Зовущий во сне

Вы думаете, что сейчас начнутся ужасы? Хе-хе-хе. Потерпите. Они придут, чтобы вас напугать. А пока вернёмся во Внешний Мир, где ситуация наконец разрешилась: Принц помирился с Принцессами и Леди, Стефанией и Ли Мей, а также получил что хотел. При этом никто не погиб и демон Элигос отправился обратно в Преисподнюю, где его накажет бывшая Королева Эдении, у неё с этим не забалуешь. Сейчас все императорские отпрыски сидели в так называемой дворцовой гостиной: это большой и просторное помещение с высокими потолками, немалым количеством окон, впускающих большое количество солнечного света, матовый стены окрашены в благородный карминовый цвет, на полу расстелен большой длинноворсовый ковёр, расшитый золотыми нитями, на потолке висят две каскадные люстры из чистого эденийского хрусталя; посередине стоял круглый резной стол из красного дерева, рядом два жаккардовых дивана алого цвета и причудливыми узорами из золотых нитей, недалеко стоят кресла из тех же материалов, что и диваны; по всей стене слева от двери был огромный шкаф, что закрыл собой стену, чего там только не было: книги, дорогие, но не коллекционные сервизы, мелочи императорской семьи... У стены справа от окон стоит большой камин из красного кирпича, выложенного фламандской кладкой, перед ним лежали разноцветные мягкие подушки. А позади диванов и кресел на стене висел огромный портрет большой императорской семьи. Шао Кан тогда несколько раз грозился убить художника за его нерасторопность, но всё очень вовремя сглаживала Синдел. Вот и портрет был помпезный: Император сидел на своём троне, на его правом плече лежит рука Императрицы, чтобы стоит позади, слева стоит Рейко, все дочери подложили ноги по себя, но сидели на разных местах: Китана поближе к правой ноге отца, слева от синего ассасина расположила Джейд, а у левой ноги сидит Милина, справа от неё Скарлет. На этот портрет ушло много времени, сил и нервов всех членов императорской семьи: то Шао не хочет долго сидеть на месте; Рейко крутит головой, норовя сбежать; Кити, как и отец, ноет, что всё идёт очень долго; Мили казалось, что художник рисует её уродливой; а Карли всех подкалывала. И только Дели и Джейди не ныли и не жаловались, всё же желая закончить портрет. Именно в этой роскошной гостиной Ли Мей сидела на коленях Рейко, а его очаровательные сёстры ели конфеты, которые им принёс брат. Каких конфет тут только не было: ириски, с кусочками фруктов, суфле, с желе, шоколадные, с марципаном, со сливками, с муссом и прочими начинками. Эденийским кондитерам Императрицы не было равных в свершении кулинарных искусств, за что получали хорошее жалование. Принцессы и Леди то пили свои любимые чаи, то кофе от личного кофешенка Канум, то сок, а Скарлет пила только кровь, порой по глотку чая с боярышником. Принц был рад, что его сестрички счастливы, а Ли всё ещё была под впечатлением от встречи со Стефанией: такая сильная и волевая женщина, которая готова была на всё ради своей семьи, даже обратилась к демоническим силам и легла под Куан Чи ради правнучки и праправнуков. – Всё хорошо, что хорошо кончается, – изрёк императорский сын, обнимая девушку. – Это верно, – согласилась старшая Принцесса. – Всё же наша прапрабабушка достойна восхищения! – Согласен, – сказал внешнемирец. – Она великолепна. – А ты ей грубил! – отчитала его старшая императорская дочь. – Я уже извинился, – закатил глаза юноша. – Не злись, но всё же лучше думай что и с кем говоришь, – ласково попросила синий ассасин, погладив брата по волосам. – Между прочим, я хочу ей помочь, – сказал он, расслабляясь от поглаживания сестры и возлюбленной. – Я думаю, что она будет рада этому, – сказала Милина. – Она же хотела как лучше, но Элигос обманул её. – Я лично пойду, чтобы просить Цетрион о встрече Стефании с мужем и семьёй, – сказал Рейко. – Я не могу это так оставить. – Думаешь, что она сможет что-то изменить? – спросила Джейд. – Я конечно не знаю как она относится к нашей прапрабабушке Стефании, но прабабушку Изольду она за своенравность и прямоту терпеть не может. – Я очень постараюсь! – сказал Принц. – Я очень хочу ей помочь! – Мы тоже хотим ей помочь, – сказала младшая Принцесса. – Подлый Куан Чи, надавил на слабость и затащил в постель! Просто мерзавец! – Мы ей поможем, – пообещал сын Шао Кана и Синдел. – И как она сказала: я очень люблю вас, мои сестрёнки. И тебя, любовь моя! – Всё же и не скажешь, что демонесса: любит свою семью, не обозлилась на весь мир после предательства отца и зятя... – вздохнула Китана. – А я на нашего папу злилась, а есть люди и похуже! – И всё же всё будет хорошо, – сказал внешнемирец, целуя свою возлюбленную. – Сестрёнки, как вам конфетки? – Вкусные... – в один голос с улыбкой до ушей ответили девушки. – Всё же эденийские кондитеры просто мастера! – Ли, ты будешь конфету? – спросил парень. – Можно попробовать, – ответила Ли Мей, взяв конфету с малиновым муссом. – Во имя Старших Богов, язык проглотишь! – Позволь мне тебя покормить, – попросил он, взяв ещё одну конфету, ореховую. – Вы просто как папа с мамой! – умилилась нефритовая Леди. Рейко поднёс конфету из молочного шоколада с миндальной начинкой ко рту Ли и та, на манер Императрицы Синдел сексуально её съела, да и жевала её осторожно, неторопливо и с закрытым ртом. Императорские сёстры хихикнули, но потом опомнились, что Мей ест конфету с орехами. Всё бы ничего, но у Синдел жуткая аллергия на орехи: зуд, сыпь, красные пятна на коже, затруднённое дыхание, потовыделение, даже отёк ротовой полости, а порой и гортани! Конфет с ореховой начинкой было много: миндаль, фисташки, фундук, арахис и даже каштан, поэтому их нужно съедать как можно скорее, чтобы они не попались Канум на глаза. Однако внешнемирка не страдала аллергией на орехи, поэтому спокойно ела конфету. Затем Ли Мей поцеловала Рейко, что вызвало ещё умиления у его сестёр. Принцессы и Леди немного выдохнули, понимая, что Ли точно сможет им помочь в «уничтожении» ореховых конфет, а то вдруг, закрутившись в делах, Синдел схватит со стола такую конфету, а потом 3 дня не будет выходить из покоев из-за аллергии. Мей откинула свои длинные смоляные волосы, которые свесились с кресла и почти достали до пола. – И удобно тебе с такими? – в один голос спросили внешнемирские подружки, ведь у них были короткие волосы. – Более чем, – улыбнулась Ли Мей. – Давно о таких мечтала. Тем более они нравятся моему любимому. – Повезло тебе, Рейко, – улыбнулась Милина. – Это судьба, – сказал Рейко. – Больше мне никто не нужен. – Поразительно: главные дамские угодники в лице наших папы и брата нашли себе одну женщину на всю жизнь! – удивилась Скарлет. – А твой наконец остепенился, – напомнил Принц. – Но если он вновь разобьёт тебе сердце, то я ему вырву его собственное! – Тогда ты третий в очереди после меня и папы, – хихикнула кровавая Леди. – Но почему-то сейчас я уверена в том, что мы с Эрроном окончательно сошлись. – Я слышал, что он намерен сделать из тебя миссис Блэк, – сказал сын ШаоДел. – Он это и не скрывает, – сказала кровавая колдунья. – Он давно мне говорит о своих планах, даже особняк в столице купил, недалеко от дворца между прочим. – Это хорошо, – сказал внешнемирец. – Когда мы играли в «Я никогда не...», то я не думал, что Эррон настолько смелый, чтобы спать с вампиршей. – Это было ещё до меня, – сказала младшая воспитанница ШаоДел. – Но Эррон говорит, что Нитара не такая уж и хорошая любовница. – Ну да, ты определённо лучше, – сострил юноша. – Меня ты в постель не тащил, – как можно более невинно сказала Скарлет, взяв конфету с вишней. – Мили, не волнуйся, – Рейко заметил, что младшая сестра тут же сжалась от стыда. – Ты не виновата в этом. – Мили, ну... Во имя всего Внешнего Мира, не заставляй меня обниматься! – Скарлет от части чувствовала вину за свои слова. – А чем тебе объятия не угодили? – спросила старшая воспитанница ШаоДел. – Это же прекрасно! – Ты же знаешь, что я этого не люблю, – поёжилась кровавая Леди. – А с Эрроном обнимаешься и стонешь, – подколола её младшая Принцесса, чем вызвала стыд у кровавой девы. – Эррон — это одно, а вы — другое, – со стыдом возразила кровавый ассасин. – Или я с тобой должна стонать? – Это уже слишком даже для нашего секса с Рейко, – сказала младшая дочь ШаоДел. – Третьей я быть не желала, – кровавая ведьма отошла от стыда. – Довольно, хватит разврата, – остановил их Принц. – Развратничать будете в постелях со своими возлюбленными. А я сегодня с возлюбленной. – Нашли о чём поговорить за столом, – ворчала Китана. – Сама уже ждёт не дождётся, чтобы на Лю Канга залезть, – а своей привычной манере сострила Скарлет. – Молчи! – старшая Принцесса легонько толкнула сестру. – «Ох, Лю, твоё секс кунг-фу просто божественно!», – продолжала пародировать кровавая Леди. – Ты что, подслушиваешь? – тут старшая дочь ШаоДел стала красной, как варёный рак: откуда она это знает? А вот сёстры, брат и его девушка уже ухахатывались со смеху. – Так, мимо проходила, – продолжая смеяться, ответила кровавая ведьма. – Тогда жди сборника твоих фраз во время занятия любовью с Эрроном, – ехидничала синий ассасин. – И что? – с вызовом спросила младшая императорская воспитанница. – Мне стесняться нечего. – Так, хватит, съешьте по конфетке и успокойтесь! – сказала зелёный ассасин, протянув старшей сестре конфету с черникой, а младшей с вишней. – Ещё ссор нам тут не хватало! – Согласен, – сказал наследник, целуясь со своей девушкой. – Мир? – спросила Китана, подставляя младшей сестре свою конфету. – Мир, – улыбнулась Скарлет, подставляя свою конфету и они их съели. – Вот и чудно! – захлопала в ладоши Джейд. – Завтра мне предстоит трудное дело, – вдруг сказал внешнемирец. – Какое? – спросила полутаркатанка. – Сегодня я предстану перед высшими созданиями! – ответил брат. – Старшей Богиней и Богами. – Ради нашей прапрабабушки? – предположила Милина. – Тем более из Старших Богов осталась одна Цетрион, может будет проще. – Да! – ответил он. – Всё ради неё! Всё ради семьи! Мне придётся превратиться в демона, чтобы долететь туда. – Видимо ты проникся её словами, – заметила старшая Принцесса. – Всё же семья дороже и важнее всего на свете. – И любовь тоже, – улыбнулся Рейко, и внешнемирка прижалась к нему. – Муж Стефании уже дожидается её. – Получается, что демонов некому будет контролировать? – рассуждала нефритовая Леди. – И кровавую реку? Ведь с неё начинается Море Крови. – Теперь у меня достаточно сил, – сказал Принц. – Я погружу всех демонов в магический сон на целую неделю. Они все затихнут. – Наверняка Элигос там получает по заслугам, – предположила старшая императорская дочь. – Мы