Свободное падение

Драматичный хлопок дверью, свирепый взгляд в сторону постели. Полумна встрепенулась, запутавшись в объемном одеяле. Ее заспанное личико в обрамлении взлохмаченного гнезда белокурых волос настороженно выглянуло из-под мягких пуховых нагромождений. – Драко, что-то случилось? – силясь разлепить сонные глаза, спросила она. Он одарил ее суровым взглядом исподлобья и промолчал. «Будто она не знает!» – гневно пронеслось в затуманенной алкоголем голове. В комнате было невыносимо душно. Или, по крайней мере, ему так казалось. И от ощущения близости Луны, их уединения голова кружилась еще сильнее. Малфой решительно пересек комнату, отщелкнул замочек на окне и отодвинул внутреннюю створку вверх, впуская в помещение холодный ночной воздух. – Ты только вернулся или снова уходишь? – вновь подала голос Полумна, не дождавшись ответа на свой предыдущий вопрос. Драко обернулся и бросил на нее недоуменный взгляд. – Пальто, – пояснила она. Только сейчас он почувствовал душащий ворот и тяжесть шерстяной ткани. Это разозлило только сильнее. Он высвободил один рукав и остервенело дернул второй. Пальто шумно сползло на пол, звякнув оловянными пуговицами. Наконец, Драко вновь вынул из кармана изрядно помятую бумажную фигурку и выпалил: – Что это? Прозвучало нелепо. Куда хуже, чем он предполагал. Поэтому он сдвинул брови и сурово воззрился на Лавгуд. Та, прищурилась, стараясь рассмотреть бумажку в руке. В конце концов, закопошилась, выскользнула из мягкого одеяла и, легко соскочив с кровати, босиком подошла к Малфою. Он шумно выдохнул. Ну да. Это как раз то, что сейчас нужно. Лавгуд в тонкой ночной сорочке всего в нескольких дюймах от него. С этим своим задумчивым взглядом, с обнаженными торчащими ключицами, с копной растрепанных мягких волос. Он сделал нетвердый шаг назад, когда она взяла фигурку из его руки. Потому что сдерживать себя и не коснуться ее шелковистой кожи стало невыносимо трудно. – Это кролень, – Полумна перевернула бумажного зверя таким образом, что причудливо загнутые уголки, которые Малфой принял за конечности, превратились в узнаваемые заячьи уши и рога между ними. – Плевать, – буркнул он, безуспешно сражаясь за то, чтобы сохранить свой оскорбленный вид. – Почему это валялось в гостиной? Лавгуд безразлично пожала плечами и отложила фигурку рогатого зайца на тумбочку. С улицы нещадно задувал ледяной осенний ветер. К тому же, начался мелкий моросящий дождь, который уже успел промочить подоконник. Полумна, зябко ежась на сквозняке, подошла к окну, чтобы прикрыть створку. – Почему ты сбежала? – не задумываясь, выпалил Малфой. Ответа не последовало. Луна задумчиво уставилась в окно на беспокойно мечущийся ночной сад. Драко раздосадовано сжал челюсти. Нет, так просто он не уйдет. Если потребуется, он ночевать здесь останется. Сколько там от той ночи осталось? Он потянулся к вороту рубашки и начал судорожно расстегивать пуговицы. В конце концов, это его дом, он волен выбирать, в какой из комнат хочет провести эту ночь. И сегодня, опьяненное сознание настаивало остаться здесь. – Ты ведь сама меня поцеловала, – холодно констатировал Драко, пытаясь расстегнуть манжеты на рукавах. Чертовы маленькие пуговицы никак не хотели выскальзывать из узких петель. Он раздраженно дернул рукав и выругался сквозь зубы. Когда он, наконец, вспомнил о волшебной палочке, теплые нежные пальцы накрыли его ладонь. Он замер, чувствуя, как ее дыхание смешивается с запахом полыни в ее волосах. Луна ловко высвободила одно его запястье из плотно сжимавшей ткани. Он уставился на то, как она сосредоточенно принялась за второй рукав. – В чем дело, Лавгуд? Полумна подняла на него глаза. Огромные спокойные изучающие. – Ты дрожишь, – едва слышно произнесли ее губы. – Объяснись. – Я сбежала, потому что целоваться, чтобы забыться – плохая идея. Голову