Дисперсия

Был поздний вечер, когда в дверь позвонили. Гордон уже собрался ложиться спать, выйдя из ванной. Кто бы это мог быть? Если честно, он хотел проигнорировать, но почему-то все равно пошел открывать. — Оп, здарова, — Эрик опирался о стену одной рукой, а в другой держал телефон. — Не разбудил? Гордон не сразу ответил. Он в замешательстве оглядел парня с ног до головы. Одежда и волосы Эрика были полностью мокрые от дождя. По подбородку стекала вода, а сам взгляд у парня был мутный. — Нет, — Гордон смотрел ему прямо в глаза, словно сканируя состояние Эрика. — Можно я у тебя заряжу телефон, иначе если не напишу матери, она поднимет весь город на ноги. Ты же ее знаешь! Гордон кивнул и пропустил Эрика вперед. Но затем внезапно остановил, схватив за плечо. — А? — Тебе нужно высушить одежду. — Да брось. — Простудишься еще. — Все будет в порядке, — последние слова Эрик произнес на выдохе и прикрыл рот. А затем, игнорируя реакцию Гордона, побежал в туалет. — Сколько ты выпил? — За спиной Эрика послышался голос. Он привстал с колен, вытер рот и пожал плечами. — Извини. Я не помню… и не смотри так на меня. Я сегодня много косяков совершил. — Эрик горько усмехнулся. — Снимай одежду и иди в ванную. — Да ладно тебе… — Я серьезно, Эрик. Ты ведь не хочешь, чтобы мать тебя отругала. — Ох… бьешь по больному, — Эрик усмехнулся и легко ударил Гордона по плечу, но тот не дернулся. — Хорошо. Сдаюсь. Ты же дашь мне что надеть? Гордон кивнул. — Отлично. Я не слишком опозорился перед тобой? Гордон ничего не ответил, только аккуратно толкнул парня в сторону ванной. Но и этого хватило, чтобы Эрик чуть не навернулся на собственных ногах перед ним. К счастью, Гордон успел отреагировать и подхватил его. — Осторожнее. От Эрика разило алкоголем, рвотой и дождевой водой. Но на удивление Гордон хорошо держался и даже не подал виду, что все это чувствует, чтобы тому не стало неловко.

***

Джо не унималась. После пары бокалов крепкого спиртного напитка, она заказала им еще по коктейлю, а затем пригласила Эрика к себе. Он было хотел отказаться, посмотрев на часы. Но девушка уговорила его. — Не бойся, я тебя не задержу. К тому же, если будет слишком поздно, ты можешь переночевать у меня. Эрику такая идея не пришлась по душе, но отказываться он не стал. Только молча кивнул и последовал за девушкой. Ее дом находился неподалеку от злосчастного бара. Всю дорогу ему казалось, что кто-то следит за ним. Когда Джо открыла дверь, Эрик застыл у входа, неуверенный в своих действиях. Он словно никогда раньше не заходил в эту квартиру. Все, казалось, происходило во сне — ноги сами по себе вели его вслед за ней, а сознанием Эрик все еще будто бы застрял у порога. Джо закрыла дверь за ним, и в тот момент он почувствовал, как и без того небольшая квартира словно стала тесной для них двоих. Даже плакаты, висящие на стенах комнаты Джо смотрели на него с недоверием, словно знали, что творится в его голове. Назад пути нет. Просто так убежать, оправдываясь, не получится. Джо, заметив его нерешительность, подошла к Эрику ближе и мягко положила руку на его плечо. Он сразу же отстранился, и его взгляд невольно задержался на её лице. Она была настойчива, и это пугало. Не как прежде, в школьное время, когда Джо терпеливо ждала инициативы со стороны Эрика. — Может, лучше останешься? Она не отступала, её рука всё ещё лежала на его плече, и она с лёгкой улыбкой наблюдала за его реакцией. Эрик нервно сглотнул, пытаясь найти слова, но они не находились. Он не мог придумать ничего убедительного, особенно для самого себя. Почему его все так раздражало и не нравилось, ведь так и должно быть? — Ты ведь не против, правда? — её голос был спокойным, словно она точно знала, как всё закончится. — Ты даже не представляешь, как я скучала по тебе. Эрик хотел отстраниться, но её губы уже были рядом. Джо не дала ему времени на сопротивление, и он почувствовал, как её поцелуй накрывает его, как волна, от которой невозможно уйти. По инерции, он попытался что-то предпринять. Это было жалкое зрелище, и Эрику хотелось провалится сквозь землю. — Ты в порядке? — Да… вроде бы. Джо не сразу отступила. Она все так же стояла рядом, и Эрик чувствовал, как её присутствие, её близость продолжали давить на него, а вместе с ней и темного цвета обои. В комнате и без того было мало света — Джо заведомо прикрыла окна полупрозрачными шторами, которые доставали до пола. — Расслабся, я не кусаюсь… но могу, если хочешь, — её голос был лёгким и игривым. Чувство вины никак не давало Эрику отступить и он кивнул. Только когда все закончилось, его обдало волной осознания, что это был не сон или воображение. Все происходило наяву.

