Необходимое зло

— Лежать. Чейз слегка надавил ладонью на лопатки ещё пытающегося трепыхаться Гектора и отошёл, любуясь картиной. Зафиксированный ремнями и отмытый снаружи и изнутри, Гектор вызывал противоречивые желания. С одной стороны, хотелось выпороть его до сочащихся кровью разрывов, с другой — вырезать поперёк задницы «Чейз» и повторять экзекуцию снова и снова, пока шрам не станет таким глубоким, что не поможет ни шлифовка, ни лазер. Желание посадить Гектора на цепь у Чейза никогда и не исчезало. Но стоило признать, Руди хорошо влиял на него, и после борьбы в ванной, где пришлось немного приложить Гектора, чтобы он дал себя подготовить, Чейз больше не наносил вреда. — Отпусти, мудак, я убью тебя! Гектор снова дёрнулся и повернул голову, обжигая Чейза гневным взглядом. Глаза казались темнее обычного, но дыхание неровное, частое, как бывало у Гектора во время сильного возбуждения, выдавало с головой. Просунув ладонь под живот и нащупав крепко стоящий член Гектора, Чейз удовлетворённо кивнул — не ошибся. — Я не могу отпустить тебя прямо сейчас. Ты ужасно вёл себя и заслужил наказание. Как твой жених, я мог бы дать тебе выбор, но, как твой Доминант, я уверен в том, что необходимо сделать. Зашипев и проглотив возражение, Гектор толкнулся бёдрами вперёд, выдавая себя окончательно, и спросил не в состоянии больше притворяться: — И что это? Хмыкнув, Чейз достал из шкафчика с девайсами деревянную палку и провёл по ступне Гектора. — Для начала хватит десяти с одной стороны, — хлёсткий удар заставил Гектора вздрогнуть. — И десяти с другой. Мы ведь только разогреваемся, не так ли? — Да… — Ты забыл правильный ответ? — Второй удар оказался гораздо сильнее предыдущего, и Гектор сдавленно застонал. — Да, Господин. — Вот так-то лучше. Возможно, я выдеру тебя до звёзд, как обещал. Но только если будешь вести себя очень-очень хорошо. Судя по тому, как зашипел Гектор, надеяться на образцовое поведение не приходилось. Чейзу на самом деле плевать, будет ли Гектор покорным. Он собирался спустить пар сам и выбить дурь из своего парня, дав ему освобождение. Их вечная необходимость, как бы Гектор ни пытался сделать вид, что ему это не нужно. На восьмом счёте Гектор начал кричать и поджимать пальцы, пытаясь уйти от хлёстких ударов. Чейз знал: у его Саба очень чувствительные ступни, и такой вид наказания принесёт по-настоящему сильную боль. Ближе к окончанию экзекуции, когда от каждого удара палки Гектор орал, Чейз стал получать настоящее наслаждение. Он знал, сейчас Гектор не выёбывается. Ему правда больно и хочется прекратить, и он до сих пор не сказал стоп-слово лишь потому, что у них не сессия. В этом тоже виноват только Гектор с его ослиным упрямством. — Двадцать… Отбросив палку, Чейз сел на край постели и взял ступню Гектора в руки, сильно проводя по вздувшейся коже ногтем. — Больно! Хватит, я не могу! — Ты снова что-то забыл. Пальцы сжались сильнее, и Чейз выкрутил ступню под неудобным углом, причиняя почти невыносимую боль. — Господин! Блядская сила, пусти, я ходить не смогу! Гектор резко выдохнул, когда Чейз отпустил его ногу. Сведённые судорогой мышцы расслабились, и он прижался к постели, ощущая себя смертельно уставшим. — Тебе не нужно ходить, сучка. Ты не сможешь даже сидеть, и то, накормить тебя или отнести в душ, будет зависеть только от меня. Судя по сопению, Гектор хотел возразить, но не стал, с покорностью ожидая продолжения и чувствуя, как очень медленно и постепенно его отпускает чудовищное напряжение последних дней. Когда Чейз зашуршал чем-то за его спиной, Гектор напрягся. Щёлкнула крышка флакона, и он подумал, что его сейчас выебут. Когда хлопнула дверца шкафа, он решил, что трахать его, судя по всему, будут не живым членом. И лишь когда его задницы коснулась затянутая в латекс рука, Чейза понял: ему пиздец. — Стой, стой, эй, подожди, давай не так! Обрушившийся на ягодицу удар оказался чудовищной силы, Чейз вжал его лицом в подушку, и Гектор вспомнил, как опасен может быть Дом в гневе. — Ещё один раз ты откроешь свой рот без разрешения или заговоришь без уважения, я разозлюсь по-настоящему. Помнишь, что бывает, когда я злюсь? По спине Гектора пробежал холодок. Он редко выводил Чейза так, чтобы тот не мог себя контролировать, но в первый раз, когда это произошло, Гектор едва не погиб. Во второй всё было ещё хуже: Чейз чуть его не бросил. Наверное, любой психолог сказал бы, что приоритеты у Гектора так себе, но бороться с собой в таком возрасте и моральном состоянии не хотелось, а Чейз оказался единственным, кто может и хочет помочь. И даже их любовь была не так важна, как это. Ещё пару раз ткнув Гектора носом в подушку, Чейз отпустил его шею и снова вернулся к желанной заднице. — Всегда хотел проверить, каков твой запас прочности. Как думаешь, я смог бы войти по локоть, или ты пустишь только до запястья? Гектор тихо заскулил, пытаясь съехать с темы, но по тычку в бок понял, от него ждут ответа. — До запястья. Пожалуйста, Господин. — Хороший мальчик, вот ты уже и просишь