Devil Never Cries 2. Сын своего отца

— Ты в порядке? — Да? Нет? Я не знаю. — А что же ты такого делаешь, что уже не знаешь ничего?       Поттер выдохнул, сняв очки и устало потерев глаза. — Письмо домой пишу. Отцу. Рассказываю ему, как идут дела в школе. — И что не так? — Сам как думаешь, Альтаир? Нет, он обрадовался, когда я ему в прошлый раз написал, что стал пусть и запасным, но ловцом, да и про некоторые наши с тобой шалости я также рассказал, но… — Но что? — Я не знаю, как ему рассказать про остальное. — Ты случаем не про Бедфорда с его друзьями?       Дэвид едва заметно кивнул, отложив перо в сторону и откинувшись на спинку стула. Две недели прошло после того розыгрыша, когда глупая, детская обидчивость пошла против него самого. Без драки, без заклинаний, его просто уделали и напугали. И главное как интересно это сделали. Дэвид признавал, что Бедфорд сделал всё очень хорошо, даже профессионально. Да что там он — Альтаир признавал это, пусть и не скажет об этом в открытую.       Сам барсук был… мягко говоря странным. Каким его ожидал увидеть Поттер? Парнем, который будет кичиться тем, кто его отец (а вместо этого, как ему сказали, сам был таким). Будет слишком высокомерным, и постоянно будет показывать всем, что он выше остальных. Да и вообще, он должен был попасть на Слизерин. Проще говоря — ещё один Малфой. А в итоге? Парень со странным чувством юмора, не против шалостей (проводя их столь профессионально, что и не подкопаешься), не пытающийся даже использовать авторитет своего отца. А ведь когда Дэвид вызывал того на дуэль, тот мог спокойно задавить тем, что он сын Легендарного Ворона, человека, победившего Того-Кого-Нельзя-Называть. Но нет, Неро решил сделать всё сам, причём очень креативно, тут не подкопаешься. — Думаю, дядя Джеймс рано или поздно узнает, что мы общаемся с Бедфордом и его друзьями. В магическом мире ничего нельзя спрятать надолго, так или иначе, но на уровне слухов всё просочится. К тому же, тут в Хогвартсе ничего не скроешь. — Ты прав, Альтаир, — выдохнул Поттер-младший. — Я всегда прав, Игельшнойтцхен, — хихикнул Блэк.       Услышав это слово, Дэвид резко подскочил, задев стол, тем самым пролив чернила, и подскочил к другу, закрыв ему ладонью рот. После чего начал осматриваться, но к его счастью, в гостиной они были одни. — Не смей, — прошипел гриффиндорец. — Прокляну, если проболтаешься об этом! — Как скажешь, — продолжая улыбаться, ответил Альтаир, освободившись, и медленно пошёл в сторону комнаты. — Ежиная мордочка.       И с громким лающим смехом буквально взлетел по лестнице наверх, успев закрыть дверь до того, как жалящее заклинание попало ему в пятую точку. Поттер же, жалобно выдохнув, сел обратно, смотря на разлитые чернила.       Игельшнойтцхен. Мерлин задери этого Бедфорда! Придумал же! Ну забыл он причесаться, когда выбегал из гостиной, опаздывая на урок, и что? Так нет, пол урока тот с ухмылкой смотрел на него, после чего и сказал это слово. Дэвид вначале подумал, что он сказал что-то матерное. Уж лучше бы это было так, но нет! Ежиная! Мордочка! После чего Бедфорд захихикал. А когда гриффиндорец почесал затылок, пытаясь понять смысл слова, тот рассмеялся во весь голос. Обидно было. Ну, не совсем обидно… Скорее Поттер просто был в некотором шоке от такого. Но, что интересно, это слово знают лишь трое — Дэвид, Альтаир и сам Бедфорд. В открытую барсук его так не называл, но частенько, тихо, можно было услышать.       Потерев виски, Поттер решил пройтись по школе. До отбоя было ещё достаточно времени, домашка уже сделана ещё вечером пятницы, так что можно погулять. А может, и полетать на школьной метле. Конечно, качество у них оставляет желать лучшего, но свою метлу, что осталась дома, привозить не разрешалось.       Недалеко от запретного коридора, мимо которого мальчишка хотел пройти (любопытство, никуда от него не денешься), он услышал негромкий разговор. Точнее, больше походило на разговор с самим собой, так как голос был один, и ему никто не отвечал. Подойдя к приоткрытой двери (успев накинуть мантию-невидимку, что взял с собой), гриффиндорец увидел следующую картину: весь класс был захламлён различными листами бумаг, перьями и чернилами, витал странный запах, а в дальнем углу класса был Бедфорд, который корпел над котлом с неизвестным варевом и что-то писал в тетради, сидя на стуле. Причём стул был не тот, который используют в школе, на нём можно было спокойно крутиться, так ещё Бедфорд подобрал ноги, сидя на стуле по-турецки.       