с Джейд видели её наказания для демонов. – Его ещё и свои демоны бьют! – хохотнул императорский сын. – Конечно, Стефании все подчиняются, а негодующие получают как минимум пытку грушей страданий и плетями, – скривилась синий ассасин. – Нет, они бьют его самостоятельно, без её приказов, – договорил внешнемирец. – И такое тоже бывает, – сказала Китана. – Помню как однажды Куан Чи попытался покомандовать в цитадели Стефании... Вот это было зрелище, когда демоны пинали и били его, он даже кровью харкал! Правда потом он отправил маму, Кабала и Страйкера на штурм храма Джинсей, где мама и оглушила Фуджина. – Я ему метку магическую оставил, которая раскрывает, что мыслит Элигоса, так он оказывается многих демонов убивал и силы их хитростью забирал. Теперь ему придётся бегать, чтобы не умереть, – сказал юноша. – Это ему за Джейд, Ханзо и Скарлет! – Так ему и нужно! – сказала младшая Принцесса. – Он загубил столько жизней, даже наших предков не пощадил! – Теперь мои силы, как у Бога, – сказал он. – Думаю, что Цетрион меня примет. – Она бы приняла тебя в любом случае, – сказала старшая Принцесса. – Теперь она стала куда проще и добрее, Кроника своими безумными идеями затуманила ей разум, поэтому она сбилась с нужного пути. – Как и мы все, – сказал Рейко. – Фух, что-то я устал за вчерашние демонические погони. Нужно пойти вымыться. Ли, присоединишься ко мне? – Ну... – Ли глянула на хихикающих сестёр парня. – Почему бы и нет. Принц встал с мягкого кресла, взял Мей под руку и направился с ней в императорские бани. Орден «Императорские Ассасины» смотрел им вслед и хихикал. Когда РейЛи покинули гостиную, то Принцессы и Леди не остановились, поэтому продолжили уплетать конфеты одна за одной, запивая всё ещё горячим чаем и даже добавляя туда не одну ложку сахара. – Никак Ли не привыкнет, что во дворце от такого не краснеют, – снисходительно улыбнулась Китана, уже на силу заталкивая в себя конфеты с фисташками. – Девочки, я больше могу. – Лопнешь, – кушая не спеша, посмеялась Джейд. – При таком поглощении на тебе скоро наряд порвётся. Будешь голым задом светить. – Ну я же не наша мама, – хихикнула старшая Принцесса. – Но эти ореховые нужно доесть, пока их не съела мама. – Тогда давай мы поможем, – предложила Милина и взяла конфету с фундуком. – Но завтра попросим Рейко с нами тренировку провести, будем килограммы сгонять. – Ему не до нас сейчас, – сказала старшая дочь Шао и Дели. – Государственные дела, бабушка Стефания... А там и ещё что-нибудь случится. – Ну мы спросим у него, – сказала нефритовая Леди. – А вдруг. – Ну если только попробовать, – сказала синий ассасин. – Рейко у нас молодец: занимается делами, творит добро, заботится о людях... Если папа увидит успехи у брата, то точно в нас усомнится, ведь мы же разрушили часть дворца, когда родители были в Европе. Но и Рейко поставлять не станет, это не хорошо, не по-родственному. Будем помогать. Тем более будем до последнего скрывать про демона, а если отец узнает, то будем выгораживать брата, согласны? – Конечно! – в один голос ответили сёстры. – Только он хочет выгораживать нас. – Нас больше, будем давить на жалость, – сказала Китана. – Была бы у нас папина любимица, она бы надавила! Но по отцу непонятно кого из дочек он любит больше... – А мне понятно, – сказала старшая воспитанница Шао и Дели. – И кто же это? – спросила старшая Принцесса, потирая виски. – Мы, – улыбнулась зелёный ассасин. – Все мы. – Тогда будем давить все вместе и сразу, к тому же мама точно будет на нашей стороне, – сказала Китана. – Рейко в обиду не дам! – Ну да, сама будешь обижать, – усмехнулась Скарлет, на силу доедая конфеты с арахисом. Рейко же тем временем приказал натопить императорские бани. Пока бани топились, Принц разделся в своих покоях, обмотался полотенцем вокруг бёдер, сел в велюровое кресло и стал ждать. Ли Мей сказала, что подойдет немного позже. Императорский сын всё думал о своей новой силе, Элигосе, Стефании и её предупреждении, всё же юноше не хотелось быть вечным узником Преисподней даже за свои благие деяния. Но внешнемирец им и не будет: благодаря магии и силам Полубога, Элигос не сумел превратить его в узника Преисподней, так что Рейко может жить спокойно. Вдруг пришла служанка и, увидев тело Принца, покраснела и сказала, что бани готовы. Рейко поднялся с кресла и направился в бани, сверкая своим шикарным мускулистым телом на весь тот промежуток между его покоями и купальнями. Молодые девушки-служанки млели от идеального тела Принца, будто он античная статуя. Когда-то наследник даже спал с этими девицами, но это давно в прошлом. Теперь у внешнемирца есть любимая девушка. Дойдя до изрядно истопленных императорских бань, Рейко завёл в глубокую ванну, до самых краёв наполненной водой, и лёг в неё, оперевшись на мраморный бортик. Принц дышал парами восковых свечей, потому что от аромасвечек у него раскалывалась голова, а вот его мать Императрица без этого мыться не может. Сын Шао Кана и Синдел дышал только через нос, втягивая ноздрями тяжёлые обжигающие влажные пары, что только расслабляло его и давало покой, выкидывая из головы все мысли. – Ммм, хорошо... – прошептал внешнемирец. Тут дверь открылась и вошла Ли Мей. На Ли был надет красивый льняной халатик лилового цвета с какими-то цветочными узорами, больше похожий на лилии. Увидев Мей, Рейко блаженно улыбнулся и протянул ей свою мокрую от воды руку. – Ли, любовь моя, – сказал Рейко. – Ты уже здесь, милый, – улыбнулась Ли Мей, прикрываясь халатиком. – Я так и полагала. – Присоединяйся, – зазывал её Принц. – Здесь хорошо. Ли развязала небрежно завязанный бантик на халатике и сняла его, уронив на пол. На удивление от привычной скромности Мей, под халатиком не было абсолютно никакого нижнего белья, она пришла полностью нагая. Сын ШаоДел бесстыдно облизнулся: гладкая кожа тёплого тона, тонкая талия, стройные длинные ноги, довольный пышный зад, большая грудь третьего размера, близкая к четвёрке, «чистое» лоно, длинные смоляныее волосы, чуть ниже ягодиц, прекрасное личико — не девушка, а мечта. – Ты Богиня! – проговорил внешнемирец, чувствуя возбуждение. – Я стала такой только благодаря тебе, – улыбнулась внешнемирка и села в ванну, прижавшись к возлюбленному. Рейко, почувствовав идеальное тело Ли Мей, уже не мог сдерживаться, его солидное достоинство встало колом, выглядывая из воды, несмотря на то, что ванна была огромная и наполнена до краёв. Ли заметила это, но решила попробовать тактику местных дворцовых женщин: соблазняй, пока он не сдержится и он вечно будет твоим. Мей повела бровью и стала гладить и целовать грудь, щёку, губы, иногда прохаживаясь руками по достоинству Принца. У наследника с ранних лет были женщины... много женщин, но ещё ни одна не возбуждала его так, как эта девушка из деревни Сэн До. Казалось бы, простая крестьянка, но такая умная, красивая, схватывает на лету, хочет постигать и помогать людям. В то время как внешнемирцу доставались только те глупые гаремные девки, что уже были в покоях Императора, Принцу редко доставались «чистые». А перед парнем такая прекрасная девушка, для которой он стал первым и единственным мужчиной. И он любит её, а она его. Рейко охал и наслаждался ласками Ли Мей, полностью отдаваясь власти пока её рук и губ. Казалось, что Ли ужасно скромна и робка, однако одни движения её рук уже вышивают из головы все мысли, требуя отдаться воле этих нежных девичьих прикосновений. – Ох, Ли, я больше не могу! – простонал Принц. Наконец, Мей услышала те слова, которые, как говорили дворцовые дамы, нужны от мужчины в такие моменты. Пока императорский сын был расслаблен и в прострации, внешнемирка вновь решила взять инициативу на себя: девушка довольно умело села сверху внешнемирца, позволяя его достоинству проникнуть в себя, и стала двигаться вверх-вниз. – О, Старшие Боги, ты украла моё сердце! – простонал Рейко, взявшись за её грудь одной рукой, а второй за её упругий зад. – Не трать силы на пустые разговоры, – Ли Мей и сама начала стонать. – Ах, так?! – шутя, разозлился Принц. - Ну держись! Императорский сын обнял Ли, держа ей руки под ягодицы и встал с ней, при этом она осталась на его достоинстве. Внешнемирец держал свою внешнемирку и двигался, заставляя её кричать от удовольствия. Девушка точно не ожидала от парня такой страсти, но поддалась, прекращая доминировать и просто получая колоссальное удовольствие. Служанки слышали сладкие и горячие стоны Рейко и Ли Мей. Девиц брала откровенная зависть и обида, что Принц больше не доставит им такого удовольствия, отдав свои любовь и сердце простой крестьянке, но она за свою жизнь сделала гораздо больше, чем простая чистка окон и смена постельного белья, к тому Ли за свои старания жалованья не просила. А Принц был счастлив, что всё его тело, сердце и разум принадлежат только одной очаровательной девушке, и это именно Мей. Добрых 4 часа они не вылезали из ванны, испробовав много поз и расплескав воду по полу, благо в императорской бане есть водостоки и не образовываются озерца. РейЛи кончили и устало легли в почти остывшей и опустевшей ванной, но сейчас им было слишком всё равно. Принц поцеловал Ли, а та прижалась к нему всем своим обнажённым и горячим телом. Мей еле дышала, да и у наследника сбилось дыхание, всё же ни одна из служанок не могла выдержать такого напора этого внешнемирца, да и любовницы из них были не самые лучшие. – Ты восхитительна! – влюбленным голосом сказал Рейко. – Во всех смыслах. – Я рада, что ты так считаешь, – устало прошептала Ли Мей, переплетая пальцы с возлюбленным. – Из тебя выйдет прекрасная Леди, – вдруг сказал Принц. – Я попрошу родителей даровать тебе титул. – Мне достаточно того, что я дворцовая дама... пусть и формально, – скромно сказала Ли. – И это перестанет быть формальностью! – сказал сын ШаоДел. – Ты этого достойна! – Если только ты так считаешь, – сказала Мей. – Я уверен, что и мои родители так считают! – сказал внешнемирец. Рейко посмотрел на свою Ли Мей по-настоящему влюбленным взглядом: эта девушка полностью украла его сердце, овладела разумом и подчинила тело, ни одна другая наложница и служанка не смогла такого добиться. Теперь Принц не может без своей прекрасной Ли. Мей таяла от взгляда императорского сына, понимая, что она по-настоящему счастлива со своим первым и единственным мужчиной. А сёстры Рейко тем временем заканчивали есть эти будто нескончаемые конфеты и слушали довольные и страстные стоны Ли Мей. Орден «Императорские Ассасины» то звонко смеялся, то испытывал испанский стыд, то делал вид, что ничего не происходит. Но никакой зависти, потому что Принцессам и Леди есть с кем