Молитва ангелу: Начало

Гавриил. Младший из четырех архангелов. Похититель женских сердец, любитель спиртного покрепче и восхитительнейший фокусник. Таким его знали все. Собственно, таким он и был. Раньше. До того как умер. Да, он именно умер. И оказался не за Гранью, не в пустоте, не в Раю и даже не в Аду, хотя, будем честны, было за что. Он оказался в мире живых. Поначалу он было решил, будто все же выжил и ничего не удалось — но нет. Его радость развеял смертный. Столь уродливого человека он не видел никогда, и дело даже не во внешности. Душа его была искажена до такой степени, что узнать в этом некогда величайшее творение Отца его было невозможно. Гавриил уже не был тем, что раньше. Эти... Винчестеры показали ему, что пора бы повзрослеть и взяться за дело всерьез — лишь поэтому он решился отправиться в это проклятое место, в мир апокалипсиса. Как же он пожалел об этом своем решении уже через несколько часов!.. Здесь он больше не был младшим архангелом. Потому что здесь он был единственным архангелом. По крайней мере, так ему сообщил тот странный человек, оказавшийся на деле даже не человеком, а адским порождением. Он сказал, что его вид называется демонами-искусителями — честно говоря, Гавриил даже не представлял, кого они могли искусить со своими-то уродливыми рожами и рогами. Это его не особо-то волновало. Его братья были мертвы. Бог так и не высунул носа из своей норы. Ангелы были почти истреблены. Человечество в привычном ему виде было уничтожено. Гавриил не мог в это поверить. Он... остался один? Совсем? Первым погиб Рафаэль — впрочем, с его смертью он свыкся уже давно. Но... Михаил и Люцифер убили друг друга. В той битве, послужившей очередным осточертевшим уже апокалипсисом, остановить который было некому, победу одержал Михаил. Казалось бы, вот он, конец ужаса — однако измученного схваткой архангела уже ждала предварительно собранная Лилит армия демонов. В обычное время это не было бы для Михаила даже разминкой, однако сейчас... Михаила разорвала лично Лилит, едва лишь стоило ей понять, что Люцифер мертв. Чертов дьявол... он знал, чем все закончится, потому и подстраховался — хотел быть наверняка уверенным в том, что его братик не выживет, и идеи Люцифера будут жить даже если он погибнет. Нервный смех разрывал грудную клетку. Он все ждал, когда же из кустов вылезет ехидно лыбящийся Винчестер и выкрикнет ему в лицо, что это шутка. Но это не было шуткой. И пути обратно, пути в обычный мир, не было. Все это устраивалось с рассчетом на победу Гавриила, и победи он — он бы забрал благодать брата, тем самым предотвратив дальнейшие беспорядки, и сумел бы вернуться. Однако теперь он не мог найти столько благодати, а у него самого ее ни за что бы не хватило. Он оказался заперт в мире смерти. Один. Без возможности сбежать. Гавриил мог бы скрыться, в этом он был мастером, но он не мог оставить все так, как оно было. Небесные жители, некогда внушающие ужас каждому демону, стали лишь ощипанными курицами. Они больше не были охотниками или же хотя бы воинами — они были жертвами, добычей. Дичью, на которую охотились и потом со смехом рассказывали, как сильно кричал очередной пернатый. Гавриил вернулся в Рай... вернее, в то, что от него осталось. Он собрал всех оставшихся ангелов, и эту дрожащую, шарахающуюся от малейшего звука толпу за несколько лет превратил в... ангелов. Он не смог ничего, кроме как вернуть им былую гордость и веру. На большее они не были способны. Это было сильнейшим его разочарованием. Гавриил не знал, что ему делать. Столько времени он потратил на это бесполезные занятие, грезя о реванше Небес, однако все его чаяния разбились о суровую реальность. Его начинания с самого начала были обречены на провал. И тогда появился Люцифер. Как всегда фальшиво-радостно улыбающийся во все тридцать два, в теле того смертного, Ника, и как всегда не просто так. Он даже не дал Гавриилу времени понять, что происходит, а уже начал излагать свои мысли. План был прост и надежен, как топор. Люцифера также не устраивало то, что творили в его отсутствие демоны. Люцифер подстроил собственную смерть, решив понаблюдать за демонами и миром — точь-в-точь, как когда-то Бог. И происходящее архангелу не нравилось. Он не хотел тотального истребления ангелов — лишь власти демонов, ибо понимал, что без направляющей руки Бога ангелы просто ни на что не способны. В чем-то мысли Гавриила сходились с рассуждениями внезапно "воскресшего" брата, но... План состоял в геноциде демонов. Люцифер сообщил об этом так, словно заказал пиццу по телефону. Обычное дело — уничтожение почти целого народа, созданного им же самим. Все равно что убить родных детей. Гавриил не знал, что ему делать. С одной стороны — с помощью и поддержкой Люцифера им