Шаг к переменам

Прим. автора: Кто бы мог подумать, что описывать мысли и действия дракона - будет так тяжело. Надеюсь, у меня получилось. Приятного вам чтения) Спуск на землю проходит гораздо быстрее, чем восхождение и Ионет этому рада, ибо окоченелые конечности требуют более теплых температур. Однако внизу все оказывается не так уж радужно, как хотелось бы. Болотистая местность, ползущий по влажной глине туман и массивные стены. Точнее то, что от них осталось - Стены Мории. - С гордостью сообщает гном, хотя смотря на развалины, Ионет ловит себя на мысли, что на месте гнома промолчала бы. Вскоре они доходят до мутного болота и Гендальф подходит к каменной арки, выбитой в скале. - Так, посмотрим...- старик начинает читать надписи на стене и что-то говорит про особенности красок, видных только при свете луны. Словно по просьбе мага, луна выглядывает из-за туч и письмена начинают светиться нежно-голубым светом, очерчивая рисунки, которые все заметили не сразу. - Здесь написано: "Врата Дарина, владыки Мории. Молви, друг, и войди". - И что это, по-вашему, значит? - спрашивает Мерри. - Все просто.. - усмехнувшись, отвечает Гендальф. - Это пароль. - догадывается девушка, прежде, чем это озвучивает старик. - ты знаешь его? Вместо ответа, старик начал читать какое-то заклинание на неизвестном ей языке, при этом он прислонил конец своего посоха к рисунку, изображающему звезду. Старик замолк и все насторожились, однако ничего не произошло. Совсем ничего. - Похоже. пароль они сменили. - пожала плечами Ионет и, обойдя Арагорна , села на берегу болота и прислушалась к дракону. - "Не нравится мне это место, - сказала она, - если бы я зала, что оно все так выглядит, то предпочла бы ползать среди сугробов." - "Я уже на полпути и встречу вас у выхода." - сообщил ей Ладон и тут Ионет уловила странные нотки. Его голос поменялся буквально за секунду и, если еще какое-то мгновение назад голос можно было сравнить с голосом подростка, то теперь тембр был схож с голосом взрослого мужчины. - "Нет, лучше потом... дальше же лес Лотлориэна? Давай там?" Ладон думает и девушка чувствует, что мысли дракона посещают отнюдь не самые хорошие. Дракон не отвечает, а когда девушка сама сознанием тянется к нему, то наталкивается на стену, которой дракон огородил свое сознание. *** Проходит где-то полчаса и все уже сидят вокруг болота и отдыхают, кроме Гендальфа, который тщетно пытается открыть врата. Пиппин бросает камни в мутную воду и по гладкой поверхности расходятся круги. Арагорн снимает седло с пони хоббитов, а Сэм отпускает маленького жеребца и тот сваливает из этого Всеотцом забытого места, как можно скорее. Ионет сидит на камне, положив рядом с рукой свой меч и иногда поглядывая на него. Однако меч снова "умер", поэтому она могла быть спокойной, ведь опасность им не грозила, правда то, что Пиппин кидает в воду камни, ее немного нервировала. - Гимли, здесь живут твои родичи? - спрашивает она у гнома, который стоит неподалеку. - Да, и будь уверена, что они окажут нам поистине королевский прием! - с гордостью сказал гном. - Но почему они нам не открывают? - Ионет вопросительно смотрит на гнома, но тот держится за бороду, соображая что сказать. - Не тревожь воду... - перехватив руку полурослика, в которой тот сжимает камень, говорит Арагорн. Видимо ему это болото тоже не нравится. - Это же загадка! - озарение снисходит на Фродо и тот тут же изливает свои думы Гендальф. Оказалось, всего-то нужно было сказать "друг" по-эльфийски. И почему же до этого не додумался Леголас? Тема эльфийского языка ему куда ближе, чем простому хоббиту. Каменные врата с грохотом раскрываются, однако, внутри лишь непроглядный мрак. Путники останавливаются у порога. Ионет понимает, что нужно идти и возвращается за мечом, оставшимся лежать на берегу. Стоит ей подойти к воде, как руны едва заметно начинают светиться. - Гендальф, - зовет она мага, поднимая клинок и отступая от воды. Волны набегают на берег, но откуда в болоте волны? В