Сыграем в любовь ещё раз? Или всё было по-настоящему?

      Говорят, наши мысли материальны. Мол, если часто о чём-то думать, то это «что-то» обязательно воплотится в реальность. Ксюша никогда не верила, в вещи подобного рода. Она очень хотела в детстве самокат и часто о нём думала, при этом, не забывая всячески намекать на это родителям. Как итог, новая кукла на день рождение.       Потом девушка надеялась и верила в то, что родители не разведутся. На протяжении месяца Ксюша думала и представляла, как папа изменится, бросит свою дурацкую привычку — пить, снова напишет песню или стихи для мамы, и та в свою очередь его простит. Но, видимо, Ксюша мало об этом думала, либо Ирине Ренатовне уже надоел пьющий муж и его творчество в виде извинений, да и Борис Леонидович не собирался бросать свою «подругу» — вишнёвую наливку. Как итог, развод. Ксюша с мамой в Барнауле, а папа в Москве пытается начать новую жизнь.       Так что теперь Ксюша не верила в то, что мысли материальны, по крайней мере — её точно уж нет. И уж тем более девушка не могла предположить, что, если она часто будет думать об отце своего сына, то рано или поздно увидит того на пороге собственного дома, да и ещё не одного, а в кампании с ИХ общим сыном…       — Добрый вечер, Ксения Борисовна, — его голос звучал мягко и слегка бархатисто, а в небесно-голубых глазах плясали черти. Этот взгляд. Она его помнит. Именно так он смотрел на неё, когда их познакомил Лев.       — Добрый вечер, — слегка задержав свой взгляд на мужчине, она резко разворачивает голову в сторону сына. — Кирилл, что происходит? Почему ты не в школе?       — У нас отменили два урока, у меня разредился телефон, а дядя Юра предложил меня подвезти, — Кирилл поднял голову на врача, и в его взгляде Юра увидел сигнал о помощи.       — Мы как раз в это время проводили плановую вакцинацию в его школе, и я, увидев, как Кирилл беспомощно стоит один на улице, пришёл ему на выручку, — самодовольно улыбнувшись, Юра продолжал прожигать её взглядом.       — И ты вот так просто сел в машину к чужому человеку? Что я тебе говорила на этот счёт? — мальчик виновато пожал плечами.        А Юра в этот момент улыбался. Он не знал, что его рассмешило больше. Воспитательный момент, который происходил между сыном и матерью, и невольным свидетелем которого он стал. Или то, как она назвала его чужим человеком. Нет, это понятно, что для Кирилла, он по сути никто — чужой дядя. И девушку, как мать, естественно, волновал тот момент, что её сын сел в машину к постороннему человеку. Но для неё он же не был чужим человеком. Хотя, может и был. Он же являлся для неё способом для возвращения Зуёнка. Так что, скорее всего, он для неё был, есть и будет чужим человеком…       — Мам, прости. Я больше так не буду, — Кирилл обворожительно улыбнулся, он знал, эта улыбка действует на маму, и она уже не раз его выручала в подобного рода ситуациях. — Обещаю.       — Ох, ладно. Что с тобой поделаешь? — растерянно улыбнувшись, Ксюша отошла в сторону, пропуская сына в квартиру. Она чувствовала, он продолжает изучать её взглядом. — Кирилл, что нужно сказать Юрию Сергеевичу?       — Спасибо за то, что подвёз. И пригласить его на чай, — в знак серьёзности своих намерений Кирилл взмахнул рукой и указал улыбающемуся Юре на глубь квартиры.       — Я думаю, что у Юрия Сергеевича сегодня есть ещё дела, и он не сможет остаться, — испытывающе посмотрев на мужчину, Ксюша молилась всем богам, чтобы тот отказался от приглашения и, сославшись на важные дела, попрощался и удалился.       — Почему же, у меня нет сегодня срочных дел, и я с удовольствием выпью чашечку чая с Кириллом, — Юра довольно улыбнувшись переступил через порог и замер, они оказались непозволительно близко друг к другу.       Так близко, что она даже почувствовала его дыхание на своей коже, и с улыбкой отметила, что он так и не сменил за эти годы парфюм. Этот запах, она узнает его из тысячи. От него, как и всегда, пахло мандаринами и красным яблоком. Ксюша помнит, как этот запах сводил её с ума, когда он заключал её в свои объятия. Девушка так же вспомнила, как однажды заметила, что флакон его духов уже практически пуст. И накануне его дня рождения, заранее отпросившись у Льва, она носилась по всей Москве с флаконом в руках, ища именно их. Никакой другой запах ей не был нужен. Она знала, эти духи ему однажды подарила мама, и он теперь не поменяет их ни на что.       — Кхм…. Мы будим пить чай сегодня? — они синхронно повернулись в сторону источника слов и наткнулись на довольный взгляд Кирилла. Мальчика очень забавляла и одновременно радовала эта Картина. Нет, определённо, дядя Юра ему соврал, когда сказал, что они с мамой просто раньше работали.