коротать свои ночи, пусть и не надолго, но зато как и с какой страстью! – Счастливая, – сказала Джейд. – Я рада, что наш братик нашёл свою любовь. – После стольких лет он это заслужил, – сказала Милина. – Всё же он через многое прошёл. – А как он заботится он нас, – сказала Китана. – Оберегает, вкусности даёт, жалеет. И хочет на себя вину взять. – Это очень благородно... но не разумно, – сказала Скарлет. – Видимо Рейко забыл какие пытки бывают в темнице. – Значит нужно ему помочь избежать этого, – сказала нефритовая Леди. – Как это только сделать...? – задумалась старшая Принцесса. – Свидетели может и будут молчать, Стефания промолчит хотя бы ради своей свободы... Но вот сможем ли мы скрыть демонические силы брата? Рано или поздно, но он их проявит. – Я не знаю, – пожала плечами младшая Принцесса. – Пока будем надеяться, что Рейко сможет это скрывать, – сказала старшая из дочерей. – А там видно будет, потому что трудно предугадать будущее. – Значит нужно его опередить! – сказала младшая из дочерей. – Я не хочу, чтобы братик мучился! – А как мы его опередим? – спросила синий ассасин. – Как отец с мамой вернутся, то сразу всё рассказать, – ответила полутаркатанка. – А то он расскажет всё сам и схлопочет. – А успеем ли? – спросила Китана. – Вдруг Рейко придёт раньше нас? – Будем очень стараться! – ответила Милина. – Мне неспокойно от этого всего. Я не хочу, чтобы Рейко казнили и навсегда заключили в тюрьму. Вы же знаете, как отец ненавидит демонов! – А ведь от матери в нас течёт демоническая кровь, – вздохнула старшая Принцесса, взяв конфету с черешней. – Ну мы же не демоны, – парировала младшая Принцесса. – Верно, но папа будет в гневе, если узнает, что по его дворцу шлялись два демона, – сказала кровавая Леди. – Поэтому я в ногах у него валяться буду, но брата не дам в обиду! – решительно сказала младшая из дочерей. – Не ты одна, – сказала старшая из дочерей. – Правда мне нужно будет обязательно открыть окно, а то вдруг опять папе гадостей наговорю, а я так не хочу терять его любовь и расположение. – Ох, Кити, – улыбнулась полутаркатанка и обняла сестру, радуясь, что та с ней согласна. – Мы по-настоящему стали семьёй, – улыбнулась синий ассасин. – Пора заканчивать чаепитие, – сказала кровавая дева, глянув на часы. – Дел много, а Рейко ещё государственные дела решать. А он всё с Ли Мей забавляется. – Прерывать не станем, – сказала старшая из воспитанниц. – Рейко нас потом прибьёт, – хихикнула Милина. – Да, опять подзатыльников надаёт, – насупилась Китана. – Я вот папе пожалуюсь, он меня точно защитит... ну наверное... – Ну я слышала, что Рейко хочет перестать нас вот так вот бить, – сказала младшая из воспитанниц. – Он это Ли Мей говорил, а я услышала. – Рукоприкладство вообще неприемлемо в семье! – сказала старшая Принцесса и сжалась, вспомнив, что однажды первый муж мамы ударил её беременной, а та упала на мрамор, благо хоть срок был небольшой. – Так нельзя, я же Рейко подзатыльники не даю! Его один моим десяти равен! – Цитирую его слова: «Да что ж я за садист такой? Мне ужасно стыдно, что я обижаю сестёр! А ведь клялся на них руки не поднимать. И сам же нарушаю свои клятвы. Пустомеля! Они, отец, мама и ты, Ли Мей: самое дорогое, что у меня есть. Даже силы Полубога ничего не значат по сравнению с вами. Нужно всё изменить! Или я недостоин называть их братом!», – проговорила Скарлет. – Ты записывала что-либо? – съязвила зелёный ассасин, явно забыв, что уже не один раз Карли в сухую уделывала её в остротах. – Запомнила, – ответила кровавая Леди, пропустив остроту. – Он говорил это так искренне, что я решила это вам рассказать. – И не зря сделала это, – сказала старшая императорская дочь. – Всё же у нас замечательный брат! Так стыдно, что мы всё детство доставали его. – Только ты его и утешала, – сказала нефритовой эденийке кровавая дева. – Ты единственная, кто в наших проказах не участвовала. – Ну он же был младше, как я могла его обидеть? – пожала плечами Джейд. – Он так рано остался без матери, почти через неделю её лишился, когда мама совершила самоубийство, ведь и Кити её не помнила, только по портретам и знали. – Почему мне от самой себя стало так противно?! – задалась вопросом кровавый ассасин. – Как я могла так над ним измываться?! – Видимо тогда мы не знали о морали и совести, – ответила синий ассасин. – Что же мы за сёстры-то такие?! – тяжело вздохнула младшая Принцесса. – Паршиво. – Девочки, это в прошлом, нужно жить в настоящем и смотреть в будущее, – мудро изрекла нефритовая Леди. – Теперь мы большая и дружная семья, а те ссоры: вы были детьми. – Верно, – сказала Скарлет и, на удивление Кити и Джейди, обняла Мили, которая была ещё больше шокирована. – Похоже, что конфеты были с коньяком, – сглотнула младшая императорская дочь. – Просто я так выражаю свою любовь, – сказала кровавая Леди. – И приношу извинения за то, что не хотела тебя таким образом утешать. – Так вроде и не было поводов для грусти, – улыбнулась полутаркатанка и обняла сестру. А внешнемирских подружек обняли эденийские. И так они всей своей девичьей четверкой сидели на широком и обнимались. Сёстры как-то забыли о стонах Рейко и Ли Мей, о том, что нужно связаться с родителями и что нужно отправиться к Цетрион. Всё уходило на второй план, когда все они четвером, такие боевые и смелые, но очень нежные и ранимые в душе обнимались и были счастливы. Рейко же закончил с Ли Мей страстный секс и они лежали в широкой ванной, тяжело дыша и уже не имея возможности пошевелиться, это занятие любовью до безумия вымотало их, а теперь хочется отдышаться, но ведь в императорских банях так жарко и душно, что становится ещё тяжелее. – Ну что, тебе понравилось, моя доминантка? – спросил Принц, хотя доминирования и не получилось. – Безумно! – ответила Ли. – Мне даже показалось, что с новой демонической силой ты стал даже более нетерпеливым и диким, но это хорошо, даже прекрасно. – Я не демон, любовь моя, просто я так по тебе соскучился, – объяснил императорский сын. – Я очень переживал, что Элигос попытается причинить тебе вред! – А я боялась, что этот демон отнимет твою жизнь, – сказала Мей. – Но всё же я не совсем понимаю причину прихода Стефании. Да, у неё сбежал демон, но... Ах, Рейко, трудно объяснить все мои впечатления, я была поражена этой женщиной! Правда не успела поговорить с ней, а ведь у меня к ней было столько вопросов! – Хочешь, я возьму тебя с собой? – спросил внешнемирец. – Куда? – спросила внешнемирка – К Цетрион, – ответил парень. – А до неё к Стефании. Я очень хочу ей помочь. – Ах, да, я слышала твои слова в гостиной, – вспомнила девушка. – Я с удовольствием присоединюсь! А твои сёстры и их парни? – Они останутся за главных, – ответил он. – Я не смогу взять всех. Порталом туда не попадёшь, а мой новый облик поможет мне туда долететь. – Тогда мы пойдём вдвоём? – спросила она. – Да, – ответил Рейко. – В Преисподнюю за Стефанией, а затем вместе с ней к Цетрион. – Что ж, я в Преисподней никогда не была, страшно, – призналась Ли Мей. – Там наверное жутко. – Я не дам тебя в обиду! – сказал Принц, обнимая её. – Я очень тебя люблю. Только просьба одна есть. – Какая? – спросила Ли. – Ты моего демонического облика не видела, поэтому не пугайся и доверься мне, – ответил наследник. – Я знаю, что это ты, поэтому не буду бояться, – сказала Мей. – Ты моя смелая, – ласково произнёс внешнемирец и поцеловал её в губы. – Тогда моемся и собираемся. – Да, но только именно моемся! – предупредила внешнемирка. – Ну я ещё могу, – лукаво улыбнулся парень. – Но это будет уже вечером. – Пока набирай силы на Преисподнюю, – сказала девушка. – А ты не соблазняй меня, – подмигнул он и потянулся за шампунями и маслами. – И не буду! – деловито сказала она, поднялась, встала во весь свой рост и повиляла бёдрами. – Ты это специально! – сказал Рейко, едва сдерживаясь. – Специально что? – хихикнула Ли Мей. – Ну так нечестно! – сказал Принц, едва сдерживая порыв. – Так я ничего особенного не делаю, – хихикнула Ли. – Ах, ничего?! – шутливо возмутился сын Шао Кана и Синдел. – Так и я тоже ничего! – он тоже встал в полный рост и его возбужденное достоинство, размер которого был очень солидным, упёрлось девушке в попу. – Ох, Рейко, твоя прапрабабушка ждёт, – Мей понимала, что уже нехорошо так нарушать покой дворцовых обитателей. Рейко наугад взял пузырёк с эфирным маслом и достал довольно изысканное — розовое дерево, к тому же Ли Мей всегда натирала тело именно этим маслом. Принц капнул светло-жёлтое масло себе на ладони и стал растирать спину Ли, наполняя тяжёлый пар бани древесными, лесными, цветочными и свежими запахами с нотками пряностей, ландыша и терпкости. Мей будто вновь оказалась не просто в другом мире, а в другой реальности, где страсть и похоть не считаются грехом или чем-то постыдно. Когда императорский сын стал растирать по спине девушки эфирное масло, то оно действовало на неё будто опиум или афродизиак, от которого разум улетучивается, а сердце бешено стучит. Ещё кроме мытья внешнемирец стал делать внешнемирке приятный массаж, на который, казалось, его большие и на вид грубые руки были неспособны. Тут у девушки будто снесло крышу: она схватилась руками за таз парня, будто она дерево, которое жадно старается удержаться в земле во время урагана. – Тише, любовь моя, – сладко прошептал ей Рейко. Принц не желал останавливаться, поэтому продолжил массировать и мыть Ли Мей. Вот наследник дошёл до роскошных длинных волос Ли, с ними он был очень аккуратен. Взяв шампунь с экстрактом розы и нанеся его на волосы внешнемирки, внешнемирец стал аккуратно растирать его. Затем, дойдя до макушки головы, он кончиками пальцев массировал голову, от чего девушка расслабилась окончательно. Казалось, что от приятных ощущений ноги Ли Мей становились ватными и она свалится в воду, но неведомая сила держала её, будто не хотела, чтобы Рейко прекращал массаж. Затем Принц стал обливать Ли, смывая грязь, эфирное масло и шампунь, при этом не прекращая массаж. И вот сын ШаоДел закончил, а Мей чувствовала себя просто замечательно. Внешнемирка, наглотавшись тяжёлого и влажного пара, полного просто фейерверком аромата, была невообразимо счастлива и довольна. – Как тебе? – спросил Рейко. – У меня всё тело ватное, – ответила Ли Мей. – Рейко, ты просто волшебник! – В буквальном и переносном смысле, – хохотнул Принц. – Я готов это делать хоть вечность. Вечером я ещё сделаю массаж. – Я бы тоже могла провести вечность именно так, – выдохнула Ли. – Но нам пора. – Сейчас, – сказал сын императорской пары. – Только сам вымоюсь. – Да, конечно, – сказала Мей, вылезая из ванной. Внешнемирец не