Шашлык на выходных

Ты, мой дорогой читатель, можешь только попробовать представить, какой коктейль из чувств и мыслей был в голове Роси: шок и обида, облегчение и страх и самое главное — непонимание из-за потери контроля над ситуации. А в толпе, конечно, нашлись и те, кто без пруфов не поверил. И что? Правильно! Закричали в стиле Снегурочки на детском утреннике. — Маргарита Дмитриевна! — Ваше Императорское Величество! А что же Рита? Рита без задней мысли поднялась, выглянула с балкона, оглядев людей, и по-королевски помахала ладошкой. — Блять, что мне будет, что мне будет! — убивался Ванюша по дороге домой. Тренеру пришлось позвонить и в кратце описать весь пиздец. Благо Алексей Николаевич не монстр и быстро отпустил. А дома нашлись Белка и Казах. Им-то Россия и выругался, потом выплакался и, наконец, вырубился. Кази перенёс его на диван, а Беларусь накрыла пледом и заварила чай. — Ну, узнали и узнали, что тут такого? — вскинул брови Казахстан. — ООН же сказал, всё должно держаться в секрете, — напомнила девушка. — Да ясное дело, но ни Ваньку же обвинять! Это сама РИ. — Это ты к тому, что он ей ничего не сможет сказать? Согласна, она боевая женщина. — Надо бы Гере позвонить, что ли. У неё голова — почти дом Советов! Накумекает что-нибудь, — Анвар набрал номер коллеги как раз в тот момент, когда будильник оповестил Отто и Катарину о том, что солнышко проснулось, новый день на дворе, сколько нужно нового узнать детворе… ой, кажется, не туда вставила.— Германия? Не разбудил? Ну и славно. Слушай, у нас проблема: РИ показалась людям. Что делать? О! Хорошая идея, спасибо! Только отвечать за такой финт ушами будем мы все. До встречи. — Ну что? — Вера откусила кусочек печенья. — Сказала «клин клином вышибать»! — Что? — Потом расскажу. * * * — И что ты делаешь? — итак, поздравьте Ваню! Он проспорил Жене Медведевой на желание. И она попросила построить карьеру тренера, разместив объявление на hh.ru. не является рекламной офертой А что Рос? Рос ни какой-нибудь там Америка, он мужик! А, как говорится, мужик сказал — мужик сделал. На коленке нарисовав неплохое резюме, он объявил на всю Москву, что будет подкатывать и ставить программы ребятам от второго взрослого разряда и выше. В целом всё было круто: тренер двукратный олимпийский чемпион, пускают на все катки, хорошо объясняет и требователен. Некрутой была только цена — десять тысяч. За одно занятие. — Маш, ещё раз. Ты с ребра постоянно слетаешь, потому и с кантилевера падаешь. Встала, — несмотря на недостаточно удобную, хотя и очень модную, одежду — на нём был чёрный пиджак на такую же черную футболку и джинсы с рваными коленями, тоже черные — Иван смог спокойно расставить ноги на нужную ширину и прогнуться, доставая руками до льда, — сделала всё возможное, чтобы крепко держаться, и только тогда прогнулась. Не старайся сейчас прогнуться на мост, просто небольшой прогиб, мы не квартиру проигрываем. Поняла? Девочка незаметно хихикнула, улыбаясь уголками губ, и кивнула, поправив хвостик. Сразу после тренеровки с десятью тысячами на руках Ивашка быстро поменял смолянистую футболку на белую рубашку и сменил джинсы на брюки до щиколотки. Остальное он наденет уже перед залом собрания, которое решено было перенести в Петербург. Конечно, перед этим провели ещё с десяток совещаний по зуму, где объяснили ситуацию. В один момент Швей не выдержал и выпалил, видно, хотел пошутить: «Так давайте проведём собрание в Санкт-Петербурге! А все почившие страны проедут перед жителями на лошадях! Всё равно им никто не поверит!» Однако все подумали, что врач говорит это на полном серьёзе, и, действительно, перенесли