Чего стоят крылья (Круги на воде-2)

Неприятности подкрались там, откуда не ждали. Песни покойного “Имболга” в минимальной обработке в городе пришлись настолько к месту, что “Hombre” остались на несколько дней сверх запланированного. Но все, однако же, кончается. Пришла пора и им отправляться дальше. Сначала хотели устроить проводы в “Орхидее”, но Мишка “бабское кафе” забраковал и предложил двинуть в “местечко поинтереснее”. Местечко оказалось злачным. Подвальчик, куда бывший бригантиновский гоблин привел всю честную компанию, назывался “Картофель и овощи” и найти его было весьма непросто. С Папанинского проезда нужно было свернуть на Второй Казенный переулок, а оттуда попасть на Скатную площадь, чтобы выйти на улицу 350 летия, где, на перекрестке с улицей Перевыполнения, рядом с памятником защитникам города и располагался искомый подвальчик со входом, напоминавшим вход в не то в бомбоубежище, не то в подвал. Мишка рассказал зарубежным гостям, что когда-то здесь и вправду располагался овощной склад, но потом его выкупили свойские ребята и устроили здесь винный погребок для знатоков. По словам Мишки в “Картофеле и овощах” можно было найти пойло почти что на любой вкус. Зал со сводчатым потолком, расположившийся в подвале, был небольшой, но казался огромным из за двух зеркал во всю стену, расположенных друг напротив друга. По легенде, когда-то здесь был монастырь, на месте которого построили склад, затем переоборудованный в выставочный центр, и подвал - все, что от него осталось. Поговаривали и о каких-то тайных подземных ходах, якобы, ведущих от этого места за реку, но их найти не доводилось никому и никогда. Доподлинно не известно, какая муха укусила Игорька, подбившего остальную мужскую часть компании устроить алкогольный забег “до встречи под столом”. То ли просто по приколу, то ли Зеркалу мелкую подлость решил устроить, за повешенную на свою персону охрану. Тем более, что со всеми “гоблинами” Зеркало за время пребывания в городе рок-группы успел перезнакомиться. -Хороший ты парень, Зеркало! - хлопал его по плечу Михаил. - Я бы с тобой нажрался. -Не советую, - спокойно ответил Зеркало. -Что, не употребляешь, что ли? - обалдел Мишка -Наоборот. -Не понял… Ладно, давай коньячку за дружбу и дальнейшее сотрудничество. Зеркало не отказался. После третьего бокала Мишка почуял неладное и перешел на минералку. Магделену очень порадовало, что в России наливают с 18. В родной стране ей не продали бы алкоголь до 21. Она попробовала “Бейлис” и скривилась. -Шоколад поддельный. Сливки не имеют никакого отношения к коровам. Фу. А вот вино здесь вкусное. Интересно, на вынос продают? Хочу прихватить пару бутылок для папы. Мышь наслаждалась вкусом. Вино отдавало черной смородиной, ржаным хлебом и мятой, а в послевкусии таился намек на изюмную сладость. “Пожалуй, тоже надо заныкать бутылочку”. Солист группы презентовал Магдалене целый ящик, который был переправлен в багажник “почтенного зеленого дракона”. Бармен, который попутно был и одним из хозяев заведения, как оказалось, был старым фанатом “Имболга” и слышал “панков” на Дне города, а после не пропустил ни единого их концерта и почел за честь принимать в своем заведении тех, благодаря кому любимые песни обрели новую жизнь. Результатом проводов по полной и вдосталь налюбовалась охрана старой дачи, когда далеко за полночь в ворота вкатился “почтенный зеленый дракон”. За рулем сидел мрачный и трезвый Зеркало, в среднем ряду румяные и веселые Мышь с Магдаленой, а в багажник, вместе с ящиком дареного вина, сгрузили бесчувственную тушку Игорька. Зеркало распахнул заднюю дверь: -Это ваше. Забирайте. -Ни фига себе! - присвистнул начальник смены. - Братан, ты где и с кем так нажрался?! Братан ничего не ответил, ибо изображал из себя бревно. Спросили Маринку. Та выдала все пароли и явки и со спокойной душой ушла в дом вместе с Магдаленой. -Барышни, мои услуги вам больше не нужны? - спросил Зеркало. - Тогда я откланяюсь, с