***

Эрик в ванной долго задерживаться не стал. Одежда, которую одолжил ему Гордон, оказалась ему слегка великовата, но он не стал придавать этому особое значение. — Держи. — Гордон протянул Эрику зарядочник для телефона. — Спасибо! Вскоре Эрик почувствовал, как тело стало тяжелеть от усталости, но в голове по-прежнему царил хаос. Гордон молча проводил его в гостевую комнату и оставил наедине с мыслями. Когда-то эта комната принадлежала ему. Выглядела она по-прежнему пустынно и словно в ней никто никогда не жил. Гордон даже убирался в ней с неохотой. Эрик лег на кровать, но вместо того, чтобы закрыть глаза и уснуть, его разум снова вернулся к тем событиям, которые всё ещё терзали его. Воспоминания о том, что произошло с Джо, снова начали всплывать, а чувство вины и отвращения не давали ему покоя. Эрик опёрся на подоконник, глядя на темнеющий город, когда дверь в комнату открылась. — Сегодня холодно, да и ты только из ванной вышел, — сказал Гордон, протягивая одеяло. — Лучше укройся этим, пока не застудился. Эрик кивнул в ответ, но Гордон продолжил смотрет на него настороженно. Словно он знал, что тот что-то скрывает и ему это не нравилось. — Скажешь, что произошло? Эрик растерянно посмотрел на Гордона. — Да ничего особенного. — Ладно. — Гордон не собирался настаивать и вытаскивать из Эрика информацию, хоть его и беспокоило его состояние. — Если что-то понадобится, моя комната за стеной. Постельное белье было свежее и пахло стиральным порошком, которое когда-то в детстве Эрику так нравилось по запаху, что порой в голову закрадывались мысли попробовать порошок на вкус. Пытаясь отвлечься мыслями о детстве, он смог, наконец, уснуть. Но кошмары настигли его и тут. Сырой подвал. Воздух пахнет затхлостью, свет из маленьких узких окошек едва пробивается сквозь пыль. Вокруг пусто — ни одной живой души. Я сижу на холодной каменной поверхности, пытаюсь встать, но ноги меня не слушаются. Больно даже пытаться что-то сделать. Вдруг сверху раздается звон — будто кто-то уронил металлический предмет. Я вздрагиваю, поднимаю голову к двери. Она медленно открывается. Чья-то высокая фигура стоит у порога, но я не могу разглядеть ее лицо. А потом раздается знакомая музыка, непонятно откуда. Я проснулся в холодном поту и, потянувшись за телефоном, случайно столкнул его с тумбочки. Он упал на пол экраном кверху, и я потянулся поднять его. Свет от экрана ударил мне прямо в глаза, заставляя жмуриться с непривычки. Я попытался прочитать имя того, кто мне звонит в такую рань. Еще восемь часов утра! Лениво потирая глаза, я зевнул и взял трубку. Это была Джо. На том конце трубки послышался ее спокойный, тихий и теплый голосок. За время, пока мы учились в школе, ее манера речи практически не поменялась. Только Джо стала более разговорчивой, ее временами было почти не заткнуть. Но как же меня раздражало то, как она говорила. Джо время от времени прерывалась на всякие протяжные звуки вроде буквы «э» или «м», порой сочетая их, заполняя тем самым пустоту между размышлениями о том, что она хотела сказать. А могла ведь просто молча думать. Ее голос был мягким, как карамель. Тягучий, немного фальшивил местами, без эмоций — под него можно было бы уснуть. Он раздражал меня своей бесконечной плавностью, будто Джо боялась случайно повысить тон и разрушить свой образ. Сначала он казался приятным — спокойный, теплый, но стоило прислушаться, и меня начинало это бесить. Она хотела убедиться, что со мной всё в порядке. — Да, всё нормально, — отозвался я, садясь на кровать. — Точно? — в её голосе проскользнула неуверенность. — Я хотела извиниться, если вчера переборщила со своей настойчивостью. Это, наверное, от алкоголя. Я потер висок, пытаясь разогнать тупую боль в голове. Отлично. Только мне удалось забыть о вчерашнем «приключении», как она снова мне о нём напомнила. — Всё в порядке, Джо, правда, — сказал я чуть резче, чем собирался. — Ладно… если что, ты знаешь, что можешь мне написать, да? — Ага, — буркнул я. — Тогда… Хорошего дня. — Угу. Я сбросил звонок и с тяжёлым вздохом откинулся на подушку. Голова гудела, словно внутри кто-то включил отбойный молоток. Чёртово утро. Чёртов разговор. Спать уже не хотелось, хоть на часах и показывало раннее утро. Гордон, скорее всего, спал, был выходной день и вряд ли он спешил куда-то. Я натянул щедро одолженные им штаны и футболку и выскользнул аккуратно из комнаты. — Куда собрался? Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. — Я думал, ты спишь. — Как видишь, нет. — Я заметил в его руках мою одежду. — Надеюсь, ты не собрался уходить без завтрака. И держи свою одежду, она уже высохла. Странно, но как-то не хотелось прямо сейчас есть. Утро было всё таким же тяжёлым и мутным, как и мои мысли. Я взял вещи, взглянув на его чуть усталое, но всё равно сдержанное лицо. — Я не голоден. — В этот момент в животе предательски заурчало. Гордон приподнял бровь и улыбнулся уголками губ, как будто предвидел подобную реакцию моего организма. — Ладно, — Я сдался. — Только что-нибудь легкое. Он кивнул с удовлетворением и направился к кухне.