это не прояснило бы, стало бы только хуже. Малфой хмыкнул. – Что же тогда проясняет голову по–твоему? – Это зависит от мыслей, конечно, – задумчиво ответила Луна. – Иной раз достаточно и какао. А порой нужно просто помолчать. – А когда и этого недостаточно? – тихо спросил Малфой без тени иронии в голосе. Полумна скользнула пальцами по тыльной стороне его ладони, погладила шершавые от осеннего ветра костяшки, тронула пальцы и снова повторила свой маршрут, на этот раз забираясь подушечками под расстегнутые манжеты рубашки. – Тогда нужен тот, кто поможет. – По–твоему секс избавляет от тяжелых мыслей? – ухмыльнулся он, склоняясь ближе к ней. – Разве что на время. – С чего ты взял, что речь о сексе? – озадаченно спросила она. Ее рука замерла на его запястье, и он почувствовал, что ее бьет мелкая дрожь. Черт. – Чем же тогда может помочь этот «кто-то»? – Он может помолчать вместе с тобой, – она отпустила его руки, развернулась и направилась к кровати, чтобы вновь нырнуть в мягкую теплую постель. Малфой решил, что это приглашение и пошел за ней, попутно скидывая на пол рубашку. Но прежде чем залезть на белые простыни, он наткнулся на резко выставленные вперед ладони Полумны. Она моментально оказалась у края кровати и уперлась руками в его обнаженные плечи. Драко нахмурился. Снова. – Я не пущу тебя в постель, – воинственно вскрикнула Луна, – только не в одежде, в которой ты ходил неизвестно где, – она кивнула на брюки. – Не терпится раздеть меня, да, Лавгуд? – усмехнулся он. – Мало ли, чего ты нацеплял! – Речь об очередных существах, которые живут только в твоей фантазии? – холодно осведомился Малфой, потянувшись к пряжке. Она отпрянула, убирая руки, и осела на простыни. В голубых глазах расплескалась обида. Он, наконец, справился с застежками, не сводя с Полумны пристального колючего взгляда. Избавившись от брюк и носков, он словно хищный зверь скользнул на мягкий матрас. Тот протестующе скрипнул, проминаясь под его телом. В правой руке была крепко зажата палочка так, что опираться ею о постель было не слишком удобно. Луна настороженно попятилась. Он остановился в футе от нее. Их разделяло только сбитое пышное белоснежное одеяло. – Боишься меня? – он сощурился, пытаясь осознать нравится ему эта мысль или нет. – А должна? – откликнулась Луна и осторожно взглянула ему в глаза. – Знаешь, сложно предсказать поведение нетрезвого человека. – Значит все-таки боишься, – хмыкнул Малфой с досадой в голосе. Он определился: эта догадка ему совсем не нравилась, даже бесила. Ее напряженный взгляд уперся в уродливый череп со змеей, черневший на его предплечье. Заметив это, он оттолкнулся от матраса, усаживаясь на колени. Резким движением взлохматил волосы, пытаясь собраться с мыслями. Что он делает? Чертов огневиски. Он опять в этой комнате. С ней. Он с тоской уставился на свою метку. Ну да. На месте, неужто он думал, что она вдруг возьмет и уползет? И он уже дернулся, чтобы уйти, как теплая ладонь накрыла его предплечье. Змея, череп, они едва виднелись из-под тонких пальцев. – Ты ведь пришел сюда, чтобы не быть одному. Так останься. Только останься настоящим, уязвимым. И прежде, чем он успел ощетиниться, она скользнула руками по его устало ссутуленным плечам, спине, подаваясь всем телом вперед, обнимая и прижимаясь к нему. Она слегка потерлась щекой о его шею и шепнула: – Я не сказала тебе, что лучше всего помогает избавиться от дурных мыслей. – Что? – выдохнул он, не понимая до конца, что вообще происходит. – Поделиться ими. Малфой аккуратно коснулся ладонями ее волос. Сердце зашлось в бешенной скачке. В попытках надышаться ею он зарылся носом в ее шею, коснулся губами бархатистой кожи. – В другой раз, Лавгуд, – все-таки ответил он. – Драко, – она отстранилась, чем вызвала его разочарованный стон. – Тогда давай просто помолчим вместе.