Периодически парнишка что-то говорил, и, судя по интонации, ему что-то не нравилось. Гриффиндорец настолько увлёкся, что слишком сильно опёрся на дверь, отчего она резко открылась, и Поттер оказался на полу, сильно стукнувшись лбом об пол и громко зашипев. Неро, услышав стук и шипение, оторвался от своей работы и повернулся в сторону шума. — О! Дэвид! Доброе утро! — Вообще-то, сейчас почти вечер, Бедфорд, — пробурчал Поттер, вставая с пола и потирая лоб. Мда, а уж жара тут какая стояла. И как барсук это выдерживает? — Да? — Неро был удивлён, озадаченно почесав затылок. — Кажется, я увлёкся.       Барсук выглядел слегка растрёпанным, всё лицо было испачкано в чернилах, глаза горели слегка фанатичным блеском, но при этом ухмылялся. — И чем ты таким увлёкся, что забыл про время? — Да так. Кое-чем. Слушай, ты не можешь подать мне тот свиток, на парте?       На ближайшей к Поттеру парте лежал свиток, перевязанный небольшой лентой. Задумавшись на секунду, гриффиндорец решил взять его в руки. Ну, в самом деле — что может пойти не так?       Однако может. Едва свиток оказался в его руке, как его ладонь тут же оплели какие-то тёмные нити. От неожиданности Поттер подпрыгнул на месте, и начал попытки избавиться от ноши, мотая рукой из стороны в сторону. Нити казались тонкими, и Дэвид потянулся второй рукой, надеясь их порвать. Но едва он дотронулся до них, как и вторая рука оказалась в их власти. — Хватит смеяться, Бедфорд! — крикнул гриффиндорец, услышав смешок со стороны. — Убери эту дрянь с моих рук! — Ладно-ладно, — махнул руками Неро, спрыгивая со стула на пол. — Стой спокойно.       Подойдя к Поттеру, Бедфорд достал из кармана небольшую колбу с красной жидкостью, которую вылил на нити. Не прошло и двух секунд, как они растаяли, и свиток упал из рук Поттера на пол. — Что это было? — прорычал гриффиндорец, потирая свои руки. Вроде держали не слишком крепко, но руки слегка онемели. — Моя разработка. Вернее, попытка создать эту самую разработку, — увидев вопросительный взгляд, Неро пояснил. — Твой отец — аврор, уж он-то должен знать, что их документы, несмотря на защиту, могут украсть. Папа говорил, что до падения Волан-де-Морта такое случалось не раз и не два, да и после тоже. Вот я и решил, что неплохо бы поработать над защитой документов. Кто знает, что будет потом? — Вот это вот — защита для документов? — фыркнул Дэвид, указывая пальцем на свиток. — Ты серьёзно? — Ну… почти. Она ещё недоработана, так как снять без специального зелья — невозможно, а со временем защита может сковать всё тело. Так что ищу способы улучшить её. — Как она вообще работает?       Неро вновь уселся на свой стул по-турецки, немного покрутившись на нём. — Если коротко, то это специальные чернила. Рисуешь определённые руны ими, и всё, защита готова. При касании того, кто не занесён в защиту, она активируется, а дальше ты всё сам видел. — Ага. Видел, — потёр руку гриффиндорец. — И даже почувствовал. И куда думаешь пристроить её? — Хм, — Неро задумался буквально на несколько секунд. — В основном, я думаю, пригодилось бы невыразимцам, но и для авроров подойдёт. Но эти чернила ещё дорабатывать надо. — А по-моему, они и так хорошо работают. Крепко сжали, словно в тиски. — Это был только образец, Дэвид. В будущем планирую сделать не только для того, чтобы они хватали, но ещё и усыпляли. Представь — преступник хватает документ, чернила крепко хватают его, и через мелкие, практически незаметные проколы в коже, выпускает зелье, что сразу попадает в кровь и усыпляет человека. Идеально же!       Поттер не мог не признать, что да, вроде всё неплохо звучит, да и то, как его поймали… А если бы они были покрепче, то ему и руки могли отдавить. Целители, конечно, могут восстановить кости в руках, но Мерлин! Это было бы очень и очень больно.       Смотря на крутящегося на стуле Бедфорда, гриффиндорец кое-что вспомнил. С Альтаиром они всё обговорили, да и с Грейнджер тоже. Она, кстати, им на это и указала. Остался только барсук. Почему бы и нет? В конце концов, они все там были. — Кхм. Неро. Надо поговорить. — Да, и о чём же? — Помнишь ту ночь, когда мы оказались в комнате с собакой? — Конечно, помню. Я до сих пор туда хожу. — Э…ЧТО?!       Сын Ворона остановился, с ухмылкой смотря на собеседника. — А что тут такого? Цербер кушать хочет, да и мёрзнет там, вот я и подкармливаю его и грею комнату. Хороший пёсик, умный.       Мысленно Поттер застонал. Он так просто ходит к той псине? Ещё и кормит? Впрочем… — От тебя можно было такого ожидать. Ты сумасшедший, если мягко говорить. Раз уж ты туда ходишь, значит, видел, что там есть люк. — Видел. Только не смотрел, что там. Лезть туда, не зная куда, — слишком глупо, как по мне. Да и Цербер, когда лезешь к люку, начинает рычать. Эти существа, даже в таком юном возрасте, очень трепетно относятся к охране. — Ты говорил, что твой дядя с таким же дрался, разве нет? — Говорил. Только вот тот был гораздо выше, сильнее, опаснее и не был обычным псом. А этот… хм… — Что? — Да ничего. Пока что. Это всё требует проверки. Например то, что Цербера так легко не достать, через границу, без специальных документов, не привести. Обычно, для этого Министерство должно договориться на провоз такого груза, с полным описанием — куда, зачем и почему. А теперь скажи мне, сын заместителя начальника Аврората — каков шанс, что Министерство позволит привезти Цербера в школу, где полным-полно детей?       