вполне под силу восстановить равновесие сил в мире, с другой... он не верил брату. Да, он скорбел, поняв, что Люцифер мертв, и нет, он никогда не желал ему смерти, но все же Гавриил не мог отрицать того, что его брат — лживая тварь, и все его слова могут оказаться лишь пустым звуком. Если бы только он мог доверять Люциферу — он бы согласился без раздумий, однако сейчас под угрозой стояла его жизнь и жизнь той горстки ангелов, что стояли за его спиной эти годы. Скрепя сердце, Гавриил дал свое согласие. Он был готов ко всему: к предательству, к шантажу, к козням и делам втайне от него, однако, к его удивлению, никакого подвоха не было. Люцифер действительно всерьез взялся за демонов, даже не выйдя из тени. Он медленно, но верно разрушал вначале систему правления в Аду, затем взялся за доверие его жителей. Ад стал пустошью, в которой каждый косился с подозрением даже на стены. Пропажи демонов даже в самых людных — демонных? — местах не проходила никому даром. Гавриил даже не понимал, зачем он нужен Люциферу — уничтожать монстров по одному Дьявол смог бы и сам. Понимание пришло лишь спустя еще десять лет. Одиночество. Даже великому дьяволу, которому плевать на все, был нужен собеседник — такими уж их создал Отец. За время, проведенное в Клетке, Люцифер стал высоко ценить простое общение. Никто бы не понял, о чем он говорит — попросту практически не было в мире таких же древних существ, как архангелы. И всех их он убил. Люцифер даже не спрашивал, как выжил Гавриил. Возможно, он решил, будто он также подделал свою смерть, как и он сам, а может, ему это не было интересно. Помощь Гавриила пригодилась, когда демоны наконец поняли что происходит и что за этим кто-то стоит. Главным злодеем для них был выставлен именно он — и тогда они наконец вышли из тени. Гавриил ненавидел себя за то, что сделал. Каждую ночь он засыпал с мыслью о том, что было бы, реши он убить Люцифера... поверили? Хах, нет. Ему было неприятно убивать, ведь это было в его природе, но он быстро привык. За время своего существования он убил столько людей, демонов и даже простых монстров, что этот геноцид казался лишь каплей в море. Правда, в таких количествах он никогда не убивал, но все же... Демонов осталось совсем немного, однако и это количество являлось приличной такой армией ходячих машин для убийств. Гавриил попросту не представлял, как они бы выжили. Был самый разгар битвы. Два архангела да горстка пернатых рангом поменьше против сотен, а то и тысяч демонов. Ангелы не справлялись и уже собирались отдавать команду к отступлению. Гавриил уже потерял счет трупам. Рядом ухмылялся Люцифер, с ног до головы измазанный в крови. Они были еще полны сил — на то и архангелы — потому решили позволить слабакам отступить, отдохнуть и вернуться. Впрочем, никто даже упорхнуть не успел. Из ниоткуда появлялись смертные, один за другим, и даже демоны в тот миг замерли, непонимающие и изумленные. Это были не простые смертные, что стало ясно еще в момент их появления — телепортация явно не умение смертных — однако с виду они ничем не отличались от людей. Это была не армия, лишь небольшая толпа в пару сотен человек, и впереди их всех стоял высокий и худощавый мужчина. Тяжелый, подавляющий взгляд мертво-зеленых глаз запомнился ярче всего. Искусственная полуулыбка на губах. Шрам-молния на лбу. Метла в руке. Растрепанные черные волосы. Он оглядел замерших ангелов и демонов, кинул короткий взгляд на заинтересованно улыбающегося Люцифера, на хмурящегося Гавриила. Затем безошибочно нашел в толпе демонов. И отдал простую, короткую команду. "Убить". Он сказал это спокойно, твердо, так, будто уже не единожды это говорил. И люди за его спиной без пререканий вскинули руки с самыми разными полированными палочками, и началась настоящая бойня. Гавриил заметил среди людей того мужчины кудрявую девушку, на чьем личике отказалась сосредоточенности и упрямство. Заметил он рыжеволосого парня без уха и отчаянием во взгляде, заметил лощёного блондина с серыми глазами и даже беловолосую девочку без обуви. Все они были... жуткими. Они убивали без раздумий, отточенными движениями махали палками, и лучи самых разных цветов попадали в цель. Очень скоро ангелы поняли, что целями этих странных смертных не являлись они, лишь демоны. Неожиданное подкрепление оказалось кстати, и потери со стороны ангелов были минимальными. Позже любопытство Люцифера взяло верх, и он решил расспросить обо всем того черноволосого человека. Оказалось, его звали Гарри Поттер, и он был волшебником, как и все его люди. Все они оказались его школьными друзьями, с которыми он прошел через войну еще в семнадцать лет. Гарри Поттер не знал, почему о существовании мира магов не было известно даже архангелам, но твердо решил это