Осторожно, влюбляться запрещено

Снег, продолжая падать, то частил, то вновь сыпал редко, словно скупясь, медленно кружась над головами. Фонари под его шапками горели тускло, но этого хватало, чтобы в подробностях рассмотреть друг друга. — Да какие тут шутки. И можно на ты. Я так полагаю, мы с вами примерно одного возраста. Может, покурим, ну и… поговорим? Предложение было весьма своевременное. Алексей указал жестом на деревянные теремки, что были построены для местной детворы, и Денис не отказался, согласно кивнув. Коль назрело, надо решать здесь и сейчас. Тянуть в таком смерти подобно. Это было довольно далековато от подъезда, где скрылся Вадимир, и как правильно предположил Денис, из окон квартиры его молодого любовника эти деревянные строения, стилизованные под русские народные сказки, явно не проглядывались. Что ж, они скрылись за бревенчатой стеной, на которой выступающим барельефом разномастное семейство дедки и бабки пыталось вытянуть из земли злосчастную репку. Денис, оперевшись плечом на округлый бок налитой репы, щелкнул зажигалкой. Запах ментоловых сигарет достиг чуткого носа Алексея. — Ментоловые сигареты? Ха! Дамские. Это было сказано так, словно курить подобные сигареты исключительно женская прерогатива. — А если бы я предпочитал исключительно девушек, ты сказал бы так же? — едко заметил в ответ Денис. — Понятия не имею, сейчас же просто выдал первое, что пришло в голову, — отмахнулся от него Алексей, он и сам вытащил свои, но прикурить от Денисовой зажигалки не отказался. Что ж, затянулись молча… Потом еще раз. Дым таял тонкими струйками вверх, ветер совсем стих. — Вообще надо бросать курить, но, увы, нервное. Особенно в последнее время, — прервал тишину первым Алексей. — Это точно, более того, на ментоловые сильнее подсаживаются. К сожалению, старая привычка. Несколько раз бросал, потом снова возвращался. Особенно когда в жизни полный швах, сам процесс курения меня, как ни странно, успокаивает, — поддержал положительно его умозаключения Денис. — А если бросим вместе? — зазывно улыбнулся Алексей и в этот момент стал чертовски привлекательным и обезоруживающим. Денис аж заскулил внутренне, с такого Донжуана точно все в округе ведутся. Но, увы, он на подобные улыбки не покупается, спасибо Андрею, научил, стервец. — О как? Беспокоитесь, а не рано ли? — Почему бы и нет? Но вообще да, я хотел бы поговорить о своем младшем непутевом брате. — Ну, сложно было бы не догадаться об интересующей нас с вами общей теме разговора. Но в чем же он непутевый? — Денис стряхнул пепел с сигареты в рыхлый снег. Еще одна затяжка, и придется прикуривать следующую. — Да во всем. Я же вижу, что тебе с ним тяжело… — начал Алексей, замолкнув, как бы ожидая ответного хода. Все это смахивало на игру в шахматы, в которой хоть как приходилось открывать и демонстрировать свои задумки поочередно. — Дело даже не в Вадиме, а скорее, во мне, — тяжело вздохнул Денис, но все же продолжил, прекрасно понимая, что Алексею, возможно, это придется не по нраву: — Я предпочитаю мужчин постарше или хотя бы своего возраста. Понимаешь, всегда приятно чувствовать защищенную спину, поддержку, твердое плечо. Когда можно положиться не только на свои силы. Вот ты сам встретил на своем пути нужную женщину? — Ну… Как бы сказать... — теперь уже тяжело вздохнул Алексей, замявшись, а чуть позже все же заверил: — Но я понимаю, что ты имеешь в виду. — Вот, мужчины, женщины… По сути в отношениях проблемы схожие, независимо от того, кого ты предпочитаешь в постели, и найти своего человека довольно непросто. — Ну и в чем мой Вадимир по неопытности и детскому максимализму налажал на этот раз? Я же видел, он сам не свой был, особенно в последние недели, — вывернул на конкретику Алексей, и Денис про себя криво усмехнулся. Нет, с этим по душам хрен поговоришь. Гнет свою линию, хер вывернешь. — Вадимир? Надо же, а я и не знал его полного имени. И не смотри на меня так, он представился Вадимом, и мне этого вполне более чем достаточно. — Ну вы даете! Один адреса не знает, а другой даже имени. Просто два сапога пара. Ну