вашего позволения. Когда ничьи посторонние уши не смогли бы их услышать, Мышка спросила у Магдалены, как получилось, что пьяными оказались все, кроме Зеркала. Игорек допился до состояния бревна, сильно нетрезвый Михаил уехал домой на такси, да и прочие гоблины либо разъехались на такси, либо пошли ночевать к знакомым. За руль не садился никто. -Зеркало не пьянеет, - пояснила заокеанская подружка, - Совсем. Папа его за это ценит. Никто по пьяни не выведает у него никаких секретов. Зато сам может выведать что угодно. Зеркало знает очень много секретов. Зеркало остается трезвым, сколько бы ни выпил, но похмелье у него бывает как у всех. Поэтому он почти не пьет. Если только не решает подшутить над кем-нибудь. Мой папа после одной такой пьянки выгнал прежнего шофера и взял на его место Альфреда из домашних негров. С ними хлопот меньше. Как ты думаешь, твоего Игорья тоже выгонят? -Не знаю… Начальник охраны по-любому обязан доложить, а что там папа решит - я не вникаю. Игорек - не Зеркало, он простой шофер, а не бодигард. “Действительно, зачем пить, если никакого кайфа, один геморрой”. -Да, и имей в виду, Зеркало встанет рано и по нему не скажешь, что вчера что-то было. Так что если хочешь встать раньше него, то проще не ложиться. На нетрезвые головы подружки так и решили поступить. Мышь предложила посмотреть архив дальше, но Магдалена воспротивилась. -У менья есть идея полючше. Давай поступать тебья в университьет.Там, где я. Мышь долго пыхтела, пытаясь перевести с русского на английский историю с “Маленьким принцем”, потом раскопала диск с записью спектакля. Магдалена залила его на университетский файлообменник, исправила ошибки в английском письменном и недолго думая жмякнула “отправить”. Прошение о приеме улетело декану режиссерского факультета. Тем временем темнота за окном чуть-чуть посветлела. Мышь предложила спуститься вниз и приготовить завтрак. Она не поленилась слазить в погреб и вытащить оттуда оставшиеся с зимы банку кислой капусты с можжевельником, клюквой и яблоками, и банку соленых огурчиков. Она чувствовала, что и ей эта снедь тоже не помешает. Подлая натура вчерашнего вина начала сказываться. От кислой капусты с клюквой, моченых яблок и соленых огурцов Магдалена пришла в восторг. Как она объяснила, капуста в ее краях росла, и даже ничуть не хуже здешней. Огурцы тоже росли, но ни капусту, ни огурцы никто не солит, их только маринуют и подают как гарнир к жирному мясу. Когда к завтраку спустился Зеркало, обе девчонки с урчанием уписывали выловленные из капусты моченые яблоки. -Здорово, Зеркало, - с набитым ртом прошепелявила Мышка. - Есть соленья, есть рассол, есть крепкий кофе, пиво и антипохмелин. Выбирай, что на тебя действует, и присоединяйся. Уммм… Чав-чав-чав. Магдалена картинно закатила глаза. -О, русские женщины! Пьяный мужчина пришел домой, а она его встречает не сковородкой, а рассолом! -А что такого?! - отбивалась Мышь. - Вообще-то это твой мужчина, а не мой! -Чегоооо?! - возмущение Магдалены было совершенно неподдельным. Тем временем в караулке стоял дым коромыслом и перекатывалось конское ржание. Игорек, обретя способность говорить, сообщил, что пил с Зеркалом. Охрана грохнула. - В “Картофеле”? С которым? С левым или с правым? -Да ты чо, алкаш, что ли, сука, с зеркалами бухать? Нет чтобы как приличный пацан, дружбанов позвать. -З-зеркало…там… с Маринкой… -Ты чо, еще и у Маринки зеркало одолжил?! Ну ты баклан, в натуре! Караулка снова радостно загоготала. Кто-то уже набирал сообщение приятелям. Дурная слава Игорьку была обеспечена. Никто не вникал, что Зеркало - это тот белобрысый гость, которого привезла с собой заокеанская подружка Маринки. Уже к полудню по всему городскому интернету расползлось, что Игорек пил с зеркалом и нажрался как свинья. Начальник смены доложил обо всем боссу. -Ну, Игорян, готовь вазелин и подставляй жопу. За фитилем. С легкой руки Маринки безобразная история проводов заморских панков и