***

В комнату сквозь плотно задернутые портьеры почти не пробивался свет, и могло показаться, что за окном еще царит ночь. Хотя Драко отчетливо помнил предрассветное зарево, когда засыпал. Засыпал рядом с Лавгуд, касаясь подушечками пальцев тыльной стороны ее ладони. На расстоянии вытянутой руки. Так целомудренно, что даже от самого себя было противно. Потому что мысли у него были совсем не целомудренные в тот момент. Он потянулся, вдруг осознавая, что рядом с ним никого нет. «Палочка», – с этой мыслью Малфоя резко выкинуло из сладкой полудремы. Он начал лихорадочно шарить руками по кровати, под одеялом, сбитыми подушками. Она ведь не могла ее забрать? «Еще как могла», – услужливо билось в голове. В ушах бешено стучал пульс, страх подгонял его похлеще возбуждения. «Чертов идиот, как ты мог так расслабиться и потерять бдительность?» Он вскочил на кровати, и развернувшись, с облегчением обнаружил палочку на том месте, где спокойно спал еще несколько секунд назад. Драко машинально потянулся к спине и нащупал ровный и глубокий отпечаток от рукояти у себя на коже под лопатками. – Ладно, – выдохнул он. Рука привычно коснулась гладкого теплого дерева. И вместе с облегчением пришло осознание реальности. Похмелье тяжелым грузом навалилось на пробудившийся организм. Язык прилип к пересохшему небу. Драко медленно опустился обратно на простыни, ощущая боль во всем теле. В подвале точно было противопохмельное зелье. Но самому за ним тащиться даже в мыслях было невыносимо. Надо бы позвать Алфи. Дверь отворилась почти бесшумно. – Доброе утро, Драко. Он со страдальческим вздохом приподнялся на локтях навстречу Полумне. Та ловко проскользнула в комнату, неся в руках деревянный поднос. На нем позвякивали стакан с жидкостью лимонного цвета и тарелка с блинчиками. – Я не знаю, какой джем ты любишь, поэтому положила свой любимый, из черемухи, – с мечтательной улыбкой сообщила Лавгуд, усаживаясь рядом с Драко на кровать. – А это что? – хрипло выдавил из себя Малфой, силясь распознать такой манящий пусть и странного цвета напиток. – Лимонад с медом. Драко поморщился и вздохнул, изображая полную безысходность, взял стакан и сделал длинный глоток. – Не так уж и плохо, да? – уточнила Луна, наблюдая за тем, как он залпом допил напиток и вернул стакан обратно на поднос. – Я не голоден, – Малфой кивнул в сторону тарелки. Полумна водрузила поднос на тумбочку возле кровати и взяла со столешницы свою сложенную в виде рогатого зайца бумажку. Развернула ее, чтобы разгладить и снова свернуть измятый листик. Драко сквозь приоткрытые веки наблюдал за движениями проворных пальчиков, чувствуя как постепенно отступают боль и головокружение. Тонкая полоска света пробивалась между неплотно сомкнутыми портьерами, причудливо высвечивая бледную кожу на ее щеке, плавно вплетаясь в пушистые пшеничные волосы. – Так лучше, – удовлетворенно изрекла Луна, протягивая ему вновь сложенную фигурку. Малфой вместо того, чтобы взять ее, достал палочку, направил на бумажку и прошептал заклятие. Кролень встрепенулся, повел длинным бумажным ухом и, опершись на передние лапки, медленно подтянул широкий задок, так он передвигался все ближе к краю ладони. Полумна умиленно хихикнула и высадила ожившего зверька на одеяла. Тот, любопытно озираясь, начал изучать внезапно открывшиеся просторы. Драко наблюдал за Луной, не желая отводить взгляд. Внутри было так невыразимо тепло от блеска в ее глазах, что хотелось быть ближе, хотелось почувствовать ее, прямо сейчас. Его пальцы