любил долго мыться и нежиться в ванне с пеной, лепестками роз и ароматическими свечками (это у него явно от отца), поэтому он быстро вымылся и также вылез из ванной, в то время как на внешнемирку ушло около получаса. Девушка завернула тело и волосы в махровые полотенца лилового цвета, и терпеливо ждала своего возлюбленного, но он вымылся быстро, также обернув полотенце, но уже вокруг бёдер. – Идём, – сказал Рейко и, взяв девушку на руки, направился в покои. Внешнемирская парочка никого не встретила и спокойно дошла до своих тихих и уютных покоев. Там Принц поставил Ли Мей на пол и они оба принялись одеваться. Наследник помнил, что одежду лучше надеть какую-нибудь понаряднее, ведь сначала идти к Стефании, а потом к Цетрион. Ли же собиралась куда дольше, нужно время, однако у неё давно было заготовлено платье на особый слушай: на ней было чёрное боди из кружев, лиловое шёлковое кимоно без рукав и с подолом гораздо выше колен, на талии широкий пояс с чёрной окантовкой, позади были прозрачные шелковые ленты, закреплённые на поясе благодаря небольшим серебряным колечкам, на плечах наплечники содэ, на руках длинные перчатки без пальцев, поверх которых были надеты наручи котэ, бёдра немного открыты, на ногах бархатные гетры цвета индиго, а на ногах кожаные сапоги тоже цвета с металлическими вставками и наколенниками татэ-огэ, на которых изображена чья-то голова, словно у льва. Смоляные волосы Мей были распущены, однако на макушке завязан пучок, а под чёлкой и вокруг головы серебряной шпилькой с аметистом закреплена лиловая шёлковая лента. На пояс внешнемирка повесила свой меч кунлун дао. Макияж у девушки был красивый: тонкие пурпурные губы, тени цвета фуксии, длинные чёрные ресницы и румяна. Рейко надел чёрно-бордовый жилет с декоративным черепом и ровными золотыми линиями, чёрные широкие штаны игабакама, тоже цвета высокие сапоги из заттерианской кожи. Также Принц надел чёрно-золотые наручи также японского стиля котэ. Когда внешнемирец повернулся и увидел внешнемирку, то глаз не мог оторвать. – Как же ты прекрасна! – прошептал ей Рейко. – Берегла для особо случая, – сказала Ли Мей. – Императрица Синдел заказала себе и твоим сёстрам эденийские ткани, но вспомнила, что мне тоже нравится фиолетовый цвет, поэтому позволила мне выбрать для себя материалы, а портные пошили платье. Принц был сражён наповал, даже раскрыл рот от красоты Ли. Императорский сын тут же подошёл к Мей ближе и обнял её, совершенно не боясь помять ей наряд. Внешнемирец уже хотел поцеловать свою внешнемирку, рисуя в голове картинку сладостного момента слияния уст, но в покои постучали. – Войдите, – позволил он. Было не удивительно, что это были Принцессы и Леди, которые только-только доели почти все конфеты, а вот ореховые отдали Тане, она это любит, в девушек ордена «Императорские Ассасины» больше не влезало. Принцессы и Леди увидели, что Рейко и Ли Мей довольно нарядно одеты, что даже стало подозрительно и странно. – Вы куда-то направляетесь? – спросила Китана. – Да, – ответил Принц. – В Преисподнюю. – Вновь понадобился демон? – по-доброму язвила Скарлет. – Нет, – ответствовал брат. – Мы за Стефанией. – За Стефанией?! – переспросили сёстры. – Ах, да, ты же говорил, что хочешь вытащить ещё из Преисподней, – шлёпнула себя по лбу старшая Принцесса. – Ли, ты знаешь правила посещения Стефании? – Не очень, – призналась Ли. – Не смотреть на наросты и шрамы, не грубить и не дерзить, входить без оружия и обязательно поклониться! – сказала старшая императорская дочь. – Благодарю за информацию, – улыбнулась Мей. – Ты очень красивая, – сказала Джейд. – Всё же те ткани тебе подошли, – заметила синий ассасин. – А эскиз мамы стал настоящим шедевром! – Да, помню она с тебя лично мерки снимала, – хихикнула Милина. – Нам пора, – вдруг сказал внешнемирец. – Кити, ты старшая! На тебе вся империя пока я не вернусь. – Обещаю, что всё останется так, как и было, – сказала Китана и в шутку поклонилась. Рейко снисходительно улыбнулся, понимая, что старшую сестру уже не переделать, чем она и забавляла его. Сын императорской пары подошёл к старшей Принцессе и обнял её. Старшая дочь императорской пары улыбнулась и обняла брата в ответ, уже чувствуя на себе ответственность: никаких вечеринок, никаких проказ, никакого алкоголя! Затем внешнемирец отошёл от сестёр и, создав ярко-бордовый портал, исчез в нём вместе с Ли Мей, оставляя лишь силуэты. Рейко вновь вступал в это жуткое место под названием Преисподняя или Нижний Мир, где всё кишит гнилью, демонами и смертью, что страх должен просто пробирать до костей, а ломать их. Однако теперь Принц был спокоен, ведь у него есть новые демонические силы, здесь он как рыба в воде. А вот Ли Мей впервые была в Преисподней, но так её себе и представляла: всё в пёстрых красных оттенках, бурлят реки лавы, тянет металлическим запахом, визг и гомон демонов. Однако Ли увидела уверенность на лице наследника и тоже как-то воодушевилась и собралась духом. – Ну что, Ли, здесь я приму облик, – сказал внешнемирец. – Только не пугайся. Рейко без особых усилий мгновенно превратился в шестиметрового красного демона с огромными крыльями в доспехах, рогами и секирой. Ли Мей не испугалась и не смутилась, потому что была очень занята: прятала свой меч так, чтобы Стефания не увидела, Китана же предупредила. Однако стоило Ли повернуться, то она увидела перед собой не сына императорской четы, а демона-гиганта. – Тут трудно не испугаться, – призналась Мей, уже ворочась от запаха гнили и крови. – Держись, – сказал Принц. Императорский сын взял возлюбленную одной рукой и прижал к себе. Внешнемирке было очень страшно, ведь теперь если ей падать, то метра 4 вниз. Внешнемирец держал девушку как можно крепче, чтобы она не свалилась и резко взмахнул крыльями, что их сразу подняло на несколько десятком метров над землёй. И РейЛи понеслись к цитадели Стефании. Вдали уже виднелись эти жуткие и острые как иглы шпили цитадели демонической госпожи Стефании, где догнивали головы демонов они. Здание было мрачным и готическим, сделанное из настоящих костей демонов. Уже издали слышались чьи-то крики и мольбы о помощи, что заставило Рейко и Ли Мей ускориться. Принц и Ли приземлились рядом с главными металлическими вратами, но на этот раз ни один демон не выскочил на защиту и в бой, а они сами распахнулись, издав противный скрип и звенящий лязг. Идя по мрачному тёмному коридору, РейЛи слышали крики и стоны боли, мольбы о помощи, свистящие удары хлыста и довольные визги демонов, что пришлось идти на звук. Ли становилось здесь не по себе: мрачное и жуткое здание с давящим гулом в стенах, тут было всего несколько свечей с карминовыми огоньками, из окон видны только удручающие пейзажи Преисподней, а вернее кровавой реки и Моря Крови, по которому Харон в своей лодке перевозил проклятые души, ужасно пахло гнилью и металлом крови. Принц шёл вперёд более уверенно, будто знал куда идти, а вот Мей была настолько шокирована интерьером цитадели, что теряла дар речи, доверившись лишь возлюбленному. Рейко привёл Ли Мей к тронному залу Стефании, откуда чётко и громко слышался гомон демоном и крики боли, что вызвало страх и интерес одновременно. Открыв дверь, внешнемирская пара была, мягко говоря, в шоке: посреди большого тронного зал стоял высокий, почти подпирающий потолок каменный столб с какими-то надписями на неизвестном демоническом языке, вокруг стоят демоны, половина из которых смотрит на представление из окон... На столбе за металлические цепи подвешен иссохший провинившийся Элигос, которого по спине большим и жёстким кожаным кнутом безжалостно стегает Стефания. – Подлец! – кричала демонесса, в гневе её глаза становились ещё более жуткими. – Как посмел ты обмануть моего внука?! Ты вновь был опьянён свободой! Ты заплатишь за всё! За Джеремайаса, за мою свободу! Мой муж погиб из-за тебя, ты заковал меня в Преисподней! И госпожа демонов вновь сильно стеганула Элигоса по спине, от чего тот выгнулся и вновь пронзительно закричал. Янтарные глаза бывшей Королевы налились кровью, в гневе она была безжалостна и беспощадна, кровь матери Лилит взыграла в ней, но особенно скорбь по мужу и дочерям, которых она не видела уже более 10000 лет. Несколько демонов с отвратительными, но довольными от представления оскалами повернулись и увидели сородича-гиганта, а у него на руке красивую девушку. Стефания почувствовала родную кровь, поэтому её глаза остыли, а хлыст она отдала одному из своих демонов Адрамалеху. Демонесса махнула рукой на Элигоса и ничего не сказала, будто подчинённые сами знают что делать: они сняли провинившегося со столба и куда-то поволокли, держа за цепи. – До груши страданий не дотянул, – прошипела госпожа демонов. – Элигос, тебе и 10000 ударов плетью мало! А вы чего замерли, вон отсюда! Демоны подхватили столб, возложили на свои плечи и унесли из тронного зала. Стефания, гигант и девушка остались одни посреди этого жуткого зала, в котором, казалось, свои скорбные похоронные песни воют проклятые души. Взмахом руки демонесса заставила их замолчать и села на свой костяной трон, приложив ледяную руку ко лбу. Ли Мей не знала, а вот Рейко заметили, что на подлокотнике трона прапрабабки стоит плошка с черешней, а на полу лежит букет алых роз... правда ягоды сгнили, а букет стал сухим, словно ему более месяца. Это всё сегодня Стефании принесли утром в качестве дара, всё свежее, так почему же такой вид? Ответ прост: госпожа демонов проклята, поэтому всё живое, чего она касается, сгнивает, умирая или превращается в горстку пепла, исключение только её родня, в которой течёт её демоническая кровь. Гигант поклонился здешней властительнице, а затем принял истинный облик — Принца Рейко. Ли тоже поклонилась, помня о правилах и об этикете. – Приветствую тебя, бабушка, – с улыбкой поздоровался Рейко. – Здравствуй, внук мой, – Стефания подуспокоилась и устало улыбнулась. – Здравствуй и ты, Ли Мей. – Я прибыл к тебе не просто так, – продолжил Принц. – Я хочу тебе помочь, но для этого ты должна мне доверится. – В чём помочь? – спросила Стефания. В свете карминовых огоньков на свечах сияли наручи демонессы: серебряная основа вся усыпанная сверкающими альмандинами, но это были не просто украшения или защита, а самые настоящие оковы, которые никак нельзя снять. Именно они и проклятье держат демоническую госпожу в Преисподней, их не снять ни ключом, ни шпилькой, ни огнём, ни верёвкой, ни мылом, ничем... Бывшая Королева чуть приспустила их: под ними была до мяса стёрта кожа, раны постоянно кровоточили, были нарывы, а где-то ужасные гнойники. Преисподняя нещадно уродует Стефанию. – В