Лорд Гор и Небес

      Бессильный дух метало в мироздании, словно песчинку, а не многовекового дракона. Понятия времени и пространства не было. Сложно было зацепиться за что-либо, чтобы контролировать свою судьбу. Органов чувств не было. Была лишь энергия и магия, но, к сожалению, управлять ею не получалось никаким образом. Да и не был Смауг мастером в магических манипуляциях.       В какой-то момент стали различимы звуки, события, голоса и много чего ещё. В один момент вид бескрайней пустыни сменится бесконечным глубоким океаном, где проплывающее мимо исполинское существо во много раз превосходящее Смауга проплывает мимо, не в силах заметить того. В другой момент начинались сражения смертных и не только. Кровопролитные войны, величественные города, умирающие миры и самые различные монстры мелькали перед драконом, пока тот был духом.       Через некоторое время Смауг смог хоть как-то их контролировать. И вот пред ним предстало первое событие, за которое Смауг смог зацепиться.              ***              Бестелесный Смауг оказался в просторном зале, где находилось несколько смертных. Два человека в каких-то странных доспехах и странными вещами из металла в руках, совсем не похожих на мечи, но скорее на коробки, стояли у дверей и были стражами этого зала.       Ещё одно смертное существо имевшее человекоподобный образ, но обладающее красной коже с какими-то чёрными линиями и короной из рогов с грязно-золотыми глазами сидело на подобии трона и смотрело перед собой, погрузившись в свои мысли.       Перед ним стояло такое же существо, отличающееся лишь жёлтым цветом кожи и более крупным телом.              – Хм-м… — Краснокожее существо оперлось на рукояти своего трона и качало головой, словно пытаясь ощутить что-то. — Я чую присутствие… Присутствие, которого не было с тех пор… — Золотоглазый вскинул голову, посмотрев на желтокожего, а в его голосе ощущались нотки страха. – Учитель!              Внезапно оба стражника схватились за свои глотки, а их тела поднялись над полом и с силой ударились о стены, не опускаясь вниз. Следом отворились двери и в них вошёл ещё один смертный в странном алом плаще с тёмной накидкой на плечах.Судя по тому, что двери открылись с его взмахом руки…       Глубокий капюшон оставлял на виду лишь подбородок и кончик носа со ртом. Но интереснее всего были два золотых огня, глядящих прямо из тьмы капюшона.       С его приходом увеличилось некое давление по всему помещению, а воздух стал тяжелее и гуще, это отразилось даже на бестелесном Смауге, что ввело того в замешательство. Дракон не чувствовал ни капли магии… Но ощущалось нечто совсем иное… Это было странно.       Через некоторое время оба стражника уже упали мёртвыми. Было понятно, что их смерть – дело рук вошедшего… Или не рук.              – Учитель. — Краснокожее существо склонило голову, стоя на одном колене перед вошедшим человеком.              – Я весьма удивлён, что ты смог выжить с такими ранами. — Тихий вкрадчивый голос, казалось, не нёс в себе никакой угрозы. Но Смауга что-то покоробило. Его! Последнего Великого Дракона покоробил голос смертного!              – Вспомнил ваши наставления, учитель. — Только сейчас Смауг обратил внимание на нижнюю часть тела Красного. Она не была живой. Чистый металл, заменял ему ноги… Удивительно. — и выстоял, в надежде вернуться под ваше крыло…              Некто в плаще задумчиво выдохнул, поднял взгляд своих глаз, цвета только что расплавленного золота, на Жёлтого, что перешёл за спину своему… Брату?              – Какое несчастье, что ты пытаешься обмануть меня. — Взгляд вошедшего упёрся в стоящего на колене. В голосе отчётливо ощущалось некоторое разочарование с негодованием. Он отвернулся от своего собеседника, пока второе существо встало справа от своего, пусть будет брата.              – Учитель? — Красный поднял голову, на своего учителя, до сих пор не понимая, какое решение принял тот, но уже был готов к бою.              – Ты превратился в соперника! — Начав тихо, под конец буквально закричал неизвестный, резко развернувшись. По велению его вытянутых рук оба существа отлетели и впечатались в окна тронного зала, силясь освободиться. Готовность к бою им не помогла. Уже сейчас чувствовалась большая разница сил.              Со смешком некто отпустил двух существ, и те вытащили небольшие продолговатые металлические коробочки, из которых вырвались красные полосы… Света? Выглядело странно, но инстинктивно Смауг чувствовал, что эти штучки опасны… Если не для него, то для смертных.       С нескрываемой усмешкой, в руки пришедшего человека скользнули две таких же коробочки, из которых так же вырвались красные полосы.       Дальше он быстро и грациозно, почти невесомо из-за плаща заскользил вперёд, пока его «красные штуки» оставляли в каменном полу раскалённые следы!       