.

О том, что главнюк и в одиночестве не пропал бы за пределами города, Диксон уже был наслышан, потому присутствие среди на рассвете вызванных к главным воротам бойцов градоначальника, расслабленно прохаживающегося по стене с пистолетом в руке, удивления не вызвало. Столь же ожидаема была и медленно выползшая из-за горизонта и неотвратимо движущаяся к городу толпа мертвецов, идущих так плотно, что издали казалось, будто на Вудбери наступает огромная бесформенная темная клякса на асфальте... - Не так уж много, - дождавшись, пока в поле зрения выйдет вся группа сбившихся в небольшое стадо ходячих, бросил Мартинес, с битой наперевес первым спускаясь со стены за пределы города-крепости. - Первых положим - с остальными и дежурные справятся... - Ты у мальчишки "травку"-то, часом, не конфисковал, нет? - Вполголоса едко спросил однорукий, плечом отстраняя от приставленной к заграждениям лестницы устремившегося было за начальником Пита, рассеянно поигрывающего метательным ножом. Джоди, невесть каким чудом накануне ухитрившийся улучить момент, когда настроение латиноса, встревоженного перспективой привести к городу часть следовавшего за разведкой стада, улучшилось настолько, что тот допустил юношу до дежурства на воротах на правах пары лишних рук, коротко и едва слышно хохотнул, хлопнув себя по карману безразмерной ветровки, куда по просьбе Мартинеса им и был от греха подальше припрятан конфискат. То ли смелости юноше здорово добавляло присутствие рядом с ним едва ли не всей армии Вудбери, то ли не так давно парень из чистого любопытства уже успел опробовать содержимое пакетика... - И кто теперь тут "хвост поджал", а? - Подначивающим тоном поинтересовался разведчик, словно его вовсе и не беспокоила толпа плотоядных трупов, бредущих к самому уязвимому, по его же словам, месту в обороне, за считанные минуты ставшему вдобавок еще и самым многолюдным во всем еще спящем городе. - Да я-то отобьюсь, - отмахнулся не слишком задетый беззлобной насмешкой латиноса Диксон, - только вот за других лишний раз впрягаться мне вообще не уперлось. - А тебе и не придется, - хмыкнул спустившийся вслед за одноруким с заграждений Тим, с демонстративной небрежностью прокручивая в руке мачете. - Лишних патронов не тратим, - напомнил очевидное Губернатор, для пробы прицеливаясь в кого-то особенно ему не понравившегося из первых рядов движущихся к городу мертвецов. - Стреляем только по необходимости. Мартинес, мгновенно обернувшийся к градоначальнику, стоило тому только начать говорить, в ожидании, видимо, того, что скажет главнюк хоть что-нибудь по-настоящему дельное, прищурился, вглядываясь во что-то так его насторожившее во внешности начальника и, коротко одобрительно хмыкнув, толкнул подвернувшегося ему под руку Диксона, взглядом указывая на след засоса, показывающийся из-под воротника темной рубашки, стоило только Губернатору особенно удачно повернуть голову. - Ты вслух только не завидуй, - поспешно шепотом предупредил разведчик Мерла, не дожидаясь, пока тот выскажется по поводу увиденного и обязательно подпортит градоначальнику настроение, а то и вовсе вынесет тему неплохо проведенной им ночи на всеобщее обсуждение. - И до кого у вас тут нужно для такого же дослужиться? - Усмехнувшись, поинтересовался Диксон. - Ну, тебе-то вообще конкретно постараться придется, - хохотнул латинос, с насмешливым притворным сочувствием хлопнув того ладонью по скрытому слоем металла обрубку изуродованной ножовкой правой руки... Один только вид нарочито неспешно, уверенно и почти даже с ленцой расходящихся по дороге бойцов, вооруженных едва ли не всеми видами холодного оружия и пригодного для того, чтобы размозжить уже подъеденный разложением человеческий череп, спортивного инвентаря, должен был немедленно обратить в бегство любое живое существо, обладающее если не способностью мыслить, то хотя бы инстинктом самосохранения... Проблема была в том, что наступающие на город-крепость создания шли по зову исключительно голода, неутолимого и в их случае не имеющего с инстинктом самосохранения ровным счетом ничего общего. Да и живым существом уж точно ни одного из них назвать было никак нельзя... В любом