Незваный гость

      Нирд жил во тьме дольше, чем кто-либо мог себе представить. Идеальный хищник, безупречный и немногословный, он скользил по коридорам Райлин-ридж в надежде найти хоть что-нибудь или кого-нибудь, кто мог бы скрасить часы бесконечной скуки. Все его бытие в последние три или четыре столетия разбивалось о непреодолимое чувство усталости и нежелания заниматься тем, чем он всегда наслаждался раньше.       Вкус вина потерял прежнюю привлекательность, женское податливое тело больше ничем не могло его удивить. Он перепробовал столь многих, что они постепенно слились в его сознании в одно единое существо, этакого «крысиного короля». Многоликий, жаждущий страстных объятий монстр вставал перед глазами всякий раз, когда его дети приводили на пробу очередную безмозглую жертву. Они все плакали и умоляли отпустить их домой, пока его природные чары не брали вверх над простоватыми умами и не подчиняли их его желаниям.       Нирд больше не знал, чем забить чувство опустошенности. Он перечитал коллекцию книг, собирать которые начал еще будучи очень молодым юношей. Он купил новую мебель и попробовал устроить перестановку: занятие очень скоро ему надоело, и он бросил затеянное на полпути. Конечно, его дети поспособствовали частичному завершению проекта, но он видел, что им тоже постепенно становится невыносимо жить в громадном, пустом и холодном замке в самом низу долины Каррох. Скука была той единственной болезнью, от которой не мог защитить совершенный иммунитет. Не было и способов бороться с проклятьем души. За тысячелетие бессмертия Нирд сделал все и даже больше, чем планировал изначально. Он начинал понимать высших: они ведь предупреждали его, что все закончится плачевно. Нирд не слушал. Глупый, наивный юнец умер в нем тогда, когда мир не смог предложить ему ничего нового, ничего увлекательного, ничего дразнящего.       Но теперь он стоял у окна, вглядываясь в чернильную пустоту ночи и чувствовал легкое волнение. Ничего подобного с ним не случалось уже долгое время.       Сесилия стояла подле него, послушно опустив взгляд в пол. Она была самой младшей из его детей, неподкупная, с открытым честным взглядом. Иногда у него болело сердце за ее душу: однажды и она перестанет воспринимать бессмертие как нечто трепетное и прекрасное, однажды и ее догонит бесконечная скука существования. Нирд подчинил ее, наслаждался хрупким телом с полупрозрачной бледной кожей, целовал ее грудь и пропускал сквозь пальцы легкий шелк ее платьев. Влечение к Сесилии пропало давно, но говорить с ней и слушать ее детские рассуждения о жизни, справедливости и доброте было удивительно, как в первый раз вынужденной встречи.       Нирд качнулся из стороны в сторону, нарушая безупречную неподвижность. За окном поднималась луна, и ее блекло-серебристый свет струился в воздухе, наполняя это место — Райлин-ридж — потусторонним и неестественным сиянием. Из башни были видны южная и южно-восточная части подходов к замку, и Нирд, сам того не осознавая, желал побыстрее разглядеть силуэт, двигавшийся внизу.       — Ты видишь его? — спросил он у Сесилии. — Человек придет, я думаю.       — Нет, ничего не вижу.       Сесилия бросила на своего создателя робкий взгляд. Однажды он ласкал ее и целовал в самых потаенных местах, о которых она ничего не знала. А потом она влюбилась, и он быстро к ней охладел. Смотреть на него было невыносимо, как и знать, что он никогда не будет ей принадлежать. Любовь их вида ставилась под сомнение, считалось, что вампиры не способны почувствовать этого. Но она даже не дышала, когда он был рядом с ней. И точно знала, что грудь ломит от боли. От душевной боли, не какой-то там слабой, физической.       