Принц Слизерина, Сириус Блэк.

       Сириус поспешно затащил чемодан младшего брата под сиденье, делая вид, словно ему совершенно не тяжело. Регулус наблюдал за его движениями своими тёмными глазами так внимательно, что невольно выдал свою гордость: он был не один. У него был брат. И весьма успешный брат, что тут же подтвердили зашедшие в купе слизеринцы, которые ужасно хотели встретиться с главарём их курса. Как только несколько юношей оказались в помещении, за ними сразу закрылась дверь: посвящать кого-либо в дела змеиной элиты никто не собирался. Младший Блэк не смог скрыть удивления, когда мальчики, почти в полтора раза больше самого Сириуса восхищённо затараторили, приветствуя красивого студента. Бросив быстрый взгляд на брата, Регулус запутался окончательно: тот буквально минуту наслаждался своим положением, но, столкнувшись с удивлёнными чёрными глазами, будто опомнился. Лицо его стало грубее, а голос ещё флегматичнее, чем обычно. — Да, действительно, давно не виделись. Что, все в сборе? Грин? Макдуэл? Пиритс? Даже Мальсибер? — Почему «даже»? — слегка задетый данным высказываем юноша поморщился, не решаясь сильнее грубить самому влиятельному второкурснику. Его слова рассмешили старшего Блэка, который откинулся на спинку мягкого дивана, качая головой на места рядом, как бы приглашая собеседников сесть. Грин поддался, чтобы успеть сесть рядом с кумиром, но на это место легко сел Регулус, отчего на тонких губах Сириуса невольно появилась улыбка, которую он даже не попытался скрыть. Его братец тоже не собирался никак унижаться перед слизеринцами, хоть и был младше: рассевшись удобно, братья занимали один из двух диванов, пока другим четверым пришлось садиться напротив всем вместе. — Почему?.. Я думал, что ты опять будешь с… Снейпом, — фамилию неопрятного однокурсника Блэк сказал с максимальным презрением, а потом обернулся на Регулуса, крайне спокойно, с каким-то медленным удовольствием поясняя: — Есть у нас один такой парнишка… Мне кажется, единственное, что ему светит — это всю жизнь просидеть за своими котелками. Если, конечно, он раньше не сдохнет, найдя себе плохих врагов. Все, кроме братьев и Мальсибера, которого пристыдили слова красавца, засмеялись. Младший Блэк сдержанно качнул головой, но общее веселье не поддержал, что ещё больше удивило собравшихся. Конечно, никто из них никак не мог сообразить, кто перед ними находится: юноши были почти не похожи, не считая тёмных волос и глаз. Старший был очень красивым, в меру статным, высоким, с нахальными, гордыми чертами лица. Второй же из них был совсем другим: он не был лишён красоты, но эта красота была несравнима с Сириусом, был очень худым, слегка болезненным и беспристрастным. — Может быть, он станет хорошим зельеваром? — Он шутит, Сириус? — спросил Макдуэл, щурясь, будто надеялся, что ему показалось. Оба Блэка не изменились в лице. — Он водит дружбу с грязнокровками, Рэг, — спокойно отрезал второкурсник, боковым зрением прожигая в брате дырку: — А ты знаешь, к чему это приводит. Регулус невольно дёрнул плечом и качнул головой, показывая, что понял слова брата. Тот удовлетворённо улыбнулся, а потом повернулся к остальным, ловя их удивлённые взгляды. — Вы, кажется, не поняли, кто со мной? Мой младший брат, Регулус. — Рад знакомству, — дежурно улыбнулся младший Блэк, и от улыбки его у собравшихся пошли мурашки: — Но вы не представились. С кем имею честь общаться? В купе на минуту повисла тишина: все переваривали манеру общения первокурсника. От него, как всем показалось, не просто веяло, а сразу несло чистотой крови и аристократизмом. Сириус, который рос в одной семье с новым для всех мальчиком, обладал совершенно иными нормами приличия. — Неужели, вас всех не учили быть вежливыми? — Не злись, братец, — оскалился довольный старший Блэк: — Ты просто их, бедных, смутил. Какой серьезный!        