воде явно кто-то есть и этот кто-то, судя по рунам, опасен. На вершине посоха Гендальфа загорается кристалл и он проводит путников внутрь. - Скоро, господин эльф, вы познаете легендарное гостеприимство гномов. - Забавляется Гимли, обращаясь к Леголасу. - Жаркий огонь, хмельной эль, свежее мясо без костей! Ионет это прекрасно слышит, однако, наступив на кость, понимает, что глаза гнома еще не привыкли к темноте, и он не может увидеть всего того, что уже видят остальные. По широкой каменной лестнице разбросаны кости рук, ног и других частей тела. К колоннам стрелами прибиты обросшие паутиной скелеты. Все они принадлежат не людям, а гномам о чем свидетельствуют доспехи, схожие с теми в которые сейчас облачен Гимли. В воздухе влажный и веет смертью, чувствуется запах гниения... Что-то подсказывает Ионет, что королевского приема не будет. А жаль, она как раз проголодалась. - Это не шахта, это - склеп. - Осмотревшись по сторонам говорит Боромир. - Настоящие катакомбы, - соглашаясь кивает Ионет. - Гимли, ты не знал? Гимли оглядывается по сторонам. Его глаза становятся большими от ужаса. Он подбегает к останкам и горе. - Гоблины! - Выдернув из скелета у стены одну из стрел, сообщает Леголас и, держа лук наготове, пятится к выходу. - Я как раз-таки хотела сказать, что руны на моем мече засветились. - следуя его примеру, сообщает она магу. - Идем через врата Рохана! - выхватив меч из ножен, утверждает Боромир и его решение никто не оспаривает. - Здесь нам не пройти... Вдесятером они пятятся к выходу, однако Ионет останавливается, когда замечает, что чем ближе они к выходу, тем больше светятся руны. - Что-то не так... Всплеск и когда все оборачиваются темно-фиолетовая щупальца с большим количеством присосок. обвивается вокруг ноги Фродо и тащит его в воду. Сэм, дабы освободить друга, начинает кромсать клинком по щупальце, но спруту хоть бы хны. Ионет выхватывает из-за пояса стилет и, подбежав к воде, вонзает острое, но тонкое лезвие в плоть. Хватка щупальца слабнет и хоббитам удается вытащить Фродо. На счастье Ионет, она успевает выхватить из щупальца свой ножик прежде, чем та же щупальца сбивает ее с ног. В схватку вступает Арагорн и начинает кромсать многочисленные конечности головоногого, Тем временем, спрут снова хватает Полурослика и поднимает над водой, грозясь сожрать. Леголас выпускает несколько стрел, но толку от них, все равно что от гальки под ногами. Тем временем Арагорн и Боромир погружаются все глубже в воду, размахивая мечами. - Они его не победят, нужно возвращаться обратно в шахты! - скорее себе, чем кому-либо говорит девушка, поднимаясь на ноги. - Глаза, стреляй в глаза! - пихнув эльфа в бок, говорит она. Боромиру удается лишить спрута двух конечностей и Фродо падает прямо на руки Арагорну. - "Стоп. А у него вообще есть глаза?" - тут же думает она, но ответа не находит. - Ну же, скорее! - зовет она своих товарищей. Гендальф возвращается в шахту, следом Леголас с Гимли, а уж после них хоббиты, Боромир и Арагорн, несущий Фродо на руках. Проход начинает рушиться, а спрут выползает из воды и направляется к ним. Ба-бах и массивный каменный блок падает и перекрывает вход, поднимая в воздух облако пыли. - Никогда больше не бросайте камни в воду..- строго наставляет девушка двум хоббитам. - Теперь у нас нет выбора, - говорит старик, когда пыль оседает. - Вперед и ни шагу назад... - повторяет Ионет цитату, сказанную Гендальфом ей много лет назад. - Ты права... ни шагу назад. Будьте начеку. Зло древнее орков обитает в этих местах. Что ж, подбодрять Гендальф всегда умел. Теперь, когда мрак подступал со всех сторон, все старались держаться как можно ближе к магу и прислушиваться к любым шорохам. *** Ладон лежал в горной пещере, свернувшись клубком и укутавшись в собственные крылья. Температура его тела была намного выше человеческой, но и это не уберегало от холода. Здесь, на вершине горы, температура была вполне стабильной и окоченеть он не мог, но метель шла с севера, намного