Расстройство Ван Гога

Тэхён мчится по коридору. Видит спину того, кого ненавидит. В руке тот самый ножик, которым был убит когда-то Туён. В душе гнев, а в глазах пустота. 3…2…1…нож остался в спине, рука в крови. — Тэхён… Тэхён ты что сделал?! — крик Чонгука оглушает коридор, тело Чимина падает вперёд. также как и падает слеза Тэхёна. Он хотел чтобы так случилось. Он желал. Он сделал. Чувствует только то, как его взяли под руки. Чувствует снова на сердце боль, ведь сейчас Чонгук трогает руками лицо Чимина, который не дыша лежит на полу. Чувствует… нет, перестаёт чувствовать в этот момент всё и кричит. громко кричит, чтобы все слышали его боль. кричит и просыпается с той же болью в душе, соскакивает с кровати и подбегает к двери. Всё как обычно, ходят охранники, либо врачи с пациентами. это был сон лучший сон . . . Чонгук пригласил Чимина в свой кабинет выпить кофе и обсудить темы, которые так и давили на Чона. Все вопросы, на которые пока нет ответа, но возможно через несколько минут появятся. Они зашли в кабинет, он конечно был не такой большой и обставленный, как Джина, но работать можно. Чонгук сел за рабочее место, а Чимин на стул напротив. Повисла минутная тишина, каждый думал о своём. Гук не понимал с чего начать разговор, а другой не знал чего ожидать. Но если не сейчас, то когда, верно? — Я хотел поговорить о поцелуе. — Это пожалуй всё, что пока что интересовало Чонгука. Многие скажут: «ну поцеловал и поцеловал, что такого», нет, не всё так просто, ведь для Чона это очень важно, также как Земле важно Солнце. — Ах, да, ты об этом… — Чимин сидит и смотрит на свои руки, смотрит на цветы, смотрит на стены, лишь бы не на Чонгука, лишь бы не в глаза. — Я просто выпил и как-то получилось. — Что получилось, Чимин? Почему я пил со своим другом и такого не было, не вини алкоголь. — Чонгук не выдерживает и встаёт с места, подходя к окну. — Извини, я не хотел повышать голос, просто ну знаешь, это…— Договорить не дал голос сзади. — Это не правильно, да, понимаю. — Грустная улыбка на губах Чимина, который так и не осмелился поднять взгляд, не зная чего боится больше, слёзы, которые накатываются на глаза, либо же чувств, которые могут возвыситься. — Нет, не в этом дело, Чимин. — Глубокий вдох, развернулся к нему всем телом, на лице нет эмоций, но в душе… а впрочем, никто не видит душу человека. — Я вообще не уверен что могу любить, звучит глупо, но зато честно. — Выдох вместе с непониманием. — Да, возможно и так, давай просто забудем то, что было. — Осмелился, всё-таки осмелился поднять глаза на него. — Давай просто продолжим общаться, мы же всё-таки коллеги. — Улыбка сквозь боль — Конечно, я и не хотел прекращать общение, нам же не по 15 лет, чтобы из-за этого обрубать всё. — В ответ теперь улыбка Чонгука, без боли, от чистого сердца. — Спасибо, а теперь мне нужно идти к пациентам, а ты куда сейчас? Чонгук обошёл стол и сел на стул, взял в руки папку и немного поднял вверх, мол «работа и только работа» — А ну понятно, чего я ожидал ещё. — Смог посмеяться, это лучше, чем разрыдаться. — Тогда, до встречи. Соврал, когда сказал про работу, ему просто стало необходимо остаться одному сейчас, не может перестать размышлять обо всём. «Сейчас бы покурить и…», а больше ничего и не надо, думает он, продолжая смотреть в окно на снег, который падает на окна и тут же тает. Также, как и тает сердце Чонгука. Чимин идёт по коридору, витая в своих мыслях, но свернул он далеко не в ту сторону. Не в сторону своих пациентов. Стоит и смотрит сейчас точно на дверь с фамилией и именем: — Ким Тэхён… Обрубаются мысли и открывается дверь. . . . Тэхён сидел за столом в своей комнате и взял в руки холст, который принесли ему, по поручению Джина, а также краски, самых разных цветов, самых красивых. Начинается творение. Изящная рука, которая держит в руке карандаш, вырисовывает контуры, иногда стирая не нужное или наоборот, что-то добавляя. Тэхён не знает сколько уже прошло времени с тех пор, когда он сел рисовать, но это его точно успокаивает, не уходит только одна мысль из головы, которую он старается убрать. — Где же ты сейчас и с кем. — На лице грусть, в голосе не меньше. — Неужели снова с Чимином. — Контуры продолжают вырисовываться. «Говорить в слух свои мысли — нормально», так всегда советовал ему Джин, на самом деле, Тэхён ему очень благодарен, если бы он мог сделать что-нибудь хорошее для него, то обязательно бы сделал, но не позволяют обстоятельства, не позволяет окружение. — Конечно, с Чимином же лучше, он не псих. — «как я» остаётся в голове. — Я заболел теперь и человеком… — Руки ложатся по бокам от холста, а взгляд направлен на рисунок, рисунок лица Чонгука  — Я заболел тобой. Слышится, как открывается дверь, холст быстро переворачивается, а сам Тэхён встаёт и смотрит на человека, который зашёл. Лучше бы и не поворачивался. — Что тебе нужно здесь. — Моментальная вспышка агрессии при виде его, в руке начал сжиматься карандаш. Чимин заходит внутрь и закрывает дверь, улыбаясь чему-то и смотрит в глаза Тэхёну. — Зашёл тебя навестить, как ты, друг мой? — Руки за спиной, как в строю, голос, как всегда с ехидством, улыбка…хотя нет, это даже улыбкой назвать трудно. — Уходи отсюда, я псих, мне простят, если я сейчас воткну тебе этот карандаш. — Поднимает руку, показывая, даже доказывая, что он у него есть. — В глаз например, как тебе такое? Мечтал стать когда-нибудь единорогом? В ответ ничего, тишина и такие же эмоции. Тэхён начинает злиться сильнее, пелена перед глазами становится больше. — Ну Тэхён-а, ты чего, мы же всегда дружили. — Проходит вглубь комнаты и смотрит за спину Тэхёну, где лежит белый холст. — Да и ты парень не глупый, хоть и больной, тебе не нужны проблемы. — Снова смотрит своими глазами, в глаза напротив. — Нет, Чимин, кажется тебе тоже лечиться надо. — Усмехается младший, продолжая держать руку поднятой. Все слова Пак игнорирует, проходя мимо Тэхёна и беря в руки холст, но тут его отталкивают, не позволяя трогать и смотреть. Нельзя, чтобы он увидел то, что принадлежит Тэхёну. — Я смотрю, ты сегодня не очень разговорчивый… хорошо. — Подходит к двери и кладёт ладонь на дверную ручку, а после поворачивает голову в сторону Кима, говорит также ехидно: — Целуется Чонгук просто шикарно— Выходит из комнаты, закрывая на ключ. Тэхён кажется умер в эту же секунду, он не помнит что было после слов Чимина, не помнит как всё снова оказалось на полу и уж точно не помнит, как в комнате появился Сокджин, но точно запомнил глаза, которые он видит во снах, его глаза, в которые смотреть теперь больно. Больно думать о Чонгуке, но в тоже время с ним находиться спокойнее всего. Это болезнь. Тэхён заболел и человеком тоже.

Мне кажется — я заболел тобою И врядли смогут исцелить врачи Недуг, который все зовут любовью, Что сам способен душу излечить.