чувствуя, как постепенно восполняются его силы. -Да, - Рейстлин кивнул. - Я сам был поражен, когда меня научили этому. -Где вы этому научились? Маджере сделал глоток теплого вина, прочищая горло, и заговорил: -После того, как я прошел Испытание, ни один маг в башне не захотел обучать меня. Даже старик Антимодес, мой покровитель. Поэтому мы с братом вступили в армию наемников, где был один маг... - Рейстлин улыбнулся. - Мастер Хоркин. -Он был белым магом? - спросил Даламар. -Он не принадлежал ни одному из орденов. Он не захотел проходить Испытание, но, думаю, он был бы красным магом. Хоркин утверждал, что может общаться напрямую с Лунитари и называл ее "моя дорогая Луни", - Рейстлин не сдержал улыбки, вспоминая их споры о богах магии. -Свихнувшийся... – удивленно пробормотал темный эльф. -Я тоже так подумал. Вначале. Но он был хорошим магом. У него я научился большему, чем за все время до этого. Прикрыв глаза, Рейстлин погрузился в воспоминания. Как хорошо он помнил их первый урок, когда старина Хоркин так ловко одурачил его трюком со вспыхивающим порошком. Не говоря уже о том, что Рейстлин тогда был очень счастлив, что для него было несвойственно вовсе. Впервые после Испытания он почувствовал, что все не так уж и ужасно, и что цвет его кожи или волос не помешают ему стать сильным магом и многому научиться. Так и случилось, хотя из всех людей, с кем Рейстлину приходилось встречаться, один только Хоркин не испытывал к нему отвращения. Наверное, это можно считать везением, мастер Хоркин научил его самым основам магии, и если бы не он, то сейчас Рейстлин бы не умел и половины того, что умеет. "Интересно, где он сейчас?" подумал Рейстлин и, допив свое вино, поднялся. -Идем, Даламар. Нам пора. Даламар немедленно подскочил с места и выбежал из кабинета следом за учителем. -Только оденься теплее. В библиотеке еще холоднее, чем здесь. Даламар кивнул и "сходил" в свою комнату за теплым плащом. Они встретились уже внизу, у ворот. Дождь перестал лить так сильно, а в роще его и вовсе не было - мертвые деревья не пропускали ни солнечного света, ни дождя, ни снега. Даламар, уже привыкший к ужасающему лесу, шел спокойно, стараясь не обращать внимания на тянущиеся из земли кости и на черные ветви, больше напоминающие чьи-то костлявые конечности. Он не хотел казаться слабым, хотя внутри все дрожало от страха, сколько бы он себя ни убеждал, что это всего лишь магия и что ему ничего не грозит. В Палантасе было тихо. Из-за дождя улицы пустовали, и на пути магов встретилась лишь кучка играющих под дождем ребятишек, которые тут же разбежались, стоило им заметить вдали две фигуры в черном. Рейстлин и Даламар беспрепятственно дошли до библиотеки. Их встретил эстетик в белом, которого Рейстлин знал очень хорошо. -Астинус сегодня не принимает, - заикающимся голосом произнес Бертрем, впустив магов в помещение. Вода стекала с их плащей, и эстетик с сожалением посмотрел на те лужицы, что образовались на мраморном полу. -Нам не нужен Астинус, - ответил Рейстлин. - Если братья-эстетики не возражают, мы побудем в Зале Магии*. -Д-да, конечно, - Бертрем кивнул и пропустил магов. Соответствуя этикету, он спросил: - Вы будете искать что-то определенное? Нужна ли вам помощь? -Нет, помощь не потребуется, - тихо проговорил Маджере и двинулся вперед. Темный эльф неслышной поступью последовал за ним. Кроме эстетиков, круглосуточно заседавших в библиотеке, и них самих тут никого не было. В глухом помещении был отчетливо слышен барабанящий по окнам дождь. Тяжелые капли бились о стекла и разбивались на маленькие брызги. Равномерный шум убаюкивал и успокаивал. Маги прошли в большой Зал Магии, который сам по себе уже был маленькой библиотекой - тут хранились все те магические книги, которым не нашлось места ни в одной из башен. Большинство томов были либо бесполезны вовсе, либо не представляли интереса для магов современности, однако избавляться от бесценных фолиантов было бы кощунством. Так что все они теперь пылились в Палантасской библиотеке, дожидаясь, когда кто-нибудь обратит на них внимание. -Что вы хотите найти? - тихо спросил Даламар, оглядывая тянущиеся вдаль высокие стеллажи с книгами. -Кое-что... - неопределенно пробурчал Рейстлин, задрав голову, словно бы одним взглядом он мог найти то, что ему было нужно. - Нет, я не скажу тебе, что я ищу, - резко сказал он, когда эльф уже собрался задать следующий вопрос. - Будет лучше, если ты не станешь мне мешать. Займись тем, что тебе по душе. Уверен, здесь ты найдешь то, что тебя заинтересует. "Ну еще бы", обиженно подумал Даламар. И даже не то, что он должен шпионить для Конклава, сыграло главную роль. А самое что ни на есть природное