Дэвид задумался, но ненадолго. — Либо он тут контрабандой, либо его поставили по какой-то причине. А раз там есть люк… — Значит, там охраняют нечто важное. И по твоим глазам вижу, что ты хочешь выяснить, что именно там хранится. — А ты — нет? — Ну… не особо. У меня есть свои дела, но я бы не отказался от проверки того лючка. Главное, чтобы мы все не полегли во время этой самой проверки. — Не поляжем, — махнул рукой Поттер, заставив Неро мысленно фыркнуть. — Надо узнать, что там лежит, и от кого прячут так, что пришлось поставить Цербера. Это же настоящее приключение! ≪На ваши пятые точки, ≫ — сказал про себя Неро, вставая со стула. Щелчок пальцами, и кабинет приводится в порядок. Свитки исчезли, котёл стал пустым, перья и чернила по воздуху отправились в шкаф, а запах начал выветриваться. И ничего не говорило о том, что тут что-то происходило, кроме того, что лицо барсука было в чернилах.       Вытирая лицо тряпкой со специальным зельем, Неро вышел из кабинета вместе с Поттером. Парни отправились на выход из замка. Гриффиндорец собирался на поле, потренироваться, а барсук собирался в Запретный лес. Ну, напрямую он этого не сказал, но по намёкам это было и так понять. На вопрос, как он будет идти в лес, чтобы его никто не увидел, барсук лишь хмыкнул. Уже подходя к выходу, в них кто-то врезался. И этим кто-то оказалась… — О, Миона! Ты куда так несёшься? — хмыкнул Неро, увидев свою подругу. А девочка тем временем тяжело дышала, явно бежала, причём со всей доступной ей силы, а глаза буквально горели. Щёчки от бега раскраснелись, волосы растрепались. Мило, что не говори. — Вы… а я… здесь… и вы… — пыталась проговорить рэйвенкловка, но воздуха не хватало, чтобы отдельные слова соединить в предложения. — Кхм, может её почаще заставлять бегать? Чтобы поменьше выводила своим командованием, — тихо произнёс Поттер, чтобы его не услышали, но, судя по лёгкой улыбке Бедфорда, как минимум он это слышал. — Так, Герми. Успокойся, восстанови дыхание, а то сейчас хлопнешься на пол от недостатка кислорода. Заодно пойдём на кухню, перекусим. Дэвид, ты с нами?       Поттер перевёл взгляд на выход. Эх, а он ведь потренироваться сегодня хотел, на метле полетать. С другой стороны — одному скучно, Бедфорд летать не любит (причём об этом знает вся школа ещё после первого урока), а когда никто не смотрит, какие пируэты ты вытворяешь в небе — это не то. Да и холодно становится очень. — Я с вами. Может, у домовиков найдётся горячий шоколад, а то холодновато стало. Кстати, а чего ты сегодня один? — Ну, Сьюзен в библиотеке, Невилл сейчас в теплицах, мучает профессора Спраут своими расспросами. А Драко…продолжает заниматься агитацией. Нам надоели эти постоянные тыквы в еде, вот и собираем подписи. — Как будто это что-то изменит, — фыркнул Поттер, чуть скривившись. Всё-таки, он прав, и постоянные тыквы в меню могут довести любого.       Вообще, друзья Неро уже прекрасно знали о животном в Запретном коридоре, ну и Вергилий знал об этом тоже. Нужно было видеть, как затряслась собака, когда в её комнате появился человек, смотрящий на него взглядом, от которого многие люди убегали в страхе. И это он ещё не выпустил свою энергию. Неро тогда вцепился в руку отца, прося его не пугать собаку. Вергилий сына послушался, осматривая зверя. И перед уходом он как раз и нагрел воздух в комнате, чтобы Церберу не было холодно.       А раз знают друзья Неро и Вергилий, то как минимум это теперь знают дядя Данте и дядя Люциус, и достаточно только дать сигнал… директора будет жаль. Ну, немного. Совсем капельку. Наверно.       По пути, к тройке прибился Альтаир, который искал Поттера, и уже вчетвером, они пошли дальше. Добравшись до кухни, Неро тут же попросил домовиков устроить им всем небольшой перекус и приготовить согревающий горячий шоколад. Домовики тут же ринулись выполнять просьбу, не прошло и нескольких минут, как всё было готово. Гермиона к тому времени уже восстановила дыхание. — Итак, что ты такого узнала, что бежала с такой скоростью? — спросил Неро, когда все утолили первый голод. — Узнала насчёт той самой собаки в Запретном коридоре. Знаете нашего лесника, мистера Хагрида? Вот, я решила поговорить с ним насчёт животных, что обитают в лесу, и насчёт того, правда ли, что там живут оборотни? Потом мы разговорились о том, как мистер Хагрид успевает следить и ухаживать за всеми… — Зачем ты вообще к нему пошла? — спросил Блэк, сделав глоток шоколада. — В отличие от некоторых, я всегда изучаю что-то новое! На третьем курсе, мы можем выбрать уроки УЗМС, и лучше заранее узнать как можно больше о различных живых существах! А не бегаю по всему Хогвартсу, как последний… — Последний кто? — тут же зарычал Блэк. — Неотёсанный болван, который ничего вокруг не видит! — воскликнула Грейнджер.       