***

      Пока Ксюша возилась на кухне с чаем и проклинала всё на свете, в том числе и этого наглого и самоуверенного докторишку, который зачем-то остался с ними на чай, Юрий мыл руки в ванной.       Естественно, он не просто так согласился на предложение Кирилла, у него были свои мотивы на это. Юру уж очень интересовало, есть ли в этой квартире человек, который будет не рад незваному любителю чая, кроме неё, конечно. Проще говоря, он искал что-то, что подтвердит или опровергнет его догадку, о её личной жизни. Не найдя в ванной третьей зубной щётки, пены для бритья, бритвы, парфюма или ещё чего-нибудь, чтобы указывало на наличие мужчины в этом доме, Юра принялся за прихожую и гостиную.       То, что в ванной нет мужских банных принадлежностей, ещё ничего не означало. Он попросту мог уехать в командировку и взять их с собой. А вот то, что в прихожей нет мужской обуви, а в шкафу для верхней одежды отсутствуют какие-либо мужские куртки, пальто, шарфы, наконец, так же в гостиной нет никаких фотографий, на которых был изображён какой-либо посторонний мужчина. Только она и сын, она и Борис Леонидович, фото большой дружной семьи и ещё несколько фотографий, по-видимому, с отпуска. Эти факты в сумме уже могли означать, что в доме отсутствует мужчина. Хотя, возможно, он просто не любит фотографироваться, и для полной уверенности Юре бы ещё заглянуть в шкаф с одеждой, который находится в её спальне, но, спрашивается, кто его туда пустит.       Проведя свой осмотр, как можно тише, чтобы хозяева квартиры ничего не заметили, Юрий зашёл на кухню, где уже всё было готово к чаепитию.       Сделав глоток чая, Юра с удивлением взглянул на девушку. Напиток был сделан так, как он любил, две ложки сахара и долька лимона. Неужели она всё ещё помнит? Или, может быть, никогда не забывала?       Встретившись со взглядом мужчины, Завгородняя судорожно сглотнула и потупила свой взгляд на чашку с ароматным напитком.       Далее их чаепитие проходило без эксцессов. Взрослые молчали, изредка бросая друг на друга косые взгляды, а Кирилл увлечённо рассказывал Юре о своём хобби — рисовании.       Когда чаепитие было закончено, мальчик предложил взглянуть Юре на его рисунки и утащил ещё ничего не успевшего ответить мужчину под многозначительный взгляд мамы в свою комнату.

***

      На часах уже было начало 19:00, Ксюша сидела на кухне и нервно теребила края кровати. Они с Кириллом уже около часа были в его комнате, и одному Богу было известно, что там происходило. Несколько раз она порывалась туда зайти, но, слыша заливистый смех сына и ЕГО голос, тут же отпрыгивала от двери комнаты, как ужаленная.       А вообще со стороны это походило на тихий семейный вечер. Когда после ужина, мама убиралась на кухне, а отец с сыном играли в комнате. Только вот они не семья, благодаря её же стараниям.       Сегодняшний случай снова выбил её из колеи. Они опять рядом. Они опять общаются. Кириллу до безумия нравится его новый знакомый. Им вместе так легко и просто. Боже, что же будет, когда они узнают правду? Когда поймут, что могли общаться друг с другом намного раньше, но она им помешала. Как они отреагируют на эту новость? Эти мысли снова сводили Ксюшу с ума.       Она снова и снова прокручивала в голове те моменты, когда не сообщила ему о сыне, когда отпустила ЕГО, думая, что так будет лучше. И ей уже не казалось, что она была тогда права.       Из мыслей Ксюши вывел скрип двери, через секунду ОН появился на пороге кухни, и она мгновенно вскочила со стула.       — Кирилл заснул, а я, пожалуй, пойду, — Юра уже было направился к двери, как тут же остановился, развернулся и направил свой взор на неё. — А тебе не кажется, что нам надо поговорить?       — О чём? — устало выдохнув, она взглянула на него.       — О Кирилле. О его отце, — в этот момент Ксюше показалось, что у неё как будто бы кто-то выбил почву из-под ног, и она буквально упала обратно на стул. Неужели, догадался? — Я, конечно, тебе никто, и ты не обязана отвечать мне на этот вопрос, но мне просто интересно, он был у тебя после меня или во время наших отношений?       — Не поняла? — ошарашенно помотав головой из стороны в сторону, она устремила на него не понимающий взгляд.       — Отец Кирилла явно не Зуёнок. Вот мне и интересно, он был у тебя после меня или ты мне изменяла?       Его вопрос прозвучал, как гром среди ясного неба. Нет, она, конечно, понимала, что сделала ему неимоверно больно, и он имеет право быть о ней не самого лучшего мнения, но чтобы такое. Это, как удар под дых.       — Пошёл вон! — из последних сил произносит она, ещё не хватало, чтобы он видел её слёз. — Вон, — произносит она грубо и как можно тише, чтобы не разбудить Кирилла, при этом вскакивая со стула и, указывая ему рукой в сторону двери.       — Понятно, — он усмехается, думая, что попал в самую точку и, бросая на неё презрительный взгляд, удаляется с кухни.       Она слышит хлопок двери, и только после этого опускается на стул. Пряча лицо в ладони, девушка издаёт горький всхлип…