Бой был быстрым, как и все движения. В какой-то момент оба существа накинулись на своего противника с двух сторон и их, пусть будут мечи, столкнулись с такими же мечами неизвестного. Он удерживал каждого своего противника одной рукой, пока те обеими своими пытались безуспешно продавить оборону врага. Это было удивительно, Смауг отлично понимал, что жёлтое существо должно быть намного сильнее физически, но на деле было совсем не так…       Бой продолжался. Двигались они очень быстро, намного быстрее любых смертных, однако пришедший вовсе не выглядел слабеющим или испытывающим хоть какие-либо трудности. С его лица так и не сходила усмешка собственного превосходства.       Красные клинки двигались настолько быстро, что оставляли за собой целые шлейфы в виде красных областей, вызывая своим движением гул, а столкновением с другим мечом снопы искр.       В какой-то момент бой перешёл на улицу, а точнее, на одну из небольших площадок под балконом. Откровенно лидирующая позиция неизвестного не менялась. Он резко сближался, разрывал состояние, следил за полем боя и выполнял самые различные движения. Чего только стоит кувырок назад для ухода от удара. И ведь даже плащ не могут задеть!       И вот, неизвестной силой, неизвестный откинул красного в стену, а после быстро расправился с жёлтым. Ещё одним… «Толчком» он выкинул жёлтого с площадки за её пределы.              – Брат! — Красный кинулся за ним.              Неназванный не поспешил следовать за своими противниками. Он стоял, словно прислушиваясь к окружению, и взгляд его золотых глаз плавно переходил с одной вещи на другую. В какой-то момент он вцепился взглядом в то место, где «находился» Смауг в виде бесплотного и бессильного духа. Губы неизвестного скривились, словно тот был не в силах понять, что же не даёт ему покоя, но сейчас нужно было завершить дело.              Из тела жёлтого начала выделяться странная энергия зелёного цвета. Было видно, как его силы тают, а власть смерти лишь увеличивается в этом месте.              – Прости меня, брат… — еле выговорил жёлтый, держа своего «брата» за руку. — Я был никчёмным учеником… Я не ты…Куда мне-е… — И вот, последние силы покинули странное существо, отчего тот испустил последний вздох.              С площадки на которой шёл прошлый бой послышался смех. Сцепив руки за спиной, неизвестный подошёл к краю площадки и начал говорить.              – Запомни! Первый и единственный закон ситхов – их бывает только двое! А ты уже не являешься моим учеником…              Красный же, через несколько мгновений, восстанавливая дыхание и силы, пытаясь удержать себя в руках, обернулся на своего, как понял Смауг, учителя.              – Тебе найдена замена. — Неизвестный спрыгнул с площадки рядом с красным, пока тот встал и зажёг ещё один меч. Только этот был похож на обычный клинок, но был абсолютно чёрным и тоже выходил из металлической коробочки.              Они встали напротив друг друга и приготовили свои клинки. Серии ударов шли друг за другом удивительно слаженно, представившись перед Смаугом чем-то запланированным, словно оба бойца просто приготовили эту «сценку», но это было не так. Агрессивный стиль неизвестного заставлял дракона внимательно следить за каждым движением, стараясь запомнить их, неизвестно почему.       В какой-то момент красный смог нанести лишь один удар металлической ногой, отбросив противника на несколько метров. Видимые губы человека в плаще изогнулись в гримасе раздражения, после чего тот быстро налетел на своего противника и ещё через серию ударов заставил того отступить.       В какой-то момент один из мечей неизвестного просто втянулся в плащ, явно повинуясь воле своего хозяина, а тот взмахнул рукой, и краснокожее существо взмыло в воздух, а после, повинуясь воле руки неизвестного, начало с силой биться то об пол, то об стену, пока в какой-то момент его не отпустили.       На лице красного был настоящий страх. Он уже проиграл. Неизвестный мог закончить бой в любой момент, но скорее всего решил «поиграть» и сейчас всё должно закончиться.              – Пожалей! — Пытаясь отдышаться, опираясь на одну руку лежала краснокожий. — Пощади! — Для Смауга это выглядело жалко, а неизвестному явно приносило удовольствие или забавляло.              –Жалости – нет! — С рук неизвестного сорвался поток молний, который терзал всё тело красного, заставляя того биться в агонии и боли, пытаясь хоть как-то облегчить свою боль. Через несколько секунд всё закончилось. Неужели всё? Эти молнии были небольшие и наверняка слабее, чем те, что использовали майар, но были намного… Насыщенней? Да, их цвет был завораживающим. Тёмно-синий, насыщенный, с нотками тьмы… Уж что-что, а настоящую Тьму дракон помнит. — Не волнуйся, я не убью тебя. У меня есть другие планы на тебя. — Медленно выговорил, а после засмеялся неизвестный, вновь приступив к пытке.              