Шляпа, надрывая свое кожаное горло, орала традиционную песню, которую, видимо, опять сочиняла на пару с Дамблдором весь год. Стол Слизерина, увы или к счастью, всегда был будто отделен от этого праздника. Дети, идущие к нему, как один знали свою судьбу. Неожиданных змей тут обычно не было. Раз чистая кровь — то чему удивляться? Глупые крики наследия Годрика, глупые речи детектора обычно не касались слизеринцев. Эти дети прямо чувствовали, что их любили не так, как остальных. Или так только казалось ущемленным детским душам? Почему ущемленным?.. А иначе назвать весь змеиный факультет было невозможно! — Блэк, Регулус! — гаркнула Макгонагалл (и с каким-то восхищением Сириус отметил про себя, что старушка ни разу не постарела за год), пока старший брат внимательно взглянул в ее глаза, и, почти нечаянно, поймал в них лёгкий след учительской педантичности… Или даже снобства? Ах, неужели беспристрастную Минервочку все же смутил младший брат ее огромной занозы в заднице, которой был слизеринский второкурсник? Презабавно! — Слизерин! — заорала шляпа, как показалось большинству, даже не коснувшись края темных волос. Младший Блэк даже не улыбнулся, лишь властно окинул глазами зал. Машинально Сириус сделал тоже самое, и это было страшной его ошибкой. Пробежавшись глазами по всем столам, он наткнулся на темную копну непослушных волос. — Поттер?.. — вырвались из бедных уст нечаянные слова. И сказанные они были с такой дикой для самого мальчика печалью, что старший Блэк схватился за рот. Нет-нет-нет! За прошедший год юноша старался никак не пересекаться со старым, — увы! — уже потерянным для него знакомым, но, кажется, чувства его, а именно — странная, почти болезненная привязанность и симпатия, не утихли. Или, быть может, все дело было в том, что Джеймс Поттер так сильно изменился за лето? Теперь он был ещё худее и чуть выше… И был все так же слегка комичен, но симпатичен. Рядом с ним сидели два мальчика (это при том, что, наверное, половина стола с упоением слушала рассказы кучерявого брюнета. Или, просто ревнивому Сириусу так казалось?), уже знакомые Блэку с прошлого года. Люпин, худой и болезненный, да… Как там его? Ах, да… Пендикю? Педарю? Кто он там? Короче, мелкий мальчишка с толстыми пальцами малюсеньких ручонок. Он смотрел на своего друга с таким упоением, что Блэку стало почти физически мерзко. Хотя… А чем отличается он с его фанатами, которые готовы даже подол мантии за ним носить?        — Добро пожаловать в нашу семью, Рег, — заливисто засмеялся Сириус, когда его брат наконец дошел до стола под зелёными флагами. — Так говоришь, будто мы с тобой до этого были в разных семьях, — усмехнулся первокурсник, перекидывая сначала одну, а затем и вторую ногу через скамейку. — Не привя~язывайся к словам! — с нахальной улыбкой ответил ему старший Блэк и толкнул кулаком в плечо. А сам про себя ответил совершенно иначе.

«Знаешь, иногда мне очень хотелось бы, чтобы мы были в разных семьях.»

       — Б#ять! — Сириус, словно ураган, занесся в комнату к первокурсникам, которые не могли от удивления и страха сказать ни слова. Его прекрасные черные волосы… Вернее, его волосы, которые когда-то были прекрасными и черными, стояли дыбом, а также отливали ярко-розовым оттенком: — Рег! Регулус оторвался от партии в магические шахматы, которую он вел с наименее бесящим его однокурсником, чтобы взглянуть на это чудо, которое приходилось ему старшим братом. — Сразу видно — король Слизерина. — Умник, доставай тетрадки Цисси, — закатил глаза Блэк и двинулся к кровати. Пожав плечами, его брат нырнул в углубление своей тумбочки носом, и достал оттуда стопку аккуратных конспектов: — Ты — душка, Рег! Так и знал, что ты не мог их не взять! Кто бы знал, что своей бесящей дотошностью ты так меня выручишь! С меня конфета. Младший Блэк, сам того не ожидая, почувствовал укол раздражения. И непонятно ему самому было, от чего: может быть дело было в насмешке брата? Сириус мог хотя бы при других не смеяться над ним! — Не волнуйся, Сириус, — ещё более высокомерно, чем обычно, ответил мальчишка, пряча за этим обиду. Он начал листать тетради, в поисках подходящего заклинания: — Я сейчас исправлю сложившееся недоразумение. — Не волнуйся, Рег, — из-под носа первокурсника ловко исчезли записи, которые его братец так дерзко забрал себе: — Я справлюсь. В конце концов, опыта у меня побольше, а ты палочку в руках держишь пару месяцев!       