то, что последовало за этим, превратившись в очередную серию комиксов, стало достоянием сети и немедленно оказалась в руках у Злоязыкого. Впрочем, эти материалы пришлось отложить в долгий ящик - с точки зрения начальства куда более актуальной новостью была сгоревшая церковь на иссякшем святом источнике. Словно специально как раз во время чьего-то венчания, совершаемого вместо расстриги-Дуремара спешно присланным из епархии правильным священником, на церковном чердаке закоротила проводка и старая деревянная церковь полыхнула так, что все там собравшиеся еле выскочить успели. В епархии же, посовещавшись, церковь решили не восстанавливать, а пользующийся дурной славой приход закрыть, тем более, что без источника паству туда окончательно стало ничем не заманить. На новой даче, той самой, на которой Маринка с подружками праздновали Самайн и на которой зародилась идея, превратившаяся в студенческий театр, господин Замуруев встречался с “деловыми партнерами”. Тикали и качали маятником высокие напольные часы в резном футляре темного дерева. На столе играло бликами несколько рюмок тонкого стекла и стояла бутылка горькой настойки. За столом расположились сам господин Замуруев с супругой, явившийся из столицы совладелец крупного банка, с которым у нынешнего слуги народа и отца города были давние и тесные деловые связи, известные благотворители и меценаты, в узком кругу более известные как Борода и Тушкан, а также старый и уважаемый друг семьи, которого все называли Дедом. Мадам Замуруева лично принесла тарелку с тонко порезанной закуской и разлила по рюмкам горькую настойку. Поначалу речь шла о финансах, бизнесе, о перестановках в столице, потом свернула к делам семейным. -Маринка моя испанку какую-то приволокла с рок-группой… Рок-группа очень к месту пришлась. Спору нет, праздник отработали по полной, молодцы. Пускай дальше играется и куда не надо не суется. -Она не испанка, Пузырек, - Дед опрокинул рюмочку и потянулся за маринованными грибочками. - Латиноамериканка. Из ооочень богатой семьи. Собравшиеся загоготали. -Богач в Латинской Америке - тот, у кого целые носки и сто баксов в кармане. -Эх, пацаны, пацаны. Комсомольские собрания все прогуливали? -Да на кой ляд вся эта муть сдалась? - пожал плечами Пузырь. - Я и при комуняках неплохо жил, без всякого там комсомола и прочей партийной мозгоебли... Дед ухмыльнулся в усы. - Потому теперь и пожинаете то, что имеете. Сошки вы средней руки и не более, и выше, прости господи, не подниметесь. Потому что когда вам рассказывали нужные вещи, вы в сортирах джинсами фарцевали. Кто слушал да на ус мотал - сейчас в правительстве сидит и вы к ним на поклон на задних лапках бегаете, аки собачки цирковые. Светлана Ивановна наклонилась к уху супруга и громко зашептала: -Прав Дед. У девчонки шейный платочек от той же руки, что делала побрякушки, что мне Маришка показывала, которые раньше чокнутой Зойке принадлежали. Я же говорила тебе! И это в восемнадцать! А машину ее ты видал? А телохранитель с университетским образованием?! -Иди ты?! С университетским! Прям-таки профессор кислых щей? Светка-Полстакана поджала губы. -У него два высших, минимум, на лбу написаны. Крупными буквами. Вмешался Борода. -Ты, Пузырь, Светку слушай, она дело говорит. У cтоличных мажорчиков, хоть и из президентского круга, такого прикида нет и не будет никогда. А машина? Пузырь, вот ты бы, в натуре, купил дочке на окончание школы коллекционную машину? -Я чо, горем убитый? Маринка у меня получит чо попроще, и то когда 21 исполнится. Нехрен девку баловать. Пущай знает, как они, денежки-то, достаются. Я ее в ежовых рукавицах держу. Чтоб знала и не транжирила. Помру - все ей достанется, так вот чтоб не разбазарила. И взамуж пойдет за кого велю. Никакой шоб мне любови-моркови. -Это ты про Берсерка, что ль? - хмыкнул Тушкан, - Сгинул, и хрен бы с ним. Бабло я отбил, а кто его там убрал - и доискиваться не буду. -Это ты зря, - Дед посмотрел на преуспевающего