Знак бесконечности

      Воздух заполнен затхлым запахом атмосферного давления. Мужчина перевёл глаза в сторону окна. Плывущие облака за ним, неизменно плотные серые и непроглядные, заставили его в очередной раз передёрнуться. Дело было не в страхе. В омерзении.       Он поднял голубые глаза, утыкаясь ими в затылок соседа по работе. Его зовут Марвин. Он уже три месяца в отделе. Хотя здесь, в Комиссии, минуты, часы, дни и недели становятся такими бесполезными маркерами времяисчисления. Само по себе понятие времени, из какой-то святыни и нерушимого предмета поклонения становится просто шуткой. Чёрной и несмешной. Мужчина потёр глаза. Он переводит взгляд на свою именную табличку и морщится, думая о том, что который день планирует заменить её на новую.       Аромат чрезмерно дорогих, терпких духов щипнул мужчину за нос. Он коснулся фалангой указательного пальца ноздрей, словно блокируя путь запаху к рецепторам. Его глаза медленно поднялись на открытый дверной проём. Мимо него проскользнула женщина с белыми волосами, не так давно пригласившая его на эту должность. — Эй, Диг, — услышал мужчина за спиной. Он откидывается на спинку стула, балансируя на двух задних ножках, не поворачивая головы. — Ты пойдёшь с нами в столовую? Обед через 4 минуты. — шепчет Уоллис. Она, как и многие коллеги Диггори, считала себя его подругой. Диггори же, будучи убеждённым мизантропом, отмахивался от подобного рода людей, как и от остальных людей в целом.       Он вернул стул в обратное положение, не удосуживаясь ответить девушке. — О, прости, ты занят, — тихо шепчет она, натягивая улыбку. — Для тебя — я всегда занят, Молли. — сухо процеживает мужчина, заглаживая тёмные волосы назад. Попытка Уоллис его исправить и назвать своё имя правильно остаётся проигнорированной. Глаза Диггори упирались напряжённым взглядом в пустой лист бумаги воткнутый в печатную машинку.       Хлопок толстой деревянной линейкой по столу оповестил об окончании первой части рабочего дня. Объявленный перерыв пробудил в каждом работнике отдела нечто животное. Они, словно дрессированные псы, поднялись со своих мест и по цепочке выбрались из помещения. Диггори же остался на своём месте, хаотично постукивая по клавиатуре печатной машинки. — Переводишь чернила, — произнесла женщина, оказавшаяся возле стола. Диггори едва заметно вздрогнул. Она несколько раз цокнула, после чего взялась за серебристую табличку. — Мистер Пять… — Меня больше так не зовут. — напряжённо ответил он, глядя на женщину из-под густых бровей. — Да тебя, — она уселась на стул перед ним, закидывая ногу на ногу, — никак не зовут. — женщина состроила несколько недовольную мину, — Диггори. Чем ты вообще думал, когда выбирал это имя? У тебя было такое множество… — Ваше имя, наверняка, куда лучше и звучнее, — саркастично отозвался Диггори, — Куратор. — он сощурился, наблюдая изменения в лице женщины. — Легко прикрываться статусом данным на работе? Забыв о прошлом, о семье, которая была, любви, которая не сохранилась? — чем больше копал Диггори, тем мрачнее становилось лицо Куратора. В какой-то момент она ударила рукой, облачённой в перчатку, по столу. С этим жестом мимика её окаменела. Лицо вновь не выражало ничего, кроме привычного высокомерия.       Куратор поднялась поправляя вуаль перед глазами. Она отряхнула подол платья, словно сидела не на стуле, а на сеновале. Внимательный взгляд Диггори стал её настораживать. — Зачем вы здесь? Явно не напомнить мне про смену таблички, — мужчина уложил локти на стол, приобнимая пальцами печатную машинку. Он боялся услышать, что дело в его работоспособности. Над случаем, что хранился в папке лежащей на его столе, он думал около пяти часов. Ранее, на подобные кейсы, мужчине хватало нескольких минут. — Есть проблема, — Куратор уставила ладони на стол, по бокам от рук брюнета, — и она связана с тобой.       Её голова отклонилась влево. Диггори склонил голову чуть вправо. Он разглядывал сквозь сеть вуали истину в её холодных и бездушных глазах. Безуспешно. Мужчина потёр веки указательным и большим пальцами. — Если честно, у нас нет на это времени, — усмехнулась Куратор прикрыв глаза.       Диггори непонимающе посмотрел на неё, как вдруг услышал вой сирены. Куратор покачала головой, пожимая плечами. На её лице была улыбка, не смотря на возбуждённые крики подчинённых и толпу бегущую по коридору. Она протянула руку в перчатке брюнету, призывая его идти за собой. Не долго думая, Харгривз положил в распахнутую руку серебристую табличку со своим старым именем и поднялся из-за стола.       Он проследовал за Куратором сквозь толпу, нехотя рассасывающуюся под давлением авторитета идущей напролом женщины. Диггори понял, что они направляются в помещение с коммутатором бесконечности. От этой мысли в голове Харгривза начали всплывать самые неприятные догадки по поводу происходящего. Ему приходило в голову, что что-то натворили его братья и сёстры, ведь после их разлуки они так и не виделись, вот уже 9 лет; он думал, что какая-то из его версий могла нарушить баланс временного континуума; в конце концов, мог надвигаться конец света, в чём Диггори, судя по словам Куратора, был повинен. Стараясь сохранять самообладание, Харгривз пробирался сквозь толпу, наблюдая за палитрой сменяющихся эмоций у своих коллег. Кто-то был шокирован, кто-то напуган, некоторые смотрели на Диггори с ненавистью и завистью. Харгривз старался думать именно о них, а не о том, что откроется ему через несколько шагов. Оказавшись в помещении, Диггори не сразу позволил себе его оглядеть. Лёгкий шок сковал его лёгкие. Куратор сделала несколько шагов к одному из мониторов, указав на него ладонью.       Харгривз подошёл к экрану, нервно утирая губы рукавом. Из монитора на него смотрела девушка. Она щурилась, словно осознавала, что за ней следят. Вокруг неё были разбросаны тела людей, куски зданий и обломки уличных фонарей. Диггори свёл брови к переносице. — Знаешь её? — вопросила Куратор с зловещей строгостью. — Нет, — тут же ответил Диггори. Девушка, глядящая на него через монитор, юркнула куда-то вниз, прячась от камеры слежения Комиссии. За её головой скрывалась надпись, выложенная хаотичным паззлом из перечисленных ранее объектов, включая людей.

