Бешеный

Из парикмахерской вернулись преображенными: ярко-рыжая Златка, мрачный Мишка со слегка облагороженной и сбрызнутой блёстками шевелюрой, разноцветный Макс. — Пап, ты такой красивый! — с восторгом сказала Златка, когда они шли по парку. Макс приосанился, провел рукой по красно-рыже-желтым прядям. — Как хвост Сенькиного петуха, — подсказал Мишка. Макс сердито фыркнул. — Нет, как грива Радуги Дэш, — возразила Златка, и Макс совсем сник. — Ничего, смоется, — утешил его Мишка и тут же ехидно добавил: — Ну, если мыться хоть иногда. Макс посмотрел на него с подозрением и уточнил: — Ты мне специально такие цвета выбрал? — А надо было розовый, как у Пинки Пай? — Ой, надо было! — со смесью восторга и сожаления воскликнула Златка. — Ну, ничего, в следующий раз. Макс мрачно засопел. — Злат, а тебя домой пустят в таком виде? — спросил Мишка. — А что? — удивилась Златка. — Да так… — Катя меня, конечно, отчитает, — беспечно сообщил Макс, — но это ничего. Не в первый раз. — Можно сделать как на Пасху, — рассудительно сказала Златка. — А чё было на Пасху? — спросил Мишка. — Я себе остригла челку, — пояснила Златка. — Папа не знал, как рассказать маме, и поэтому взял и позвонил в дверь, а сам убежал. Мишка фыркнул, видимо, представив себе эту картину. — Чё ты ржешь? — обиженно спросил Макс и тут же приосанился, заметив, какой теплый взгляд бросила на него идущая навстречу девушка. — Не пялься! — сердито зашептал Мишка и пихнул его локтем. — А чё? Я ей понравился. Видал, как улыбнулась? — Потому что у тебя дурацкий вид, — безжалостно ответил Мишка. — Хватит уже позориться. Макс возмущенно фыркнул и отвернулся. Мишка, похоже, тоже надулся — он-то с какой стати? — и отвернулся в противоположную сторону. Они успели демонстративно прошагать вот так метров пять, а потом Златка ухватила их обоих за руки и потянула к киоску с мороженым. После парка заехали в «Макдоналдс», хотя Мишка и ворчал, что еда в багажнике стухнет на жаре. — Не стухнет, — отмахнулся Макс. — Она же в холодильнике. Холодильник в багажнике действительно был, но Мишка всё равно продолжал ворчать. Видимо, на всякий случай. По пути домой Златка уснула, и Макс на руках отнес ее в комнату и уложил в кровать. Посидел немного, приходя в себя после наполненного событиями дня, и потащился на кухню, готовясь разбирать пакеты с покупками. Но оказалось, что Мишка уже всё сделал, и Макс растерялся, не зная, что теперь предпринять. Оставаться с Мишкой наедине было странно и немного боязно: вдруг взорвется? Почему-то казалось, что он держит себя в руках только из-за Златки, а стоит Максу что-нибудь сказать не так сейчас, когда они одни, сразу психанет. Но Мишка просто сидел в своем кресле, забравшись в него с ногами, и играл в какую-то разноцветную игрушку вроде тетриса. — Хочешь какао? — спросил Макс. — Только если без жуков, — ответил Мишка, на секунду оторвавшись от экрана. — Вот Злата! — возмутился Макс. — Разболтала, да? — Угу. — Я думал, это комочки. В какао всегда комочки. — Только если руки из жопы, — строго сказал Мишка. — Ай, иди ты! Макс загрохотал было кастрюлькой, чтобы показать, насколько задеты его чувства, но тут же спохватился, осторожно поставил кастрюльку на плиту, налил в нее молока, сыпанул сахара, банку какао долго и придирчиво разглядывал, встряхивая содержимое так и эдак. Наконец объявил: — Без жуков. Мишка кивнул, больше не отрываясь от экрана. Когда молоко начало закипать, он убрал телефон в карман, встал, вынул из верхнего ящика венчик и сунул его Максу. — Чё? — Снимай с огня и взбивай. — На хуя? — Не на хуя, а зачем, — поучительно сказал Мишка. — Чтоб пенки не было. Макс недоверчиво фыркнул, но подчинился. — Чё вы вообще развелись-то? — спросил Мишка, когда Макс вручил ему чашку. Макс от неожиданности чуть не подавился какао. — Обещаешь не ржать? Мишка дернул плечом, вроде бы выражая сомнение в собственных силах, но вместе с тем и готовность попробовать. Макс молчал, и Мишка даже поставил чашку на стол, показывая, что целиком и полностью готов его слушать. — Ну, она мне ремнем вломила, — признался Макс. Мишка изо всех сил зажал рот рукой, но смех всё равно вырвался наружу. — Смешно ему, — обиженно проворчал Макс. — Знаешь, какая у нее рука тяжелая? — Так тебе и надо. — Ну, вообще-то да, — признал Макс. — А чё она? — спросил Мишка. — Ты и тогда кассиршам подмигивал, как припадочный? — Нормально я подмигиваю! — возмутился Макс. — Так чё, да? — Ну, типа того… Маленький ты еще такое знать. Спать ложись.