Сердце рейдера

Новая подруга Тони была достаточно миловидной и, как друг, очень нравилась мальчику. Он нередко приводил её играть к остальным и те охотно её принимали. Райли просто обожала «мальчишечьи» игры, что нельзя было сказать о её матери. Она часто делала акцент на этом, но девочка никогда ничего не слушала и на следующий день вновь убегала играть с ребятами. Но время шло, Тони возмужал и очень сильно изменился. В свои шестнадцать лет он был похож на настоящего взрослого парня. Мягкие, как пух, детские волосы стали темнее и жёстче, густые брови казались ещё чернее, лицо вытянулось, на нем едва заметно проступал рельеф скул и нижней челюсти, а взгляд стал увереннее и проницательнее. Казалось, что ничего детского не осталось в этих чертах. Зато теперь он стал невероятно горячим и привлекательным юношей, готовым завоёвывать дамские сердца. Однако, суровая жизнь разбойников думала иначе, девушек они видели крайне редко. Но наш Тони уже был знаком с одной. Это была его Райли, та, с которой он подружился шесть лет назад. Она тоже, к слову, немало изменилась. Рыжие волосы стали еще длиннее и роскошнее, глаза не потеряли своего насыщенного оттенка, его ещё больше усиливали длинные тёмные ресницы, лицо стало ещё приятнее, а аккуратная чёрная родинка под левым глазом прибавляла ещё большего шарма. Они продолжали общаться, что не очень нравилось главарю. Но тот пока что ничего не предпринимал. Неожиданно, парень начал замечать, что уж слишком привязан к давней подруге. Изначально он списывал все на крепкую дружбу, но внутреннее «Я» все равно подсказывало, что тут что-то не так. Её нежные черты манили его, а голос заставлял сердце трепетать. Это было новое чувство, доселе тот никогда не испытывал. Когда земля уходила из-под ног, а разум словно окутывал белоснежный туман. Тони долго не мог понять, что происходит, он страдал, а с каждым днем это неведомое чувство все нарастало, сердце разбойника болело от мыслей о ней. Но в один день он вспомнил, что читал в одной книге. «Любовь — это тоска и смятение, поединок, это — ночи без сна, когда терзаешься вопросом, правильно ли ты поступаешь. Истинная любовь состоит из экстаза и агонии…» — пронеслось в его голове. Неужели… Тони испугался. Он никак не мог осознать того, что влюбился. Райли… Та, что вытащила его из ямы, та, что помогла ему вернуться и веселилась с ним все эти годы. Эта рыженькая девушка в остроконечной шляпе, оказывается, была для него больше, чем просто лучшим другом.  Парень всячески начал пытаться произвести впечатление на барышню. Его начала чрезвычайно волновать собственная внешность, походка и манера. Когда та просто проходила мимо, он мгновенно менялся в лице и провожал её влюбленным взглядом, в надежде, что девушка это заметит. Но часто не получал на свои старания ответа. После тщетных попыток получить взаимность, Тони решил действовать по-крупному. Одним днем, после тренировок, когда всем выпала часть свободного времени, Тони пошёл за башню, к хижине Райли, для большего эпатажа закрепив арбалет за поясом и принялся ждать. Вот ведьмочка наконец и вышла! Собравшись с духом, тот самой церемонной походкой направился в её сторону. Райли слегка наклонила голову, наблюдая за ритмичными движениями парня, но вдруг тот неожиданно покачнулся и прямо перед ней свалился в траву. Незаметный корень от ближайшей сосны предательски зацепил его ногу. Райли расхохоталась, а Тони, сгорая от стыда, резко вскочил с земли и скрылся. Позже тот решил все же признаться в своих чувствах подруге. В голове была каша. Во время непринуждённого разговора Тони нежно обнял ведьму за талию и притянул к себе. Та засмущалась, но даже не пыталась оттолкнуть парня от себя. Они стояли так несколько минут, наслаждаясь друг другом. Тони хотел было уже начать говорить слова признания, но вдруг… — Та-а-ак… А что это у нас тут происходит? Свидание влюбленных?! Тони растерялся. Он сразу отпрянул от ведьмы