том, чтобы... чтобы... чтобы... оставить это место навсегда! – ответил Рейко. – И воссоединиться с мужем и семьёй! – Это мечта всего моего проклятого пребывания здесь! – воодушевилась Стефания. – Но как же я сделаю это? Я проклята. – Доверься мне, – ответил Принц. – Мы летим к Цетрион. У тебя есть на кого оставить Преисподнюю? – Есть один демон — самый старый и могущественный Азазель, – ответила демонесса. – Он — моя правая рука. Демоны его уважают. – Отлично, – сказал императорский сын. – Так что летим с нами к Старшей Богине! – Рейко, я могу выйти из Преисподней только тогда, когда один из моих демонов на поверхности, иначе мой дух испарится, – напомнила госпожа демонов. – Неужели ты забыла, что во мне есть сила демона и благодаря этому ты можешь оставаться вне Преисподней сколько захочешь? – в ответ напомнил ей внешнемирец. – Ах, да, извини, я забыла, – тяжело посмеялась бывшая Королева, призвав свой посох. – Надеюсь, что Небеса не загубят меня. – Я не дам это сделать! – сказал внук. – Ну что же тогда летим, бабушка! Время пришло! Рейко вновь перевоплотился в демона-гиганта и также взял Ли Мей на руку, прижимая к себе. Стефания поднялась со своего трона, она очень верила, что всё получится, что ещё немного и закончатся ещё жестокие муки, она вновь окажется в объятиях любимого Джеремайаса и прильнёт к его вечно холодным устам, обнимет дочек и будет просто счастлива. Принц открыл ярко-бордовый портал и взмахнул своими огромными крыльями демонесса и сама взмахнула своими костяными крыльями, направляясь за внуком. Демонесса, внешнемирец и внешнемирка вылетели из портала во Внешний Мир и устремились ввысь. Затем Рейко почти без единого промедления создал ещё один портал и вся троица оказались в Земном Царстве, в Азии, направившись на восток, в Храм Лорда Рейдена. Стефении был тяжек чистый и свежий воздух поверхности, она привыкла к сырости и гнили, её лёгкие уже давно забиты пеплом, но нужно лететь, там на востоке её свобода, её судьба, её путь к счастью. Пока они летели к Храму, Ли Мей решила поговорить с демонической госпожой, всё же были вопросы из-за той увлекательной книги. – Ваше Демоническое Величество, – обратилась Ли к демонессе. – А можно задать вам несколько вопросов? Просто я читаю книгу о старой эденийской династии, а у меня накопилось столько вопросов. – Конечно, – с улыбкой ответила Стефания. – И прошу, сейчас другая обстановка, поэтому зови меня просто Стефания. – Ну хорошо... Стефания, – осторожно улыбнулась Мей. – Ну тогда первый вопрос: почему ни в одной книге не написано, что вы обратились к демону, чтобы просить о спасении для супруга? – Потому что я никому об этом не сказала, – ответила демонесса. – Даже записки или мемуар не оставила. Этим был бы запятнан наш род, поэтому я оставила это в тайне. – Умно, – сказала внешнемирка. – Второй вопрос: у вас в услужении была некая Леди Маргарет*, Рейко видел её и знаком с ней. Вопрос в том, что она говорит, что она лично затягивала вам корсеты и видела ваши... кхм... ну... демонические черты, а в книге говорится, что вы никому не дозволяли видеть себя обнажённой, всегда одевались и прихорашивались сами. Так кто говорит правду? – Обнаженной меня видел только супруг, – ответила демоническая госпожа. – Джеремайаса никогда не смущали мои особенности, он наоборот восхищался ими. А Маргарет затягивала корсеты — это правда, но я уже была одета, поэтому она не могла видеть всего. – Значит есть и ложь, и правда, – рассудила девушка. – Третий вопрос: в книге написано, что вы не любили своего зятя Мероальда, а почему? – Потому что ему нужна была власть и трон, – ответила бывшая Королева. – А я была препятствием. Он был довольно умелым манипулятором и быстро охмурил мою Изольду. А я сумела его разглядеть и сказала, что никогда не доверю ему трон Эдении, к тому же обещала всё рассказать дочери, когда она разрешится от бремени. И он меня отравил в день моего рождения. – Ртутью, – сказала Ли Мей. – Именно её нашли лекари в вашем организме после смерти, так написано в книге. Но вы большая молодец, что помешали своему зятю занять трон, у него были ужасные идеи. Несколько нескромный вопрос, но могу ли я спросить про одного из ваших родителей? – Про кого именно? – спросила Стефания. – Про кого вам будет удобнее, боюсь вас обидеть, – робко ответила Ли, ей очень не хотелось давить демонессе на больную мозоль. – Не бойся, – сказала демонесса. – Спрашивай о ком хочешь. – Тогда сначала о вашем отце... – сказала Мей. – Вы когда-нибудь видели его? И злы ли на него? – Несмотря на то, что прошло много лет назад, да! Я на него зла! Он бросил меня! И я помню его, хоть мне и было всего 3 дня отроду, – ответила демоническая госпожа. – Так вы видели его? – поразилась внешнемирка. – Ведь говорят, что как только вы родились, то он тут же отказался от вас и выгнал с матерью на улицу. Вы были всего лишь младенцем. Как можно бросить родное дитя?! – Да, я успела его разглядеть, – ответила бывшая Королева. – У демонов отличные память и зрение. – И какой же он? – спросила девушка. – Для простого эденийца очень красив: смоляные волосы, приятное лицо, зелёные глаза — редкость даже для красавцев-эденийцев, высокий, крепкий, – говорила Стефания. – Но как говорится: «Красива обложка, да грязь внутри». – Это ужасно, – сказала Ли Мей. – А можно вопрос о вашей матери? – Давай, – позволила демонесса. – Вы сослали свою маму в Восточную Эдению, – сказали Ли. – Почему? И жива ли Леди Лилит? Если нет, то где она: на Небесах или в Преисподней? – Сослала я её потому что она правила для себя, а не для народа, а её демоны творили бесчинства над простым людом, – ответила госпожа демонов. – Я сослала её в особняк. Что с ней — не знаю. – Печально, – вздохнула Мей. – Получается, что истинной семьёй для вас были муж и дочери. – Так и есть, – горько вздохнула бывшая Королева. – Но мы уверены, что скоро вы будете с ними, – сказала внешнемирка. – Ваша разлука длится слишком долго, пора вам воссоединиться. – Это точно, – подал голос Рейко. – Я уверена, что они тоскуют по вам, – сказала девушка. – А как я по ним! – сказала Стефания. – Ваши муж и дочери много значат для вас, – сказала Ли Мей. – Видимо пришло время всем членам старой эденийской династии стать счастливыми, например вам и Императрице Синдел, она уже получила своё счастье, пришёл ваш черёд. – Мы уже почти прибыли, – объявил Принц. Вдали, на вершине одной из гималайских гор, где живут только отшельники, самые отчаянные смельчаки и воины клана Ширай Рю, показалось красивое здание в японском стиле: пурпурная складчатая крыша с задранными концами, само здание очень высокое — 508 метров в высоту, стены белоснежные, сейчас светло, поэтому пока не горят факела. Само здание теряется в бело-сиреневым кучевых облаках, изредка сверкают молнии. Да, это именно Небесный Храм, в котором живут два брата: Бог грома Рейден и Бог ветра Фуджин. Правда сам повелитель ветров сейчас в зале Совета Старших Богов с Цетрион и у них там явно происходит интим. А вот громовержец медитирует и был очень удивлён, когда услышал шум крыльев и разговоры. Так же это заметил ещё один человек — вечный страж храма Ронин*. Рейден сразу перестал медитировать и в его руках появился посох, потому что звук и хлопки крыльев казались ему несколько угрожающими, а может это лишь предубеждение. Однако незваные гости приземлились прямо у входа в Храм, а Рейко тут же принял свой облик. Не успели гости опомниться и оглянуться, как вдруг перед ними громыхнула молния и появился сам Бог грома. – Ну всё мы на месте, – сказал Принц. – Здравствуйте, Лорд Рейден, – поздоровался он, а девушка сделала реверанс. – Рейко, Ли Мей, – поклонился Рейден. – А это кто? – Это моя прапрабабушка... – начал было сын Шао Кана и Синдел. – К чему такая роскошь? Я могу и сама представиться, – улыбнулась внуку Стефания. – Я Стефания, бывшая первая Королева Эдении, повелительница демонических орд и хранительница кровавой реки. – Я Лорд Рейден, Бог грома и защитник Земного Царства, – представился демонессе Бог грома. – Я чувствую в вас демоническую энергию и при этом не чувствую в вас зла. Удивительно. – Во мне кровь демонессы, – сказала демонесса. – Однако лишь наполовину, во мне есть и эденийская кровь. – Рейко, я так понимаю, что ты пришёл ко мне не просто так, – сразу сказал Бог, он привык к такому. – Да ещё привел полудемона, от которого тянет Преисподней, но у неё очень непростая судьба. – Верно, – сказал внешнемирец. – Моей бабушке нужна божественная помощь. – Значит нужно к Цетрион, – сказал Рейден. – Хорошо. Твои отец и мать мне здорово помогли, так что и я помогу. Тем более я чувствую в твоих намерениях добро и благородство. – Ей очень нужна помощь! – сказал юноша. – Однако только Старшая Богиня Цетрион сможет помочь ей, никто иной! – Тогда отправляемся, – сказал Бог грома, встал рядом с ними и поднял руку, от чего засверкали молнии и, ударив по ним, переместили их в зал Совета Старших Богов. В помпезном и светлом зале Совета Старших Богов, который был будто мелким островком в бесконечном космическом океане, были только Цетрион и Фуджин, которые явно никак не ожидали прихода гостей. Старшая Богиня сидела на коленях Бога ветра и, обнимая его за шею, целовала, поглаживая его длинную серебристую косу, похожую на переплетение тонких серебряных нитей. Оба божества явно хотели перейти к чему-то более интимному и даже развратному, даже наплевав на то, что они в зале Совета Старших Богов, они просто влюблены друг в друга и нисколько это не скрывают своих отношений. Однако гром старшего брата повелителя ветров, который раздался гулким треском и грохотом, явно расстроил эротические планы влюблённых. Фуджин недовольно закатил свои молочно-белые глаза и даже стукнул кулаком по подлокотнику трона своей возлюбленной, однако мягкий поцелуй от Богини в щёку успокоил его и дал расслабиться. Конечно Фуджин и Цетрион знали Рейко и Ли Мей, но это красноволосую и янтарноглазую женщину с крыльями дьявола видят впервые. Старшая Богиня тут же вскочила с коленей Бога ветра, а сам он встал с её трона, уступая место возлюбленной, и подошёл к брату. – Приветствую, брат, – сказал Рейден. – Приветствую тебя, брат мой, – улыбнулся Фуджин, а затем шепнул. – Вы нам немного помешали. – Мы это уже поняли, – сказал Бог Грома. – Но Рейко нужна помощь Старшей Богини. – Нехорошо говорит о человеке в третьей лице в его присутствии, – с улыбкой заметила Цетрион, увеличившись в размерах на своём троне и крутя в руках цветок малинового лотоса. – Старшая Богиня Цетрион, – сказал громовержец и склонился перед ней. – Здравствуйте, Рейден, Рейко, Ли Мей