Общага девять и три четверти

Ни разу за два дня Дима ещё не пожалел о том, что послушал Дашку и купил-таки замок. Следы от напильника на замке для кружки убедили его купить второй. Почему трусы на общей сушилке сушить нельзя, он тоже понял, когда на следующий день ещё один новенький ходил по этажу и пытался выяснить, куда делись его трусы. Орал, что подаст в суд, на что варящий на кухне пельмени Гоша только фыркнул и посоветовал отпустить и забыть. В общем и в целом, всё было не то, что бы хорошо, но сносно. Вода была с шести до семи утра, как объяснила ему Гуля, по праздникам даже горячая. В третью кабинку в туалете лучше не заходить, там засорен унитаз и иногда извергает что-то непонятное и не совсем лицеприятное. Отдельно добавила, что если он надумает кинуть туда дрожжи, лично его там утопит. Как понял Дима по ее хмурому лицу, опыт уже был. Что касательно кухни, левой дальней комфоркой лучше не пользоваться, если он не хочет "обсмалить свою прекрасную белокурую шевелюру, а то знаю я вас, первокурсников". Гуля многозначительно посмотрела на выползшего из-за компьютера за едой Ромчика. Последнего Димка, к слову, старался вообще избегать. Несмотря на то, что их комнаты находятся в противоположных концах коридора, ночью прекрасно было слышно его задротские крики в микрофон наушников. Правда, после того, как кто-то обматерил его на непонятном Малаеву языке и приложил явно чём-то тяжёлым, затих. Почему-то парень уверен, что это была Гуля. Страшная женщина, вызывающая у него уважение. Что касается Гошки, так там вообще отдельный сюжет. На следующий день после заселения, познакомившись с ним в пол седьмого утра на кухне, Дима понял, что не такой уж он и плохой, пусть и со своими тараканами, но учитывая то, что здесь они выползают из щелей только ночью, парочка вполне себе могла заползти ему в ухо во сне. Здесь это нормально. Питается брюнет почти исключительно пельменями, коих у него в достатке, и почти всю общагу кормит. Наверное, как говорил пятикурсник Серый Дигло, если б не Гоша, повыздыхали бы уже давно все. Сам по себе парень был весёлый. Улыбчивый очень, и вообще первый красавец на деревне, спортивный, глаза, как трава весенняя, зелёные-презеленые, а ещё лохмы эти, совершенно не поддающиеся контролю. Всегда в центре внимания. Димка и сам не урод, можно даже сказать очень красив, бабы на него частенько заглядывались, блондин платиновый, глаза не глаза - жидкая ртуть, осанка человека из богатой семьи, правда характер порой бывает гадкий, но это мелочи. Но не хватает ему той искры, той харизмы и умения собирать вокруг себя людей, что была у Гоши. Крестный Гоши - местный авторитет, именуемый на раене Саня Черный, поэтому денег парню хватает. По крайней мере, на пельмени,какую-то колбасу и сигареты. Плюс стипендия ещё. Димка сильно удивился, когда узнал, что большинство на этаже - бюджетники. Даже Ромчик. Когда, сидя утром с чашкой кофе на кухне, он спросил у сидящей рядом и пьющей свою ядреную смесь Дашки, почему, она сказала: - Ну, потому что почти все льготники, вот почему. Гошик - круглая сирота, только крестный да хахаль его, Радик Лютый. Я, Ромчик, Петя, и эти двое, Биба и Боба, Федя и Денис которые, мы - многодетная семья. Вдупляешь? Они все мои братья. Ещё двое есть, но они уже закончили шарагу. Ну, Петя ещё и умный к тому же. Даня из первой комнаты, которая напротив твоей, он из неблагополучной, а Слава, сосед его, просто по фану пролетел. У него на экзамене ручка взорвалась, хер знает, как, препод, наверное, подумал, что террорист какой-то, вот и вот и отпустил с миром. Ну, Гуля просто лучшая на потоке, Серый ветеран уже, ему, считай, просто так ставят, а Ленка странная, даже по меркам нашей общаги, базарит вечно непонятно с кем, с кем-то невидимым, он ей, наверное, и на сессии помогает. Отбитая на голову, короче. Наш клиент. Димка и сам был бюджетником. Потому, что умный, вот почему. Наотрез отказался от оплаты обучения родителями, сказал, что теперь всё. Что сам. Кто ж сука знал, что стипендия меньше, чем интеллект рыжего задрота. Ну, другие как-то живут. И он будет.

****

За неделю жизни в общежитии Дима усвоил ещё пару важных истин. Во-первых, успел первым в душ - нормально помылся. Во-вторых, очередь туда надо занимать с вечера (на самом деле очереди нет, кто первый встал - того и тапки). Иначе придется довольствоваться почти сломанным краном на кухне и дезиком. В-третьих, всё, что оставлено в душе, становится общим. Это он узнал, когда его шампунь пал смертью храбрых, оставив после себя пустую бутылку. А стипендию-то ещё не платят, денег на новый нет...