Мда, снова парочка ссорится. Для окружающих это уже было нормой, ведь редко какой день может пройти без ссоры. — Потом поцелуетесь, парочка влюблённая, — остановил ссору Поттер, после чего на кухне воцарилась тишина.       Грейнджер и Блэк густо покраснели от таких слов, хватая ртом воздух. Сам Поттер сидел с широко раскрытыми глазами, не ожидая от себя таких слов. Ну, просто он ещё ни разу лично не говорил им эту фразу. Неро, едва не подавившись чаем (а как иначе, если сам Поттер решился назвать этих двоих парочкой?), теперь заедал ухмылку печеньем. — МЫ НЕ ПАРОЧКА!!! — одновременно крикнули Грейнджер и Блэк.       Неро, не сдержавшись, громко расхохотался от такой синхронности пары, да и Дэвид уткнулся в чашку с шоколадом, чтобы они не увидели, как тяжело ему сдерживать улыбку. Барсук успокоился через минуту, вытирая глаза от выступивших слёз. — Хорошо-хорошо, мы вам верим, — произнёс, наконец, Бедфорд, успокоившись. — Продолжай, пожалуйста, Герми. — Прекрати сокращать моё имя, — буркнула девочка, стараясь перестать краснеть. — Так вот, когда я разговаривала с нашим лесником, он полностью ушёл в объяснения, и я решила спросить насчёт собаки, пока мистер Хагрид был в своём состоянии. Он и рассказал, что эту собаку он купил в прошлом году совсем щенком, после чего одолжил его нашему директору, для охраны секрета. — Для какого секрета? — поинтересовался Поттер. — Я тоже спросила. Мистер Хагрид понял, что сказал что-то лишнее, и пытался отвертеться, мол, нельзя говорить, я должна забыть о том, что мне сказали, и что лучше к Пушку не лезть. ≪Пушок. Мерлин, почему меня окружают такие странные люди? Один называет огромную собаку Пушком, другой малышом, ≫ — пронеслась мысль в голове Альтаира. Тем временем Грейнджер продолжила: — Я, как бы невзначай, спросила, почему нельзя к нему лезть, мол, собачка такая красивая, добрая. Даже попросила разрешения покормить его вместе с мистером Хагридом, на что мне сказали, что это можно, но чтобы я не пыталась узнавать о секрете, который принадлежит директору Дамблдору и некоему Николасу Фламелю! — победно закончила девочка. — Кхм. Мда. Оказывается, от тебя есть толк, — проговорил Блэк, внимательно рассматривая девочку, на что она ухмыльнулась, показав гриффиндорцу язык.       Неро же мысленно матерился. Куда же эти трое хотят влезть? А, ну да. Это же не они относятся к директору с подозрением, и ищут на него компромат. С другой стороны, Неро решил поддержать тройку в их начинаниях, проследить за ними и, что естественно, самому узнать — что там такого прячут? А про Фламеля он что-то уже слышал.

***

      Медленно приближалось Рождество. В середине декабря замок уже был укрыт толстым слоем снега, а несколько учеников к вечеру успели попасть в Больничное крыло к мадам Помфри, где их тут же начали отпаивать зельем. Дети, выбегая во двор, старались одеваться потеплее. Все, кроме Неро. С громким криком: — Разойдись!!!       Парнишка разбежался по стене до второго этажа и, оттолкнувшись, прыгнул в огромный сугроб снега, раскидав половину снега в стороны, тем самым забросав им своих друзей. И если Малфой, которому много снега попало за шиворот (а вот не надо было поправлять шарф на улице), шёл на Неро с желанием убивать, то Невилл просто скатал небольшой шарик из снега и запустил его прямо в Драко. Снежок попал по затылку, сбив шапку. Громко расхохотавшись над выражением лица друга, он не заметил коварного взгляда Сьюзен, что запустила свой снежок. Ну да, она целилась ему в бок. Ну да, она немного промахнулась и кинула выше. Но в том, что он начал к ней разворачиваться — виноват только Лонгботтом. Да, ничего плохого не случилось, всего лишь попробовал снег на вкус.       Теперь начали хохотать Малфой вместе с Бедфордом, над выражением лица Невилла. Тот, собрав большой комок снега, побежал на подругу, крича, что это война. А где можно спрятаться от разъярённого друга? Только за спиной ещё одного друга, а, исходя из положения, выбор был лишь один. Поэтому она с разбега прыгнула в тот же сугроб, за которым прятался Неро, откуда тут же полетели снежки. Лонгботтом и Малфой, кивнув друг другу, объединились и начали штурм сугроба.       