«Где Пятый?»

Отражалось в напряжённых голубых глазах Диггори. — А она тебя знает, — прошептала куратор прямо на ухо мужчине, провоцируя волну мурашек пробежать по его спине. — Исправь это, — она покрутила пальцем у монитора, — всё это. Или Комиссия избавится от вас обоих. Харгривз сглотнул ком в горле, поправил ворот рубашки и двинулся в сторону выхода. — Пятый, — окликнула его Куратор. Харгривз обернулся, заставляя её усмехнуться. — Ты должен привести её к нам. Живой.       Вышедшего из помещения Диггори встретили разнообразные взгляды. Оставив их за дверью, мужчина надеялся, что больше не наткнётся на них. Проталкивая толпу руками, Харгривз продвигался по коридору, до тех пор, пока не почувствовал, что больше не хочет оставаться в здании Комиссии. Напряжение во всём теле. Покалывание в руках. Гул в голове. Голубое свечение окутало Диггори и вот он исчез из виду.       Мужчина, поправил ворот рубашки, оказавшись в непривычном месте. Он воспринимал перемещения, как проход через плотные шторы. Теперь, когда ему приходилось работать с этим на протяжении нескольких лет, его дар стал для Диггори чем-то насущным. Он управлял силой, словно левой рукой. Легко и непринуждённо. Это и подвигло челнов Комиссии сделать его агентом. В простонародье — киллером.