случае, с какой угрожающей многозначительностью от безделья в ожидании бойни не поигрывали бы оружием в руках спустившиеся со стены за пределы города разведчики, это ничуть не впечатляло толпу бредущих к воротам мертвецов, выжимающих из гниющих мышц все, что из них вообще все еще можно было выжать, если не больше этого, и еще издали тянущих к живым костлявые руки. О неизбежности же бойни достаточно ясно Диксона известила первая просвистевшая над его ухом стрела, вонзившаяся точно в глазницу одного из движущихся к городским воротам трупов, переставлявшего ноги чуть резвей прочих и подобием жизни поплатившегося за излишнюю торопливость. Еще одним различием между недомертвым и живым, вдобавок ко всем прочим, куда более существенным, было то, что вторые-то как раз здорово рисковали, позволяя себе замешкаться и на долю секунды... - Твою ж мать! - Выдохнул однорукий, запоздало дернув головой, уворачиваясь от безвредно пролетевшей в опасной от его головы близости стрелы. Шуперт с усмешкой молча отсалютовал Мерлу луком и снова натянул тетиву, словно нарочно выбрав себе очередную жертву именно так, чтобы Диксон был вынужден от греха подальше уйти с линии огня. - Между собой все разборки потом устраивайте, - обернувшись, бросил устремившийся навстречу наступающим на город ходячим Мартинес, на ходу не глядя замахиваясь бейсбольной битой, наличие которой в руках разведчика не волновало ни одного из ходячих так же, как самого латиноса не тревожил полный набор смертоносных гнилых костяных пеньков в оскаленных пастях невесть какой силой поднятых разлагающихся человеческих тел. - С этими-то скоро закончим... Эта напускная бравада, которой прониклись разом все бойцы точно в тот момент, когда бита в руках латиноса с первого удара легко проломила голову ходячего и изуродовала и без того непрезентабельную физиономию трупа попросту вбитым в череп носом, впрочем, долго держаться уж точно не могла. И если первый выбранный Диксоном мертвец, самостоятельно с почти восторженным и торжествующим хрипом бросившийся навстречу прилаженному к протезу лезвие, действительно был именно жертвой, то уже второй, которому не хватило терпения дождаться, пока на землю безвольно мешком повалится его уже окончательно упокоенный собрат, вполне мог бы считать себя противником однорукого, если бы, конечно, пределом работы для мертвого мозга не была одна только грубая координация движений разлагающегося тела... Противником не достойным, разумеется, и даже не равным, но сумевшем в короткой схватке отнять у Мерла некоторое количество сил и времени, одинаково ценных, когда даже наспех пересчитать поголовье наступающих на город мертвецов, кажется, вообще не представлялось возможным: несмотря на то, что ряды их заметно редели, на место павшего уродца неизменно спешил встать другой. От шумного исступленного сипения, с которым воздух проходил в исключительно рефлекторно и без надобности продолжающие функционировать мертвые легкие, голодного клацанья гнилых зубов и почти непрерывно раздающегося, кажется, со всех сторон разом резкого хруста пробиваемых черепов воздух у главных ворот казался металлическим на вкус. Или же просто крови, холодной, темной и успевшей свернуться, может, еще в жилах трупов, бойцами уже было пролито слишком много, и пролить предстояло ничуть не меньше... Судя по то и дело раздающимся ругательствам, сначала тихим и довольно сдержанным то ли из-за присутствия рядом начальства, то ли из-за того, что в наступающих на главные ворота Вудбери мертвецах никто из бойцов поначалу серьезной угрозы видеть и это выдавать никак не хотел, после - коротким, отрывистым, но максимально полно отражающим сложившуюся ситуацию, а то и взрезающим непрерывный многоголосый хрип ходячих резким отчаянным вскрикам, остальным участникам обороны города приходилось не легче, и оружие в их руках с каждым нанесенным ударом тяжелело так же, как и скрывающий увечье протез на руке Диксона... Но то, что никто из восставших трупов не ведал усталости было точно недостаточно убедительным поводом позволить себе пополнить их ряды. Площадка под городской стеной, за считанные минуты усеянная разлагающимися телами, уже