А теперь представьте картину: настоящая война, с обеих сторон в разные стороны летят снежки, причём участвуют ученики с разных факультетов, не считая воронов. Двое учеников пытаются штурмовать сугроб, откуда в них, словно из пушки, летят большие снежки, отчего им приходится уворачиваться. А потом, на вершину сугроба прыгает первокусник Хаффлпаффа, держа в руках Британский флаг (откуда и из чего только трансфигурировал?), и с громким призывом к бою, понёсся на нападающих. Всё бы ничего, но у увидавших это участников было лишь три вопроса: 1) Откуда он взял флаг? 2) Почему, несмотря на долгую войнушку и крики, у него не охрип голос? 3) Какого Мерлина он не замёрз?!       Третий вопрос был у учеников по той причине, что, в отличие от остальных, он одет очень легко. Белая майка, белые штаны и серые ботинки. В совокупности с его волосами, маскировка под снег вышла на сто процентов.       За этим всем наблюдали и Поттер с Блэком. На улицу они выбежали, чтобы спастись от библиотеки, из-за которой им скоро кошмары будут сниться. Грейнджер взялась за задачу с поистине хищной хваткой, чуть ли не поселившись в библиотеке, а вот парни там долго находиться не могут. После нескольких книг буквы начинают плавать перед ними, и читать становится неудобно. Скорее бы каникулы.       Впрочем, они долго отдыхать не смогли. Не учли или забыли, что на улице, помимо них, находился и Бедфорд, за что и поплатились. Не заметив подставы, гриффиндорцы разговорились друг с другом, когда на них сверху обрушился снег, который столь любезно притащил Неро, с помощью телекинеза. Откопавшись, на барсука уставились две пары злых глаз, мечтающие его разорвать на мелкие куски. Поймать его в тот день так и не смогли, но зато набегались все основательно, отчего придя в свои комнаты, у всех едва хватило сил, чтобы принять душ, переодеться и рухнуть в свои кровати.

***

      За неделю до каникул, деканы обошли свои факультеты, чтобы узнать, кто остаётся в школе, а кто уйдёт домой. Когда позже профессор Флитвик уточнил решение у Неро, узнав, что он хочет домой, парень прямо видел усмешку декана. Ну да, он же делает так же, как его отец — когда хочет, тогда и отправляется домой. Впрочем, Неро решил подписать бумагу, в которой говорится, что отправится домой, и отдал декану Спраут. А что? Тут никто из его друзей и знакомых не остаётся, не считая Уизли, но зная близнецов, они сами найдут себе занятие. Даже Гермиона отправляется домой, хоть и ворчала, что так ничего не нашла в библиотеке, решила провести праздник дома. Ну ладно, будем честны — Неро её в эту сторону подтолкнул. Ведь они почти весь год находятся в школе, дома появляются только летом на два месяца, на рождественские и пасхальные каникулы. А значит, она будет редко видеть своих родителей. Смысл уменьшать это время, делая его ещё меньше? Девочка согласилась с этими словами, но взяла с него слово, что он придёт к ней в гости на каникулах, правда, после этих слов она покраснела. Неро не мог не поддеть, и спросить — только один, как на свидание, или можно с друзьями, как в гости?       Повезло ему, что у девочки не было ничего тяжёлого в руках, так как его хотели треснуть по голове. Так что они договорились, что на каникулах Неро с друзьями её навестят. За это время она не слишком часто общалась с Малфоем, Лонгботтомом и Боунс, да и факультет у неё другой, ни с кем из них много не контактирует. Вот и будет время на этот контакт.       Поттер и Блэк были рады каникулам. Особенно последний, который в последние пару недель чуть ли не шарахался, когда слышал свою фамилию. Потому что громкий крик, в совокупности с бегом и конвоем в библиотеку, может заставить нервировать любого, даже Блэка. Поттер-то привык, да и учиться любил побольше своего друга, но и он счастливо выдохнул, славя Мерлина и начало каникул. Да и иной раз, чтобы спастись от плена библиотечных книг, ему приходилось передавать друга в крепкие ручки юной девочки, так сказать, принося ей жертву, а сам быстро ретировался, после чего весь следующий день мог наблюдать хмурое лицо Альтаира.       Гермиона… она очень долго просидела в своей комнате, после того, как подготовила сундук к завтрашней поездке. Когда она узнала, что является волшебницей, то была счастлива, ведь это не просто что-то новое. Новые люди и знания, это было просто… просто…       В Хогвартсе одна из самых больших библиотек, и уже одна только мысль о том, сколько там может быть множество новых книг, к которым она ещё не прикасалась, приводила девочку в восторг! Но вот опыт обычной школы прямо показывал, что за такое рвение она снова будет белой вороной среди остальных. За свою любовь к знаниям и книгам… Ну и пусть! Она просто погрузится в мир книг и всё! Пусть другие делают то, что хотят, а она будет учиться, и станет лучшей ученицей школы, даже если у неё не будет друзей!       