Бешеный

Макс так и не понял, что его разбудило: то ли гром, то ли зажженная лампа, то ли ледяные ноги бесцеремонно забравшейся в постель Златки, то ли всё вместе. — Чё? — сонно спросил Макс. — Гроза, — объяснила Златка. — Страшно. — А-а, — протянул Макс. — Блин! Он соскочил, принялся выдергивать из розеток провода. — Не уходи, — запротестовала Златка. — А? — Нельзя бросать человека наедине со страхом. — Чё? — растерялся Макс. — Это твои пони так говорят? — Нет, Сеня. — А-а. Макс тряхнул головой, решив не зацикливаться сейчас на том, по какому случаю Сенька такое ляпнул. У него же не язык, а помело, болтает и болтает… — Мише, наверное, тоже страшно, — заметила Златка. — Да ну, — отмахнулся Макс. — Так, зарядку выдернул, телевизор выдернул… — Папа! — возмущенно воскликнула Златка. — Чё? — Пойдем спасать Мишу. Макс бессильно застонал, закатив глаза: — Да на х-хромой козе его спасать?! — Не на козе, а пешком. Тут недалеко же. Златка вылезла из-под одеяла, ухватила Макса за руку и решительно повела его спасать Мишку, попутно уточняя:  — А зачем именно на козе? А коза тети-Танина, да? К ней далеко идти, я боюсь. Хотя покататься на козе, наверное, здорово. Только я днем хочу и не под дождем. Когда они ввалились к Мишке, оказалось, — вот сюрприз! — что он в спасении не нуждается, а дрыхнет себе, обнимая подушку. — Видишь, всё нормально, — мрачно сказал Макс. — Ничё он и не боится. — Как будто нельзя бояться и спать одновременно, — возразила Златка. Мишка заворочался, приоткрыл левый глаз и вопросил: — Чё? — Ничё, — успокоил его Макс. — Мы пришли посмотреть, как ты боишься. Дрыхни дальше. — Чё? — повторил Мишка, открывая и правый глаз. — Ну вот, теперь никто не спит, — заключил Макс. — Ох-х уж эти дети. Мишка сел на кровати, сонно хлопая глазами, и Златка тут же подсела к нему, принялась рассказывать о планах Макса насчет соседкиной козы. — И чё, — уточнил Мишка, — мы из-за этого не спим? — Да, — радостно подтвердила Златка. — Хотя я папе говорила, что кататься лучше днем. Макс всплеснул руками, в последний момент сдержав рвущиеся наружу эпитеты. — Совсем поехал, — заключил Мишка. — Не поехал, я же его отговорила, — возразила Златка. Макс мысленно проклял себя за то, что позволил ей уснуть так рано. Теперь не уложишь и не заткнешь, так и будет болтать до утра. Еще и Мишку разбудили. — Так, всё. Чай, — объявил Макс. — Пока я тут с вами не свихнулся. К моменту, когда чайник закипел, все уже окончательно проснулись. — А гроза совсем не страшная, если бояться вместе, — рассуждала Златка. — Да, Миш? — Угу. Мишка мрачно рассматривал набухающий каплями потолок. — Чё? — обиженно спросил Макс, перехватив его взгляд. — Ну, подтекает немного. Починю когда-нибудь. Кастрюлю подставить — и нормуль, чё ты? Мишка махнул рукой и сосредоточил свое внимание на чае с печеньем. Златка тем временем любовалась домиком. — Завтра будем всё утро играть, — сказала она. — И Сеню обязательно позовем. Я уже всё-всё придумала. Пинки Пай устроит вечеринку в нижней гостиной, будут пирожные и кексы, а еще… — Чё, вот прямо с утра? — без энтузиазма спросил Мишка. — Конечно, а то не успеем. Мама сказала, чтобы папа меня привез пораньше. — Завтра? — растерянно переспросил Мишка. — Уже? — Угу, — кивнул Макс. — Я бы осталась подольше, — важно рассуждала Златка, — но мама говорит, на море обязательно надо, чтобы потом не болеть зимой. Я не люблю болеть. — И чё, надолго ты? — хмуро спросил Мишка. — На море? Ой, надолго… — Златка тяжело вздохнула. — На целых три недели. Я тебе ракушек привезу, хочешь? Самых-самых красивых. Ты же тут будешь, когда я вернусь? Мишка растерянно глянул на Макса, и тот отвел глаза.