неподвижно лежащими или все еще конвульсивно подергивающимися и в ослепляющем голоде самостоятельно с рычанием бросающимися навстречу прерывающим подобие жизни ударам ножа, биты, топора и черт знает чего еще, что нашлось в городе-крепости для вооружения его защитников, которой поначалу казалось предостаточно для ведения на ней боя с за ночь сумевшими доковылять до главных ворот вслед за колонной автомобилей остатками стада голодных мертвецов, незаметно стала слишком тесной. Уйти же с нее мешала толпа мертвецов, безмозглых и едва способных координировать даже собственные движения, не то что вести грамотное наступление, но невесть как сумевших незаметно подступиться к воротам и окружить спустившихся со стены живых. Момент, когда портить не самую плохую возможность все-таки покинуть Вудбери перестало именно присутствие вооруженной разведки и пристально следящий со стены за развитием событий главнюк, не убирающий пальца с курка пистолета, Диксон упустил на удивление легко: в конце концов, помехой больше, помехой меньше - роли не играло уже слишком давно... Подвернувшийся под руку замахивающемуся для очередного удара Диксону Кроули охнул и выругался сквозь зубы, кривясь и потирая пострадавшее от локтя однорукого плечо. Ведение боя спиной к спине пусть и смотрелось должно быть, впечатляюще со стороны, особенно - для охранников на стене, выжидающих момента, когда понадобится их помощь, и вздумавшего было спуститься с заграждений Джоди, замершего на лестнице и лихорадочно неловко отпихивающему ступнями тянущиеся к нему руки мертвеца, увидевшего в пареньке легкую добычу, но на деле было чудовищно неудобно. Может, и не в шутку латинос предупредил подчиненных о том, чтобы между собой разборки они устраивали только после того, как непосредственная угроза для города и целостности окружающей его стены пропадет... Потому что врезать однорукий ухитрился едва ли не каждому второму бойцу в армии города-крепости, ненамеренно и того даже не заметив, да и сдачи получить успел, так же случайно и просто подвернувшись под руку в неудачный момент. Вообще, никакой момент по определению удачным быть не мог, когда голодные трупы наступали разом со всех сторон, и единственным, что хоть как-то помогало не отвлекаться лишний раз и не тратить время, которого, кажется, заодно с местом на площадке у городских ворот стало и без того слишком мало, была уверенность в том, что есть кому прикрыть спину, поначалу так старательно Диксоном отгоняемая, но окончательно в нем укоренившаяся на удивление быстро. Да и стрелы, то и дело пролетающие над головами бойцов и неизменно находящие цель, уже перестали вызывать беспокойство... Куда хуже стало как раз тогда, когда подступающих к живым ходячих стрелы выкашивать вдруг перестали, а со стены раздалось ругательство, сложное и многоэтажное в силу того, что у Шуперта-то дыхание не сбилось. Первый выстрел прозвучал неожиданно громко, несмотря даже на наличие глушителя на пистолете Губернатора. Может, попал он точно на тот момент, когда все остальные звуки тонут от оглушающего осознания близости гибели, не такой уж, впрочем, и неминуемой, учитывая то, что переживать подобное Диксону уже доводилось... В любом случае, выстрел этот попал точно в цель и вынес из черепа одного из самых резвых мертвецов, подобравшихся слишком близко, костяное крошево и клочок мозга. - Наконец-то, - с облегчением выдохнул Мартинес, поудобней перехватывая в руке нож, вытащенный латиносом взамен биты, валяющейся где-то за стеной плотно идущих разлагающихся человеческих тел, то ли брошенная разведчиком из-за невозможности ею размахивать, не рискуя приложить при этом никого из подчиненных, то ли попросту им утерянная в ходе битвы. Впрочем, радость от того, что градоначальник дал подчиненным сигнал подстраховать бойцов его армии прицельным огнем по мертвецам со стены, не помешала ни латиносу, ни кому угодно другому из стоящих у главных ворот рефлекторно втянуть голову в плечи от последовавшей за этим серии выстрелов, несмотря даже на то, что валили выпущенные охранниками пули исключительно ходячих. - Возвращайтесь на стену! - Крикнул Губернатор, аккуратно выцеливая голову очередного