Только вот никто не спрашивал насчёт друзей, особенно Неро. Нет, изначально ей и правда хотелось узнать у него насчёт его отца, Вергилия Бедфорда, но при этом ей было… немного боязно. Кто знает, как он отреагирует на такие вопросы? Но нет, он сам разрешил ей спрашивать про то, что она захочет, и тут девочку прорвало. Она буквально забросала его вопросами, а Неро лишь улыбался и отвечал, никак не выказывая то, что устал или ему не нравится. Она соврёт, если скажет, что ей ни разу не было интересно, как выглядит сын Ворона, о котором она столько раз читала в книгах. И честно, она не думала, что он будет… таким. Весёлым, добрым, смелым, способным идти против того, что ему не нравится. Да достаточно вспомнить первый урок полётов… Хотя нет, лучше не надо. От тех словесных конструкций она до сих пор смущается. А как он разыграл Поттера и Блэка? Ей стоило тогда больших усилий, чтобы не рассмеяться, когда мальчишки об этом рассказывали на кухне. А как без страха пошёл к Церберу? У неё, да и у Поттера с Блэком, ноги тогда почти не слушались, да и голова никак не хотела думать от страха. А Неро спокойно прошёл вперёд, радуясь такой собачке, да ещё и рявкнул так, что самой хотелось сесть.       Вообще, Неро, несмотря на то, что носил в основном одежду тёмных тонов, умудрялся освещать всё вокруг либо своими проделками, либо своим присутствием. Сколько бы чего он не сотворил, она ещё ни разу не видела, чтобы кто-то очень сильно на него разозлился. Да, были те, кто хотели буквально его задушить, но обычно такое долго не держалось. И сам барсук спокойно мог извиниться, если понимал, что перестарался. А уж какие глазки он может состроить, если считает, что на него обиделись. У девочки щёки до сих пор краснеют, когда вспоминает. Невозможно устоять. Как в тот вечер назвал его мистер Бедфорд? Демонёнок? Вот, верное обозначение Неро. Внешне ангельски красив, а внутри него сидит настоящий демонёнок. Он стал ей хорошим другом, с ним можно не бояться, что она слишком сильно уйдёт в объяснения и её не поймут, или назовут заучкой.       Поттер и Блэк также уже закончили свои сборы, и теперь могли со спокойной душой отдохнуть. Дэвид, мысленно ухмыляясь, раздумывал над произошедшим. Как и Гермионе, ему тоже было любопытно посмотреть на юного Бедфорда, но по другим причинам. Слишком часто отец жаловался на Ворона, и часто, когда сам Дэвид не слышит, костерил его, на чём свет стоит. Причину ненависти он узнал чуть позже, когда стал старше, и, почему-то, вся эта ненависть перекинулась с отца на сына, и Дэвид, ещё даже не увидев Неро, если и не ненавидел его, то считал его недостойным человеком. Но за несколько месяцев тот умудрился изменить точку зрения гриффиндорца, да и ему словно было всё равно на то, как сам Поттер к нему относится. А уж о его способности каким-то образом проникать в гостиную Гриффиндора, знала если не вся школа, то гриффиндорцы уж точно. Сколько раз такое происходило за эти пару месяцев. Так что, может, друзьями их сейчас и не назвать, но вот хорошими приятелями можно назвать точно. Именно поэтому он ему рассказал об одной сделанной им находке, и показал.

***

За три дня до начала каникул.

— Так, Поттер. Мне уже не нравится, что ты затащил меня в пустой класс на ночь глядя. Извини, но, во-первых — меня привлекает противоположный пол, а во-вторых — я не вижу тут накрытого стола с вином и конфетами. — О, Мерлин. Бедфорд, заткнись на минутку. Ты меня в этом плане не привлекаешь! И вообще, мы тут по другой причине! — То есть, конфет не будет, — проговорил Неро, чем заслужил мученический стон от гриффиндорца.       Успокоившись, Дэвид прошёл немного вперёд, подзывая барсука за собой. Неро, зайдя в пустой класс, тут же нахмурился, активируя Дьявольский Взгляд. Следилки странного образца, которых сам ещё не видел, и чары, что почти потеряли своё воздействие. Хм, что-то тут не так, но что именно? — Вот оно, — голос Поттера отвлёк Бедфорда, который тут же деактивировал взгляд.       Дэвид стоял возле какого-то зеркала, стараясь не вставать так, чтобы видеть отражение, а от самого зеркала буквально тянуло магией. Проверять всё Взглядом Неро не решился — побоялся ослепнуть. — Что это? — спросил Бедфорд, подойдя поближе. — Зеркало. Но… оно показывает не отражение того, кто туда заглянет. А то, чего ему не хватает больше всего.       Неро, подошёл ближе к Поттеру, стараясь также не попадать в область зеркала, но, на всякий случай, готовясь к атаке. Кто знает, что может произойти? — Я не знаю как. Может, оно как-то видит всё то, что у меня в душе, или ещё какой-то ответ здесь есть, — тихо проговорил Поттер, медленно выходя вперёд, к зеркалу. — Оно показывает мне мою маму. Чёртовы преступники, четыре года назад, напали на Косую Аллею, когда она была там. Мама просто пошла в лавку, и оказалась не в то время не в том месте. Отец со своим отрядом не успел буквально на пару минут.       