дрогнули, едва коснувшись ее кожи. Горячо. Живо. В голове моментально возник ее растерянный, обожженный обидой взгляд: случайный образ прошедшей ночи, которую он помнил весьма смутно. Он ждал, что она отпрянет, но она замерла, будто подарив ему секунду на раскаяние. – Слушай, Лавгуд, – он торопливо убрал руку, отвернулся и, помедлив немного, добавил, – прости за вчерашнее. – За что именно? – без намека на издевку в голосе уточнила Полумна. Драко замялся. Он помнил в основном свои мысли, за которые можно было бы просить прощения, если бы она о них узнала. Но это вряд ли. Тогда хотя бы за этот ее взгляд. – Кажется, я слегка перебрал… – Ах, это, – она кивнула. – Извинения принимаются. Тебе стало легче? Малфой кивнул, понимая, что практически забыл про боль и головокружение. А ведь она дала ему вовсе не антипохмельное зелье. И как это у нее выходит? – Драко, я давно хотела спросить тебя, – задумчиво произнесла она, – что дальше? – В смысле? – Ну, рано или поздно они все узнают, – она серьезно смотрела ему в глаза. – Как с Лавандой и тем испуганным мальчиком из статьи «Ежедневного пророка». Ты ведь и сам говорил… – Лавгуд, – прервал ее Малфой, нахмурившись. – Поговорим об этом позже. Я даже с кровати еще не встал. – Ладно, – согласилась Луна, наблюдая за тем, как он вылезает из-под одеяла. – Ты ведь к чему-то готовишься? – Слушай, можно я в душ схожу хотя бы? – Можно, – словно приняв его вопрос всерьез, разрешила Полумна. Драко лишь фыркнул в ответ и вышел из комнаты.

***

«Она имеет право знать», – подсказывал внутренний голос. Но и рассказывать-то ей по сути было нечего. Ответа от Ордена так и не пришло, а значит и плана никакого нет. Только ничем не подкрепленные надежды на ее друзей. Которым абсолютно плевать на нее, как выяснилось. Оставалось рассчитывать лишь на серьезность их намерений относительно Химеры. Просто замечательно. Тем не менее сейчас он с ней в одной лодке. Тем более лодка эта движется прямиком к гребанному водопаду, и только чудо может их спасти. И от всего этого было чертовски страшно. Должно быть, ей тоже было страшно, особенно после вчерашней статьи. Но она, ко всему прочему, была еще и абсолютно беспомощна. Внутри появилось это щемящее чувство. Стыд и досада. За то, что он по сути являлся ее тюремщиком. Хоть и поневоле. Будто он впервые это осознал. «Поговорить все-таки придется», – решил он, осматривая себя в зеркале в чистой одежде, предусмотрительно принесенной Алфи. Драко поправил накрахмаленный воротник и тяжело вздохнул. Он с замиранием сердца отворил дверь в голубую спальню. Полумна стояла, прислонясь к откосу окна и задумчиво смотрела куда-то вдаль. – Теперь ты готов говорить? – спросила она, обернувшись. Он молча закрыл за собой дверь. Медленный выдох. По ее тону не было ясно, злится она или спокойна. Она почти всегда вела себя непринужденно, хотя внутренне он признал, что у нее накопилось немало поводов, чтобы злиться. То, как позорно он ее игнорировал все это время, и даже сейчас, когда сбежал от разговора, например. Хотя, в конце концов, он ничего ей не был должен. Она обошла аккуратно заправленную постель и села в кресло перед еле тлеющим камином. Драко выпрямил спину, проследовал к каминному порталу и, прислонясь к нему спиной, скрестил руки на груди. Защитная позиция. Он в принципе и чувствовал себя как на суде. Или еще хуже, на казни. Особенно, когда думал о том, что у него нет нормального плана, как вытащить их из этой ситуации. – Ты права, – хрипло начал он и уткнулся