понижая градус. В итоге крылья дракона стали покрываться тонкой коркой льда и сосульками, а для любого дракона крылья - самое дорогое. Жалок тот дракон, чьи крылья потрепаны, или переломаны! Так считал Ладон, поэтому, за все время со дня своего вылупления, он старался беречь крылья, как зеницу ока. Были рискованные моменты, когда перелом был почти неизбежен, например - день когда его всадница учила его летать. - " Швырнуть дракона со скалы.. Додумалась же." - вспомнив об этом событии, дракон вздыхает с досадой, и маленькое облачко дыма вырывается из его ноздрей. Сейчас золотистый дракон был достаточно крупным для того, чтобы самому швырнуть кого-нибудь, но не достаточно крупным, чтобы носить всадника. И это было хуже всего. Вылупись он раньше, то Ионет уже могла бы спокойно восседать в седле, которое бы ей предоставили эльфы. Улыбка, больше похожая на оскал, расползлась на морде дракона. Он представил, как эльфы пекутся о нем: куют латунные доспехи, разрешают охотиться в своем лесу. И все ради чего? Лишь для того, чтобы у их поселения появился еще один защитник. Как не странно те города, где имелся хоть один всадник, разбойники и прочие кочевые племена обходили стороной, но от войны уйти никому не удавалось. Ладон дернул хвостом, заметив, что буря не затихает, Если так будет продолжаться и дальше, то он может серьезно отстать от строя путников. Тут его сознание коснулись мысли Ионет и она поведала ему о том, что они спускаются и будут идти через Морию. Эта мысль ему не понравилась, но похоже, переубедить их возможности у него нет. Заброшенный подземный город гномов, нынче был опасен. С времен его падения вряд ли там завелись добрые фейри, так что стоит ожидать плохих новостей. Ладон встал. Сон как рукой сняло (а точнее лапой) и он решил попробовать взлететь еще раз. Подойдя к краю пещеры, с которого свисали две сосульки шириной со ствол дуба, Ладон расправил крылья и принюхался. Ничего живого вокруг он не чувствовал, только запахи самих же путников. И хорошо. Он может быть спокоен, что во время спуска их никто не потревожит. Оттолкнувшись от выступа, он сложил крылья и камнем полетел вниз, хотя скорость была не высоко сильный порыв ветра чуть не влепил его в гору. Расправив крылья, он накренился в бок, стараясь выровнять полет и лететь в том же направлении, в котором до этого момента шли Хранители, но тогда ветер становился встречным, значительно замедляя полет. Ладон зарычал от безысходности, но не расслышал собственного голоса из-за завывания ветра. Рассердившись, он решил свернуть с продуманной ранее траектории полета и облететь хребет. Он свернул вправо и полетел среди скал, часто хлопая крыльями, чтобы не поддаваться ветру. Вскоре бурю удалось миновать и лететь стало легче, однако горные вершины значительно отдалились. Спустя два некоторое время, сознание всадницы вновь коснулось его. - "Не нравится мне это место," - говорит она и передает ему образ мутного болота и скалы, посреди которой синим светом светятся каменные врата. Вход в Морию. - "Я уже на полпути и встречу вас у выхода." - лжет он. На самом деле он не пролетел и половины, когда увидел в поле чистом табун диких лошадей. Весьма грациозные и полезные создания, но голод не тетка, терпеть не станет. Вот и Ладон решил поохотиться, ведь никогда не знаешь, когда выпадет возможность. До этого он пролетал над степями и над обширными полями, где из самых крупных животных были полевки да суслики. - "Нет, лучше потом... дальше же лес Лотлориэна? Давай там?" - звучит в голове звонкий голос девушки. Дракон недовольно фыркает и обходит добычу. Он знает почему Ионет не хочет, чтобы другие знали, что она всадник, но причины эти не являлись слишком вескими для него. Да, их свободу вполне могли ограничить обучением, но ведь это не навсегда. Да, ее могли отправить обратно в Ривенделл, чтобы Ладон стал Стражем города, а это означало только вечный плен в качестве дополнительно защитника города в котором эльфы особо не нуждались. Все