так все же в чем оказался его прокол? — Как и предполагал Денис, сбить Алексея с должного пути оказалось невозможно, тот пер атомным ледоколом как таран, подминая под себя все встречные льды. — Да по сути ни в чем, просто ряд недоразумений, которые сегодня, кажется, мы с ним разрулили, — пространно заметил Денис. Он совершенно не собирался посвящать в тонкости собственных дел никого, и уж тем более левых братьев. — Ты уж с ним помягче. Я все понимаю, Вадька всегда будет тебя моложе, это, увы, не изменить. Но говорят, с возрастом разница становится менее заметной, и может, в будущем ты и получишь то, что так желаешь сейчас. Ту самую надежную спину и поддержку в его лице. — Алексей смял бычок о плечо деревянного деда, покрутил пачку сигарет, но прикуривать новую не стал, недовольно сунул обратно в карман со словами: — Все же надо бросать курить. — Бросай, твое дело. Но я так далеко заглядывать не собираюсь. Пока же именно я выполняю эту роль чертовой поддержки и надежной спины. И это не всегда легко. — Денис вытащил новую сигарету и, пропустив ее между узловатых худых пальцев, прикурил. — Ты сам вышел к нему, разве не так? — заметил ехидно Алексей. — Так. А ты бы предпочел, чтобы он дальше нарезал круги по городскому парку в поисках приключений на юный зад? — огрызнулись тут же, защищаясь. — Нет. — Алексей даже руки вперед вытянул открытыми ладонями, помахав, типа: мир, дружба, жвачка, я с тобой не собираюсь драться и ты не дерись. — И все же прошу… Приглядывай за ним, он же еще школьник. — Не учи, и так знаю, — ворчливо в ответ. — Ну а сам что хочешь узнать у меня? Давай расскажу как есть, без прикрас, спрашивай, — вдруг сменил тему разговора Алексей. Мол, дерзай, сдам все малолетние секреты Вадимира за просто так, и про напружененные ночью простыни, и про засранистые трусы, только пожелай! — Спросить? — удивленно на него воззрился Денис, задумавшись, но потом все же, усмехнувшись, продолжил: — Хотя изволь, ну и как там Егор Юрьевич? — Мой руководитель? — теперь недоуменность уже отразилось на удивленном лике Алексея, он явно считал, что его будут терзать расспросами о брате. О его юности, детстве, секретах, что лучше никому не знать из посторонних, но скрыть которые от родных просто невозможно. Да о чем угодно, ну точно не о руководителе его диплома. — Именно, на работу вышел? — Да… Начал снова появляться на кафедре, лекции правда сидя читает и с тростью ходит. Но внешне все вроде как хорошо… — замялись над ответом. — А так ли хорошо, как кажется? — вкрадчиво уточнили. — Слухи пошли, и в общем, декан от них не в восторге. Ладно, Егор Юрьевич великолепный специалист, да и известен в научных кругах. Но мне кажется, все словно напряглись перед прыжком над пропастью, — высказал свои не лучшие предположения Алексей. — Тебе не кажется, может, диплом ты и защитишь с этим руководителем, а вот на аспирантуру придется искать явно другого. Иван Александрович, думаю, своего не упустит и в этот раз он точно заберет Егора Юрьевича к себе в Штаты. — Что? Не понимаю, кто такой Иван Александрович? — Алексей вновь схватился за пачку сигарет и даже нервно прикурил одну, теперь воспользовавшись собственной зажигалкой, отрытой в глубине кармана. — Это пара твоего руководителя. Они уже более десяти лет вместе. Просто Иван Александрович несколько лет назад принял предложение и улетел в США. Егор Юрьевич же уперся, мол, у него тут студенты, дипломники, аспиранты, любимая работа и прочее, прочее. А как все это произошло, сам понимаешь… Денис затянулся, пристально наблюдая, как напротив курит Алексей, огонь сигареты при затяжках, вспыхивая, отсвечивал в его задумчивых глазах, делая их порой похожими на демонические. — Я просто говорю как есть. Когда Егор Юрьевич попал в травму, Иван Александрович, бросив все, примчался к нему через пару дней и торчал тут безвылазно несколько недель, пока врачи точно не сказали, что кризис миновал и что все теперь будет в порядке. Он оплатил ВИП-палату, нашел все необходимые лекарства, нанял сиделку и прочее, и прочее… А когда Егор Юрьевич очнулся, они