Сдался
19 августа 2020 г., 08:00
Ахиллес мягким, пружинящим шагом огибает его сбоку, обманчиво пытаясь зайти за спину. Загреус перехватывает щит поудобнее и прокручивает руку выставляя его перед собой ровно в ту же секунду, как наставник наносит удар. Острие копья проходит по касательной, высекая искры из металла, и уходит в воздух.
Они отскакивают друг от друга, перегруппировываются, и снова начинают ходить кругами.
— Почему ты хочешь покинуть это место?
Вопрос выбивает землю из-под ног не хуже следующей за ним подсечки, но Загреус лишь шмыгает носом, избавляясь от соленой крови, прокатившейся по глотке, и вновь оказывается на ногах.
— А почему ты — нет?
Он тоже делает ложный выпад, любуясь Ахиллесом вблизи. Не то чтобы в обычное время это нельзя было сделать. Просто в бою наставник становился совсем другой. Сильный, живой настолько, насколько тень может стать живой.
Тот, словно услышав чужие мысли, стряхивает прядь волос с лица и неожиданно бьет древком копья о чужую руку, выбивая меч из пальцев.
— Я прожил свою смертную жизнь там, мое время давно ушло.
На лице нет горечи или сомнений, он уверен в своих словах, и уверен, что поступает правильно.
И это почему-то расстраивает еще сильнее.
— Ты словно сдался заранее! — не сдерживает своей обиды Загрей, подбрасывая ногой меч, и хватая его здоровой рукой.
Все вполне честно, решает он, круговым движением вытряхивая копье из рук наставника.
Ахиллес так не считает. Он хмурится и перекатом оказывается прямо у ученика под ногами, локтем выбивая воздух из легких, а потом опрокидывая его на лопатки. И в его движениях столько неожиданной осторожности, что становится до абсурдного неловко.
Они оба выравнивают дыхание в полной тишине, поднимаются и идут подбирать свое оружие, разлетевшееся по всей арене. Скелли переминается с ноги на ногу в стороне, с надеждой поглядывая то на одно лицо, то на другое, ожидая хорошей взбучки хоть от кого-то из них.
Ахиллес аккуратно ставит щит в подставку, проверяет свое копье на сколы и трещины, которых быть не может — призрачное оружие, перешедшее с ним в загробный мир с момента смерти владельца не приобрело ни одной щербинки.
Загреус уже находится на последней стадии укоров самому себе, когда наставник наконец отвечает.
— Я рад, что ты в отличие от меня никогда не сдаешься.
Он говорит, что не стоит его злости, говорит, что им горд, но принц уже кипит, сгорая от смеси стыда и неловкости всей ситуации, поэтому с разбегу врезается в портал, пропадая где-то в подземелье с одной лишь Эгидой, которую не успел поставить на место.
Ахиллес смотрит ему вслед с печалью, и разворачивается, подзывая Скелли на центр площадки, а слова все еще висят в воздухе, словно мечи Троянской войны над чужой постелью — вгрызаясь в сердце до потери чувствительности.