саммит из Женевы в Питер. План осуществился через неделю. Девятого июля в девять часов утра полиция перекрыла Невский проспект и набережную Мойки на пути от Аничкова моста до Строгановского дворца, где и намеривались разговорить на очень серьезные темы, в том числе и о судьбе Рейха и Союза (мы-то с вами знаем, что они поебались, но давайте оставим наших друзей в блаженном неведении). Всех почивших стран проинспектировали и чётко сказали: «если поедете на лошади, едьте быстро, галопом, прижавшись в седлу», — на что все уверенно кивнули, но раз об этом пошла речь в фанфике, то вы прекрасно понимаете, что страны кивнули-то — кивнули, но исполнять не собирались. Нет, конечно, нашлись экстра порядочные, но они нам не интересны. Например, лёгким галопом ехали Маргарита и Николя. Последний был наряжен в свою собственную армейскую форму с незастегнутым французским мундиром и ехал вполне гордо, высоко задирая и без того сильно вздернутый нос с горбинкой. Что касается молодой женщины, то ей откуда-то достали амазонку — платье для верховой езды. Оно было подстать костюму собеседника — таким же синим. Это были юбка и фрак. На этот самый фрак цеплялось кружевное жабо с маленьким бантиком и камеей. На руках были белые кожаные перчатки, застегивающиеся на липучку. Как вы понимаете, они не были старым раритетным экспонатом, который достали из потайных закромов-сусéков, а вполне себе новеньким аксессуарчиком для верховой езды, сделанным в Германии. Такой же новенькой была подстать бантику на груди черная шляпка-цилиндр. Рита ехала в боковом седле, свесив правую ногу по-дамски, и вела умилительные речи с французом. До собрания было около часа, поэтому легкий галоп, а многие любители конного спорта могли бы назвать это переходным состоянием между рысью и галопом, был очень даже уместен. Особым любителем выпендриваться был Германская Империя. Мало того, что он ехал весь в орденах и в новеньком кителе, так еще и с зализанными волосами назад. Его лицо выражало полную удовлетворённость от ситуации, несмотря на то что было очень хмурым и суровым с жестким укоряющим взглядом угольно-чёрных глаз. Всё: безупречно прямая, будто поддерживаемая корсетом осанка, положение полусогнутых ног в кожаных сапогах, руки, крепко сжимающие повод, сдвинутые черные брови — давало понять, что все те, кто на него с нескрываемым любопытством смотрел, были никем по сравнению с ним, всемогущим правителем, сильным главнокомандующим, отважным реформатором и… ну как отважным? Это очень спорный момент, учитывая его смерть, а помер он при лечении несварения желудка. Специально для него вызвали врача с иностранной (для немцев, конечно же) фамилией Tapochek. Этот герр Tapochek был экспертом в области лечения подобных заболеваний. Осмотрев страну и выслушав тихие просьбы со стороны слуг, которых Гюнтер-старший в край задолбал, врач пришёл к заключению, что тут поможет только клизма. Не вижу смысла описывать весь процесс для этого есть фф рейтингом NC-17 и выше, лишь отмечу, что смекалистым украинцем в лекарство был добавлен сильно действующий яд. Вот так и скончался ГИ. * * * — Так, брать одежду мы не будем. Окно у нас бывает открыто, — Лёша, будучи ангельски послушным, заполучил листочек бумаги, на котором набросал план побега. — Диверсировать будем вдвоём. — Спасибо, я думал, ты меня здесь оставишь, — фыркнул немец. — Ещё ни поздно. — Я тебя прибью. — Будешь угрожать, точно здесь оставлю или накажу, — Гюнтер-младший получил размашистый удар рукой по мягкому месту и предпочёл замолчать. — Так-то лучше. Сиди и не выпендривайся. * * * — Так… подождите… а где Америка?