трупа и на мгновение даже не отводя от того взгляда, чтобы удостовериться в том, что его подчиненные бросились исполнять его приказ. Ну, попытались, по крайней мере, потому что прорваться сквозь кольцо голодных мертвецов с первого раза удалось разве что Тиму... - А ты - домой, - сквозь зубы скомандовал мужчина замаячившему в периферийном зрении нечеткому пятну, озадаченно замершему и растерянному от столь сурового приема. В поразительной способности лучницы оказываться в неправильно выбранном месте в неправильно выбранное время не сомневался ни один из бойцов, которым, как и градоначальнику, и на секунду отвлекаться от наступающих мертвецов, чтобы узнать, кого именно на рассвете без команды принесло на заграждения, не понадобилось. Впрочем, еще не ступив даже на лестницу, с потрохами выдала себя Хэйли одновременно встревоженным, извиняющимся и почти восторженным "Я выстрелы слышала"... - Умничка, вовремя, - бросил Шуперт. Почти одновременно с крайне невнятным возгласом возмущения охранницы в глазницу бросившегося на Мартинеса мертвеца вонзилась тяжелая стрела, конфискованная у едва успевшей спросонья сообразить, что вообще произошло, лучницы. - В яблочко, - хмыкнул латинос, бросив короткий взгляд на повалившееся к его ногам тело неопределенного пола и возраста, испытывая странную и неуместную необходимость из благодарности хоть как-нибудь, но отметить вполне ожидаемо удачный выстрел подчиненного. - Ага, в глазное, - мрачно добавила девушка, провожая полным тоски взглядом извлекаемую Шупертом из креплений на ее луке стрелу, явно изначально уж точно не рассчитывавшая послужить на стене просто живой подставкой для боеприпасов... Короткий сдавленный вскрик лучницы на секунду показался тише грохота металла протеза по асфальту. Причина неожиданно утраченного равновесия торжествующе взревела и, не ослабляя хватки костлявых и узловатых, изъеденных разложением пальцев на щиколотке однорукого, подтянулась на локте свободной руки вперед, сдирая о дорогу сморщенную кожу и не чувствуя боли, волоча за собой остатки до кости обгрызенного нынешними мертвыми собратьями туловища. - Не дергайся там, - предупредил Шуперт, натягивая тетиву, но не решаясь ее отпустить, пока с одинаковой вероятностью стрела могла вонзиться что в мертвеца, что в Диксона, тщетно пытающегося если не подняться, то хоть этого мертвеца от себя оттолкнуть. - Сам отобьюсь! - Рявкнул однорукий. Уверенности в том, что именно так и получится, здорово прибавилось, когда с режущим слух хрустом тяжелый ботинок все-таки выбил из челюсти воистину мертвой хваткой висящего на Мерле трупа с десяток желтых растрескавшихся костяных пеньков... - Да отъебись ты уже, - выдохнул однорукий, поспешно поднимаясь и отпихивая от себя ослабившего хватку мертвеца, одинаково омерзительно и жалко скалящего обезображенный удачным ударом рот. Несмотря на то, как позорно было упустить из виду уродца, отчаянно цепляющегося за асфальт хищно скрюченными пальцами и тянущего за собой влажно блестящие под слоем дорожной пыли веревки собственного кишечника, в том, как, чтобы помочь подняться на стену, протянул Диксону руку Мартинес насмешки не было. А уж в том, что руку латинос протянул именно левую, при желании можно было увидеть и безмолвное проявление некоторого уважения... - Охренеть, - пробормотала охранница, переводя дыхание так, словно это на ней с полминуты назад повис один неучтенный мертвец... Девушка отступила к краю заграждений, чтобы не мешать охотно бросившим идею не поднимать лишнего шума и не тратить патроны бойцам, видимо, от выброса адреналина в кровь прибегнувшим к огнестрельному оружию без распоряжения на то начальства, и перевела взгляд на потянувшегося за очередной ее стрелой Шуперта. - Да верну я, верну, - поморщился чернокожий, дернув плечом так, будто он и впрямь надеялся этим движением стряхнуть с себя возмущенный и укоризненный взгляд охранницы. - Милая, кстати, пижамка, - хмыкнул Мартинес, уставившийся было на отмалчивающуюся подчиненную в ожидании от той объяснений с самым серьезным видом, но не сумевший долго пребывать в состоянии сурового начальника из-за одновременно домашнего и комично воинственного