меня сам. Гектор хотел возмутиться, но вовремя прикусил язык. Не в его положении злить хищника, которому засунул руку в пасть. О том факте, что скоро рука Чейза будет у него в заднице, Гектор старался не думать. — Лучше бы тебе подышать и как следует расслабиться. Чейз провёл ладонью по ягодице Гектора и сильно сжал пальцы, стараясь оставить следы. Его до безумия возбуждали синяки, порезы и шрамы на идеальном теле Гектора. Отказывать себе в такой малости Чейз не мог и не хотел. Иногда на него накатывало, и он просыпался с желанием изрезать Гектора на куски, влезть ему под кожу, выкручивать руки, пока не услышит хруст ломающихся костей… та степень обладания, которую здоровый человек загоняет в самые потаённые уголки сознания, а Чейз сублимирует на сессиях. Наклонившись к уху Гектора и слегка прикусив мочку, Чейз выдохнул: — Сегодня можешь не сдерживаться и кричать, хочу слышать твой голос. Подложив под бёдра Гектора подушку и ещё немного помяв ягодицы, чтобы к ним прилила кровь, Чейз выдавил густую смазку для фистинга на пальцы и вставил в зад сразу два. Гектор зашипел и дёрнулся, но, когда Чейз с безупречной точностью знающего его тело любовника, нащупал простату, расслабился. Драл же его Чейз с узлом, может не так страшно всё будет? Когда внутри оказались три пальца, стало не по себе, а на четырёх Гектор зажался, за что получил шлепок по бедру. — Давай, расслабься, иначе тебе будет слишком больно. Хотя, возможно, ты хочешь именно этого. Сложив пальцы лодочкой и вставив до расширения ладони, Чейз сильно укусил Гектора за плечо, отвлекая от основного действия, и пока тот сосредоточился на давлении зубов, плавно толкнулся внутрь, преодолевая сопротивления мышц и вводя руку до запястья. Сдавленный стон, который издал Гектор, пробудил всё самое ужасное, что таилось в душе Чейза. Он ещё сильнее сжал зубы и отпустил, почувствовав во рту металлический привкус крови. Кусать до крови выпуская клыки, да ещё в непредназначенных для метки местах, было запрещено законом. Но где Чейз и Гектор, а где запреты. — Я в тебе до запястья, детка. Чувствуешь меня? Как думаешь, что будет, если я сожму пальцы в кулак? — Не надо… Чейз ещё немного двинул рукой вперёд, и Гектор мгновенно понял: он снова ошибся. — Пожалуйста, Господин. — Вот так. Ты можешь быть послушным, когда очень стараешься. Не думай, что послушание спасёт тебя от кулака, ведь в этом весь смысл, но мы оба здесь для удовольствия, детка, так что тебе понравится, обещаю. — Да, Господин. Гектор прикрыл глаза и сосредоточился на ощущениях в заднице, которые, хоть и были непривычными и специфическими, не причиняли невыносимой боли. Чейз двигался внутри осторожно, то проводя пальцами по простате, немного вытаскивая руку, то входя глубже и сжимая кулак. Вопреки страхам и ожиданиям пиздецовой боли, Гектору скорее нравилось чувство абсолютной уязвимости перед Чейзом и тот факт, что при желании Дом может навредить ему по-настоящему сильно. Чейз, судя по всему, распалялся всё больше, движения становились быстрее, и через пару минут он рискнул вытащить руку и, не дав анусу закрыться, вставил снова. Гектор охнул, но принял до запястья, чувствуя, как поднимается слегка опавший член. — Хочешь глубже? Говори, хочу слышать тебя, сучка. Сжав кулак, Чейз уже довольно жёстко трахал им Гектора, а тот не смог ответить на вопрос, сдавленно стонал от поразительной смеси боли, наслаждения и чувства абсолютной принадлежности другому человеку. Слова Чейза доходили с опозданием, будто пропущенные сквозь толстый слой ваты, но Гектор запоминал их оставлял себе, и готов был хранить и лелеять в сердце долгие годы. — Ты мой, только мой, такой покорный, красивый, уязвимый. Я могу сделать с тобой всё, что пожелаю, а ты будешь стонать подо мной и принимать, принимать всё, что я предложу. Потому что ты знаешь, — Чейз ускорился и стал задевать простату на каждом движении, — я хочу для тебя лучшего, я дам тебе лучшее. Выверну тебя наизнанку и выпотрошу, чтобы снова собрать и сделать твою жизнь идеальной. По тому, как сбилось дыхание Чейза, Гектор понял: он вот-вот спустит только от того, что имеет своего Нижнего кулаком. Эта мысль возбудила до такой степени, что Гектор смог расслабиться полностью и каким-то грёбаным чудом впервые в жизни кончил без единого прикосновения к члену, лишь от манипуляций в заднице. Судя по хриплому дыханию и звукам за спиной, Чейз дрочил и был близок к финалу. Когда он кончил на ягодицы Гектора, тот не удивился, лишь устало улыбнулся и длинно выдохнул, давая Чейзу осторожно вытащить руку. Во время сессий Чейз не позволял себе самоудовлетворения, и Гектор был даже рад, что в этот раз они ничего не обговаривали. Чейз, конечно, для порядка получит истерику по поводу своего поведения в ванной и по поводу несогласованных действий, но завтра. А пока Гектору было слишком хорошо и единственное, чего ему хотелось — первый раз за последнюю неделю уснуть без кошмаров. Пусть Чейз сам разбирается с гигиеной и прочими проблемами. Главное, чтобы не будил.