Лёд

      Драко поморщился, проснувшись от ощутимого толчка под рёбра. Он попытался подняться, но что-то придавило его левую руку. Разомкнув наконец глаза, он увидел перед собой Грейнджер. Вернее, её затылок. Сама же девушка беспокойно металась в его объятиях, слегка постанывая. И это были отнюдь не стоны наслаждения.       — Эй, Грейнджер, — позвал её Драко, легонько тронув за плечо.       Гермиона ещё больше завозилась и повернулась так, что теперь Малфою стало видно её лицо. Сведённые вместе брови и чуть приоткрытый рот из-за сбившегося дыхания, а также лоб, усыпанный холодной испариной — всё это напомнило о той ночи, когда он впервые разбудил её от кошмара.       Драко поднёс руку к её лицу, чтобы убрать прилипшие к щеке волосы, и заметил несколько ожогов на своём теле. Картинка минувшего вечера пронеслась у него перед глазами. Сработало! Это действительно сработало! Внутри него всё ликовало. Ещё бы, ведь едва теплившаяся надежда обретала теперь чёткие очертания.       «Моё лекарство» — с благоговением подумал Драко, смотря на Грейнджер. Он аккуратно убрал влажные волосы с её лица и приподнялся на локоть. С губ Гермионы сорвалось едва различимое «нет», и она вновь заметалась по дивану.       — Тшш, это просто сон, — шепнул Драко, проведя несколько раз большим пальцем по её щеке.       Он прикрыл глаза и сосредоточился на девушке перед собой, проникая в её сознание. При должном усилии можно очистить разум человека от кошмара так же, как стереть его воспоминание. Этому виду легилименции обучила его Нарциссы несколько лет назад, но на практике Малфою ещё ни разу проверять не доводилось.       Без особого труда войдя в её сознание, Малфой почувствовал неприятный холодок вдоль позвоночника. Вокруг него витал туман, а где-то вдалеке послышался девичий крик. Внутри сна Грейнджер стало как-то не по себе. И вовсе не от того, что это был кошмар, горький осадок которого неприятно чувствовался даже на кончике языка, а из-за странного ощущения. Будто кроме них с Гермионой здесь был кто-то ещё.       Драко поборол внутреннюю дрожь и сконцентрировал своё внимание на том, что его окружало. Представил, будто перед ним находится испачканный холст, который нужно очистить. Мазок за мазком, он стирал мрачный морок, оставляя пространство вокруг себя кристально-белым. Потом вообразил их с Грейнджер гостиную, зажжённый камин и книги, разбросанные по полу. Подумав, добавил блюдце с клубникой в шоколаде. Когда он открыл глаза, всё ещё находясь внутри чужого сознания, он увидел мирно сидящую на ковре Грейнджер с книгой в руке.       Вернувшись в реальность, Драко осторожно поднялся с дивана, чтобы не разбудить гриффиндорку, на лице которой только-только отобразилось спокойствие. Часы на камине показывали начало шестого. Слишком мало оставалось времени, чтобы обдумать всё, что произошло накануне. Малфой в последний раз взглянул на Грейнджер и направился в сторону портрета, игнорируя внутреннюю потребность принять душ.       Спустя два часа Драко удалось перехватить Блейза по пути в Большой зал. Увидев друга, мулат удивлённо вскинул брови.       — Выглядишь помятым, — констатировал он.       — Знаю, — ответил Малфой, нервно запустив руку в волосы, от чего хаос на голове стал ещё более беспорядочным.       Они завернули за угол и остановились у ниши, скрытой от посторонних глаз.       Малфой открыл рот, но так ничего и не сказал. Посмотрел в окно, запустил руку и шумно выдохнул. Блейз следил за странным поведением друга и гадал, что же произошло. Ведь Драко был не из любителей напустить туману, лишь бы подольше потянуть интригу.       — Что-то случилось? — настороженно спросил Забини. Он уже морально готовился к тому, что сейчас, как минимум, придётся прятать чей-то хладный труп.       — Ты был прав, — Драко кинул беглый взгляд на друга и снова уставился в окно.       — Да, я всегда оказываюсь прав, но можно больше конкретики? — задал вопрос Забини, теряя терпение. Нервное состояние Малфоя постепенно передавалось и ему.       — По поводу моей личной панацеи.       Драко сказал это настолько бегло и тихо, что Забини вконец разозлился, ничего не разобрав.       — Твоей, что? — переспросил он.       — Панацеи, — более чётко сказал Малфой.       Блейзу потребовалась секунда, чтобы осмыслить сказанное. Он схватил Малфоя за плечи, развернул к себе и пытливо всмотрелся в его лицо, переживая, что мог неправильно понять друга.       — Ты ведь о Грейнджер, да?       — Да, — Малфой кивнул, сбросив с себя руки мулата. — Мы провели что-то вроде эксперимента. И это сработало.       — Салазар меня дери! — счастливо воскликнул Забини. — Это же отличные новости! Так почему ты такой? Неужели она отказалась тебе помочь?       — Нет, дело не в этом. Просто… я не верил в это, понимаешь? Я вроде как уже смирился с мыслью, что стану затворником на всю оставшуюся жизнь после выпуска. И теперь, когда появился реальный шанс…       — Боишься, что это не сработает? — продолжил за него Блейз.       — Да, не хочу питать иллюзии. Проснувшись сегодня утром, я обрадовался, но чем больше проходит времени, тем больше появляется сомнений. Как будто я ошибся. Как будто вчера было долбаное исключение, — разбито закончил Драко.       Блейз задумался. В нём по-прежнему было больше оптимизма и уверенности насчёт Грейнджер. Поэтому сейчас единственное, что нужно было сделать, — это доказать. Себе и, прежде всего, Драко, что он был прав.       — Раз ты до сих пор не убедился, что святая Грейнджер в силах спасти тебя, то мы устроим ещё одну проверку. На этот раз под моим контролем, — хитро улыбнулся Блейз.       — Сомневаюсь, что она снова согласится кидать в меня жалящие.       — Ты серьёзно заставил делать её это? — с издёвкой поинтересовался Забини.       Драко сердито посмотрел на него, но промолчал, давая другу вдоволь насладиться сложившейся ситуацией.       — А я ведь всегда считал тебя более изобретательным, — сказал Блейз, закончив смеяться. — Видимо, вся твоя изобретательность заканчивается в пределах постели.       — Да хорош уже. У тебя есть идеи получше?       — Ничего особенного. Просто веди себя как обычно, а я обо всём позабочусь.       — Отменный план, Блейз. Просто блеск, — с иронией протянул Драко.       Забини ничего не ответил, только ободряюще улыбнулся и кивнул в сторону Большого зала, намекая, что им пора на завтрак. Он был уверен в себе и своём плане, который так и не был озвучен.       ***       Солнечный луч упал на каштановый локон, преобразовав его в более насыщенный цвет с медным отблеском. Живоглот опустил лапу на мягкие волосы, играя с бликами. Когда ему надоело забавляться подобным образом, он решил, что его хозяйка достаточно выспалась, а он сам больше не намерен более терпеть мучавший его голод. Переместив лапу на лицо, он легонько нажал на девичий лоб, после чего для пущего эффекта уткнулся влажным носом в её щёку.       Сонной Гермионе понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться и понять, почему она проснулась в гостиной под чужой мантией. Воспоминание о том, что нынешнюю ночь она провела в объятиях Драко, быстро прогнало остатки сна. Посмотрев на часы, Гермиона вскочила с дивана, взяла на руки недовольного питомца и ринулась к себе в комнату.       — Прости, Живоглот, что забыла покормить тебя вчера вечером. Сегодня к твоему рациону добавлю вкусняшку. Ладно? — примирительно спросила она.       Гермиона насыпала корм и помчалась в душ. Завтрак она уже пропустила, но ещё был шанс не опоздать на первую лекцию. Вся эта утренняя суета отвлекала её от мыслей о Малфое, но только до тех пор, пока Грейнджер не столкнулась с ним лицом к лицу.       Слизеринцы заходили в кабинет зельеварения, а Драко с Забини замыкали их цепочку. Проклиная сдвоенную с змеиным факультетом пару, Гермиона хотела пропустить всех и зайти в аудиторию последней, но Блейз остановился перед самым входом. Он улыбнулся и сделал шуточный поклон, отведя одну руку в сторону двери.       — Дамы вперёд, — сказал мулат.       Гермиона покосилась на Драко, но успела заметить лишь мелькнувшие белки его закатанных глаз. Быстро отведя взгляд и прошмыгнув в кабинет, она сказала тихое «спасибо», не зная, как реагировать на не типичную для представителей их факультета вежливость.       — Ты почти опоздала, — прошептал Гарри, когда вслед за Гермионой в аудиторию зашли слизеринцы вместе с профессором Снейпом. — И на завтраке тебя не было.       — Неужели проспала? — округлил глаза Рон, уступая ей место рядом с собой.       — Ага, поздно легла вчера, — отмахнулась Гермиона.       — На тебя не похоже…       — Мистер Уизли, если вам так не терпится поговорить с мисс Грейнджер, то извольте покинуть мой кабинет, захватив с собой подружку, — ядовито сказал Снейп.       Рон недовольно запыхтел и принялся копошиться в своей сумке. Гермиона только сейчас смогла перевести дыхание. Всю дорогу до подземелий она бежала, чтобы успеть вовремя.       В аудитории воцарилась тишина, когда профессор Снейп начал объяснять новую тему. Грейнджер хватило одного взгляда на расписанную доску, чтобы понять, что всю эту информацию она уже знает. Подавив разочарованный вздох, она сама не заметила, как её мысли вновь обратились к Драко. Ещё вчера он крепко обнимал её, а сегодня утром ушёл, даже ничего не объяснив и не разбудив. Конечно, она даже и не рассчитывала на последнее, засыпая вчера вечером, но всё же… Однако больше всего Гермиону волновало одно, — каким для Малфоя стал результат эксперимента?