здорово поругались. Но при всем при том на выписку Иван Александрович снова был здесь, и думаю, на это Рождество он его все же уломает. — Завидуешь подобным отношениям? — заметил с ленцой Алексей, то ли подколоть решил Дениса, то ли себя. — А ты нет? Хотел бы ты, чтобы тебя любили и ценили такого, какой ты есть? Со всеми закидонами, проблемами, устоями, болячками и прочей требухой? Разве нет? А главное, поддерживали тебя во всем… — на этом Денис замолчал, следующий бычок был вдавлен в мякоть пушистого снега, а рука потянулась к новой сигарете. — Идеальных отношений не бывает. — Я и не говорю, что они идеальные, но… Разговор снова завис, Алексей, не докурив сигарету, вмял ее опять в многострадальное плечо деревянного деда: — Ладно, пойду я, а ты все же за моим мелким присматривай. — Я думал, ты мне за брата морду набьешь… — Денис задумчиво продолжал крутить сигарету между пальцев, так ее и не прикурив. — А надо? — усмехнулся Алексей. — Если так необходимо, то я могу, только скажи, и главное, подробно распиши за что. Чтобы уж наверняка меня разозлить до нужной кондиции. — Как-нибудь обойдусь, — нервно отмахнулся от данного гребаного предложения Денис. — Ты лучше мне свой адрес нормально напиши и номер сотового дай. — Алексей поискал по карманам, вытащил мобильник. — Только если дашь собственные координаты, — согласился Денис и, переспросив номер, отправили смс. Телефон у Алексея пиликнул, и он ответно скинул сообщением то, что просил Денис. Они еще немного постояли друг перед другом, уткнувшись в сотовые, а после разошлись. Алексей не видел, как Денис смял в кашу последнюю сигарету, так и не прикурив ее, но прекрасно чувствовал его прошивающий взгляд на своем зазудевшем от пристального внимания затылке и, подходя к подъезду, хищно ухмыльнулся. Вадимир, по мнению старшего брата, был наивным и не в меру романтичным малолетним долбоебом. Но были у этого долбоеба и положительные черты: отходчивость, впертость и прилипчивость не хуже кровожадной пиявки. Ведь как бы в детстве его Лешка не доставал, не драконил, не обижал и не подставлял когда по собственной глупости, а когда из вредности. И как бы Вадька от него ни рыдал, ни ругался на Лешку и ни пытался подраться с ним, бывало нередко и такое, но через какое-то время все возвращалось на круги своя. И заходя через скрипучую дверь до боли родного подъезда, Алексей даже немного жалел Дениса, тот просто пока еще не предполагал, на что в конечном счете подписался. *** Когда Вадим в этот же день за вечерним столом стал у родителей отпрашиваться на всю субботу с ночевкой к “другу”, Лешка разве что не ржал. Мать всплескивала руками и все шептала: “Да как же так, да как же так…”, видно все еще считала Вадимира совсем ребенком. Натка во весь голос пыталась выспросить, а чем они там будут с этим “другом” заниматься целый день. Отец же, прицыкнув на взбаламученное семейство, выслушав путающийся трепет младшего, через несколько мгновений молчания скупо разрешил. А когда Вадька срулил из кухни, раздал ценные указания: — Мать, хватит причитать, я по девочкам начал бегать куда раньше. Наоборот, странно, что Вадька так запоздал, ведь, судя по Лешке, это вообще у нас семейное. — Про твои подвиги, спасибо, наслышана, — отмахнулась от него мать. — И нечего Алешку сюда приплетать, что хорошего он из этого вынес, а? Где та постоянная девушка, которая бы ему нравилась и по-настоящему его любила? — Мам, ну не нашел я еще пока такую, как ты, а вот как найду, сразу успокоюсь, — влез в их напряженный разговор старший сын. — А можно я с Вадей пойду? — Натка вообще имела, как и прежде, свое личное мнение. — Я на друга хочу посмотреть. — Нет, мала еще, и вообще, пора спать, — Зинаида Александровна тут же переключилась на хныкающую дочь, что терла кулачками закрывающиеся от усталости глаза. — Не хочу я спать. — Да ты уже дремлешь. — Она подняла дочку на руки, и та, практически вырубаясь на ее мягком плече, все еще сопротивлялась. — Не хочу… — Ну да… Ну да… Но родное тепло матери, ее мягкий голос, успокаивающий запах выпечки и легкий духов сделали