Случайная улыбка

В комнате было холодно, отчего у Бэкхёна по коже побежали мурашки, разве что пар изо рта не шёл. Кажется, они особо не беспокоились о стерильности, потому что даже не потрудились переодеть его в традиционную больничную одежду. Несмотря на холод, у Бэкхёна застыли бисеринки пота на висках: задача затащить его в эту комнату оказалась сложнее, чем думали остальные. Бэк не особо волновался из-за присутствия огромного амбала, который мог вырубить его одним ударом. Он пинался, кусался, размахивая небольшими кулаками, и попадал ими по всему, что двигалось. И его миниатюрность едва ли не впервые давала преимущество: он пару раз умудрился увернуться от огромного кулака и почти сумел проскользнуть мимо него, но был схвачен за шиворот своим отцом. Тот притянул упирающегося Бэкхёна к себе и прошипел на ухо: – Хватит играться, иди вперёд! Ты обречён, так смирись и дай людям сделать то, за что им платят на жизнь! Это слова, наоборот, подействовали на Бэка ещё более бурно. У парня словно открылось второе дыхание, и он со злостью двинул ногой назад, как раз попадая мужчине по правой ноге. Бэкхён помнил, что у отца не раз была вывихнута или пробита коленная чашечка, и от сильных ударов она начинала ныть. Память Бэка не подвела: мужчина побагровел, стиснув зубы от боли, но, к великому сожалению Бэкхёна, он не выпустил его. И всё же, Бэкхён выиграл немного времени, вместо десяти минут его тащили чуть ли не все полчаса, и Бэкхён мысленно ликовал. Сейчас каждая минута была на вес золота, и Бэк верил, что его спасут. Он ведь ещё в машине на внутренней стороне ворота свитера обнаружил приклеенную к бирке маленькую, с половину ногтя, пластинку из металла, изредка переливающуюся красными бликами электронного заряда. И Бэкхён точно знал, что раньше её не было. Женщина в белом халате и маске обернулась к Бэкхёну. Её живые глаза осмотрели парня из-за стёкол небольших очков. Отпустив проводок капельницы, она полностью повернулась к нему, поправляя маску, подтягивая её повыше к переносице. – Разве вы не будете его переодевать? – она словно прочитала его мысли. Мистер Бён качнул головой. – Нет времени. Возможность, что его дружки попытаются его найти – велика. – Я не начну его оперировать, пока вы не поменяете на нём одежду. Если эта вся бактериальная армия, что сейчас на его вещах, попадёт на органы, то вам же самим будет хуже, вы не получите, а только потеряете от этого. – Я и сам врач, вы не смеете… – едва ли не брызжа слюной, прошипел мужчина. Но женщина лишь нахмурилась и загородила собой путь к операционному столу. – Здесь я хирург, а не вы, так что молчите и выполняйте то, что вам говорят, – чётко проговорила она и впихнула в руки ошарашенного и испуганного Бэка стопку светло-голубой одежды, – немедленно переоденьте его. Бэкхёну казалось, что над ним смеются. Все в этом помещении прекрасно знали, что исход определён, но всё выглядело так, будто это обычная запланированная операция, и Бэк очнётся через несколько часов. Мистер Бён шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы, а после грубо толкнул Бэка обратно в сторону каморки. Ничего не понимающий Бэкхён даже не смел воспротивиться. – Быстро переоделся. Не выйдешь через три минуты – я сам зайду и переодену, – пригрозил мужчина и громко захлопнул дверь. Решив про себя, что это лишние спасительные минуты, в свете тусклой лампы Бэкхён начал переодеваться. Потянувшись к больничной рубашке, он приподнял её, краем глаза замечая, что на пол упал обрывок листа бумаги. Машинально, Бэкхён нагнулся и приблизил клочок к глазам. Прочитав то, что на нём было написано, он помотал головой, после ещё раз перечитал, и поспешно изорвал в мелкие кусочки. Написанное никак не укладывалось в голове, и он лишь мысленно вопил: «Нет, нет, не может быть!». А перед глазами замерли всего лишь несколько слов. «Всё будет хорошо. Бён Соын». Соын… Бэкхён сжал кулаки – это имя его матери. Чанёль ударил по тормозам, останавливаясь около заброшенного здания завода, обнесённое проволочным забором. Ещё раз взглянув на экран телефона, он уверенно кивнул. – Это здесь. – Что будем делать? – взволнованно прошептал Лухан, прижимаясь к плечу Сехуна. Чанёль хмурил брови. В дороге он получил сообщение от Кая: они с Кенсу уже с нарядом милиции ехали туда, куда Чанёль им сказал. Но просто оставаться здесь было нельзя: каждая потраченная