и... – Старшая Богиня явно не знала эту женщину с крыльями. – Это моя прабабушка, бывшая Королева Эдении Стефания I, – сказал за демонессу Рейко, потому что видел, что ей плоховато от здешнего чистого воздуха. – Рейко, останься здесь, остальные отойдите... Мы поговорим наедине, – сказала Богиня Божественные братья, демонесса и внешнемирка отошли подальше, чтобы не мешать разговору Богини и Полубога, и значит им есть что обсудить. Сама же Стефания прислонилась к высокой резной мраморной колонне, потому что свежий воздух давил ей на голову и никак не хотел подступать к лёгким, потому что невозможно пробраться сквозь слои пепла, что заполнили их и не дают демонессе спокойно дышать и радоваться жизни. – Говори, какая помощь нужна? – спросила Цетрион, после чего внешнемирец рассказал ей всю историю своей прапрабабки, про дворец и как оказался здесь. – И я очень хочу ей помочь! – закончил свой рассказ Рейко. – Что ж, я слышала о Королеве Стефании I, избранной Аргусом, – сказала Старшая Богиня. – Хорошая Королева: подняла Эдению, спасла от демонов, от Внешнего Мира немного обезопасила... Она спасала и старалась ради своей семьи: муж, дочери, правнучка, праправнуки... Рейко, я готова ей помочь, однако так просто это не получится. – Я готов на всё, чтобы ей помочь! – отчаянно сказал Принц. – Она хранительница и повелительница, на её руках оковы, а на душе проклятье, – объясняла Богиня. – Чтобы вытащить её из Преисподней, нужна божественная сила, но не моя, я в этом деле лишь посредник. А вот ты можешь помочь. – Цетрион, я готов отдать свои силы и больше не быть Полубогом крови! – императорский сын понял что нужно. – Готов! Только, чтобы она не страдала. А когда она освободится, то призовите сюда, пожалуйста, Лорда Джеремайаса. Очень прошу вас, Старшая Богиня Цетрион! – он даже встал на колени. – Ты очень догадлив, Рейко, – похвалила его женщина. – Что ж, я могу позвать и покойного Лорда Джеремайаса, однако старшую дочь Стефании звать не стану, не нравится она мне: своенравная и дерзкая. – Больше и не нужно, – сказал внешнемирец. – Если это поможет, а если нет, то заберите и мои колдовские силы и силы демона. Только, чтобы она больше не страдала! – Посмотрим, – спокойно сказала она. – Ты только не горячись. – Приступаем? – юноша успокоился и поднялся с колен. – Да, – ответила Цетрион. – Однако есть ли Стефании на кого оставить Преисподнюю? Демонам нужен контроль. – У неё есть кандидат, – ответил он. – Демон по имени Азазель. – Да, Люцифера убил мой брат Шиннок и захватил власть в Преисподней, – вспомнила Старшая Богиня. – Я о демонах судить не могу, но доверюсь и буду надеяться, что этот Азазель не станет вести своих демонов на другие миры. – Я читал о нём в книге, – сказал Рейко. – Он грезит только контролем над всей Преисподней и не больше. Мечтает навести там порядок, став верховным демоном. – Раз так, то пусть правит, – сказала Богиня. – Тогда начнём, – сказал Принц. Цетрион и Рейко кивнули друг другу и подошли к Стефании, которая задыхалась от свежего воздуха, но в её янтарных кошачьих глазах читалась надежда, сердце бешено стучало, а крылья быстро хлопали, развевая тонкие куски плоти. Старшая Богиня приложила руку к груди Принцу и он почувствовал, что из него словно кости вырывают, но сдержал крик. Ли Мей тут же подбежала к наследнику, чтобы своими прикосновениями уменьшить его боль, немного полегчало. Наконец Богиня вытянула все полубожественные силы из внешнемирца и преобразила их в алую сферу. Затем Цетрион расколола её и потоком направила всю энергию на Стефанию. Демонесса не смогла сдержаться и громко закричала: крик был тяжёлым, низким и пронзительным, будто её сжигают заживо или рвут живую плоть, но чувствовала свобода и чистота уже хотя бы в лёгких, пепел растворялся. Госпожа демонов развела руки, чтобы впитывать в себя полубожественные силы, они нужны ей, чтобы избавиться от проклятья Элигоса. Бывшая Королева перестала чувствовать свои уродливые костяные крылья: они осыпались, словно горстка пепла и её тут же уносило лёгкими ветерками Фуджина; корона демонической Королевы, что приросла к голове, рассыпалась на кусочки, а на месте пустот росли волосы цвета бургунди; каменное сердце вновь билось, будто живое; а самое главное, что с рук сами собой слетели наручи-оковы, ржавея и рассыпаясь на полу, гнойники и нарывы на запястьях исчезали и зарастали розоватой кожей, а посох более было невозможно призвать. Из Стефании в небо вылетел мощный поток цвета альмандина, а сама демонесса после ритуала рухнула на пол, но была в сознании. Рейко подхватил её и приподнял. – Как ты? – с тревогой спросил Принц. – Я... – задыхалась Стефания. – Я свободна? – Да, – ответила Цетрион. – Рейко пожертвовал своими силами Полубога крови, чтобы ты избавилась от проклятия. И тебя кое-кто ждёт. Пока Старшая Богиня колдовала над освобождением демонессы от проклятья, она параллельно призвала мужа Стефании — великого Лорда Джеремайаса и он уже был здесь. Всё ещё с тяжёлым дыханием дух обернулась и теперь у неё так заколотилось сердце, будто оно у неё в руке, оно вот-вот пробьёт собой грудную клетку: перед ней стоял всё тот же прекрасный криомансер со смоляными волосами и небольшой мягкой бородой, бледной от крови и сущности кожей, с голубыми, будто холодный океан, глазами, крепким телосложением, тёплой улыбкой и влюблённым взглядом. В разуме бывшей Королевы тут же вспыли все самые тёплые и радостные моменты её жизни, когда дорогой супруг и Лорд был рядом: первая встреча, первый поцелуй, первое занятие любовью, тайное венчание, рождение родной дочери Изольды, первый совместный указ об изгнании демонов из Эдении и ссылке Леди Лилит, приезд приёмной дочери Авроры, балы, неземное счастье и любовь, улыбка мужа на смертном одре... Джеремайас не мог поверить: его любимая и дорогая демонесса, о которой он грезил более 10000 лет, не спал ночами, потому что сердце изнывало от боли и скорби, а теперь она стоит пред ним, всё такая красивая, любимая и особенная, её демонические черты всё также изысканны и прекрасны, она нисколько не изменилась. – Стефания, жена моя... – послышался низкий, будто замороженный, голос Джеремайаса. – Джеремайас, муж мой... – прощебетала Стефания. – Получилось! – ликовал Рейко, вытирая пот со лба. Демонесса нашла в себе силы подняться, подбежала к своему криомансеру и прильнула к его устам. Впервые за долгие 10000 лет их губы вновь касаются друг друга, смакуют, разум улетает куда-то в космос, а сердца супругов будто сделают ещё пару ударов и встретятся в буквальном смысле. Сколько же лет они не виделись? Точно трудно ответить, оба супруга от тоски потеряли счёт годам разлуки, но теперь они вместе навеки, их души бессмертны и будут обитать в Небесном склепе старой эденийской династии в Этерии. Губы Стефании всё также были на вкус, как спелая сладкая черешня, а губы Джеремайаса были всё такими же холодными и словно с привкусом ментола, но они были любимыми и желанными, губы жены грели его душу. Когда воздух стал заканчиваться, то демонесса и криомансер разорвали поцелуй, но всё с той же влюблённость смотрели друг на друга. – Спустя столько лет ты вновь со мной, моя дорогая демонесса! – Джеремайас приподнял супругу и закружил. – Прошли века, а ты всё также хороша собой! – А ты нисколько не постарел, мой любимый криомансер, – душа Стефании пела от счастья и радости. – Я задарю тебя твоими любимыми алыми розами, буду с рук кормить черешней и играть тебе на скрипке! – криомансер будто вновь стал живым. – Ты же не умеешь играть на скрипке, – ласково напомнила демонесса, глядя мужа по щеке. – Тогда ты будешь играть мне, жена моя! – бывший Лорд поцеловал ладонь любимой. – Я столько лет не слышал как ты играешь на скрипке. – Как наши девочки? – спросила бывшая Королева. – Наши Изольда и Аврора. – Они все эти века тосковали по тебе, но пока не знают, что ты вернулась, – ответил муж. – Тогда это будет для них сюрпризом, – улыбнулась жена. – Как такое возможно? Твоё возращение, – удивлённо и радостно спросил Джеремайас. – Ты же была проклята, душа моя. – Меня спас наш праправнук, – Стефания вновь, как раньше, взяла мужа под руку. Они вдвоём подошли к Принцу. – Знакомься, муж мой, это наш праправнук наследный Принц Внешнего Мира и Эдении Рейко. Он пожертвовал своими силами ради моей свободы, он герой и мой спаситель! Рейко улыбнулся, видя счастье прапрадеда и прапрабабки: они буквально светятся друг с другом, нежны, любезны и счастливы, как тогда, когда они оба были ещё совсем молоды и живы. В знак уважения Принц поклонился обоим предкам. Со лба сына императорской пары крупными каплями стекал пот, но юноша держался. – Рейко, как ты? – заботливо спросила Стефания, уже без страха взяв внука за руку. – Тебе больно? – Уже лучше, – ответил Рейко. – Я очень рад, что всё получилось! – Ты настоящий храбрец! – сказала демонесса. – Я горжусь тем, что у меня такие потомки. – Теперь ты, Стефания — дух крови, – сказала ей Цетрион. – И ты будешь со своей семьей в небесных чертогах в родовом в склепе в Этерии. – Благодарю вас, Старшая Богиня Цетрион! – бывшая госпожа демонов сделала глубокий реверанс перед Богиней, а затем и перед внуком. – Я благодарна каждому из вас, вы спасли меня от проклятья и вытащили из Преисподней! Я всю свою уже бессмертную жизнь буду благодарна всем вам, мои спасители! – А я благодарен, что ты помогла мне многое осознать, – сказал Принц, с трудом стоя на ногах. – Я клянусь, что никто из нашего рода не будет в Преисподней! – Я уверена, что ты сдержишь своё обещание, – сказала бывшая Королева, положив руку ему не плечо. – Я очень люблю тебя, твоих сестричек и родителей! Защищай их всех, ты нужен им, ровно, как и они нужны тебе. Как я нужна своей семье, своему мужу, моим Изольде и Авроре, моим милым дочкам. – Тогда время вам вернутся домой, – сказала Старшая Богиня и начала возвращать их обратно. – Мы обязательно навестим вас! – сказал сын Шао Кана и Синдел. – Мы будем ждать, – сказала Стефания и взяла мужа за руку. – Я больше никогда не отпущу твою руку, муж мой. Теперь мы вместе до конца веков. – Больше никто и никогда не разлучит нас, жена моя! – пообещал Джеремайас и взял жену на руки. – Королеве положены особые почести! – после этого воссоединившиеся духи исчезли, вернувшись в Этерию. – Лорд Рейден, – тяжело обратился к Богу внешнемирец. – Если вам не трудно, переместите нас двоих во дворец. – Конечно, – кивнул Рейден. Бог грома направил в них молнию, но она не превращала РейЛи в пепел и не поджигала их, а заставляла внешнемирскую пару исчезнуть в этом раскате, возвращая влюблённых во Внешний Мир. Рейко и