Регулус Блэк был очень сдержанным, приличным и умным мальчиком, у которого был один существенный недостаток, который он даже был готов признать в себе: обидчивость. Слишком немногих этот высокомерный ребёнок считал равными себе, а соответственно — тяжело было найти слова, которые он воспринимал бы всерьёз. Но если человек был в его глазах достаточно авторитетным и говорил ему что-либо обидное — Регулус мог обижаться много лет. И своим поведением его старший брат нечаянно задел его достоинство. Причем ни один, да даже ни два раза! Почти все их встречи в школе заканчивались обидой, которая всё увеличивалась и увеличивалась с каждым разом всё больше. Наглый и насмешливый Сириус, иногда даже на потеху толпе указывая Регу на его «правильные» качества, позабыл, насколько много значат его слова в глазах брата и слизеринцев. И когда в рождество (А Регулус много раз давал понять братцу, сколько значит для него этот праздник) старший Блэк ушёл утром и вернулся лишь под ночь, радостно сообщая: — Ну что, Регулус! Готов праздновать? Я обещал тебе какао с зефиром! Это опоздание… Нет, даже вернее будет отметить — это расставление приоритетов, в котором первокурсник явно проигрывал всем остальным, было последней каплей. Никогда ещё ранее не оставляющий брата одного, Регулус поднялся с тёмно-зеленого кресла и насмешливо, что он перенял от самого Сириуса, поклонился. — Я очень хочу спать, Сир… Давай в следующем году? И обида его пролегла сильнейшей бороздой после того, как Сириус и не попытался его остановить. — Эх, маленький ты ещё! Рано спать идёшь. Ну, хорошо! Спокойной ночи!       Сириус задыхался от возмущения, когда третий раз за день услышал одни и те же слова: «Представляешь себе, твой брат, кажется, решил наконец расставить приоритеты». Может быть, дело в том, что каждый раз эти слова звучали с разным смыслом? Но их объединяло одно… «Доброе утро! Представляешь, наконец твой брат решил расставить приоритеты. Что я имею в виду? Ах, видео его сегодня у библиотеки со Снейпом. Должно быть, он выщелкнул, что есть те, на кого можно повешать выполнение домашнего задания. Растет, умница!»       После этих слов Сириус напрягся, но ещё слишком слабо, чтобы даже самому оценить это напряжение. Он слишком хорошо знал Рега: стал бы ли тот заставлять делать за себя домашнее задание? А ведь в начальной школе кроме, как оценками, нечем и хвастаться! Да и Регулус не такой… Или такой? Старший Блэк, который почти целый год был слеп к брату, неожиданно понял, что почти ничего о нем теперешнем не знает. «Блэк, представь себе, я сегодня наконец понял, чем вы с братом так не схожи! Чем? Так приоритетами, дружище. Ты свои знаешь… А приоритеты малютки Регулуса только и только появляются. Сегодня вот, понимаешь ли, я видел его со Снейпом. У библиотеки? Нет-нет! В библиотеке! Они сидели над какими-то тетрадками. Знаешь, Блэк, он у тебя далеко по учебе пойдет. И явно этого хочет, если попросил о помощи Северуса!»       Это походило на чью-то несмешную шутку. И почему весь Слизерин сразу же обратил на это такое внимание?! Сириус пытался не злиться. Подумаешь, попросил помощи у этого!.. Бывает. Может быть, и неплохо, что младший братец начал учиться? Обскачет программу и будет делать домашку за двоих… Эта мысль на минуту развеселила брюнета. «Слушай, Сириус… Я ни на что не намекаю, но… Но ты разговаривал со своим младшим братом? Ах, как не понимаешь, о чём я?» На этом месте был отвратительный, вызывающий сильную дрожь, учтивый смех. «Твой братишка, что-то мне подсказывает, расставил приоритеты. И совсем не так, как тебе хотелось бы. Или я просто не заметил, как ты подружился с нашим милым любителем гриффиндорок, а вернее — гриффиндорки… Нет, уж лучше поговори с ним! А то потеряешь его. Правда. а настолько ли он тебе нужен…»