свое пагубное дело. Натка засыпала прямо на глазах, пуская слюни. Зинаида Александровна, мягко покачивая дочку на руках, унесла ее в спальню. — Хватит смеяться над Вадимиром, можно подумать, ты был лучше, когда выпрашивал у меня деньги на гондоны. Так что просто выдай все ему необходимое, и если что — просвети, как ими пользоваться. — Отец, высказав все, что думает, отправился вслед за женой, нужно было помочь уложить Натку на кровать. — Его там ими и так обеспечат, да и просветят куда лучше меня, — буркнул, усмехаясь недальновидности родителей, Алексей. Он еще посидел на кухне, выжидая, когда Вадька уснет. Разговаривать с братом Лешке после того, как столкнулся с его парнем, не очень-то и хотелось. А так, когда он пришел в их комнату, Вадька спал, ну или делал вид, что крепко дрыхнет. Так что Лешка просто все послал к чертовой матери, стараясь не думать и, главное, даже не представлять, как его брат и этот самый Денис будут заниматься сексом. Наверное, не надо было подходить к Денису, но что сделано, то сделано, и в отличие от Вадима, Алексея ждала бессонная ночь. Забыться он смог только под утро, а когда расковырял глаза, естественно, мелкий уже испарился на свое “с ночевкой у друга”. Слушать лепет Натки, продолжающиеся вздохи волнующейся матери, еще бы младший сын впервые не ночует дома, и суровые отмашки отца не было никакой возможности. Все это поднимало желание срулить и подальше. Поэтому, натянув дубленку, Алексей и сам сбежал якобы к друзьям в общагу. Выслушав напоследок от отца еще и целую лекцию про то, что не стоить много пить и обязательно пользоваться презервативами, если по пьяни пошел по бабам. Ладно, прошлые похождения ему не припомнили, хотя и могли. А так вошедший в раж Петр Михайлович был крайне суров по поводу увеличения поголовья неучтенных внуков как от него, так и от Вадьки. Но к слову, по поводу последнего, там внуками как бы и не пахло… М-да, Лешка, тяжело вздохнув, не задумываясь, отправился в городской парк. Просто так легли карты, тем более перед новогодними праздниками центральную часть, что не выходила к реке, почистили и, более того, украсили огнями многие елки. Конечно, сейчас днем они и не горели, но Алексей серьезно подумал о том, чтобы пройтись по аллеям поближе к ночи. Хотя гулять между залитым новогодними огнями деревьями лучше было бы с какой-нибудь девахой. Ему чаще всего нравилось не само созерцание красоты, а то, как именно другой человек воспринимает ее, как проявляет эмоции и о чем говорит. Почему-то вспомнились Маргарита и ее двоюродная сестра Олеся. Ну да, это все отец с его "неучтенными внуками", и чего он к нему именно сегодня прицепился? А вообще, как-то все глупо вышло, вернее, тогда Лешка просто хотел трахаться и пробовал то с одной, то с другой. И только запоздало догнал, что Рита и Олеся родственницы, и вообще, нечто большее, чем другие девушки, что тусовались вокруг него. Но было уже поздно, поезд отправился дальше, и он, как-то встретив Маргариту, прогуливающуюся с другим парнем, спросить у нее, как там Олеся, просто не решился. Интересно… Алексей замер рядом с небольшой аллеей, заметенной снегом, тут снегоуборщики и не думали чистить. А как оно между Вадимом и Денисом? Вчера вечером, когда он застукал эту парочку, ему вначале показалось, что с Вадькой рядом стоит одноклассник. Как его там… Валера. И только чуть приблизившись, догнал, что нет, этот парень все же старше и опытнее. Смотрелись они, по его мнению, немного странно, так как не тянули ни на друзей, ни на коллег, ни на родственников. И все же что-то этих двоих объединяло. Лешка не слышал разговора, все же он замер далеко от них, но понял сразу, что Вадька нервничает, а еще, витая в облаках, как последний придурок давит улыбку на любые слова, сказанные собеседником. Так что догадаться, кто это, не составило труда. Но главное, Алексей понял, что ему не противно видеть брата с другим парнем, необычно, это да. Но какого-либо резкого отторжения не чувствовалось, во всяком случае сейчас. Или потому что это не касалось его лично? Может, поэтому он подошел к