и попятился назад. Райли убежала, а Тони так и стоял, как истукан, растерянно смотря на главаря. Тот взял парня за воротник и у Тони тут же подкосились ноги от пронизывающего до костей взгляда единственного глаза флагоносца. — Ну что, голубчик, попался? — Н-но… — Что? Что значит это твоё «но»? Позор! Настоящий разбойник не должен водиться с бабами! Это самое низкое, что есть на белом свете! А ты удумал ещё и обниматься с ней?! Ты рейдер или подкаблучник?! На этот вопрос Тони не мог найти ответа. — Ну, раз уж ты молчишь… — продолжал одноглазый, — Посиди пока здесь, может одумаешься. Тот отвёл парня в старый сарай на заднем дворе, в котором хранилась разная бурда и толкнув его лицом туда, захлопнул дубовую дверь. Стукнувшись лбом о тулейку какой-то лопаты, Тони долго не мог понять, где он находится. Приложив руку к ссадине на лбу, тот принялся осматриваться. В сарае было сыро и темно. Свет поступал лишь в расщелины между местами прогнившими досками. В углах висела столетняя паутина, по которой ловко ползали несколько пауков. Немного посидев на земле и осознав, где он находится и прокрутив в голове произошедшее, в его голове начался настоящий бой. Досада душила с такой страшной силой, что он готов был голыми руками выломать дверь. «И почему я не всек ему сразу после первой его фразы?! Кто сказал, что я не настоящий рейдер?! Кто я, как не он самый?! Я с первого раза усидел на Разорителе, я отличный стрелок! И он посмел назвать меня подкаблучником?!» — трясся Тони от обиды, — «Да, я люблю её! Неужели любовь это табу? Я не имею права любить?! Я должен быть бесчувственным сухарем?!» Выругавшись и отведя душу, тот просто сидел на одном месте и смотрел в одну точку. Ему не хотелось ничего делать. Он был подавлен и озлоблен на весь мир. Сидя в сарае, Тони совсем не «одумался», а только ещё больше закипел. Он совсем не чувствовал никакой вины, лишь обиду и униженность. Неожиданно, тот услышал шаги, направляющиеся в его сторону. Он мигом прильнул к щели и принялся наблюдать. «Тони! Тони!» — послышался громкий шёпот, — «Это я, Райли! Я тебе немного поесть принесла… Ты ничего не ел с утра…» С этими словами она немного отодвинула одну из досок и через расширившуюся щель протянула пару ломтей хлеба. Тони взял, но продолжил смотреть на ведьму. — Прости, что убежала… — продолжала та, — Я не могла ничего сделать… — И сколько мне придётся здесь просидеть? — Я слышала, главарь сказал, что на следующее утро тебя выпустят. — И мне здесь ещё и ночевать?! — жуя хлеб, бормотал Тони, — М-да… — Что ты хотел мне сказать тогда? Кстати, это было так мило… — Я хотел сказать… М-м-м… Что очень тебя… Райли насторожилась. — Люблю… — выдавил из себя парень и мигом отлип от щели. Девушка была ошарашена. В голову ударил жар, а руки затряслись. «И я тебя!» — чуть не крикнула она, прижавшись вплотную к стене и просунув кисть в щель, схватила Тони за руку. Признание было взаимным. Чуть позже они распрощались, чтобы романтику никто не засек снова. Настроение улучшилось, юноша уже не чувствовал себя так подавленно, да и голод не терзал так сильно. Но все же, ему ещё предстояло провести ночь в этом тёмном и сыром месте. На следующее утро он был разбужен громким стуком. «Вставай, любовничек!» — крикнул главарь и открыл дверь. На улице уже рассвело, Тони тут же зажмурился от яркого света. Когда его вывели, глаза будто заполыхали адским огнем. Он кричал и щурился, но даже так легче не становилось. Он слишком отвык от дневного света за сутки, проведённые в темноте. Ему понадобилось полчаса, чтобы глаза перестало жечь и они начали хотя бы что-то видеть. Главарь все это время стоял рядом и ухмылялся. Наконец, Тони уже подошёл к своим товарищам. — Ой, смотрите, наш влюблённый идёт! — Ну что, насиделся в сарае? И как там? Ха-ха-ха! — Подкаблучник! — раздавались в его сторону язвительные комментарии. — Завидуйте молча! — ответил на это он и гордо игнорировал обидные фразы.