Пока Поттер не видел его, Неро вновь активировал Дьявольский Взгляд. Хм, магия зеркала проникала в разум гриффиндорца, и действовала примерно так же, как действуют дементоры. Первый порыв отодвинуть парня в сторону пришлось гасить — в таком случае его разум может пострадать и тот не перестанет сюда приходить. Надо отвлечь. — Какой она была? — задал вопрос Неро, делая один шаг вперёд. — Красивой. Доброй. Мама не любила сражения и часто просила папу поменять место работы, боясь, что в один из дней он может не прийти домой. А в итоге не пришла она. Папа, после произошедшего, полностью погрузился в работу, дома почти не появляется, всё надеется найти этих… существ. Нет, я прекрасно знаю, что он меня любит, но иногда его одержимость заставляет меня злиться так, что горло начинает душить. — Ты кому-то ещё про это говорил? — Нет. Даже Альтаиру. Мерлин, зачем я вообще потащил сюда именно тебя? Наверно, потому что Альтаир начал бы меня снова жалеть, а ты… Даже если и начнёшь, я не буду чувствовать себя настолько жалким.       Неро встал рядом с Дэвидом, спиной к зеркалу, и положил ему руку на плечо, слегка сжав. — Ты, возможно, не поверишь мне, но я тебя понимаю. Мой отец впал в кому, когда сразился с Волан-де-Мортом, и два года не приходил в себя. Каждый день был на нервах, ведь пока он не очнулся, он мог умереть. Да, это нельзя сравнить с тем, что ты потерял мать, но я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Но мёртвых нельзя вернуть, Дэвид. И перестань жалеть себя. — Я… — Нет, ты именно что жалеешь. То, что не смог защитить её, не спас, не был в тот последний день рядом с ней. Но тебе было всего семь лет, Дэвид. Как бы силён ты не был, ты не смог бы ничего сделать, а только бы погиб, скорее всего, вместе с ней. Всё, что ты можешь сейчас сделать, это не забывать её, и сделать всё, чтобы она гордилась тобой, когда вы встретитесь в другом мире. А твой отец… у взрослых разум менее гибкий, в отличие от нас. Может, со временем он поймёт, что работой он не сможет заменить реальность. — Да. Наверно.       Закрыв глаза, Поттер глубоко вздохнул, задержав воздух в лёгких, после чего выдохнул и вновь направил взгляд в зеркало. Протянув руку, он провёл пальцами по стеклу, понимая, что делает это в последний раз. — Ты прав. Пока я её помню, она всегда будет жива в моих мыслях и моей душе. И навсегда останется такой, какой я её запомнил. Пойдём отсюда и запрём дверь, чтобы никто сюда не попал. И Бедфорд… — Я ничего не видел, ничего не слышал, ничего не знаю. Если спросят — я был пьян и ничего не помню, — серьёзно сказал Неро, без намёка на обычную ухмылку или задора в глазах. — Спасибо.

***

      Жалел ли Поттер, что показал именно Бедфорду это проклятое зеркало? Нет. Он сам до конца не понимал, почему именно он, а не его лучший друг Альтаир, но раз уж так случилось, то пусть. Единственное, о чём спросил Неро — не против ли будет Дэвид, если он скажет про зеркало своему отцу? А он не был против. Пусть проверяет, может и уничтожит это проклятое зеркало. Зато теперь Дэвид чувствовал, что ему стало легче. Отпустило что-то, что его тянуло куда-то вниз.       Альтаиру изначально было всё равно на Неро. Ну, он знает его дядю, Данте, но юного Бедфорда не знал, не видел, и ему было всё равно. Свои дела были, причём достаточно много — одни домашние уроки и изучение наследия Блэков чего только стоили. Библиотека Хогвартса может и больше размерами, но вы просто не пытались читать все эти зашифрованные книги Блэков, причём, расшифровывать он должен сам. Поэтому он так не любил книги — они ещё дома ему надоели, а ещё Грейнджер его и Дэвида постоянно таскала в библиотеку. Самый главный вопрос — почему он так слабо сопротивляется? Грейнджер его раздражает только так (хотя со временем, раздражения стало гораздо меньше), но нельзя было не признать, что в книгах она разбирается лучше его. Мерлин, да он был уверен, что пусти её в библиотеку Блэков, она все эти шифры через пару месяцев уже будет щёлкать как орешки.       На следующее утро, сразу после завтрака, дети сели в кареты, которые повезли их в Хогсмид, где их ожидал поезд. Так получилось, что в одном купе ехали не только Неро с друзьями, но и Гермиона, Дэвид и Альтаир. И если изначально в купе царила неловкость, а два гриффиндорца взглядами сверлили Драко (которому, если честно, было абсолютно всё равно на эти взгляды), то уже спустя полчаса, благодаря Неро и Сьюзен, все постепенно разговорились. Дошло до того, что Поттер и Малфой вступили в словесную перепалку. — Миа, ты в порядке? А то выглядишь так, словно учебники в школе забыла, — хихикнул Неро. — Нет, книги все у меня с собой. И перестань сокращать моё имя, сколько раз просила? — Ну… раза два-три… — Скорее сотни две-три, — девочка медленно выдохнула, не зная как сказать то, что находится на языке. Она ведь не знала, что друзья Неро