Цветы на камнях

      Рузанна громко застонала, чувствуя сильную головную боль. Очнулась она в небольшой бедной комнатке, лёжа на двуспальной кровати, накрытая колючим зелёным одеялом. Платье с неё было снято, но сорочка — на месте, возможно, похитители не тронули или не успели тронуть.       Руки и ноги не были связаны, а на стуле возле кровати стоял стакан с водой, который был мгновенно выпит.       Шкафа не было. Только сундук, где и хранилась одежда. Стены были деревянными, а пахло морем, сухими травами и смолой.       Увидев дверь, Рузанна подошла к ней, сильно шатаясь. Было тихо, а ручка поддалась. Замок — не заперт. Странные похитители пошли!       — Ай! — Рузанна шлёпнулась на пол, вспоминая, что упала с лошади и расшибла коленку. Решив осмотреть рану — заметила, что она перемотана бинтом.       Шаги…       Сзади послышались шаги, осторожно ступающие по деревянному, немного скрипучему полу.       — Прости, мне не следовало этого делать, — рядом присел Флок с бледным лицом. Он обхватил колени руками и посмотрел куда-то в сторону.       — Т-ты? — она не ожидала увидеть перед собой Форстера. Кого угодно, даже своего отца, но только не его. Он показался ей, хм, нормальным. Зачем он похитил её? Или… может…       — Вы с Эреном решили похитить меня? Он хочет поговорить? Боже, я сама хотела поговорить с ним, поэтому могли не устраивать этого спектакля. Где он? Эрен! Иди сюда! Я знаю, что ты за дверью! — кричала Рузанна, в душе радуясь, что временно избавилась от Кенни. Неизвестно, на что он пойдёт, ради своих целей, но рядом с мужем у неё больше шансов отцепиться от надоедливого герцога.       — Он погиб… — тихо пробормотал Флок, громко сглотнув слюну.       — А? — напряглась Рузанна. Она не расслышала. Не расслышала!       — Эрен… Он… — Флок поднялся в полный рост и отвернулся подойдя к подоконнику. Операясь на него руками, Форстер вдруг закричал: — Он из-за тебя ушёл драить палубы на корабль, который вчера ночью попал в шторм. Все утонули. Понимаешь?       — Нет… Ты… Ты врёшь! Врёшь! — со слезами на глазах, Рузанна бросилась на Флок, сжимая кулаки. — Считаешь, что это смешно?       Форстер молчал, смотря куда-то в сторону. Он не знал, что ему говорить. Знал бы, что друга больше нет, то не похищал бы Рузанну.       Он рвался на место затопления, но не мог оставить Рузанну, не зная, что с ней дальше делать. Но в одном он был уверен точно: ради памяти друга, он не позволит этому скользкому герцогу жениться на ней.       Рузанна была полностью опустошена. Она покачнулась и начала падать. Флок подхватил её, почувствовав, как она сильно трясётся.       — Я же… не хотела… я… Господи, что мне теперь делать? — шептала девушка. Стодард пожалела, что ушла из дома, но не уйди она тогда — неизвестно, что сейчас было бы с Хисторией и её дочерью.       — Нужно… Жить дальше, — вздохнул Флок.       Прошло два дня. Рузанна отказывалась от еды, была морально убита и целыми днями рыдала. Она вспоминала каждое слово, сказанное в адрес мужа. Какой же жестокой тварью она себя чувствовала — оскорбляла, унижала, не верила, а потом сбежала к этому герцогу, не догадываясь, кто прячется за образом джентльмена и дамского угодника.       Флок тоже изводил себя, обвиняя в том, что не отговорил Эрена от ухода в моря. Морская стихия не для него. Эрен — сухопутное существо, не понимающее морскую стихию. Он ушёл в море, чтобы отвлечься от своей боли и тоски, а солёная вода забрала его в свои глубины.       Купив на местном рынке лепёшки с сыром и ветчиной, Флок вернулся в дом, заварил чаю и понял, что пора приводить Рузанну в чувства. Она должна жить дальше ради гостиницы, которую Эрен построил ради их светлого и сытого будущего.       — Рузаночка, ты не имеешь права загонять себя в могилу. Эрен дорожил в своей жизни двумя вещами: тобой и гостиницей. Ты должна продолжить его дело, — Флок затряс девушку за плечи. Её коричневые волосы посветлели и начали обламываться. Глаза стали блёклыми и осунувшимися.       — Я… виновата в его смерти… Я! — Рузанна запищала, не в силах сдержать слёз. Флок обнял её и тяжело вздохнул.       — Я тоже много лет страдал от неразделённой любви…       Рузанна заинтересованно прислушалась к парню, вытерев слёзы. Она всё же была согласна, что слезами горю не поможешь и нужно жить дальше, заботясь о гостиницы в память об Эрене.       — … я впервые увидел её, когда мне было лет десять. Она гуляла в саду с томиком стихов о любви. Она — дочь богатого человека, а я — никто. Ещё и младше её, поэтому мне пришлось оставить мысли о ней. Она слишком сильно любит мужа, а ваша с Эреном история научила меня не лезть туда, куда не просят, — Флок поправил чёлку. — Пошли поедим. Нам нужно набираться сил, чтобы пережить потерю Эрена.       — Да… Мне нужно вернуться в Мэнор-холл. Там мой дом. Надеюсь, Эрен думал так же.