вида этой самой подчиненной, растрепанной, заспанной и явившейся к посту на главных воротах в ветровке, накинутой прямо поверх пестрящей надписями о ненависти к понедельникам пижаме, но зато с расчехленным луком в руках... Джоди, вновь подступившийся было к лестнице, чтобы все-таки разобраться со штурмующим стену трупом, к которому юноша, похоже, уже успел проникнуться личной неприязнью из-за того, что тот так и не позволил ему рискнуть собственной шкурой за пределами города, заинтересованно оглянулся на поспешно запахнувшую ветровку поплотней лучницу. - Слушай, да ты с ним вообще спишь, что ли? - С кем сплю? - Насторожилась оторвавшаяся от неравного сражения с заевшей молнией на куртке охранница, резко вскинув голову. - Я лук имел в виду, - притворно страдальчески закатил глаза разведчик. - Ну, что спишь ты в обнимку с луком, - повторил латинос, медленно и четко, чтобы им сказанное точно уложилось в затуманенной остатками дремоты голове лучницы. Хэйли фыркнула и, вдруг вспомнив о том, что она, собственно, провинилась, пусть и вовремя обеспечив Шуперта стрелами, но все-таки явившись на стену тогда, когда должна была бы мирно спать дома, быстро опустила глаза и не среагировала даже на то, что лучник снова не глядя конфисковал у нее стрелу. - Дальше должно быть легче, - сообщил Губернатор, опуская пистолет и отступая к краю стены, когда окончательно удостоверился в том, что и без его помощи бойцы ценой пары-тройки часов спокойного сна горожан все-таки смогут сдержать и отбить наступление мертвецов, не подпускаемых больше к воротам и на десяток шагов. - И сейчас - и вообще... Милтон думает, что зимой они должны стать медлительней, - секунду подумав, добавил градоначальник, улыбнувшись краем рта, тепло и словно искренне извиняясь разом и за неожиданно рискованные меры по обороне подвластного ему города, и за нелепо оптимистичные прогнозы ученого. - До зимы дохрена еще, - поморщился однорукий, сплюнув сквозь зубы точно в покрытую клочьями свалявшегося и пепельно-серого от пыли скальпа макушку так подпортившего ему утро ходячего, пусть и положенного уже выпущенной Шупертом стрелой. - Все мы уже смогли и дольше протянуть с тех пор, как все это началось, - пожал плечами Губернатор, бегло оглядывая улицы города в ожидании хоть каких-нибудь признаков того, что шум встревожил мирных жителей настолько, что те вот-вот соберутся с силами, вылезут из постелей и плечом к плечу пойдут паниковать... Решив, что справедливого разноса ей устраивать никто не собирается, и свою вину она с лихвой искупила несколькими предоставленными Шуперту стрелами, охранница все-таки отважилась оторваться от созерцания собственных наспех кое-как зашнурованных кроссовок и уважительно кивнула спускающемуся со стены градоначальнику, словно у того и на спине глаза были. - Слушай, - осторожно начала охранница, терпеливо выждав, пока главнюк спустится со стены, и переведя взгляд на однорукого, брезгливо стирающего с закрепленного на протезе лезвия потеки холодной крови собственной рубашкой, - а ты, наверное, на металлодетекторах раньше всегда звенел, да? - Вот эта хрень, - сквозь зубы процедил Диксон, кивнув на скрытое слоем металла увечье, - у меня не всегда была, чтоб ты знала... - А я вот вообще ни разу не про это, - подавившись рвущимся наружу смешком, поспешно мотнула головой девушка. Мартинес прищурился, оценивая расстояние до ковыляющего к стене грузного трупа, и, найдя его достаточным для того, чтобы от выцеливания уродливой одутловатой физиономии, заметно тронутой разложением и частично кем-то обглоданной, можно было отвлечься, быстро обернулся. - Если ты стесняешься сказать "стальные яйца", то я сделал это за тебя, - хохотнул латинос. - Спасибо, блин, - буркнула лучница, в приступе раздражения слишком уж острым на язык и не в меру прозорливым начальством едва не под нос сунув стрелу снова потянувшемуся было к креплению на ее луке Шуперту. Может, самостоятельно подставиться и самостоятельно же отбиться и впрямь считалось чем-то из ряда вон выходящим там, где всегда было кому прикрыть спину... ________________ 'В смысле и те и другие - братья. Так, во избежание недопонимашек...