взглядом в ее обтянутые голубыми чулками колени, отгоняя лишние несвоевременные мысли, – они со дня на день начнут проверку семей. Если уже не начали, – все-таки отвел взгляд. – Просто так от них не сбежишь. Пусть и не сразу, но нас точно выследят, я знаю их ищеек… Он резко прервался и нахмурился. Его взгляд привлекло какое-то едва уловимое движение в том месте, где покрывало касалось пола. из-под кровати вылез бумажный заяц, запутавшись рогами в тяжелой ткани. И, прежде чем успокоенно отвести от непрошенного гостя глаза, Драко заметил нечто странное. Полумна, проследив за его взглядом, обернулась и напряженно замерла. Он вскинул палочку и портьеры с шумом задернулись, вновь погружая комнату в темноту. Да, он не ошибся. От бумажной фигурки исходило слабое зеленоватое свечение. Словно его сложенная мордочка и передние лапки запачкались в люминесцентной краске. Малфой медленно подошел к изножью, присел на корточки и откинул покрывало. оттуда лился свет, настолько слабый, что если бы не зачарованный заяц, он бы и не заметил. Драко сунул руку глубоко под кровать и выудил пук травы с мелкими цветочками, собранный в плотный букет, который мягкими зеленоватыми всполохами высветил его бледное лицо. Он выпрямился и обернулся к Полумне. Тревога снова сковала грудную клетку, а внутри уже все закипало от бессильной злости на происходящее. «Только бы без приступов удушья в этот раз.» – Что это нахрен такое, Лавгуд? – вкрадчиво поинтересовался он. – Вереск, – спокойно ответила Луна. Она поднялась с кресла, развернулась и посмотрела ему в глаза, – он навевает приятные сны и отпугивает нарг… – Неужели? – картинно удивился он, не дослушав. – Не прикидывайся, будто не понимаешь, о чем я. Она облизала губы. Медленно, видимо собираясь с мыслями, и он не сдержался и проследил за этим движением. Жадно. Но, одернув себя, снова поднял свирепый взгляд выше. – Ты, наверное, хочешь узнать, откуда он здесь. – Десять баллов Когтеврану, – он скрипнул зубами. – Потому что если мне не изменяет память, в саду он не растет. – Да, не растет. – И это свечение, – он покрутил в руке букет, медленно приближаясь к Луне, – это ведь пыльца тех гребанных мотыльков, которые, по твоим словам, предсказали сияние? Она согласно кивнула, не отводя от него взгляда. И держалась при этом уверенно и спокойно. Ну конечно, сейчас, когда он трезв, она его не боится. А может и стоило бы. – Этот вереск собран за каменной изгородью Дроглэйра, – его голос еле уловимо дрожал совершенно неподходящим для напускной непринужденности образом. Полумна лишь молча наблюдала за тем, как он остановился в нескольких футах от нее и, отбросив вереск на рядом стоящее кресло, скрестил руки на груди. На этот раз, чтобы сдержаться, а не защищаясь. Она подобрала букет и начала его расправлять. «все-таки нервничает», – понял он, видя, как дрожат ее пальцы. – И как же ты там оказалась? – не дождавшись от нее никакой реакции, нетерпеливо поинтересовался Малфой. Молчание. Вместо ответа она обошла кресло и направилась в сторону плотно задернутого портьерами окна, чтобы впустить в комнату немного света. – Мне стоит пригласить Алфи, чтобы узнать у него, с чего бы это вдруг, он решил отпустить тебя прогуляться? – спросил Драко. – Алфи здесь совершенно ни причем, – Полумна сдвинув брови, снова воззрилась на Малфоя. Ее тонкие пальцы все еще судорожно теребили злосчастный вереск, который уже начал осыпаться на паркет. – Его стоит наказать в любом случае. Он ослушался моего прямого приказа и не