***

К концу первой недели Малаев познакомился с тем, на кого в его первый день так агрился Гошик за украденные пельмени. В глаза он, Димка, его раньше не видел, что странно, ведь жили-то они на одном этаже. Как подсказала ему хрен знает как затесавшаяся к нему в компанию странная Лена, из комнаты он после того случая не выходил вообще, а на улицу спускался через балкон. С третьего этажа. На вопрос почему и каким образом она ответила, что жизнь дороже и после пиздюлей Гошика мало кто вообще мог добраться до больницы самостоятельно, а по балконам лазить он привык, что бы это не значило. Боря Забинев был курчавый, черноволосый и смуглый, чём-то отдаленно напоминающий итальянца. Рожа хитрая, глаза прищуренные, широченные бриджи и две серьги в ухе, сразу видно - широкой души человек. Знакомство их было странным. Как впрочем и все здесь. Дима тихо мирно попивал свой кофе на кухне в семь утра, который с каждым днём всё больше смахивал на то, чем заливает будни Даша, как вдруг что-то очень громко грюкнуло, кажется, кто-то хлопнул дверью, перебудив пол общежития, и, с криками "Ну и катись! Ну и не сильно надо было!", для верности вдолбил дверь ногой. Как выяснилось позже, это был Борька. Его выгнал его сосед по комнате, Тимка Нотов, позже объяснив, что "пошел он нахуй, лучше со свиньями в хлеву жить, чем с этой псиной", после чего, подумав, добавил, что он и так живёт со свиньями, да и от хлева эта халупа не далеко ушла, но это ничего не меняет. Собравшийся на кухне этаж готов было уже жестоко анально покарать наглого нарушителя спокойствия, потревожившего их сон (или не сон, студенты не умеют спать), но увидев виновника собрания, плюнули и, ворча, разошлись по комнатам, аргументируя тем, что он и так уже всех заебал, тронут - заебёт ещё больше. И лишь Гошик, припомнив ему пельмени, пригрозил, что "ещё раз тебя, говно, увижу раньше восьми, не зависимо от обстоятельств, - закопаю головой вниз в клумбе Марии Авдотьевны, авось мозг вырастет", и, зевая, ушел. Следующие две ночи Забинев провел на кухне в спальном мешке. Об этом всех очень красноречиво и всё ещё на непонятном Малаеву языке (позже выяснилось, что это румынский) проинформировала Гуля, как-то вылезшая в три ночи за колбасой и благополучно споткнувшаяся о свернувшуюся на полу гусеницу. Может, парень бы и спал на кухне, ведь Тима выбросил все его вещи через окно прямо на клумбы комендантши и впускать в комнату отказывался совершенно, если бы от той же комендантши (потому что больше с ним общаться никто не хотел) не узнал, что у одного новичка-первокурсника ещё нет соседа. Угадайте у кого.

****

Без соседа Димке жилось просто отлично. Он знал, что рано или поздно к ему кого-то подселят, ведь учебный год ещё не начался, но пока была возможность, наслаждался одиночеством. Если почти постоянное присутствие белокурой странной Ленки можно было назвать таковым. Но она ему не мешала, в какой-то степени даже симпатизировала и оказалась вполне интересным собеседником, пусть и со своими тараканами. То бишь, как она говорит, мозгошмыгами. Кто бы они ни были, блондин их не видел, и слава богу. Ему тараканов хватало. Думает, что их даже можно назвать друзьями. Но спокойствие свалило, помахав ручкой, как только он в семь часов утра обнаружил на кухне вместо обычного безлюдья это смуглое недоразумение, сидевшее на стуле и в упор на него смотревшее. Дима точно знал, что он во всей общаге такой один больной, во внеучебное время встававший по будильнику только для того, что бы выпить кофе. Ему в первый же день об этом сообщил Денис. Или это был Федя. Он их не различал. Никто их не различал. Но вот, сейчас перед ним сидит Боря и какого хрена вообще. - Ты присаживайся, чего стоишь. - он похлопал по стулу рядом с собой. - Нет, спасибо. - налить себе кофе и свалить быстрее. - Ты же Дима, да? - Боря прищурил глаза ещё больше, отчего они превратились в узкие щелочки. - У меня к тебе очень важный разговор. Пахнет жаренным, пора делать ноги. Но не успел он что-либо сделать, как Забинев резко встал, и, прожигая в парне дыру, спросил: - Можно я к тебе переселюсь? Стой, ничего не говори! Не спеши отказываться, не слушай ты Нотова, я прекрасный сожитель и вообще парень хоть куда! Я договорюсь с Марией Авдотьевной, только дай согласие, ну будь другом! Димка отказал. Хороших сожителей не выставляют за дверь после недели совместного проживания. Но черноволосого это не впечатлило. Вся общага сочувственно вздыхала, когда видела, как Борька каждый божий день таскается за Малаевым буквально везде, ведь знали, что проще сдохнуть, чем выковырять эту занозу.