выяснить. Ответ на то, почему маги приняли сторону ангелов, оказался неожиданным. Просто интуиция подсказала Поттеру, что стоит встать на сторону Небес. Просто его чутье аврора (магический аналог вымерших уже полицейских простых смертных) подсказывало, что это будет верным выбором. Магов осталось не так много, как думал Гавриил. Большая их часть была убита еще в первые месяцы, когда в мире бушевал вирус "кроатон", и никакие чары от него не защищали. В числе погибших была и семья Гарри — его беременная жена Джинни, сын Джеймс и дочь Лили. Сам Поттер оказался вовсе не таким, каким показался в первые дни после встречи. Это был просто человек, переживший столько, сколько не каждый монстр переживал. На первый взгляд сломанный, но стоило лишь Люциферу попытаться его контролировать резко проявивший несгибаемую волю и характер, от которых содрогнулись даже его друзья. Гарри Поттер умер на глазах Гавриила. Его убил Бог. Лично. Как и всех выживших магов. Как и ангелов. Как и Люцифера. Затем Отец, некогда святой и почитаемый — сейчас монстр — задумчиво почесал подбородок, глядя на Гавриила. И щелкнул пальцами. В следующее мгновение архангел очутился в родном мире, в котором ничерта не изменилось за те годы. Первым делом он решил попытаться найти Поттера — но вовремя вспомнил, что сейчас тот отчасти даже пугающий мужчина с мертвыми глазами лишь ребенок, веселящийся с маленькими еще Роном Уизли и Гермионой Грейнджер. Тогда он решил найти Люцифера... но вовремя вспомнил, что он сейчас его брат вовсе не тот, каким он его помнил. Тогда Гавриил решил вызволить братца из Клетки, аки принцессу из высокой башни, и вправить ему мозги... но не успел он вдоволь отдохнуть и повеселиться, как перед ним появился Смерть и с каменным лицом перенес его в Ад, отняв благодать. А потом бросил туда же и отчаянно матерящихся Винчестеров. Гавриил смотрел на этих двоих, что явно были на взводе и обсуждали некоего Салли, приведшего их в "эти чертовы подземелья", и ощущал себя как никогда старым. Все было хорошо ровно до тех пор, пока эти... охотнички не заметили уютно устроившегося в углу его. Вначале это был односторонний допрос, в котором архангел не участвовал, но постепенно это переросло в ругань. Его, Гавриила, всего за жалкие пару часов вывели из себя два человека. Спустя несколько часов споров и даже рукоприкладства все стихло — в помещении резко похолодало, будто сам Ад намекал им остыть и не горячиться. А затем появился он. Гавриил поначалу даже не узнал в этом ребенке Гарри Поттера — не такого, каким его показывал ему Поттер-из-мира-апокалипсиса в омуте памяти, а совсем иного. От тощего темноволосого задохлика с робким взглядом светлых глаз и синяков на запястьях остались лишь пронзительно-зеленые глаза, буйная грива черных волос да чрезмерная худоба — последствия голодания в детстве. Мальчишка был другим. В нем не было ни следа того, кого знал архангел, и это было... необычно. Что же стало переломным моментом, после которого один и тот же человек пошел по столь разным путям? Гавриил с подозрением покосился на Винчестеров. Что-то в нем шептало, что без этих двоих не обошлось. Вообще все различия в мирах зависели от них. На деле все было предельно просто. Без Винчестеров Кастиэль не появлялся на Земле, некому было менять его мировоззрение, потому он и наплевал на отчаянную молитву маленького волшебника. У него, да и у других пернатых, были проблемы посеръёзнее. Некому было забрать его от семейства Дурслей, и все пошло так, как должно было быть изначально. Маг рос, влюблялся и дружил, воевал и готовился к экзаменам, совсем не зная о существовании мира монстров совсем рядом. А затем узнал — правда, слишком поздно для того чтобы еще можно было что-то изменить. Местный Поттер после короткого разговора забрал братьев и вернулся лишь спустя пару часов. Он взглянул на Гавриила безмятежно, но в эту безмятежность верилось с трудом. Слишком часто видел архангел такой же взгляд у иной версии этого смертного. Они молчали. Каждый размышлял о чем-то своем, лишь время от времени бросая друг на друга косые взгляды. — Если начнется война — встанешь ли ты на мою сторону? — внезапно произнес маг, неожиданно даже для себя задавая вопрос в лоб. Архангел сдержал улыбку. Он подозревал, зачем понадобился Поттеру, и такой расклад событий был просто идеальным. Он и так собирался разыскать этого мага спустя несколько лет, но и сейчас было бы неплохо. Лучше раньше, чем никогда — так рассудил Гавриил, поднимая глаза на мальчишку. — Да. Никаких вопросов и лишних слов. Оба они уже знали, зачем встретились. Оба они знали, какими будут вопрос и ответ. Никто не знал, что послужило причиной встречи. И это было самым забавным, ведь каждый считал, что все это знал заранее.