впустую минута драгоценна для жизни Бэкхёна. – Значит так, – Чанёль посмотрел на Сехуна и жмущегося к нему Лухана, – вы вдвоём остаётесь здесь, и будете ждать нас, – он вскинул ладонь, пресекая попытку Се воспротивиться. – Нужно, чтобы кто-то остался снаружи, присмотрел за машиной и дождался Кая. Вы покажете им, куда мы зашли. Сухо, Чен, а вы со мной, – Чанёль уже развернулся в сторону дверцы машины, протягивая руку, чтобы открыть её, как вдруг ему в бок ткнулось что-то небольшое и прохладное. Опустив глаза, парень обнаружил дуло пистолета, прижимающееся к его рёбрам. Подняв голову, он выразительно посмотрел на спокойного Чена. – Извини, Чанёль, но твой план немного меняется. Вы остаётесь в машине, – проговорил парень и, не опуская пистолет, медленно открыл дверцу. Чанёль только дождался одного момента, чтобы выскочить из машины и хорошенько дать Чонде по лицу, как вдруг рядом раздался ещё один звук взведённого курка. – Чанёль, ты, правда, останешься в машине. Я лично прослежу, – с нотками сожаления в голосе, проговорил Сухо, целясь в висок Паку, а другую пушку наставляя на ошарашенных Лухана и Сехуна. Кивнув, Чонде захлопнул за собой дверцу, и сразу же сорвался на бег, удаляясь от автомобиля, и уже через несколько минут скрываясь в заброшенном здании. Лухан смотрел то вслед убегающему Чену, то вновь переводил взгляд на целящегося в них Сухо, не опускающего рук, и который не говорил на слова, так сжав зубы, что на его лице то и дело играли желваки. Лу боялся посмотреть на Чанёля, потому что даже не смел представить, сколько ненависти сейчас в его глазах, или же, наоборот, проявляющееся клеймо преданного. Наконец, он решился и слегка повернул голову в сторону Пака, и мысленно поблагодарил небо: Чанёль смотрел сейчас на свои руки. – Я не ожидал, Чунмён. После стольких лет дружбы и взаимодоверия, – проговорил он. Сухо поджал губы, продолжая целиться в парней. – Дружба не окончена, Чанёль. Ты просто должен мне довериться, как и раньше. Чанёль бросил на пистолет насмешливый взгляд, негромко хмыкая, и после указал на дуло: – Ты же не сможешь выстрелить. Сухо, я знаю тебя, ты не сможешь меня убить. Сухо упрямо мотнул головой, не отрывая взгляда от Пака. Его руки слегка подрагивали от напряжения. – Мне не нужно тебя убивать. Только задержать, чтобы ты не влез в неприятности. В крайнем случае, я всё же смогу прострелить тебе ногу. Сухо был настроен более, чем решительно, хотя его волнение проявлялось и в нескольких каплях пота на висках, дёргающемуся вверх-вниз кадыку, бегающим глазам. Так долго продолжаться не могло. Чанёль должен попасть к Бэкхёну любым способом. И, кажется, не один он так думал. Краем глаза Пак уловил движение на заднем сиденье: Лу, на мгновение округлив глаза, уставившись на него, внезапно потянулся вниз, привлекая внимание Сухо. Тот резко опустил одну руку с пистолетом на него, на секунду отводя взгляд от Чанёля. Парень среагировал мгновенно: перетянувшись через спинку сидения, он резко выбил оружие, направленное на него, а Сехун оттолкнул вторую руку от них с Луханом, и как раз вовремя: нервный Чунмён спустил курок. Пуля врезалась в заднее стекло машины, пробивая его навылет, и стекло с характерным хрустом начало распадаться кусками. – Лухан! – только успел выкрикнуть Се, прежде чем на ладонях, предплечьях и локтях Лу стали расплываться кровавые пятна, который поднял руки, защищаясь от стекла. Оттеснив парня к передним сидениям, Сехун накинулся на Сухо. Его кулак точно врезался Чунмёну в скулу. От удара, голова Сухо дёрнулась, и он виском врезался в край острого, обтянутого кожей сидения. Перед глазами поплыло, и замешательства парня хватило, чтобы Чанёль успел выскочить на улицу, и кинуться к заброшенному зданию, на ходу выкрикивая: – Скрутите его! Сухо, очухавшись, попытался вырваться и догнать бывшего друга, но Сехун уверенно скрутил ему руки за спиной, обмотав удачно найденным шнуром, и с помощью Лухана, запихал в багажник. Чунмён что-то попытался им объяснить, что они ничего не понимают и не знают, но Сехун лишь уверенно опустил крышку багажника. Бэкхён вышел из каморки совершенно спокойно, потому что решился слепо довериться записке. Он знал, что всё это мог быть обман, ведь не только он знал имя своей матери. Но другого выхода он не имел. Отец лишь подозрительно покосился на него, но ничего не сказал, лишь толкнул его в спину, словно