***

      Рико битый час пыталась сторговаться с аптекарем, чтобы тот не драл три шкуры за жаропонижающее и целебные настойки. На вопрос: «Зачем всё это?», девушка просто одарила аптекаря недовольным тяжёлым взглядом, и он сдался, сделав скидку. Но небольшую.       — Урод! — прошептала Рико, собирая в бумажный пакет лекарства. Осталось купить водку, но с этим проблем не будет. Во всяком случае до этого ещё ни разу не было проблем.       Жара стояла сильная. На южном побережье, в городе Клюенсе было уже плюс двадцать шесть, а в других городах — только пятнадцать. В этот город бежали преступники, так как Клюенс — был нейтральной территорией, куда съезжались торговцы, браконьеры и прочие сливки общества, чтобы без проблем продать свой товар. Кое-какие блюстители закона были, но посадить могли только за убийство или драку.       В общем город был раем для преступников. Многие умудрялись здесь начать жизнь заново, а многие просто купили домик по дешёвке и жили на пенсию. Стариков здесь не грабили и не обижали.       Рико оказалась здесь совершенно случайно: она отвечала за безопасность короля, но что-то пошло не так, и её обвинили в государственной измене. Пришлось убегать, оставляя свой дом далеко в воспоминаниях. И мечты о радужном будущем пришлось зарыть глубоко-глубоко.       Рико тяжко вздохнула, купив и водку, и кагор. Последний напиток, по словам бармена, излечивал всех и от всех. Рико в это не верила, но купила ещё и кагор, который не помешает в лечении.       Небольшой домик из камня, накрытый соломенной крышей — типичная постройка для Клюенса. Совсем рядом плещется море, где на берегу обжигаются лодки. Смолой воняло очень сильно, но за три года Рико почти привыкла к запаху. Только она не привыкла к полуживым трупам, которые притаскивал Пиксис, приютивший её три года назад у себя в домике. Она готовила обеды, стирала, убирала, а он целыми днями пил с друзьями и обжигал лодки.       — О! Ты купила и кагор, и водку! А настойки хоть спиртовые? — разбирая пакет, спрашивал Дот. Рико поморщилась, отбирая у старика всё спиртосодержащее.       — Это для лечения! Он пришёл в себя? — Рико подошла к Эрену, лежащему на мягком матрасе, метаясь в бреду. Из-за долгого пребывания в ледяной воде, он заболел. И очень серьёзно. Пиксис был недалеко от берега, сидел в лодке, когда увидел плывущую бочку. Подумал, что с вином, а потом пригляделся, а там — человек, который что-то бормотал.       — Его голову не слабо прибило. Доктор сказал, что с большей вероятностью морячок забыл, как маму свою зовут, поэтому можешь оставить его себе. Он симпатичный, тебе по возрасту подходит отлично! — как всегда, подкалывал девушку Пиксис, помогая ей обтереть парня водкой.       Эрен застонал, бормоча: «Мама! Мама!». Его губы потрескались до крови, а дыхание было рваным и неровным.       — Пожалуйста, держите свои фантазии при себе! Я хочу его спасти и отправить восвояси! — покраснела от раздражения Рико.       — Ой, ой, ой! Ладно, давай продолжим лечить морячка. И рану на голове нужно обработать, мне не нравится её состояние.       Эрен находился в тяжёлом состоянии, но Рико не собиралась отдавать его в лапы смерти, поэтому отчаянно боролась за его жизнь.       Пиксис помогал, не воздерживаясь от своих шуточек. Он махнул рукой, сказав, что жить парень будет, хоть один из приглашённых Рико врачей сказал, что Йегер не жилец.       — Много понимает этот докторишка. Не удивлюсь, узнав, что он ставил неправильные диагнозы, поэтому и сбежал сюда от гнева недовольных клиентов, — махнул рукой Дот, видя, как у Рико опускаются руки.       — Ладно. Нужно ещё раз попытаться напоить его настойкой. Помогите мне.