Нирд бросил раздраженный взгляд на девушку. Она по-прежнему смотрела в пол, низко опустив голову, почти положив подбородок на грудь.       — Так подними глаза и посмотри! — рявкнул он. — Крестьянская дура.       Она подняла голову. Осторожно и в то же время быстро, опасаясь еще сильнее прогневать могущественного создателя. Это было совершенно бесполезно. За окном стояла такая темная ночь, а свет луны так слепил глаза, что Сесилия не могла как следует разглядеть и скалу напротив замка. Она смущенно потупилась, ее щеки слегка покраснели и вновь стали бледными.       — Перестань, — поморщился Нирд. — Контролируй себя.       Он смотрел на нее с оттенком презрения и ненависти. Возможно, тридцать лет назад он поспешил, обратив хрупкую девушку и подарив ей бессмертие. Иногда Нирд отчетливо осознавал свою ошибку. Он мог бы ее убить, но уважал всех своих детей, и если ему искренне хотелось быть их создателем, то убийцей — нет. Никогда. Они точно также не привносили в его жизнь ничего нового, но с ними он чувствовал себя защищенным и нужным. Если ему вообще хотелось быть кому-нибудь нужным.       — Прости, создатель.       Сесилия прошептала это под нос. Неужели она снова покраснела в его величественном присутствии? Во имя демонов, она старалась изо всех сил.       — Подожди, — вскинулся вампир. — Смотри, видишь? За тем камнем.       Девушка потянулась, чтобы посмотреть в указанном направлении, но Нирд грубо оттолкнул ее рукой. Она ударилась плечом о каменную стену и затихла.       — Иди и скажи Оридис, что веселье начинается. Поспеши, глупая.       Сесилия кивнула и растворилась в звенящей тишине. Нирд бросил взгляд туда, где заметил легкое колебательное движение. Вор прятался в тени скалы, был достаточно умен, чтобы использовать темноту ночи себе на пользу. Но его старания даже теперь были совершенно напрасны, и он бы знал об этом, случись ему и раньше работать с вампирами. Бессмертные прекрасно видели в ночи. Но Нирд ощутил его присутствие на физическом уровне, почуяв запах свежей крови.       Вампир передвинулся влево, прислонился щекой к холодному мертвому камню и прищурился. Вор двигался слаженно и осторожно, не делая ни резких движений, ни принимая поспешных решений. Уверенный в себе, опытный, участвует в подобном ограблении явно не первый раз. На шее у него был шнурок с зеленым камнем. Может с вампирами он не сталкивался, но амулет защиты от магии при нем был. Ситуацию это не усложняло, всего лишь раззадоривало.       Нирда окутало облако черного тумана, и он легко выскользнул в окно. Очень давно он любил летать и был готов проводить таким образом все свободное время. Но и это наскучило, когда пришло время. Нирд воплотился в ворона, взмахнул иссиня-черными крыльями и закружил над замком. Он почти сразу заметил, или скорее почувствовал присутствие Оридис. Бессмертная проскользнула неуловимой тенью внизу, готовясь напасть.       Вор заметил ее за мгновение до гигантского прыжка. Он уклонился, едва не попав под смертельно опасные когти противницы. И вытащил на ходу короткий зазубренный кинжал. В темноте блеснуло синее лезвие, и вороново сердце Нирда дало тревожный перебой. Лунный клинок! И почему он упустил это из виду? Оглушительно каркнув, птица понеслась вниз. В последний момент Нирд расправил крылья и пролетел прямо над человеком. Оридис вильнула, клинок прошел по касательной и лишь чудом не задел ее. Нирд бился над вором, старательно отвлекая внимание от вампирицы.       