любопытство. Рейстлин, конечно, не любил сильно распространяться о своих планах, но и особо скрытным Даламар назвать его не мог. А сейчас он так прямо и заявил - не скажу. Что-то тут нечисто. Тем не менее, под пристальным взглядом учителя юноше пришлось чем-то себя занять. И лишь когда Рейстлин удостоверился, что ученик поглощен совсем другими мыслями, он взялся за свой поиск. Он провел в библиотеке все время до самого заката. Вот и еще один минус осени - солнце начинает садиться слишком рано. Тем не менее, Рейстлин был разочарован. Он не нашел ничего, что могло бы хоть как-то указывать на его проклятие или на другие источники, где оно могло бы упоминаться. Он даже подумал попросить помощи у Астинуса, но рассудил, что если бы тот хотел помочь, то уже бы давно дал ему подсказку. Но этого не произошло, и маг был в крайне ужасном расположении духа. Кинув беглый взгляд на Даламара, Рейстлин немного расслабился. Ученик сидел за столом, увлеченный книгой о древних заклятиях, которыми маги-современники фактически не пользовались. Эльф то и дело откидывал с лица эти назойливые пряди, то и дело нетерпеливо сдувал их с глаз. Рейстлин, сам себя удивляя, улыбнулся уголками губ, наблюдая за учеником. По крайней мере, на этого эльфа проклятие не слишком сильно действует. Глубоко вдохнув воздух, маг закашлялся. Скорее от пыли, но это стало началом его очередного приступа. К тому же, он давно уже не пил свой чай, и сейчас было самое время. Даламар немедленно подскочил со своего места и подбежал к учителю, как только услышал его кашель. Подставив руки, он помог Рейстлину подняться, и тот, благодарно кивнув, встал с кресла. Темный эльф кинул беглый взгляд на книги, будто бы спрашивая, что с ними делать. Рейстлин с сожалением взглянул на высокую стопку. -Надо поставить их на место, - тихо проговорил он, стараясь не нарушать тишину библиотеки. Даламар послушно расставил все книги по местам, и вместе с Рейстлином они направились к выходу. -Вы нашли то, что искали, шалафи? - спросил он, поддерживая Рейстлина под руку. Тот лишь покачал головой и прижал платок к губам, пока еще сдерживая подступающий приступ. Бертрем, не скрывая своего облегчения, закрыл за ними дверь и со спокойной душой вернулся к своим повседневным делам, а маги направились к башне. Сильный ветер разогнал облака, и теперь на небе, подобно золотой монете, сверкало солнце. Краешек его уже коснулся горизонта, а небо вокруг стало темнеть, превращаясь из лазурно-голубого в насыщенно-фиолетовый. Противный холодный ветер трепал волосы и мантии, пробирал до костей. Людей на улицах было мало, и чем больше маги приближались к башне, тем меньше прохожих они встречали. Заброшенный квартал у самой рощи пах пылью, тленом и страхом. Дойдя до башни, Рейстлин уже не мог сдерживать кашель. Он раздирал мага, заставляя его плеваться кровью, легкие горели адским огнем. В такие моменты острого приступа Маджере малодушно думал о том, что если его убьет не магия, то кашель уж точно не оставит от него ничего. Оставалось лишь надеяться, что кое-кто внутри мага не допустит его смерти. "Слабое утешение", подумалось Рейстлину. Они уже были в его кабинете, и Даламар поспешно заваривал гадкий отвар. Отвратительный запах заполнил комнату, Рейстлин против воли поморщился, пряча лицо от эльфа. Платок, пропитанный кровью, он без сожаления кинул в огонь и принял из рук юноши кружку горячего чая. -Сколько вы спали, шалафи? - заботливо спросил тот, присаживаясь перед креслом учителя на корточки. Рейстлин сделал несколько глотков и замер в ожидании, когда боль в груди немного успокоится, и только потом слабым сиплым голосом ответил: -Мало. -Но вы сами говорили, что магам необходим отдых. Урок четвертый... -Магам необходим отдых, - раздраженно начал Рейстлин, - когда они тратят много магической энергии, Даламар. - Прокашлявшись, он выпил еще немного. - В остальных случаях маг такой же человек, как и все. Он видел, как эльф покачал головой, явно не соглашаясь ни с одним доводом, но больше ничего не сказал. Он и в самом деле чувствовал себя уставшим, глаза закрывались сами собой, а кашель забирал последние силы. -Пожалуй, ты прав, - сказал он, поставив кружку на стол, - и мне стоит отдохнуть. Опираясь на посох, он поднялся с кресла и в мгновение ока исчез, не сказав ни слова. Даламар вздохнул. Теперь он был предоставлен сам себе. Решив еще немного позаниматься, он перенесся на площадку возле башни и продолжил практиковаться в заклинаниях, а Рейстлин плотно запер окно в своей спальне и лег в постель. Сон настиг его немедленно, стоило голове коснуться подушки. *Автор понятия не имеет, как устроена Палантасская библиотека. Импровизация.