***

      Рузанна, никогда не умеющая готовить, внимательно изучала рецепт обычной овсянки, чувствуя, что сейчас у неё вскипит голова от жары и непонятной инструкции, как варить эту кашу.       — Я приготовил омлет. Оставь тетрадь с рецептами в покое. Прошу к столу! — сказал Флок, раскладывая еду по тарелкам.       Ели они на улице, смотря на море. Столик, правда, был маленьким, но и еды не было много.       — Клюенс, говоришь? Странное название у города… Впервые слышу, — сказала Рузанна, уплетая омлет. Флок неплохо готовил.       — Да… Я побывал здесь впервые в шестнадцать. Мой отец привёз меня сюда, — выдохнув, Форстер добавил: — Но я не хочу об этом.       — Ладно. Слушай, я не знаю, с чего начать новую жизнь? Если я — законная наследница Мэнор-холла и близ прилегающих к нему территорий, то как мне это доказать? Как унаследовать титул моего настоящего отца Джерома?       — Поговори с отцом. Я не разбираюсь в подобных делах, но обещаю помочь тебе первое время. Подожди, я забыл кофе в кухне!       Рузанна услышала чаек, невольно вспомнила Мэнор-холл, не зная, как туда возвращаться. Вроде у неё и была уверенность, что нужно туда, а вроде она не хотела вспоминать те счастливые дни, проведённые там. Да, на тот момент ей не казалось счастьем то, что рядом живой Эрен, а теперь, когда понимание, что она никогда не увидет и не дотронется до него, достигло пика, Стодард ощущала себя несчастной всем своим существом.       — Вот, кофе. Потом нужно на рынок. Мы проторчим здесь пару недель. А потом — доберёмся на катере до Мэнор-холла, — Флок присел на плетённый стул и продолжил завтрак.       Рузанне пришлось надеть ужасное оранжевое платье в цветочек, которое купил ей Флок на рынке в качестве сменной одежды. Её платье высыхало, постиранное и кое-где заштопанное из-за падения с лошади.       На Флоке же были чёрные штаны и лёгкая светлая рубашка. Рузанна постоянно вспоминала Эрена, выискивая в толпе людей похожих на него парней.       —Нет, ну ты… Ты сам себя слышишь? Виноград, ты посмотри, посмотри, виноград у тебя гнилой, а ты продаёшь его по такой цене! — ругалась у прилавка Рико. Рузанна прошла мимо, не слишком желая наблюдать за скандалом, да и Флоку не хотелось лишнего внимания, учитывая, что Кенни может направить своих людей на поиски сюда.       — Возьмём немного риса и баранины. Ещё нам нужна морковь, специи и мёд. И… Не знаю… Давай возьмём орехи в виноградном соке? Это очень вкусно! — размышлял Флок, пробегая по прилавкам глазами. Он надеялся, что ему хватит навыков в готовке, чтобы приготовить плов.       — А мёд? Зачем он нам?       — Здесь продают рапсовый мёд. У него необычный вкус и очень полезные свойства. Ещё я не отказался бы от картошки, чтобы сварить завтра. Ты как? Может, хочешь чего-нибудь? — Флок схватил девушку за запястье, чтобы не потерять её в толпе людей. Девушке с такой внешностью как у Рузанны опасно теряться в толпе. Она же не сможет за себя постоять в случаи чего.       — Да. Новое платье.       — Ладно. Пошли к палатке с одеждой.       Рузанне было непривычно видеть готовые платья, ещё и каких-то размеров. Она привыкла, что с неё снимают мерки, потом выбирают фасон и шьют.       Перебрав кучу однотипных платьев, Рузанна остановилась на зелёном платье с пышными рукавами из лёгкого материала. Она осталась более-менее довольна обновкой и терпеливо ждала, пока Флок купит баранину.       