Мехмед для феминистки

Стараясь не врезаться ни во что в кромешной темноте небольшой комнаты, Айлин, всматриваясь в черноту, пыталась найти свою кровать. Пару раз вписавшись в спальные места других девушек, уже давно сладко спавших, молодая Калфа наконец-то нащупала свое одеяло. Как только девушка присела на краешек кровати, чтобы снять туго стянувшую ноги обувь, в темноте засверкали глаза Нигяр, расположившейся на соседнем месте. — И где ты была? — прошептала Калфа, скидывая одеяло и всматриваясь, насколько это было возможно, в лицо полусонной Айлин. — Ты чего не спишь? — зевнула девушка, скинув платье на спинку кровати и устало подняв глаза на Нигяр. — Как после того, что вы с госпожой сегодня сделали, мы будем принимать Султана с его детьми завтра на ужине? — Нигяр встала с кровати и пошла за Айлин, направившейся за ширму, чтобы взять свое ночное платье. Калфа, подняв указательный палец, быстро двигала кистью руки, пытаясь придать более грозное выражение своим словам. — Слушай, не нуди, а? — закатив глаза и завязав последний узелок на платье, сказала Айлин, плюхнувшись на кровать и вытаскивая из-под себя одеяло. — Не что? — на секунду затормозила Нигяр, опустив руку, но потом, резко моргнув, продолжила свой монолог. — Ты вообще осознаешь, как к тебе теперь будут все относиться? Я тебе говорила вести себя нормально, ты бы могла подняться выше! И что теперь? Неужели ты не могла помолчать? — Слушай, Нигяр, — вздохнула Айлин, укрывшись одеялом и положив под голову ладони, — давай спать? Я думаю, завтра все пройдет отлично. Ты, главное, не кипяшуй. Нигяр Калфа, бешено расширив глаза, сложила руки на груди, и, наклонившись ближе к Айлин, продолжила ей что-то говорить про нормы и правила поведения, но девушка уже сладко спала, представляя завтрашний день. Следующим вечером во дворе Хатидже Султан бешено бегали девушки со стопками платьев, накрывали на стол, расставляет приборы, поправляли шторы, вытирали пыль откуда только можно. Айлин и Эдже, подперев подбородки, сидели на софе, наблюдая глазами за бегающими туда сюда служанками. Девушки тихо перешептывались и переглядывались, обсуждая их планы на сегодняшнее вечернее чтение вместе с шехзаде. Невероятно красивые залы становились еще более неотразимыми: раздвинутые шторы разрешали неяркому солнечному светы проникать в комнату, падая прямо на обеденный стол, делая акцент на самом важном месте данного мероприятия, все вилки и ножи идеально ровно располагались рядом с тарелками, гармонично вписываясь в красные тона сервированного стола. Оставались считанные минуты до появления семьи Султана Сулеймана. Взволнованная Нигяр, прижимая к себе не убранные с полок ненужные тарелки, вбежала в залу, нервно ища немного сщуренными глазами Айлин, надеясь на её помощь. Девушка сразу же обратила внимания на немного трясущиеся руки Калфы и, аккуратно убрав с колен голову лежавшей рядом Эдже, побежала на помощь. Быстро перехватив из рук в руки тарелки, Айлин, улыбнувшись, кивнула протирающей голову Нигяр, и побежала в сторону кухни. — Так, так, так, — на лестнице появилась Хатидже Султан, застегивающая серьги, не подпуская к этому делу двух девушек, семинивших за ней. Спустившись вниз, она поправила темно-зеленое платье, встряхнула рукавами и направила на развалившуюся на диване дочь глаза, многозначительно подняв бровь. Эдже, тихо цокнув, встала с уже нагретого местечка и, откинув назад выпавшие из красивого, высокого пучка, украшенного живыми цветами пряди, подошла к матери. — Помни, что нужно вести себя тихо, — улыбнулась Хатидже, еще раз поправляя только что поправленные дочерью волосы. Эдже склонила голову в скромном поклоне и развернулась к двери, смотря туда же, куда и её мать. Все, кто находился в зале из слуг, выстроились по стенам в шахматном порядке и опустили головы. Нигяр Калфа, расправив складки на оранжевом платье, встала позади старшей госпожи. — Где Айлин? — шепнула Эдже, слегка отконяясь назад, чтобы видеть и слышать Нигяр. — Уже должна была вернуться, — откликнулась девушка, тяжело вздохнув и пару раз посмотря по сторонам. Эдже расстроенно кивнула и снова выпрямила спину, повторяя движения за матерью, спокойно ожидавшей появление мужа и всей султанской семьи. Послышался топот лошадиных копыт и все присутствующие поняли, что все гости на месте. Оставалось буквально несколько секунд до появления Сулеймана в сопровождении жены, детей и главного визиря Империи.