говоря поторапливаться. Бэкхён старался особо не спешить, но и не медлил, чтобы не выводить из себя и без того неуравновешенного мужчину. В больничной одежде было холодно, и он с сожалением вспомнил об оставленном в каморке тёплом свитере и зимних прочных джинсах. По коже бегали ледяные мурашки, хотя Бэкхён знал, что это не только от холода. Его вновь втолкнули в операционную. – Готов. Начинайте быстрей. Бэкхён огляделся. В комнате были только та самая женщина, два парня-помощника, он сам и его отец с огромным амбалом за спиной – А где же вся охрана? Неужели я стою только этого медведя? – бесстрашно указал на плечистого детину Бэк. Тот нахмурился, но ничего не сказал, считая, что последние минуты парня уже сочтены. – Около десятка человек находятся на этом и нижнем коридорах. Так что не переживай, твои внутренности охраняются надёжно, – хмыкнул один из помощников, после чего незамедлительно получил тычок в бок от второго. Бэкхён постарался не показывать своё волнение, но колени начинали предательски дрожать. – Последний вопрос, – он слегка повернулся к отцу. – Я бы мог тебе вернуть все деньги, даже больше, я бы нашёл. Почему ты не сделаешь так, как проще? – Потому что я хочу отомстить тебе, – буквально выплюнул слова мистер Бён. – У вас есть не больше часа, потому что… – голос отца Бэка прервался неожиданными выстрелами. Охранник крупно вздрогнул и побежал в сторону лестницы, что вела на первый этаж. Лицо мистера Бёна вытянулось. Он схватил Бэкхёна за шиворот и подтащил к операционному столу прежде, чем тот понял, что происходит, и начал активно вырываться. – Держите его! Привязывайте руки! – скомандовала женщина, и внутри Бэка погасла последняя искра надежды. Значит, всё неправда. Это был обман, и записка, и задержка времени. Из уголков глаз скатились злые слёзы. – Отпустите меня! Я не хочу! – Бэкхён ревел в голос, когда его за руки и ноги привязывали к краям операционного стола. Он изгибался, дёргался, но в один момент господин Бён просто навалился на него, удерживая на ровной поверхности. – Прощай, щенок, – прошипел он сквозь зубы, гадко ухмыляясь, а Бэкхён, сощурившись, метко плюнул ему в его злобную гримасу, за что получил пощёчину, которая украсила его мокрое от слёз лицо. Он больше не мог сопротивляться. Руку на секунду прошило болью: один из помощников загнал ему иглу капельницы в вену слишком глубоко и резко. Из коридора раздались новые звуки выстрелов, из-за чего отец Бэка подбежал к двери, осторожно выглядывая наружу. Холодная жидкость тем временем уже вливалась в руку Бэкхёна, подхватываемая кровью и разносящаяся по сосудам. Голова кружилась, и Бэкхён медленно падал в забытье. Он успел ощутить пронизывающую адскую боль, которая вырвалась диким криком из его горла. Из-под тонкого лезвия скальпеля расходилась в стороны бледная кожа и мышцы, и перед тем, как отключиться, парень увидел, как женщина тайком достала из-под белоснежного халата серебристый пистолет. – Твою мать, – прошипел Чонде, когда пуля раздробила часть стены, и осколок оцарапал ему скулу. За несколько минут он успел подстрелить двоих, и в рукопашную вырубить ещё троих. Да уж, охрана у них так себе, раз он уже углубился на полкоридора к внутренней лестнице. Конечно, и сам Чен не из новичков, его жизнь с малолетства была связана с драками – бедные и бандитские районы Китая играли решающую роль в формировании парня. Там же его нашёл ещё живой тогда отец Исина, когда Чен со своей бандой пытался обокрасть один из его магазинов. Именно благодаря своему детству, Чонде сейчас вырубил очередного охранника, ногой выбивая пистолет и метко ударяя локтём прямо в кадык. Мужчина схватился за горло, выпучивая глаза и задыхаясь, а Чен завершающим движением разбил его нос о своё колено, откидывая безвольное тело в сторону. Он был уверен, что прорваться до Бэкхёна не составит большого труда, но… – Сука, стой! – над головой Чонде пролетела пуля, срикошетившая о железную трубу. Чонде мгновенно среагировал, прячась за тумбочку и выглядывая, замечая противника. Разъярённый Чанёль нёсся вслед за ним, в руке у него был один из пистолетов охраны. Чен только мысленно поблагодарил, что остальные только спускаются вниз по лестнице, и у них есть лишняя минута на выяснение отношений. – Чанёль, давай… – его перебила новая пуля, на этот раз едва не зацепившая ухо. – Предатель, ты просто продажная