Ли Мей очутились прямиком в тронном зале. Принц чувствовал, что ему очень плохо. Ли всеми силами поддерживала наследника, не давая упасть, но что может одна хрупкая девушка? Внешнемирец дошёл до трона, при этом упал на четвереньки. Затем парень снова поднялся и сел на трон. – Сейчас, Ли... сейчас... пойдём! Только... отдохну. Просто... устал... очень... – слабо шептал Рейко. И после этих своих слов Принц потерял сознание, оставшись в сидячем положении на троне. Императорский сын был словно неживой: бледный, слабый, не дышал, руки повисли безжизненными плетями, а глаза закрылись. Однако от настоящего покойника внешнемица отличало то, что его сердце било, и даже не слабо, а ровно, словно всё в порядке. – Рейко! – испугалась Ли Мей, слегка расстегнув жилет Рейко, чтобы ему было свободней дышать. – Помоги кто-нибудь! На крики отчаявшейся и напуганной Ли прибежали Китана, Милина, Джейд и Скарлет, застав ужасную картину: Мей в слезах и дрожит, а их дорогой брат Рейко сидит на троне и не двигается, словно самый настоящий мертвец. Глаза Принца при это закрыты, дыхания нет и голова наклонена вперёд. Внешнемирка отчаянно трясла внешнемирца, через каждую секунду слушая стук его сердца, но ничего не менялось: как билось оно, так и бьётся. – Что случилось?! – ужаснулась Милина. – Ему стало плохо, – ответила Ли Мей. – Это долгая история, но вначале ему нужно помочь! – Коталь! – Джейд побежала по коридору за мужчиной покрепче, потому что брат далеко не хиляк, его просто так не донести. К счастью бывший Император был недалеко от тронного зала, а потому, услышав голос потенциальной невесты, мигом переместился к ней с помощью яркой солнечной магии. Ош-текк не стал спрашивать что да как, а без лишних слов подошёл к Рейко, положил себе на плечи и понёс не в его личные покои, а именно в лазарет, чтобы ни лекари не бегали, ни Принцу ждать не пришлось. Тем временем в далёком Земном Царстве во Французской Полинезии на Бора-Бора, Шао Кан продолжал исследовать следы драки, в которой точно участвовала Синдел. Император даже не знал что делать, у кого просить помощи и к кому бежать. Кан опрашивал всех постояльцев спа-отеля, однако никто ничего не мог сказать, потому что вечером никто не видел ни Синдел, ни кого-либо иного. Внешнемирец не выпускал из рук свой амулет, видя, что амулет прекраснейшей эденийки активен, но вот как искать свою благоверную? Мужчина носился по всему пляжу, расспрашивал каждого прохожего, но все, будто по одному сговору, не могли ничего сказать, последний раз её видели вечером на пляже, а дальше как след простыл. Никто не помогал Шао искать его драгоценную Дели, все будто забыли о существовании той неземной красотки: была и была. У Императора разрывалась душа, он готов был завыть волком, до самого ядра рыть землю, пойти на поклон к Цетрион: всё что угодно, только бы вновь увидеть свою дорогую Императрицу живой, услышать её чудный голос, коснуться мягких рук и жадно припасть к манящим губам. Кан был на месте той самой драки, на которое всем было абсолютно наплевать: есть оно и есть. Никто не вызвал полицию, все просто забыли о той красивой туристке и всё. А внешнемирец был в отчаянии: он горевал, страдал, был болен это тоской, сердце и плоть разрывало на части, будто в тело вонзилось тысячи ножей. Мужчина видел много беспорядочных следов, разрытый песок, сумочку Синдел и дротик, который крутил в руке. – Где же ты, моя любимая? – будто у небес спросил Император. – Я отдам хоть свою жизнь, только бы ты была жива. Шао Кан сел прямо на уже холодеющий песок посреди этого побоища. Император пытался думать, но не получалось: кто посмел увести его любимую? Где её теперь искать? И понятно, что большинство людей просто твари с огромным запасом безразличия, раз так просто забыли про Императрицу. Кан ещё раз поглядел на свой амулет: он сверкал и мигал карминовым светом, словно сигнал S.O.S. Внешнемирец минуты две так смотрел, а потом понял: а что если двигаться в нужном направлении и он станет мелькать чаще? Мужчина отошёл подальше: амулет стал мелькать чаще. Сердце его пропустило множество ударов от радости. Шао отошёл обратно и поднял сумку Дели. Найдя в ней ключ от бунгало номер 49, Император открыл номер, положил на тумбу сумочку Императрицы и всё что из неё выпало. Затем Кан закрыл бунгало на ключ и спрятал под порогом. И вновь достав амулет, внешнемирец, ориентируясь по нему словно по компасу, пошёл за эденийкой. Идя по дороге, мужчина заметил, что стал усиливаться ветер, колыхая высокие раскидистые пальмы, в тёмно-синем небе стали сверкать ленты гроза, дождь холодными каплями хлестал по лицу: в общем начался шторм. Амулет Шао Кана светился всё чаще и чаще, набирая уже более ярких и светлых оттенков. Путь привел Императора на пляж, а там, идя вдоль, он вышел на самый отдалённый и заброшенный причал всего этого пляжа. Дойдя туда, Кан увидел полугнилой старый пирс и высокий деревянный столб с оборванными верёвками. Свет амулета замелькал очень ярко и внешнемирец понял: эденийку унесло в океан. Поэтому мужчина, не раздумывая ни единой секунды, бросился в воду.

За 40 минут до начала пути Шао Кана... (FLASHBACK)

Синдел не знала, куда её несут и что с ней, она была просто не в состоянии. Императрица только что продрала глаза, после того, как ей в шею попал тот проклятый дротик и она отправила Императору сообщение с призывом о помощи, то она впала в забытьи. Канум не помнила ничего: ни куда её несли, ни звуков, ни дороги. Сначала перед глазами эденийки всё было бесцветным, потом стало набирать более ярких оттенков, уши уже были не заложены. Когда женщина начала чувствовать своё тело, то поняла, что не может пошевелиться. Она огляделась и с ужасом поняла, что... что привязана к высокому столбу, которое на вид будто подпирало собой небо, но сейчас для неё все кажется более жутким и страшным, чем может показаться. Повертев головой, Синдел заметила, что вокруг неё стояли угрожающие силуэты в капюшонах и масках. Возле Императрицы стояла фигурка, какого-то странного существа: оно напоминало человека с головой осьминога и крыльями дракона. Канум сделалось совсем не по себе. Эденийка не могла ни двигать, ни говорить: к горлу подступил ком да и рот закрыли плотным платком, чтобы женщина вновь не закричала и не звала на помощь, волосы почему-то трогать не стали, хотя эти люди уже познали их силу. Вот вышел один из загадочных, а в руках у него или неё была чаша и кинжал. Загадочный подходит к Синдел и наносит ей лезвие на руке древний знак. Это было очень больно! Этот некто наполняет чашу океанской солёной водой. Затем раздались звуки двух ритуальных барабанов. Загадочный изображает симметричный трапецоид инвокации на плотно сложенных деревянных досках белым мелом, меньшей стороной на запад (Р'льех) вокруг столба. Императрица подвешена на столбе в трапецоиде на его западной стороне лицом внутрь, а загадочный сел на восточной стороне лицом к красавице. Верующие заняли свои места на юге и севере между соответствующими точками трапецоида. Настала тишина, и начался ритуал. Канум думала, что это дурной сон, но это не так: эти, как она поняла, культисты, собрались делать что-то ужасное и она в роли жертвы. Жрец, что вырезал Синдел знак на руке, встал и исполнил предварительное изгнание, изображая Знак Древних (прямую пентаграмму) в четырех кардинальных направлениях, начиная с запада, продвигаясь против часовой стрелки (Знака Древних чертится с нижней левой точки по направлению к верхней точке). Завершив каждую из пентаграмм, жрец произнёс следующие божественные имена Великих Древних: на западе — КТУЛХУ; на юге — ЙОГ-СОТОТ; на востоке — ГАСТУР; на севере — ШУБ-НИГГУРАТ. Кто эти странные создания, чьи имена назвал жрец? Синдел ничего не понимала и тряслась от страха. От страха прекрасные серые глаза Императрицы расшились до предела, она вся тряслась, а на руке так болит свежая рана от тугих верёвок. Ноги Канум стали ватными и непослушными, она не могла стоять, она просто слабо повисла на высоком столбе, она не могла сопротивляться и кажется вновь теряет сознание. Однако загадочным образом эденийка оставалась в сознании. Жрец снова сел напротив Синдел и стал произносить слова на жутком языке. – Ph'nglui mglw'nafh Cthulhu R'lyeh wgah'nagl fhtan*, – произнёс жрец. – Ia! Ia! Cthulhu fhtagn*, – отвечали ему остальные. – Ph'nglui mglw'nafh Cthulhu R'lyeh wgah'nagl fhtan, – вновь произнёс свои слова жрец. – Ia! Ia! Cthulhu fhtagn, – снова ответили они ему. – Ph'nglui mglw'nafh Cthulhu R'lyeh wgah'nagl fhtan, – уже в третий раз произнёс жрец. – Ia! Ia! Cthulhu fhtagn, – они также в третий раз отвечали ему. И с каждым разом и жрец, и его приспешники звучали всё громче и страшнее, вызывая у Синдел жуткую головную боль и желание, чтобы всё это было просто кошмаром. Затем жрец начинал читать заклинание на том же непонятном языке, словно призывая кого-то. – Cthulhu R'lyeh fhtagn*, – проговорил он. Ритуальные барабаны ударили в ритм слов жреца, превращаясь в магический звук, давящий на мозг и словно взрывающий его изнутри. Синдел хотелось кричать, но она таинственным образом не могла этого сделать, её внутренняя банши будто пропала. А вокруг тоже всё изменилось: усилился ветер, который готов будто содрать кожу, засверкали искристые линии молнии, где-то за облаками слышался жуткий и угрожающий грохот, начался холодный и хлестающий по лицу дождь, появились ужасные волны, ростом чуть ли не с двух Шао Канов — начался шторм. Императрица хотела выдернуть руки из жгучих и давящих пут, что изрядно натёрли нежную кожу, содрать платок и крикнуть что есть сил и убежать, но эти культисты слишком сильно затуманивают разум своими словами на непонятном языке, и похоже, что дротик работает в несколько стадий и даже не один и не два раза, потому что вновь немеют ноги, звуки становятся приглушёнными, будто под водой, а краски смешиваются. «Шао, любовь моя, умоляю, приди и спаси меня», – помыслила Канум и её словно обухом по голове ударило: вновь пропало зрение и дар речи. Волны океана стали бить в деревянный столб, к которому эденийка была привязана будто десятки острейших топоров. Плюс неведомая сила стала тянуть женщину прямо в океан, зазывая словно сладкоголосая сирена. Женщина просто шла туда, но пока её удерживали верёвки, они больно впились в кожу. Но с каждой новой волной ноги становились всё менее прочными. И вот в один момент огромная волна накрыла Синдел с головой, а неведомая сила толкнула её вперёд ещё сильнее, и тугие верёвки лопнули. Императрицу увлекло в глубокий и бесконечный океан. Последней мыслью Канум было: «Шао, любовь моя, прости...».