***

Дрейка выписали из больницы спустя шесть недель. За это время он успел надоесть абсолютно всем медсестрам. Пациент оказался обладателем крайне невыносимого характера: даже если его настроение было хорошим, и он не ныл по поводу условий, которые предоставила ему больница, то отпускал тупые шутки по поводу всех окружающих его людей. Вскоре Нейтан решил, что стоит перевести недружелюбного к окружающим Дрейка в платную одиночную палату. Вообще-то, он предлагал это с самого начала, но упрямец отказывался от любой помощи, включая финансовую поддержку. Когда одна из медсестер, самая молодая, случайно позволила себе вольность и спросила Нейтана, как вообще получилось, что он, будучи таким милым и воспитанным молодым человеком, помогает такому неотесанному грубияну, тот впервые за все время позволил себе слегка грубо выразиться. — Это уже не ваши заботы, и вас подобное не должно беспокоить, — его лицо оставалось безразличным, но в голосе присутствовали явные нотки недовольства, настолько очевидные, что девушке стало не по себе. Она извинилась и быстро отступила, стараясь не попасть больше в его поле зрения. В последнюю неделю Дрейк сам был не свой и меньше всего хотел видеть людей. Он прекрасно знал, что скоро его выпишут из больницы, но не мог понять, куда деваться. Родной дом напоминал о том злосчастном дне, а ему хотелось как можно быстрее забыть всё, что с ним случилось. Хотелось выкинуть из головы воспоминания, как если бы всё это было кошмаром. Бабушка на самом деле жива и здорова, просто уехала в другую страну. Может быть, она решила поехать на поиски своей дочери? Но каждый раз, когда Дрейк пытался убедить себя в этом, он словно ударялся головой об кирпичную стену реальности. Миссис Ромеро погибла в тот вечер, а ему теперь нельзя было возвращаться в то место, где было совершено преступление. Нейтан предложил ему пожить некоторое время у себя. На самом деле это время не ограничивалось конкретным сроком. Он был готов оставить нового соседа у себя хоть на постоянной основе. Дрейк мялся, не зная, как поступить. Он не хотел принимать помощь от Нейтана, но по-другому поступить было невозможно. Ему просто некуда было идти. — У меня полно места, — с улыбкой до ушей и светящимися от счастья глазами сказал Нейтан, — у тебя будет своя комната, так что я тебя не достану, обещаю. Он был рад, что спустя долгое время полного одиночества в огромной квартире, которую купил на свой восемнадцатый день рождения после того, как съехал от родителей, наконец-то появился кто-то, с кем можно было поделить место жительства. Решение купить собственную недвижимость пришло под влиянием бабушки, которая, после того как внук переехал в Канаду, открыла ему счет в банке. Она не доверяла его отцу и решила позаботиться о будущем Нейтана сама. Вскоре Нейтан сам начал зарабатывать во время учебы в университете. Он перестал тратить деньги, которые продолжала высылать бабушка, и даже пытался отказаться от них, намереваясь вернуть все потраченное на него. Но женщина была упрямой и непреклонной в своем решении. По словам графини, ей не хотелось, чтобы её состояние досталось сводным брату и сестре Нейтана. На «радость» Дрейку, Нейтан приехал к нему на мотоцикле. Ромеро недовольно потянулся, разглядывая непривычное для него транспортное средство и состроил на лице кислую мину. Нет, ему совсем не понравилась идея разъезжать по городу на этом. Это было очевидно. — Вот, держи, — Нейтан заботливо передал Дрейку второй шлем и похлопал рукой по седлу, — не бойся. Просто держись