шестёрка, грёбаный шпион, – шипел Чанёль, в открытую приближаясь и перезаряжая пистолет. Чонде быстро оглянулся на лестницу, где уже показались подошвы чужих ботинок, и чертыхнувшись, резко подался вперёд, сбивая Чанёля с ног и вовремя прячась за стоявшую у стены каталку, уворачиваясь от пуль. Чанёль, сжав зубы, больно пнул его по ногам, пытаясь перевернуть, вцепившись в его куртку, но Чен резко приложил его затылком о стену, зло шипя: – Идиот, ну зачем ты полез? Я бы сделал всё без тебя! Чонде резко выглянул из-за каталки, сразу же прячась, прижимая пистолет к груди, и после снова обернулся, вытягивая руку вперёд и делая пару выстрелов, сопровождающихся характерным звуком падающих тел. Чанёль, кажется, медленно сходил с ума, потому что происходящее никак не хотело укладываться в его голове. Он не мог назвать это чем-то разумным, и он наверняка продолжил бы пинать Чонде и всячески вырываться, если бы с верхнего этажа не раздался такой знакомый голос, искажённый в крике. – Бэкхён! – Чанёль даже не думал, что бежит прямо под пули, а Чонде просто не успел его остановить: его пальцы лишь скользнули по краю воротника рубашки Пака и, спустя мгновение, схватили воздух. Чанёля спасла лишь случайность: он выскочил слишком резко и близко к одному из охранников, из-за чего привёл всех на пару секунд в замешательство. Но этого хватило, чтобы Чанёль вырубил того самого охранника ударом с локтя в нос, перехватывая его прежде, чем бесчувственный мужчина осядет на пол и держа перед собой, как средство защиты. Да, это было жестоко – прикрываться чужим телом, но у Чанёля больше не было времени. И вовремя, потому что в следующий миг плечо пронзила боль, из-за чего парень вскрикнул, едва не выпустив "защиту" из рук. Это была пущенная в него пуля одним из мужчин, и если бы он не отклонился, удерживая тяжёлое тело в руках, то та могла бы пробить его лёгкое. – Сумасшедший, ты что творишь?! – голос Чена хрипел, и непонятно от чего больше: от страха, ярости или слишком высоких нот в этом крике. Он замешкался ровно настолько же, насколько и остальные охранники, и его пробудил от оцепенения лишь вскрик боли. Вскочив на ноги, он незамедлительно выстрелил в ещё одного мужчину, который направлял пистолет на кривящегося Пака. – Мне не нужна твоя помощь, – прошипел Чанёль прежде, чем содрогнулся: в мужчину, что он держал для прикрытия, вонзилась пуля, немного ниже ключицы, где и застряла, а выстреливший охранник лишь коротко чертыхнулся. Чонде оттолкнул Пака ближе к лестнице, заводя руку за спину и нажимая на курок на мгновения раньше, чем это сделал противник. Подцепив ногой пистолет с пола, он перебросил его Паку, после быстро мотнул головой. – Вали уже наверх, придурок, пока я их задерживаю, ну! – его на несколько секунд прижало к стене от удара стального шарика, который попал ему в тазовую кость. Выхватив бессознательного человека из рук Чанёля, он вновь кивнул в сторону лестницы. Чанёль колебался лишь пару секунд, после резко подорвался с места, сгибаясь вдвое, когда пуля просвистела в десятке сантиметров над головой. Ему вся эта ситуация казалась абсурдной, но он не хотел сейчас о ней думать, он сделает это потом, когда Бэкхён будет в безопасности. В коридоре второго этажа никого не было. Живого. Несколько человек лежали на полу в неестественных позах. Когда Чанёль прошёл слишком быстро около одного из них, то под ботинком неприятно хлюпнуло, а после следующего шага на плитке остался насыщенный красный след. Запоздало, в нос ударил запах крови, и голова закружилась. Паку не нравились лежащие тела и эта тишина, прерываемая лишь редкими выстрелами с первого этажа. Он знал, что Чонде выберется из перестрелки живым, и больше даже не думал о нём. Первая дверь на пути была приоткрыта, и Чанёль, сжимая в руках оружие, быстро заглянул внутрь. Это была маленькая каморка со скрипучей кроватью и небольшой кучкой ткани на ней. Подойдя ближе, парень узнал свитер Бэкхёна. Операционная была пуста. Так показалось Чанёлю вначале, после чего он заметил одиноко лежащее тело мужчины в годах. Небрежно, Чанёль повернул его голову ногой. Он сразу понял, кто это, пусть и общих черт было мало. Глаза мужчины были слегка прикрыты, точнее, один. Из второй глазницы струйкой вытекала кровь. Та же красная жидкость покрывала почти всю поверхность операционного стола, подсвечиваемого большой лампой. Бэкхён исчез.