Потом они возвращались домой. Опять увидели Рико, которая уже ругалась с аптекарем, доказывая ему, что кто-то тяжело болен, и ей необходимы именно эти лекарства с длинным названием. Рузанна лишь посочувствовала этой девушки, подумав, что муж той заболел, и бедняжка его лечит. Флок вообще не обратил внимания на Рико, пытаясь вспомнить чёткий рецепт плова, но из головы вечно всё вылетало.       Через несколько часов Рузанна уже дула на плов, едва сдерживая слюнки от превосходного аромата. Флок был заметно подавлен, постоянно смотрел на море и грустил. Ему было как-то неуютно рядом с Рузанной жить под одной крышей, а ещё и оставаться наедине. Их явно неправильно поймёт общество.       — Ты переживаешь, что обо мне будут говорить люди? — спросила Стодард, мягко улыбаясь.       — Это… Это всё неправильно. Я не должен делать вид, что… Неважно. Нам нужно поскорее вернуться в Мэнор-холл. У тебя есть идеи, как унаследовать титул? — Флок вилкой подцепил немного риса сверху и подул на него.       — Думаю, сначала поговорить с отцом. Или со Смитом. Я слышала, он разбирается в таких делах.       Флок кивнул. Трапеза прошла в скромном молчании.       В течении двух недель Рузанна видела Рико несколько раз. Она хлопотала о каком-то тяжёлом больном, просила лекарства, искала врача. Стодард переживала, что стала вдовой, сидела вечерами на кровати, прокручивая в голове свой неоднозначный и очень короткий брак.       Флок собрал вещи, а их было немного, погрузил всё на катер, потом помог сесть в него и Рузанне. У него практически кончились деньги, но всё за поездку до Мэнор-холла он заплатил сам.       Добравшись до дома только к вечеру, Рузанна долго не решалась переступить порог. Армин и Энни встретили Рузанну и Флока, накрыли на стол, выразили сочувствие, а Кигли обнял Стодард, но ничего не сказал.       Здесь ничего не изменилось за это время. Только Петра стала не такой испуганной, а Саша всё так же суетится.       — Герцог был здесь пару дней назад. Искал тебя, — сказал Армин, обращаясь к Рузанне.       — Скажи, Армин, мне можно поговорить с мистером Смитом о своих правах на Мэнор-холл? — спросила Стодард. Арлерт задумался, пережёвывая креветку.       — Да. Думаю можно. Он неплохо разбирается в подобных делах. Если что, то он посоветует тебе хорошего адвоката.       — Ладно, Рузанна устала. Ей нужно отдохнуть и занятся делами, — сказала Энни.       — Да… Дела… Кстати, что с гостиницей? — спросила Стодард. Она ощущала, что Арлерты сильно напряжены за столом. Возможно, не ожидали, что она приедет так скоро, ещё и Флока за собой притащит.       Армин неторопливо рассказывал, что всё нормально. Гостиница процветает, а после вести о смерти Эрена, в гостиницу повалили толпы людей. Энни сидела молча, помешивая ложечкой чай, а Флок периодически прикрывал глаза, засыпая из-за изматывающего пути.       Перед сном, когда Саша помогла Рузанне посетить баню, Стодард закрыла дверь в свою спальню и тяжело вздохнула, посмотрев на смежную дверь. Руки затряслись, а ноги сами понесли свою хозяйку к чёртовой двери, напоминая первые дни брака. Как же ей хотелось взять подушку и задушить ненавистного мужа. А теперь…       Она вошла в спальню мужа. На стуле висела его куртка, а на столе лежали планы на гостиницу. Эрен хотел открыть ещё одну в соседнем населённом пункте. Рузанна надела его куртку, всхлипывая. Она зажгла пару свечей, уставилась на листы, исписанные его рукой, ощутила пустоту внутри и решила пригласить сюда мать с сестрой. Малике должен пойти на пользу морской воздух.       Тяжело выдохнув, Рузанна вышла из комнаты с курткой на плечах. Её ждали тяжёлые дни и втягивания в работу, чтобы отвлечься от душевных страданий.