равно Ладону не льстило то, чтобы во веки веков парить только над территориями эльфов. Не для этого он добрую сотню лет в скорлупе сидел. Увидеть мир Ладон решил, как только лично увидел свою всадницу, а точнее мир в котором она живет. До этого, сидя в яйце, он только чувствовал происходящее вокруг. Чувствовал опасность, злобу исходящую от Назгулов, страх в сердце хоббита, под чьей рубахой на цепочке висело кольцо Саурона. А вот как раз-таки от кольца он чувствовал непосильный мрак. Словно сама часть души Саурона в нем поселилась. Удивительно, что кольцо нес именно хоббит, а не воин, присоединившийся к ним потом. Странник... Сначала Ладон хотел вылупиться возле Арагорна и пометить, как всадника его, но затем передумал, поняв, что у наследника Исильдура проблем и без него хватает. Потом Ладон решил не вылупляться до Ривенделла, но иметь всадника - эльфа, ему не особо хотелось, учитывая, что основной массой всадников были как раз-таки эльфы, которые ошибочно полагали, что драконы способны метить только их. И они так яро в это верили, что и другие народы стали считать так же. Поэтому третьим всадником, которого мог избрать Ладон - был толстенький хоббит - Сэм. Тогда бы Ладон сломал систему. И он почти решился вылупиться в тот момент, когда Ионет проносила его в сумке мимо, но представление о том, как полурослик будет смотреться в седле, заставило его передумать. Ладон не был из тех драконов, притворявшихся серьезными, опасными и мудрыми. Мудрость накапливается с годами, хотя какая-то ее часть передается детенышам с генами. Ладон решил для себя, что пока ему не исполнится лет эдак двести, он будет оставаться самим собой. Тем более, что пока ему и года нет, он считается детенышем и может позволить себе озорничать, хотя поджигать деревни не собирался. Мысль о девчонке посетила его, когда та в очередной раз не очень бережно положила сумку на землю. Тогда-то его и пронзила мысль пометить ее. Пусть кровь текущая по ее венам не отвечала его требованиям по поводу происхождения, вылупляться надо было, ибо стремление оставаться свободной и независимой - аурой шло от девушки. И тогда он вылупился. Правда не в очень удачный час, но все закончилось хорошо. Он рос с каждым часом и вскоре перестал помещаться в ненавистной сумке, пахнущей едой. Но тогда девчонке в голову взбрело научить его летать. Пф, он бы и сам научился, но Ионет решила его поторопить. А с тех пор он рос быстро, парил над Ривенделлом, старясь не показываться на глаза эльфам, принял окончательное решение пометить Ионет. - "Ох, лучше бы я пометил хоббита.." подумал он специально огородив свое сознание от девчонки, чтобы та ненароком его не услышала. *** Самая ужасная новость - это то, что по этим катакомбам им придется идти четыре дня. Вот уж к чему желудок Ионет был не готов, так это к голодовке. Конечно, припасы у них с собой имелись, воду легко можно было найти в подземных родниках и по вкусу она не отличалась от озерной, но вот еды...Учитывая прожорливость хоббитов, которые привыкли ко второму завтраку, чаепитию, обеду, ланчу и к ужину, надеяться на сохранность нервов не приходилось. Мосты, пролегающие через пропасть, мертвецы и снова мосты. Пейзаж не менялся и Ионет это весьма утомило. Подъем почти по отвесной каменной лестнице - окончательно добил нервы девушки и, взобравшись наверх, она отстала от общего строя и стала идти позади, погрузившись в свои думы и тревоги, хотя знала, что все ее спутники поочередно оборачиваются, дабы проверить здесь ли Ионет, или ее кто-то сожрал. Еще месяц назад, узнай она, в каких местах побывает - ни за что бы не поверила. Сейчас же она не верит, что когда-то она пыталась жить нормальной жизнью и все ее приключения - ни в какое сравнение не шли с тем, что она переживает сейчас. Конечно, в жизни были трудные времена. Особенно, когда в родной деревне ее считали чужой из-за ее происхождения, но все равно тогда она чувствовала себя счастливой, свободной и ни от кого не зависящей. Теперь все поменялось..