уследил за тобой, – сквозь зубы прошипел он. – Нет! – вскрикнула Луна. Она дернулась, прижимаясь спиной к острому углу между стеной и окном. – Я сама нашла проход. Алфи ничего не знал! Драко подошел ближе и уперся рукой в откос выше ее головы, грозно нависая над ней. «Какого черта она вытворяет? Какой еще нахрен проход?» – Лавгуд, – рявкнул он, но сделал медленный вдох, чтобы успокоить тон, – не хочешь ли ты показать мне, что за проход ты нашла? Она внимательно посмотрела на него. Оценивающе. «Серьезно?» Снова молчание. Он вскинул брови. Немой вопрос застыл на его лице. Он выхватил чертов букет из ее руки и отшвырнул куда-то за спину. – Драко, мне не нравится, как обернулся наш разговор, – медленно проговорила она. – А мне не нравится, когда игнорируются мои предупреждения, Лавгуд, – он пресек ее попытку успокаивающе коснуться его, жестко перехватив тонкое запястье. – Но я не собиралась сбегать, я здесь перед тобой, Драко, – она поморщилась от того, как крепко его пальцы сжали руку, и попыталась вырваться. Бесполезно. – К чему этот допрос? – Ты помнишь, что я сказал тебе, о том, что будет, если ты решишь вытворить нечто подобное? – Ты сказал, что не станешь меня жалеть, когда поймаешь, – ее голос дрогнул. – Пусти, пожалуйста, мне больно. – Я не могу, – он слегка ослабил хватку и на секунду прикрыл глаза, восстанавливая дыхание. – Ты прекрасно знала, каковы будут последствия. Она снова рванула руку, на этот раз успешно. И отошла на пару шагов. Молча. – Ну зачем, Лавгуд? – он запустил пальцы в волосы и отчаянно взлохматил только что аккуратно уложенную в душе прическу. В голосе, кажется, было слишком много сожаления. Луна тихо наблюдала за его терзаниями. Она попятилась от него еще немного и присела на кровать. – Ты ведь сама читала, что ждет Браун, и «этого испуганного мальчика», – на последней фразе он изобразил ее голос. – Я не сбежала, Драко. И не собиралась. – И я должен просто поверить? Так ты себе это представляешь? – Да. Он уставился на нее в попытках понять, что же происходит в этой сумасшедшей голове. Нет, ее не прочесть. Даже и пытаться не стоит. И это разозлило еще больше. Он не стал накладывать Империус, он восстановил гребаную теплицу по ее просьбе, в конце концов, он жизнью рискует ради нее. И еще пытается как-то вытащить их обоих из всего этого дерьма. Неужели этого мало? Неужели так необходимо было, ослушаться его единственного приказа? – Лавгуд, – холодно проговорил он, – где этот проход? Она покачала головой. Малфой прикрыл глаза, медленно выдыхая. – Ты ведь понимаешь, что не оставляешь мне выбора? – Драко, ты вовсе не обязан... – Скажи мне, где проход! – Нет, не сейчас, когда ты настолько… – Ладно, – прорычал он, вынул палочку и, направив ее в сторону двери, рявкнул: – Колопортус! Щелчок замка. Полумна вся подобралась, глядя на то, как он начал приближаться к ней. – Стой, Драко. Что ты собираешься сделать? – Я предупреждал, – ледяным тоном отозвался он. Она села глубже, пытаясь отползти на середину постели, но Малфой уже был совсем рядом. Он схватил ее за лодыжку и потащил на себя по покрывалу. Она завалилась на спину, нелепый свитер задрался, обнажая живот. Белая полоска кожи, нервное движение мышц. Нет. Не сейчас. Он едва удостоил это вниманием. – Прекрати! – пискнула Луна. – Прекратить? – зло прошипел Малфой. – Для тебя мои слова – пустой звук? Кем ты, черт возьми, меня считаешь? Он склонился над ней и попытался схватить ее руку, хотя бы одну. Она не давалась. Вертелась, отталкивала, отбивалась