***

      Рико битый час ждала врача. Эрен метался в бреду, разойдясь не на шутку. Третий месяц он был в таком состоянии и ничего ему не помогало. Казалось, что война с болезнью и травмами потеряна.       Был шторм. Море опять рыскало в поисках заблудших кораблей. Раскат грома за раскатом; сверкающие молнии, освещающие пространство лишь на миг и холод, бродящий по телу.       Рико опустила голову, понимая, что врач не собирается выходить из своего дома в грозу. Пиксис грел воду для чая, травя байки о своей жизни.       Очередной удар грома, а потом:       — Рузи… — Эрен, тяжело и громко дыша, отчаянно хватая ртом воздух, точно рыба выброшенная на берег, вскочил с кровати, падая на пол с грохотом.       — Люси? — не расслышав непонятные полукрик парня, Рико кинулась к нему, хватая его за голые плечи.       Он продолжал хватать воздух губами, смотря куда-то в пустоту. Осунувшееся лицо от болезни выглядело пугающе в полутьме, но Рико затрясла парня, пытаясь привести его в чувства, чтобы узнать, кто он и откуда.       — Я сказал, что он очнётся! — улыбался Пиксис, пришедший на грохот.       — Эй! Ты меня слышишь? — Рико щёлкнула пальцами прямо у уха Эрена. Он ещё несколько раз хватанул воздух губами и наконец-то посмотрел на свою спасительницу. Йегер весь покрылся холодным потом — ему снился кошмар, но он не помнил его.       — Вы кто? — спросил Эрен, трогая свой лоб. Его руки плохо слушались хозяина, а мышцы расслабились, хоть Рико ему и делала каждый день массаж, чтобы ничего не атрофировалось.       — Я — Рико. Ты кто? Помнишь?       Эрен прикрыл глаза, чувствуя неприятный вкус во рту: смесь горьких настоек и стойкий запах болезни. Обычно он себя так чувствовал после простуды, проведя дня три в постели.       — Я… Меня зовут… Я… я не помню, — громко сглотнув, Эрен вздрогнул. Хуже всего — забыть, кто ты. Только паника не успела охватить сознание, так как оно твёрдо верило, что он ещё в кошмаре.       — Ладно… А Люси? Кто она? — Рико не устраивало, что выживший не помнит, кто он.       — Люси? Не знаю… — Эрен почесал голову. Ему было страшно: начали мёрзнуть пальцы.       — Давай помогу ему лечь. Чай почти готов, ему нужно выпить горячего, — сказал Пиксис и помог Эрену лечь в постель. Рико накрыла его одеялом, понимая, что реабилитация будет трудной и долгой, а ведь она даже имени этого моряка не знает. Как к нему обращаться?       Эрена напоили чаем. Он долго лежал, смотря в потолок, пытаясь вспомнить своё имя, что с ним случилось и загадочную Люси. В голове совершенно не было никаких мыслей, будто его до этого дня никогда не существовало. Эрен ощущал какие-то обрывки воспоминаний на своём теле, а именно: холодный пол, очевидно, темницы, злобный голос, который ещё и дерётся и вода, ледяная вода, которая была везде и тянула вниз. И шум. Непонятный шум в ушах, будто внутри всё наполняется водой. Люси… Эрен уснул. Он так и не вспомнил ничего за пару часов пока рассматривал потолок, иногда освещаемый молниями.