Денису? Как знать. Или все же захотел хоть отдаленно, но понять собственного брата? Вопросы… Вопросы… Которые только множились в прогрессии. Алексей вырулил из городского парка и окружными путями отправился к университету, все же там ему нравилось куда больше. И по народу оживленнее, можно было встретиться со знакомыми: поговорить, переключиться с гудящих дум, решить, как праздновать Новый год, да и попросту отдохнуть. Егора Юрьевича он узнал не сразу, сначала взгляд зацепился за знакомую трость и неуверенную походку, а после как-то завис на человеке, шедшем рядом, который тут же подставил крепкую руку, на которую его руководитель и оперся в полную меру. “Иван Александрович” — вспомнил слова Дениса Алексей и по ходу точно не прогадал. Эта пара вышла из продуктового магазина. Спутник Егора Юрьевича в одной руке тащил кучу пакетов с едой, а второй придерживал хромающего педагога, перехватив его удобно под локоть, что-то ему вкрадчиво втолковывая. Сначала Алексею показалось, что рядом с его руководителем студент, но, приблизившись к ним, понял, что и в этот раз тоже ошибся. Да, этот Иван Александрович, если, конечно, это был он, оказался моложе Егора Юрьевича, но не настолько, чтобы быть его студентом. Хотя… Мысль о том, что все же в прошлом он мог быть им или аспирантом, засела прочно в мозгу. Зачем он отправился за ними, Алексей точно не знал, он просто как сталкер пытался уловить что-то запретное между этими двумя. И порой ему даже казалось, что да, находил. Уж больно один трясся над другим, еще и настоятельно поучает. Лешка, видно, слишком приблизился, так как стал улавливать отдельные слова. Кое-где промелькнула Америка, штаты, научные проекты… Он даже притормозил, черт, если Егор Юрьевич обернется, то он встрянет не в самую приятную ситуацию. Но его руководителю явно было не до окружающих, он пытался что-то в ответ доказать, но видно терпел глобальное поражение по всем фронтам. “Хоть бы дал выпуститься…” — тоскливо подумал про себя Лешка, как его окликнули со спины. Егор Юрьевич и его спутник тем временем завернули за угол, и Алексей обернулся. — Алеша? Вот не думала тебя увидеть. — Перед ним замерла Маргарита. Судя по подобным пакетам, что красовались в руках у сопровождающего Егора Юрьевича, она также вышла из того же продуктового магазина. Лешка тяжело вздохнул, м-да, судьба снова их сталкивает лбами. Только вспомнил, и вот, пожалуйста. Но делать было нечего, он шагнул к Маргарите и по-джентельменски забрал у нее пакеты с едой. — Здравствуй, Рита, тебя проводить? — Буду рада. Простой вопрос и незамысловатый ответ, и словно вообще не было между ними ситуации "полный швах", помноженной на недопонимания или недомолвки. Лешка огляделся, действительно, следуя за спинами привлекшей его пары, он оказался в районе дома Маргариты. В конце концов, почему и нет? Во всяком случае он может переключиться с проблем брата. Но вот сама Рита была иного мнения, так как, пройдя молча пару домов, заговорила именно о Вадимире: — Как Вадик, пишет стихи или рисует? Мне помнится, ты хотел, чтобы я привлекла его на нашу выставку. — Не думаю, ему сейчас не до этого точно… — М-да, забыться хотя бы на время не получилось. Надо проводить Риту и сбежать в общагу, а там выпивка с друганами и доступные девицы сделают свое необходимое дело. — Первая любовь? Как романтично… — прошептала Рита, все же то, как она при этом улыбалась ненакрашенными кремовыми губами, вернули Лешку в собственные воспоминания. Как же прекрасно эти самые губы его целовали и даже не брезговали насчет минета. — Может, не будем о моем брате, а? — Как скажешь. — Они замерли у узкого прохода в знакомый двор. — Хочешь чаю? Мама сегодня уехала к сестре. А вот и приглашение, значит, с тем парнем, которого видел Лешка, не задалось. И… Он поплыл, как и прежде, по течению, наступая снова и снова на старые грабли. А собственно, почему и нет? Ну и что, что он хотел вообще-то узнать у нее об Олесе. Тем более то, как Рита раскраснелась, покусывая от напряжения нижнюю мягкую губу, говорило о многом. У него точно сегодня будет секс.