бизнесмена как на безнадежного двоечника, метящего на факультет дворников. - Берсерк был далеко не прост. Всю их команду не с бодуна отбирали. Знавал я его приятеля. Был такой Митька Челлендж - может, слыхал? Не слыхал? Заняятный пацанчик был. Даром что малолетка. Жаль, сгинул молодым. Пришло бы время - Бронеход и его команда бы весь мир за яйца взяли. Вот что значит - творческие импотенты в правительстве, слили пацанов бездарно, долбоебы, прости господи. А прикормили бы вовремя, когда прежние хозяева подохли - была бы сейчас Россия от полюса до полюса. Мы бы сейчас весь шарик держали за задницу. -Ну ты Дед и загнул. Я не знаю, что был за Митька. Я другого его дружбана знал, - отмахнулся Тушкан, - Лёньку-Джедая. Летун. Простой, бляха, как валенок. -Ты мне, сука, все дело испоганил, - внезапно окрысился Дед. - Суслик ты, вредитель сельскохозяйственный. Говорил я тебе еще когда - продавай эти свои гладиаторские бои нахрен, остальное больше приносит, и без геморроя. Джедай с Упырем напару тебя вокруг пальца обвели, а ты и не чухнулся! Из-за тебя Берсерк на воле раньше времени оказался. Мне вся их команда была нужна, понимаешь? Вся! Хорошо прикормленная! Они бы нам не триста, а все три тысячи процентов прибыли принесли! А ты из всех тушканов местных выдающийся тушкан - все мне поломал. Профессор и Джиневра, бессеребренники долбанные, мне на руку играли, а ты куда влез? Побочные эффекты ему, видите ли, понравились. И что мы теперь, по твоей милости имеем? Берсерк неизвестно где, архив тоже, остальные по могилкам. Берсерк Один, которого раньше звали Бронеходом, Упырь, Митька Челлендж, Ленька-Джедай, все остальные - это были куклы. И очень непростые куклы. А мне нужны выходы на кукловодов, которые за бугром сидят! Куда архив делся, бебезьяны? И кто грохнул Зойку-Гилфиниэн, колитесь! Архив Упырь передал ей. -Какой нахрен архив? - испуганно поперхнулся Тушкан. - Зойку Рамазан убрал, за племянника, а Рамазана - Пузырь замочил. -Я б его, падлу, поднял и еще раз замочил, - буркнул господин мэр. - В натуре берега потерял. Не вдолбил шестеркам, кому можно дурь толкать, а кому нет. Тут, Дед, история была - пиздец. Маринка-то моя в Горелого была втрескана по уши и Зойка у нее в лучших подружках ходила. Как узнала, что они кони двинули, так поперлась, дурында, к Рамазановым шестеркам за дурью. Чтоб, значится, горе забыть. Ну и нажралась чего-то - еле откачали. Теперь вся эта ролевая шушера у меня из города под барабанный бой полетит. А нам в городе и “Выстрела” будет вполне достаточно. Это военный клуб, там всей этой херни не водится. -И все-таки, где архив? - ласково улыбнулся Дед, будто и не он вовсе гневался минуту назад, - Бабская его часть у твоей дочки, Пузырь, а где вторая его часть, куда более важная, та, что принадлежала Бронеходу? Светлана Ивановна живо вспомнила, что дочка говорила о каких-то старых кассетах, которые лежали вместе с “наследством” Гилфиниэн в коробке из под старого монитора. -Опередили, - с досадой крякнул Дед. - Оперативно ниточки смотали, профессионально, епта. А в том архиве, между прочим, все про кукол и кукловодов. А еще там должна была быть флэшка немаркированная. -Про флэшку знаю, - кивнул Пузырь. - Мои парни у одного болвана ролевушного ее изъяли. Чуть весь город не перезаразил, придурок. -Гони, Пузырёк. -Не могу. Из столицы за ней прислали. С самого верху. Дед схватился за голову. -Дави этот гадюшник к ебене матери. Болвана в железный ошейник и на короткий поводок. Вякнет - язык вырву. Крысам наверху про Проект знать незачем, нам это самим пригодится. А дочку - из страны вон, пока не растрепала про кассеты по всем градам и весям. Купи ей чего-нибудь. Хоть кулинарное шоу, лишь бы занята была. Пускай валит к этой своей зеленоволосой подружке. Есть маза, что испанка эта может иметь отношение к кукловодам, очень уж оперативно архив пропал. При нужных раскладах дочка тебе столько принесет, сколько ты за всю жизнь не видал .