Один миг, и полыхнула зеленая вспышка. Чары рассеялись, и Нирд упал на землю. Раздраженно потирая ушибленный бок, вампир скользнул к противнику и, минуя преграду из мельтешивших рук, схватил того за горло. Слегка приподнял и встряхнул. Оридис вытащила из его безвольной руки синий клинок и оскалила крупные заостренные клыки.       — Позже, — качнул головой Нирд. — Я хочу позабавиться с ним.       Сидя на полу в пыточной комнате, человек молчал. Его красивые зеленые глаза поблескивали в свете факелов. Оридис вожделенно улыбнулась, но не произнесла и слова в присутствии своего создателя.       — Хочешь его? — ухмыльнулся вампир. — Если он переживет следующие десять минут, он твой. Делай все, что заблагорассудится. Кроме…       — Не обращать, — мгновенно ответила женщина. — Я помню.       Нирд нахмурился.       — Ты можешь сделать это случайно, — с нажимом произнес он. — Тебе потребуется как следует себя контролировать. Я не буду разбираться, как в прошлый раз.       Оридис дождалась, пока вампир отвернется и закатила глаза. Да, в прошлый раз все пошло наперекосяк. Откуда она знала, что секс — это не только удовольствие, но еще и способ обратить человека в себе подобного? Нирд зануда, если постоянно напоминает ей о той случайности. Она сделала выводы.       — Итак, — повернулся Нирд к вору. — Кто тебя сюда направил? Я спрашиваю потому, что Райлин-ридж не то место, куда можно попасть случайно или, скажем, по собственному желанию. Скажи мне, и тебя ждет неделя восхитительного наслаждения в компании моей дочери. — Он кивнул в сторону Оридис. — Ты об этом не пожалеешь. А если, вдруг, она в тебя влюбится, может присоединишься к моей семье. Но мы ценим честность.       Человек не ответил, во взгляде не было ничего, кроме скуки.       — Нет? — переспросил вампир.       На кончиках его пальцев прорезались заостренные когти. Оридис присела рядом с пленником и провела рукой по его ноге. Человек не шевельнулся.       — Лунный клинок, — проговорил Нирд задумчиво. — Средство защиты или… ты собирался кого-нибудь из нас убить?       Молчание в ответ.       — Ладно.       Нирд опустился на корточки возле пленника и две минуты пристально смотрел на него, затем резко вцепился когтями в руки вора. Человек зашипел от боли, но эта боль была лишь началом. Темно-красные острия когтей впивались в податливую плоть человеческого тела. Их мужчины были такими же слабыми и неприспособленными, как и женщины. Кровь сочилась из ран, наполняя Нирда и Оридис особым желанием. Вампирица потянулась к человеку, демонстрируя клыки. Биение сердца приятно обволакивало, возбуждая древние инстинкты.       Оридис взяла в руки лунный клинок, повертела его и нанесла один точный удар в грудь. Мужчина сдавленно охнул, попытался вырваться из хватки вампира, однако силы покинули его. Не осталось даже сил дышать.       — Ну хватит, — попросила Оридис. — Он умрет, а я вновь останусь без игрушки.       — Все зависит от него. Видишь, ты его не соблазняешь. Он пока не понял, в чем заключается преимущество пары ночей в твоей компании.       Человек мотнул головой. Боль растекалась ядом по венам. Жгла его так сильно, что ему хотелось кричать и биться в предсмертной агонии. Но вслед за болью приходило странное и несвойственное ему возбуждение. В один миг Оридис перестала казаться ему чудовищем и хищницей, и он увидел в ней красивую женщину. Он кивнул Нирду, показывая, что готов сотрудничать.       — Ошибся, — кивнул вампир. — Твои чары все еще действуют.       Он повернулся к пленнику и повторил два первых вопроса.       — Меня прислала графиня де Лайэн. В нашем мире она очень влиятельная молодая особа. Амбициозная, не без жажды власти. Я должен выкрасть кое-что. Ожерелье. «Сапфировую слезу».       Нирд промолчал, и человек продолжил.       — Лунный клинок мне дали. Нашли меня в трактире по пути в долину Каррох. Светлые плащи, белые волосы… На груди знак.       — Что за знак? — приподнял бровь Нирд.       — Ну… Пасть. Волчья или медвежья. Как следует не разглядел. Да мне важно было оттуда слинять побыстрее. Выглядели они недружелюбно. Сказали, чтобы я убил кое-кого. Вампира, могущественного. Старого.       Оридис взглянула на создателя и качнула головой.       — На что они рассчитывали? — перебила она рассказ. — Тут явно что-то не сходится. Доверить воришке уничтожение древнего? Пф.       Нирд медленно кивнул.       — Значит ты решил… Что? Убить кого-нибудь из нас? Ты замахнулся на мою дочь. Следовательно, ты был готов управлять клинком… Ладно. Что за надобность в колье? Бесполезная безделушка.       — Красивая безделушка, — поправила Оридис и потупила взгляд, поскольку создатель сверкнул алыми глазами. — Прошу прощения.       Вампир цокнул языком.       — Тебя одного отправили?       — Ходит слух, что Райлин-ридж никто давно не живет. Я подумал, что работа будет простой. Теперь я себя проклинаю, что позволил себе ввязаться в это. А что касается ожерелья… Так магическое оно. Зачарованное.       — Впервые слышу. — Спокойно ответил Нирд. — Ценности в ожерелье мало. Ну, разве что за камни дадут неплохие деньги. Я бы отдал его прямо сейчас, но поскольку ты вряд ли уйдешь живым из Райлин-ридж… Сам понимаешь, пусть лучше полежит еще пару столетий в надежном месте.       Вампир замолчал.       — Тебя одного наняли? — повторила Оридис, правильно истолковав задумчивое молчание своего создателя. — Одного?       — Н-не совсем. Леди де Лайэн… Вы слышали про Глайэмердинских охотников? Я знаю, что они тоже в деле. И собираются отправить кое-кого.       Нирд сверкнул глазами.       — Кого же? — спросил вкрадчиво и настороженно.       — Охотника своего. — Пленник опустил взгляд. — Самого лучшего. Говорят, что он ни одного дела не провалил. Безупречен во всем.       — Ты знаешь имя?       — Я… Я… Н-нет. Я могу ошибаться.       — Лучше ошибиться, чем лишиться жизни.       Вор сдавленно кивнул и поднял взгляд на Оридис и медленно перевел его на Нирда. Вот они какие, вампиры. Он слышал лишь сказки, но ничего из них не было похоже на правду. Вор чувствовал, как смерть стоит у него за плечами, как приготовилась забрать душу в Чертоги. Если сейчас он расскажет об охотниках… Что будет тогда? Вампиры двинутся вглубь материка, чтобы разыскать ту, что дерзнет бесшумной тенью проникнуть в Райлин-ридж? Или будут ждать ее здесь? Зря он дал себя уговорить на эту безумную авантюру.       — Если я скажу… Скажу имя… Вы сохраните мне жизнь? Я никому и никогда не расскажу о вас. Я клянусь!       Нирд пожал плечами.       — Ладно. — Голос его был сух и предельно отчетлив.       Оридис с неудовольствием воззрилась на создателя.       — Итак?..       — Рин. Вора зовут Рин.       Нирд повертел в руках лунный клинок. Оружие невероятной силы, оно было способно смертельно ранить любого, против кого была нацелена ярость направляющего. Синее лезвие переливалось потусторонним светом. Нирд посмотрел на пленника и улыбнулся. Размахнулся и бросил клинок, не глядя.       — Что ты сделал?! — зарычала Оридис.       Лезвие вошло в череп и застряло там. Пленник минуту дергался в конвульсиях и наконец умолк. В комнате повисла напряженная, звенящая тишина.       — Ты обещал мне его! — в голосе девушки послышались истеричные нотки. — Я…       — Он знал много и многое мог рассказать о нас. — Хмуро пробормотал Нирд. — А теперь, дорогая моя, у меня есть для тебя задание.       Оридис фыркнула, но не решилась спорить.       — Я хочу, чтобы ты узнала все, что можешь о человеке по имени Рин.