так же знают об их поисках, но Бедфорд, явно догадавшись об этом, только улыбнулся. — Да всё нормально. Все всё прекрасно знают. — То есть? — Мы о поисках Фламеля, — сказал Драко, ненадолго отвлекаясь от перепалки с Поттером. — Сами занимаемся этим. — Что-то я вас в библиотеке не видела, — немного задумчиво произнесла Гермиона. — Пф. Ты когда в книги уткнёшься, заучка, то ничего не замечаешь вокруг. — Замечаю, когда ты, Блэк, пытаешься свинтить и оставить всё на меня одну! — Почему я даже в школе не могу отдохнуть от этих книг? — тихо проскулил Альтаир и добавил громче: — Ты в книгах гораздо лучше разбираешься, чем я, зачем мне мешать? — Это ты мне комплимент сделал, Блэк? В Запретном лесу оборотень что ли умер? — Почему ты такая… трудная? Я ей тут, видишь ли, комплимент говорю, а она… — А может мне вас ещё разик толкнуть? Ну так, для профилактики, — с хитрой ухмылкой произнёс Неро, прерывая спор Блэка и Грейнджер, которые тут же покраснели аки помидоры. Нет, ему не надоест подкалывать этих двоих.       За всю оставшуюся дорогу парочка больше не спорила и друг на друга почти не смотрела. По прибытии родные его друзей всех разобрали — кто ушёл специальным порталом, кто-то, как Гермиона, прошёл через барьер в мир магглов. И только Неро остался на платформе. Зайдя за столб, он мгновенно переместился домой. Зачем напрягать родителей, когда он сам в состоянии перемещаться?       Оказавшись возле дома, Неро вдохнул морозный воздух. Снег уже несколько часов как продолжал идти, отчего всё вокруг ещё сильнее накрыло снегом. Экстрасенсорное восприятие показало, что мамы дома нет. Да, точно, сегодня у неё смена в больнице, и придёт она лишь вечером, дядя Данте, по идее, тоже придёт где-то в это время, а где же тогда папа? А, вот он, на заднем дворе.       Осторожно ступая по снегу, парень вышел на задний двор, пройдя по нему к самой границе, к забору. Отец Неро сидел сейчас на коленях на земле, возле могилки, которая появилась здесь месяц назад.

Кербер Бедфорд. Май 1976 — Ноябрь 1991 Хороший пёс, лучший друг и часть семьи.

      Неро вздохнул. Ему, как и родителям, тяжело далась мысль, что Кербер умер. Он уже был стар, пятнадцать лет всё-таки, что для собаки уже большой срок, но всё равно… это было тяжело. Наверно, тяжелее всего обошлось это именно отцу Неро. В последние несколько дней Кербер уже почти не двигался и не ел, и Вергилию с трудом удавалось хотя бы напоить его. Боли он не чувствовал, так как мужчина своей энергетикой облегчал его боль. Последние часы они так и провели — Вергилий сидел на полу, а голова Кербера покоилась на его коленях, пока рука хозяина медленно и осторожно гладила его. А потом, в последний раз лизнув ладонь того, кто много лет назад спас его, Кербер навсегда закрыл глаза.       Отец похоронил его на заднем дворе, где Кербер постоянно любил носиться и часто мог сидеть напротив его могилки и просто медитировал. О чём он в тот момент думал — никто не знал. — Привет, Неро, — тихо произнёс Вергилий, когда сын присел рядом с ним. — Привет, пап. Как ты? — Более-менее. Работы не слишком много, а здоровье… чтож, я ещё не слишком старый, чтобы заострять на этом внимание. Как у тебя дела? Слышал, у тебя появились новые друзья. — А как иначе? — чуть заметно хмыкнул парень. — Никто не сможет устоять перед аурой Бедфордов!       Неро слегка заёрзал на месте, прежде чем начал. — Пап. В школе что-то уже начинает назревать. Три дня назад Дэвид Поттер показал мне один странный артефакт-зеркало. Оно действует как дементор, проникает в разум человека и выпускает наружу его тайные желания, но действует как-то топорно. Самым странным было то, что в комнате находились странные следилки и чары, которые я не смог опознать. — Поттер? — Я его уговорил перестать туда лезть, и запер дверь. Конечно, я старался запереть всё так, чтобы можно было открыть, но, думаю, если сразу не опознают всё, то ещё сутки в запасе есть. Утром, когда я всё проверял, никто не пытался её открыть, но начались каникулы, так что, возможно, попытки уже начались. — Ясно. Ты молодец, Неро. Сможешь побыть дома один пару часов? — чуть хмыкнул мужчина, посмотрев на сына. — Пап, мне не три года. Вначале я вещи разберу, потом займусь мечом. Попытаюсь сделать новый и более прочный, а то мне не нравится, что после пары ударов мечи ломаются. Так что я вполне могу побыть один дома. Заодно приготовлю ужин для мамы.       Потрепав сына по голове, Вергилий медленно встал на ноги, взяв в руки трость. Один взмах: в воздухе появился портал, через который отец Неро прошёл, исчезая с заднего двора. Сам Неро ещё несколько минут пробыл возле могилки Кербера, прежде чем стёр с неё снег, встал на ноги и отправился в дом. Впереди были две недели каникул, на которых он планировал отдохнуть и сходить в гости.