за меня крепче. — Ага, конечно, — Дрейк с неохотой взял шлем, надел его и уместился за Нейтаном, крепко обхватив руками его талию. — Вот так, — довольно кивнул тот уже в шлеме. Квартира Нейтана состояла из двух спальных комнат, очевидно, для хозяина и гостей, гостиной, спортивного уголка и совмещенной со столовой кухни. — Ну и на кой хрен тебе такие хоромы? — недовольно поинтересовался Дрейк, осторожно заглядывая в первую попавшуюся на глаза комнату. Это была спальня Нейтана. — Тебе сюда, — голос Нейтана прозвучал прямо над ухом парня. Дрейк недовольно дернулся и прикрыл дверь, последовав за Нейтаном. — Но если хочешь, можем поделить одну комнату, — эти слова хозяин квартиры произнес с довольной улыбкой на лице. Но Дрейк только презрительно фыркнул и покачал головой. — Размечтался! — злобно пробормотал он про себя и захлопнул дверь прямо перед носом у Нейтана. А затем приоткрыл дверь, выглянул оттуда и добавил: — Извини, мне нужно побыть одному немного. — Без проблем, но зови, если нужна помощь! — Нейтан кивнул. Комната была обставлена сдержанно, в ней было все нужное — небольшая кровать, кресло в углу, и небольшой платяной шкаф. Несомненно, место было вполне уютным, но Дрейка это не успокаивало. Он не был готов к новому этапу своей жизни, и хотя квартира Нейтана казалась роскошной по сравнению с его прошлым местом жительства, Дрейку было трудно отвыкнуть от постоянного чувства тревоги и беспокойства, преследовавшие его с того самого дня. Казалось, что отец следит за ним даже тут. Дрейк пытался отключиться от этих мыслей, но они не отпускали. Он прошелся по комнате, изучив каждый ее угол и остановился у окна. Вид из него был совершенно непохож на тот, который Дрейк привык видеть в родном доме. На секунду ему показалось, что если он закроет глаза, все исчезнет и произошедшее окажется страшным сном. Новая реальность ему не нравилась. А что если отец найдет его и тут? Тогда Дрейк подвергает опасности не только себя.

***

— Разузнал чего-нибудь новенького? — А что тебя конкретно интересует? — Все, что связано с моим сыном и его блудной мамашей. А это значит, все, кто может знать ее местоположение. Близкие люди там… У него же кажется друг детства имеется. Генри заметил, как собеседник скривил губы, откинувшись на спинку кресла. Он был явно не доволен тем, что ему предстоит копаться в прошлом другого человека, если на то не было серьёзных оснований. Они ведь ищут бывшую Генри, а не пытаются познакомиться с жизнью Дрейка ближе. — Ты хочешь, чтобы я начал рыться в детских воспоминаниях твоего сына? Составить список всех, кто когда-то с ним дружил? Как заботливо с твоей стороны, но ты опоздал лет так на восемнадцать, если не больше. В голосе собеседника сквозила усталость и сарказм. Генри фыркнул, его глаза сузились, он чувствовал, как напряжение растёт, но не собирался отступать. — Не играй со мной в эти игры. Выкладывай информацию или так и скажи, что не справился со своей задачей. Молодой человек в кресле чуть напрягся от резкой перемены в голосе собеседника. — Ты прав, это не так просто. Отец одного из друзей твоего драгоценного сына — легавый. Ты правда хочешь так рисковать? Генри задумался, промотав в памяти всех известных ему из прошлого лиц, но среди таковых сотрудников правоохранительных органов не было. — У Эрика? Молодой человек покачал головой. — Нет. У Мэри. Генри раздраженно фыркнул. Если так пойдет и дальше, его легко могуть поймать, не позволив добратся до цели. Однажды он уже поспешил. Придется залечь на дно на короткий период.