40 минут спустя после призыва... (FLASHBACK END)

Шао Кан конечно отлично плавает, может долго пробыть под водой, но ему нужна была скорость, чтобы не отставать от Синдел, не терять из виду и просто поскорее отыскать её. Поэтому Император плыл в воде магически: очень быстро, словно рыба-меч, и дыша, словно рыба. Амулет Кана указывал направление, но до Канум было ещё далеко. Внешнемирец не смел останавливаться, нет времени на передышку или отдых, нужно как можно скорее найти эденийку. Мужчина старался плыть как можно быстрее, однако он поражался: вроде он плывёт в правильном направлении, жену не уносит в стороны, она плывёт по какой-то прямой и определённой линии, так почему же амулет мерцает всё бледнее? Будто Синдел везут на гидроцикле с бешеной скоростью, а Кабал ещё подгоняет сзади. Шао начал бояться, что упустит её, поэтому, разозлившись ускорился и поплыл ещё быстрее. Ещё Император заметил, что его нелёгкий путь стал уходить на глубину. Кан перестал вообще что-либо понимать, потому что у него до сих пор в голове не укладывалось, кто же посмел похитить его Канум? Внешнемирец был намерен найти и вернуть свою эденийку именно живой, ведь иначе как жить ему, как оправдаться перед детьми, народом, предками супруги? Ведь ни один из перечисленных тогда не простит его. Почему именно Шао Кана? Потому что сейчас он клял именно себя, что не уберёг любимую Синдел, что послушался её и сегодня отправился на переговоры в Сейдо, да и сами переговоры были прокляты страшнейшими словами, от которых уши сворачиваются в трубочку. Император даже не подозревал, что проплыл уже больше четырёх тысяч километров. Но вот амулет Кана стал светиться ярче. И сердце внешнемирца забилось чаще, эденийка вновь близко, может она где-то рядом? Мужчина не хотел останавливаться, нельзя, нужно найти жену как можно скорее, потому что всё выглядит слишком жутко и загадочно, что боязно за хрупкую эденийку, наверняка она сейчас не в лучшем виде: в ссадинах, в синяках и в крови. Вдалеке Шао Кан увидел огромную подводную скалу и в ней бледным светом мерцал проход. Чувство подсказало, что нужно плыть именно туда, что Император и сделал. Кан посмотрел на свой амулет: тот светился уже очень ярко. Внешнемирец прибавил ходу. Когда мужчина почти достиг прохода, то тот загадочным образом затрясся и стал обваливаться. Он понял, что может потерять любимую жену и в последний момент успел заплыть в него и не попасть под камни... Синдел пришла в себя, лёжа на чём-то каменном и холодном в абсолютно неизвестном ей месте. Было очень темно. Императрица кое-как смогла привыкнуть к темноте и понять, что она лежала на каком-то каменном полу из плит. Что было за Канум — она ещё не знала, а перед ней пол превращался в лестницу, которая была почти вся скрыта под водой и вела куда-то глубоко в неизвестность. Внезапно вода начала бурлить. Эденийка в недоумении захлопала бешеными от испуга глазами, но еле поднялась с пола. Женщина не имела сил рассуждать что с ней и где она, ясно то, что нужно немедленно выбираться отсюда, иначе всё пропало. Однако Синдел чувствовала, что ей очень плохо: ноги всё ещё плохо держат её, руки не слушаются, всё плывёт перед глазами, носоглотка болит и явно от воды, было тяжело дышать, потому что она точно наглоталась океанской воды и теперь она была в лёгких, а когда правая нога стала слушаться, то она заболела — вывихнута лодыжка. Вода стала бурлить ещё сильнее и стала темнее, будто кто-то сейчас вынырнет оттуда. Императрица надеялась, что если спуститься по этой своеобразной лестнице, то можно выйти, но как идти, если вывихнута лодыжка, перед глазами только цветные завихрения, а ноги такие, будто в них нет костей? Однако внезапно случился всплеск и кто-то вынырнул из воды. Канум увидела в темноте силуэт кого-то огромного и ей стало немного страшно. К эденийке одним мгновением вновь вернулись зрение, дар речи и слух, поэтому она резко обернулась и лучше бы не делала этого: этот кто-то стал выходить из воды и приближаться к ней. Женщина хотела отойти назад, но упала из-за вывихнутой лодыжки. Однако всё прояснилось, когда этот некто заговорил. – Дели! – раздался тот самый голос. – Кто здесь? – Синдел было настолько плохо, что она ничего не понимала. – Дели, это я! – ответил голос, после чего этот некто создал кислотно-зелёную сферу света и она осветила его — это был Шао Кан. – Шао, любовь моя! – воскликнула Императрица и хотела подняться, но нога и спазмы в теле не давали этого сделать. – Старшие Боги услышали мои молитвы! Дорогой, любимый, милый, родной, драгоценный, ты всё же нашёл меня! Умоляю, подойди ко мне, мне страшно и больно! Император не просто подошёл, а подлетел к любимой супруге и обнял её: мокрую, дрожащую от страха, но живую! Он сумел! Он доплыл и нашёл свою любовь! Конечно выглядит Канум не очень: бледная, напуганная и вся израненная, живого места не найти. Однако Кан не считал её уродливой или некрасивой, Дели прекрасна любой: грустной, испуганной, отчаявшейся, обессиленной... Любой! Ни одно обстоятельство не портит красоты этой богоподобной эденийки. – О, Дели, как я испугался, что потерял тебя! – говорил Шао Кан, обнимая её. – Шао, я думала, что умру! – у Синдел болело всё: ноги, запястья, «сожжённые» тугими верёвками, голова, грудь, горло и всё подряд, а сама эденийка безостановочно рыдала. – Шао, Дракончик, Котик, Зайчик, мой самый дорогой, меня там... трудно говорить, больно. Но самое главное, что ты пришёл и рядом. – Подожди, любовь моя, – сказал Император. Кан наложил на Канум заклинание лёгкого исцеления: глубокие порезы, фиолетовые синяки, боль всех видов, спазмы по всему телу тот час ушли, и эденийка уже могла говорить спокойно, потому что и океанская вода пропала из лёгких. Однако Синдел всё ещё почему-то стонала и кряхтела от боли, ведь всё же лодыжка так и была вывихнута, а из глаз вылетали искры слёз. – Дели, прошу не скрывай, – сказал Шао. – Где болит? – Нога, – прокряхтела Дели, держась за конечность. – Лодыжка вывихнута. Император, словно лекарь со стажем, аккуратно взял маленькую ножку своей Императрицы и посмотрел: и правда вывих, но вправить можно и самостоятельно. Кан умел это делать, потому что не единожды был в походах и боях, поэтому чего ему только не ломали: челюсть, руки, ноги, а это вывих для него так, ерунда. Внешнемирец как можно мягче, чтобы эденийке не было больно, взялся за вывих. – Дели... – произнёс он. – Я люблю тебя! – И я тебя люблю! – прокричала она, она будто вновь осознала цену любви и разлуки. И Шао Кан одним резко движением вправил кость обратно, будто ничего и не было. Синдел стала бить ладонью по каменному полу, будто просит пощады, дернулась на месте и хотела крикнуть, но муж тут же заглушил остатки её боли своим поцелуем. Императрица жадно и страстно отвечала на поцелуй, он был ей так нужен, чтобы заглушить боль, она крепко обхватила затылок Императора руками, не желая отпускать, всё это время ей было ужасно страшно, так она ещё никогда не боялась. Императорская пара так целовалась минуты 3 без остановки, втягивая нужный и такой редкий здесь кислород ноздрями. Но всё же ШаоДел нужно было отдышаться. – Как нога? – заботливо спросил Шао Кан. – Всё хорошо, – ответила Синдел и будто прилипла к мужу. – Больше ни на шаг не отпущу! – А я не отойду от тебя! – сказал Император. – Я очень люблю тебя! – И я очень люблю тебя, – шмыгнула носом Императрица. – Ты всё же нашёл меня, а я боялась, что мы расстанемся навечно, а ты даже не узнаешь, где моё тело. – Ну уж нет! – сказал Кан. – Я проплыл за тобой тысячи километров и никому тебя не отдам! Дели, прошу, только не плачь! – Проклятые культисты, – однако Канум уже не могла в себе это держать и расплакалась, уткнувшись мужу в грудь. – Это они тебя похитили? – спросил внешнемирец. – Да, – плакала эденийка. – Я с пляжа шла в бунгало, хотела подготовить тебе сюрприз, но когда я подошла к двери, то меня окружили эти твари и напали на меня одну, а их было больше десяти! Я до последнего боролась, а потом они выстрелили мне дротиком в шею, я только и успела тебе своё сообщение отправить, спрятала амулет, а потом сознание потеряла. Потом я очнулась уже привязанной к столбу, но я так плохо это помню, голова кружилась, я не видела ничего, только помню, что меня волной унесло, а потом я здесь очнулась. – Твари! – разозлился муж. – Найду — убью! В прямом смысле этого слова! – Нам бы сначала выбраться отсюда, – сказала жена, всё ещё дрожа от слёз и страха. – Я и пути сюда не помню, не знаю где мы. – Проход под водой завалило, – сказал он. – Так что придётся идти дальше, – он крепко прижал к себе любимую, не отпуская её ни на миг, а затем он поднялся с ней на руках. – Шао, тут опасно, боюсь, что драться придётся, – сказала она. – Мой доблестный внешнемирский рыцарь, я в неоплатном долгу пред тобой. – Моё эденийское счастье, о каком долге ты говоришь? – спросил Шао Кан. – Ты моя жена! Я никому не отдам тебя! – Просто я даже не знаю как благодарить тебя, – шмыгнула носом Синдел, провела рукой по лысине мужа и нежно улыбнулась. – Дракончик, ты весь мокрый... и шлем потерял. – Да Шиннок с ним! – сказал Император. – Главное, что тебя нашёл! – Я тоже рада, что ты меня нашёл! – Императрица вся сжалась на руках Шао. – Эти культисты мне ещё что-то ножом на руке вырезали, – она хотела показать порез, но его не было. – Пропал. Но он был, правда он был! – Я верю тебе, – сказал Кан. – И чувствую, что он магический. – Я уж не знаю какой он, – сказала Канум. – Но мне было страшно, я на ногах не стояла, ничего не помню, будто бутылку вина выпила. – В любом случае придётся идти вперёд, иначе не выбраться, – рассудил внешнемирец. И тут откуда не возьмись раздался страшный и громкий гул. Эти звуки были страшным, не похожие на что-то определённое, издали слышались словно рёв орды шоканов и пронзительные крики таркатан. От такого содрогнулись стены и несколько камешков с каменного потолка стало падать вниз, иногда попадая на головы ШаоДел. От страха Императрица спрятала лицо в груди Императора, а он прижал любимую к себе. – Что это? – спросила Канум, хотя муж сам был в шоке. – Я не знаю, – ответил Кан. – Я понимаю тебя, но нам нужно идти вперёд. – Да, нужно выбрать отсюда, а самое главное живыми, – сказала эденийка. И влюблённые двинулись вперёд, в путь: Шао Кан шёл своим ходом, а Синдел была у него на руках как маленькая девочка. Императорская пара шла в абсолютной кромешной темноте, освещаемой только кислотно-зелёной сферой света. Теперь ШаоДел придётся приложить титанические усилия, чтобы выбраться отсюда и при этом пережить встречу с загадочным обитателем этого странного и очень таинственного места.