Силы Смауга начали истощаться. Было непросто удерживать себя в реальном мире даже несколько минут… Жалкое зрелище. Бесплотный и невидимый дух, способный только наблюдать… Не сумев досмотреть, чем всё закончится, Дракон «отправился» дальше. Вернее, дал самому Мирозданию унести себя в своём уютном защитном коконе.              ***              194 г. от З.Э. (от Завоевания Эйгона)       Замок Звездопад.              Снова калейдоскоп событий, пейзажей и даже музыки. Самые разные мелодии, и если некоторые из них несколько нравились дракону, то некоторые… Просто Тьма. Лучше вновь оказаться тем только вылупившимся дракончиком и сражаться за своё право на жизнь, еду и место… А потом ещё и оказаться в его последней битве с орлами и тем эльфом…       В какой-то момент ему это просто осточертело. Он видел многое. Слышал многое. Но он был заложником собственного положения! Не смотря на то, что он обманул саму Смерть, это не принесло ожидаемого результата… Почему же он не переродился, как это делали эльфы? В чём причина?       Решив, что простыми размышлениями ничего не добиться, Смауг принял единственное решение, которое было в его власти. Он скопил всю свою магию и дал ей приказ, который можно расшифровать так: «перерождение, сохранение магии, живой мир».       Магия послушно приняла приказ, и Смауг обессилел, лишившись последних сил, даже из защитного «кокона» была заимствована часть магии, чтобы провести перерождение. Вероятно, всего, что он скопил, не хватило…              ***              194 год от З.Э.       Долина Аррен              Ничего не было понятно. В какой-то момент Смауг почувствовал, что может вдохнуть и сделал это. Его лёгкие словно наполнились огнём, казалось бы таким привычным дракону, но сейчас это было исключительно мукой. Этот огонь раздирал его внутренности, обжигая и заставляя… Плакать? Что это значит!?       Мысли формировались тяжело. Тело не слушалось, и накатывала слабость, а ещё чувствовался голод. Да, сейчас бы он съел ещё с десяток пони… Да. В какой-то момент сознание не хотело ничего кроме сна. Такого спасительного и лёгкого сна на пару десятилетий, чтобы вновь набраться сил и магии. Он чувствует боль, а это значит, что он жив… Остальное не так важно…       Внезапно в его пасть попало что-то мягкое и он, повинуясь каким-то инстинктам, начал жадно пить. Клыков не было. Ничего не было. Что-то тёплое и приятное полилось в его горло и нутро, словно магическим образом исцеляя лёгкие, которые ещё болели от каждого вздоха…       Удивительно, но ел, а точнее пил он точно недолго. Вскоре он попросту уснул, уйдя в столь желанное забытье, и холодная, уютная Тьма встретила его лишь приятной тишиной, вместо какофонии звуков где-то там… В реальном мире!              ***              –Как ты?! — Мужчина средних лет и не самой примечательной внешности подошёл к своей супруге, которая только родила его сына.              – Я в порядке, в порядке. Не волнуйся, у нас крепкий малыш. — Тёмноволосая девушка с любовью смотрела на маленький свёрток в своих руках. Мальчик уже наелся и сейчас тихо посапывал на её руках, кутаясь в свёрток.              – Слава Семерым! – мужчина облегчённо выдохнул, смотря на свою жену и сына. Но во взгляде девушки кроме любви была и тревога, что заставило мужчину напрячься. — Что-то случилось?              – Джон… Ты же знаешь, у меня никого не было кроме тебя… — Тяжело начала девушка, а после осознания сказанного мужчина ещё больше напрягся.              – Знаю. — Лоб мужчины сморщился, показывая его тяжёлые думы. — Что ты хочешь сказать?              – Глаза… Его глаза золотые. Я увидела это, когда он пару раз открывал глазки… — Девушка была неуверенна даже в собственных словах. Да, она точно видела, что глаза ребёнка чётко золотые… Но её глаза карие, когда глаза Джон и вовсе голубые! И вообще, они никогда не видела никого с золотыми глазами!              – Золотые? — Глаза мужчины удивлённо расширились, а после чуть сощурились в неверии. —Золотые… Ты позволишь?              – Конечно. — Алиса передала свёрток мужу и тот раскрыл один из глаз своего сына. Тот недовольно задёргался, но глаз действительно был золотым. Признаться, и сам мужчина никогда не видел никого с такими глазами… — Что ты думаешь? — Встревожено спросила девушка, не зная, решил ли её муж, что она была неверна ему.              – Не знаю. Но я знаю, что у тебя не было никого кроме меня… Да и не от кого получить такие глаза… Стоит спросить у септона, возможно ли, что это знак от Семерых? — Глаза девушки удивлённо расширились. В таком ключе она ещё не думала. На лице мужчины появилась слабая улыбка, после всего происшедшего. — В любом случае, схожу я завтра, а сейчас ты с нашим сыном должна набираться сил.              На лице девушки появилось выражение искреннего облегчения и радости, после чего Джон передал её сына. Маленький мальчик сладко посапывал, иногда странно, но мило водя носиком, принюхиваясь, словно дикий зверь. Их с Джоном маленький зверь…