этот Фродо с Назгулами, которого она сопровождала, потом дракон за чью жизнь она несет ответственность, теперь этот поход на который у нее хватило глупости подписаться. Даже если бы она тогда отказалась стать Стражницей, то все равно Ривендалл ей пришлось бы покинуть. Она бы спокойное место, обучала бы своего дракона.. но нет, теперь она его не видит, лишь потому, что старик сказал держать его подальше от остальной группы, пока время не придет. А когда это время придет? Ионет перестает замечать дорогу и врезается в спину одного из Хранителей. Ага..теперь Гендальф сидит перед тремя туннелями и думает. Прекрасно. Сев на обломок арки, они притягивает ноги к груди и, обняв коленки, опускает голову, пытаясь связаться с Ладоном. Ответа нет..либо он опять от нее огородился, либо он слишком далеко. Видимо она задремала, ибо открывает глаза, когда Фродо трясет ее за плечи. - Ионет, нам пора. Гендальф определился в какую сторону нам идти. - Да? И сколько лет прошло? - с ноткой раздражения спрашивает она, но потом берет эмоции под контроль. Ей все коридоры кажутся одинаковыми, какая разница по какому именно блуждать? Орков вроде не видно, ни у Фродо, ни у нее мечи не светятся. Все тихо. Коридор, за ним еще один, все, как один усыпаны трупами. Девушка понимает каково Гимли, будь у нее народ, которому она была бы бесконечно предана, она бы так же горевала, но такового не является, а значит еще одной слабостью меньше. Вскоре они попадают в широкий зал, который Гендальф величает гномьим Царством. - Здесь такой высокий потолок..как же гномы смогли построить это? - задает она первый пришедший в голову вопрос. Леголас переглядывается с Арагорном, а Гимли пожимает широкими плечами. Мда... общительная ей компания попалась. Пройдя немного дальше, они наталкиваются на гробницу, при виде которой Гимли окончательно теряет надежду встретить кого-то из родичей. Внутри, посреди комнаты стоит каменный гроб, а так же колодец, расположенный немного в стороне от гроба, не меньше пятидесяти скелетов лежит вокруг Разорванные на куски, пронзенные копьями, с размозженными черепами. Столько смертей..столько жизней и судеб в тот день оборвалось. Ионет бродит вокруг гроба и рассматривает останки, в то время, как маг зачитывает записи одного из усопших. Из интересных находок оказался только хорошо сохранившейся щит. *** Леденящий страх пронзает сознание Ладона настолько неожиданно, что тот давиться куском мяса. Далее он видит изображения. Вот один из хоббитов по неуклюжести своей опрокидывает скелет в колодец и все замирают в ожидании, затем слышны удары барабанов и все мигом достают оружие. Вот орки пытаются прорваться сквозь запертые двери.. И все..На этом связь обрывается. Забыв о еде, Ладон отталкивается от земли и, хлопая крыльями, набирает высоту. Ему хочется рычать от досады, ведь помочь всаднице он ничем не может. Даже если он попробует пробить стену, то вряд и ему удастся подоспеть на помощь. Он резко разворачивается и, поймав встречный ветер, мчится с неимоверной скоростью к тому месту, которое видел глазами Ионет до этого. К болоту у врат Мории. Пусть это и глупо, возвращаться обратно после того с каким трудом он облетел горный хребет, но ему казалось, что через врата он сможет пройти. Прибыв на место, он наталкивается на обвал. Вход завалило, а под камнями был какой-то монстр, чьи щупальца еще вздрагивали. Этого Ионет ему не показывала. Крылья устали от долгого полета и он, коснувшись лапами водной глади, подлетел к входу и приземлился. Одна из щупалец дернулась и обвилась вокруг его шеи. Гортанно зарычав, дракон впился острыми зубами в плоть. Гадкая на вкус слизь тут же заполнила пасть, а чудище задергалось, ослабив хватку. Но Ладон не отступил, он сжимал челюсти, после чего вырвал кусок мяса из щупальца и отбросил в сторону. Монстр затрепыхался, но щупальце больше не тянул. Добивать его нет смысла и так подохнет, ведь его завалило. Пробраться внутрь таким путем, Ладон не сможет.