Смотрительница

Анна Сергеевна снова поцеловала девушку в губы. - Я не знаю. Правда не знаю, - женщина отошла к своему столу, - ты это поправляйся скорее и заходи на следующей недели, посмотрим что и как, - не оборачиваясь сказала врач. - Ладно, - девушке оставалось лишь согласиться и выйти за дверь. Женя вышла из кабинета и пошла в парк недалеко от клинике. Да, мать приедет не скоро, но приходить в квартиру где практически каждый день наносят побои крайне не хочется. Присев на лавочку под большой кроной дерева, девушка вспомнила свою смотрительницу. Она скучала за ней. Ей хотелось прижаться к ней рассказать все свои тайны и просто помолчать. - Мама, - вырвалось из груди и быстро потухло. Кто-то нежно обнял за плечи. - Женечка! - знакомый до боли голос раздался над ухом. - Мама..то есть, Мария Александровна, - девушка закрыла ладошками лицо, будто бы её это спасет от самой страшной казни. Женщина села рядом и крепко прижала к себе. Поцеловала в щеку. - Я рядом малыш. Все будет хорошо! - Я не хочу туда возвращаться, - девушка обернулась и показала опухший глаз. - Ты у врача была? Что сказал? - обеспокоено спрашивала смотрительница. - Да была, мазь выписали, - подала лист, - я еще не дошла до аптеки. Хотят сохранить зрение, но не обещают. - Понятно. Сейчас пойдем вместе сходим и поедем ко мне. Будешь жить у меня. Я все сделаю и глазику будет лучше. Ты обязательно будешь видеть. Слышишь? - Угу. Они за руку вышли из парка и зашли в аптеку. - Нам мазь вот эту, - подала лист фармацевту, - для дочери. - Да конечно, минуту, - женщина куда-то ушла и вернулась с тюбиком в руках. - Возьмите. С Вас триста пятьдесят рублей. - Да, минуту. Оплата картой. - Хорошо, прикладывайте! - Спасибо. - Спасибо за покупку. Не болейте! - Спасибо. Они вышли из аптеки и пошли в сторону дома Марии Александровны. Оказывается она жила недалеко в пару остановок от её дома. - Заходи, малыш. Разувайся и проходи на кухню я сейчас чайник поставлю. - Я не буду, спасибо. - Почему? Что случилось? - женщина обернулась. - Все в порядке. Просто не хочется.