изо всех сил. Драко быстро надоело уворачиваться от пинков, и он решительно поставил одно колено на кровать между ее ног. Наконец, он смог схватить ее запястье. Крепко сжать. Она дернулась в попытках высвободиться. – Драко, что ты делаешь? – тяжело дыша, выдавила Луна. Она выгнулась всем телом, стараясь завести руку как можно дальше от него. Он, навис над ней, поймав и зафиксировав оба запястья над ее головой. – Что теперь? Это не похоже на Империус, – она храбрилась, но ее голос предательски дрожал. – Я не собираюсь накладывать Империус. Драко замер. Ее бледное сосредоточенное лицо оказалось так неожиданно близко, что он ощутил горячее дыхание на своих губах. Она выжидающе смотрела из-под дрожащих ресниц, и он готов был поклясться, что слышит, как бешено стучит ее сердце. Точно так же, как и его. В эту самую секунду Малфой почувствовал, как она едва уловимо шевельнула бедрами, будто ища более удобное положение. И на него накатила волна острого возбуждения. Это его почти напугало. И он отстранился, выпуская ее. Полумна так и осталась лежать с вытянутыми над головой руками. Ее обнаженный живот судорожно подрагивал от рваных вдохов. И Драко отвел взгляд, смаргивая чертово наваждение. – Дай сюда руки, – хрипло приказал он. – Для чего? – спросила она, не шелохнувшись. – Чтобы наложить заклятие Заточения, – снова теряя терпение, ответил он. – Не вынуждай меня использовать еще и обездвиживающее. – Значит я буду пленницей дома Малфоев. Опять, – едва слышно выдохнула Луна. Его обожгла эта фраза. Но он не мог просто оставить все, как есть. Он все еще чувствовал злость и досаду, которые клокотали внутри. Он уже все сказал. Но Полумна лишь смотрела на него полуприкрытыми глазами и не торопилась выполнять приказ. Драко вынул палочку и снова потянулся к ее рукам, в этот раз стараясь сохранить дистанцию. Он произнес заклятие одними губами и нахмурился, наблюдая за тем, как из палочки тянется еле заметная красная нить, охватывает тонкие запястья и бледнеет, практически сливаясь с ее кожей. – Значит я не смогу выйти из этого дома? – тихо спросила она. – Не дальше крыльца, – холодно ответил он. Малфой на мгновение задержался взглядом на ее лице, смотря на нее сверху вниз, но Луна резко отвернулась. – Тебе лучше уйти, Драко, – ее слова прозвучали, как пощечина. – Лавгуд, я предупреждал, – снова повторил он, убеждая скорее себя, а не ее в правильности своих действий. Он пружинно оттолкнулся от матраса, вставая на ноги. Внутри стало так погано, словно он совершил ошибку. Но, нет, она не заставит его чувствовать себя виноватым. – Ты, наверное с кем-то меня спутал, – тихо, не глядя на него, произнесла Луна. – Если думал, что я стану молча сидеть и ждать нашей казни, даже не пытаясь найти выход. – Нашла? – зло выплюнул Малфой. Она молча села на кровати, поправляя одежду. Он решил принять это за согласие. – Поздравляю, Лавгуд, – попытка встретиться с ней глазами. Безуспешно. – Зачем тогда вернулась? – Я не хочу, чтобы тебя убили, Драко, – она, наконец, подняла на него взгляд. – Я искала выход для нас обоих. – А я по–твоему бездействовал все это время? – прошипел он, чувствуя укор в ее словах. – Надеюсь, твой план сработает. Потому что с этим я сбежать не смогу, – она вытянула запястья, демонстрируя еле заметные красноватые браслеты. Малфой в бешенстве взглянул на нее и рванулся к выходу. Не останавливаясь, выплюнул заклинание, наотмашь махнув палочкой. Дверь распахнулась, и он вылетел из комнаты, звучно хлопнув за собой дверью.