Живая нежить

      Мистический рассказ Вайолет был принят издательством, которое работало с президентской администрацией. Чек на кругленькую сумму был выписан, и девушка могла себе позволить купить долгожданную квартиру. На новоселье она позвала к себе коллег с работы, госпожу Эвергарден и Таню. Тетушка была в другой стране, поэтому мероприятие отложили до ее приезда. Отмечать событие она решила в столовой «С.Н.», что было символично. Она покинет старое место, где все началось, чтобы окончательно пуститься в самостоятельное плавание. Наступил конец началу, началу перемен в жизни молоденькой писательницы. Теперь она уже не та странноватая девчушка без прошлого, а состоявшаяся личность, с надеждой смотрящая вперед!       Теперь у нее даже есть паспорт! Давно закончилась ее жизнь с писулькой из госпиталя! Теперь она была полноправной гражданкой Германии. Истинной арийкой, если сделать поправку на нацистскую риторику. Жизнь казалась такой приятной, когда еще одно препятствие было преодолено. Но это была лишь разминка перед настоящими трудностями.       Оформив все бумаги и получив ключи от своей недвижимости, Вайолет перевезла за один день кое-какую мебель на новую квартиру из комнатки на почте. В первый день, когда все дела были улажены, девушка просто бродила по своему новому дому. Было приятное ощущение новизны. Теперь это ее дом, ее крепость! Больше она не будет слышать топот ног и разговоры за дверью!       Новую мебель из магазина в разобранном виде доставили грузчики. Некоторые предметы гарнитура пришлось заказывать, а после встречать доставщиков у входа в подъезд. Также сама Вайолет поднималась на лифте с коробками, в которых были личные вещи с прежнего места жительства. Четвертый этаж, вид на здание почты, чего еще желать? Одно ее только разочаровало: на крышу уже не подняться, как она это любила делать на старом месте. Огромный замок на прочной цепи был повешен на люк, который вел наверх. Ладно, можно обойтись окном!       На второй день привезли холодильник. Да, переезд приготовил много событий для юной писательницы. И все надо делать самой! Впрочем, только так можно стать самостоятельной. Встать на ноги, как говорят люди.       Во второй половине дня Вайолет прикинула, что хорошо бы поставить в гостиной диван. Это в комнатке на почте места было мало, но тут его в избытке. И взяв каталог, который она раздобыла на работе, устроилась у окна, чтобы выбрать мебель. Проведя за этим занятием полчаса и выбрав понравившуюся модель, девушка отвлеклась на панораму. Легкий ветерок, что влетал в открытое окно этим жарким летним днем, ласкал девичье лицо, изредка приподнимая светлую челку. Писательница засмотрелась на здание почты, на окно, в котором она представила себя.       «Надо же! Сколько лет прошло, а такое чувство, будто это было вчера! Наверно, восемь. Да! А вон там — окошко моей комнатки! А там — любимое место на крыше, чтобы встречать рассветы и провожать закаты. Помню-помню, мы еще с Таней поднимались туда! Словно еще вчера я появилась на почте, работала с письмами, печатала письма и статьи, нервничала и переживала, радовалась и печалилась. Поражала всех своей прямотой и неприспособленностью к жизни! Сколько же слез было там пролито? Эх! Чтобы я могла сказать себе самой, только маленькой девочке без эмоций? Теперь, когда жизнь изменилась, переживания и невзгоды остались позади. Будучи взрослой, а по паспорту мне уже 22, я бы просто обняла себя маленькую, погладила по головке и попросила бы не переживать так сильно. Мне кажется, мне маленькой этого вполне было бы достаточно. Конечно, были и те, кто меня поддерживал. Надо признать, с людьми мне повезло! Собачка или Зубастик, как окрестила игрушку моя младшая сестра, всегда была рядом. Иногда, правда, незаслуженно валялась на полу… »       Вайолет хлопнула себя по лбу и сказала вслух:       — Кстати… Зубастик! Я же забыла игрушку!       Блондинка пригляделась и увидела на подоконнике мягкую игрушку, которая так и ждет своей очереди переехать на новую квартиру вслед за хозяйкой. Вайолет представила, как собачка хмуриться, затаив обиду на нее. Ну ничего! Отход кому-то прикрывать тоже надо! Даже если это не военный маневр, а простой переезд на новое место!       Зайти к себе на старое место жительства Вайолет решила вечером. Заодно можно зайти в магазин. Почту не закрывают теперь 24 часа — работы слишком много. Заказы от нацистов. Многие работники и машинистки открыто носят повязки со свастикой, демонстрируя свою приверженность национал-социалистическим идеям. Даже над входом Хоффман повесил флаг со свастикой. Увидев неделю назад недоумевающий взгляд Вайолет, шеф спросил ее:       — Нравится?       В принципе, одного взгляда на директора было достаточно, чтобы понять, как ей это «нравится», но Вайолет ответила:       — Ну-у, как сказать… а я лучше промолчу! — нашла ответ светловолосая машинистка.       Хоффман словно решил оправдаться.       — Пойми, это просто… — мужчина задумался, словно подыскивал нужное слово. — Тренд… да, тренд такой! Это же сейчас популярно…       От этих воспоминаний девушке стало весело. Тренд? Ну-ну! Улыбнувшись своим мыслям, в данный момент она решила заняться уборкой. Во-первых, вынужденные гости много мусора с собой принесли. Во-вторых, Вайолет очень хотела попробовать еще одно изобретение, которое получило широкое распространение — пылесос. В нынешнее время пылесос представлял собой простой аппарат. Трубка со щеткой, шнур и сам сборник для пыли на колесиках. Переключатель «включить-выключить» и кнопка для снятия контейнера для пыли. Сам пылесос носил громкое название «Model V» и был произведен в Швеции. Германия была очень избирательна, и выбирала партнеров по торговле исключительно исходя из политических интересов.       Когда наступил вечер, и Вайолет решила пойти за собачкой на почту, было уже почти 8 часов. Девушка решила, что можно забежать на почту и в магазин в домашней одежде, только накинуть легкое пальто надо, перед наступлением ночи становилось прохладно и дождь мог пойти. В коридоре она посмотрелась в большое зеркало на стене: зеленая юбка по колено с небольшим разрезом, белая блузка на прозрачных пуговицах, черные легкие колготки и коричневые туфли на невысоком каблуке. Примерно так она выглядела, когда впервые приехала в Берлин с Хоффманом, только одежда была новой, из старенькой она выросла. И зеленая брошь была на месте. Вайолет собрала волосы сзади в обычный хвостик. Ленточка для волос была заменена на модную черную заколку.       Кошелек она взяла с собой. Состояние в нем она не носила, но для похода в магазин денег там было достаточно, да и паспорт был там же. Вайолет им очень дорожила, хоть и получила его легко, но сколько ей пришлось ждать! Золотые часы с изображением смерти в балахоне были в кармане пальто. Накинув летнее серое пальто, писательница вышла из квартиры, заперев за собой дверь. Настроение было отличным, поэтому она решила пробежаться вниз по ступенькам. Несмотря на каблуки, скорость была приличной — со стороны можно было сказать, что девушка в отличной физической форме и очень ловкая. Выйдя на улицу, Вайолет решила сначала зайти к себе, чтобы спокойно осмотреться. Может, вместе с Зубастиком она еще что-то возьмет с собой? Переезд — дело такое! Начинается в один день, а закончиться может через месяц!       Уже подходя к зданию почты, девушка вздрогнула. Словно что-то взорвалось вдалеке! Резкий звук оборвал тишину, ворвался нежданным гостем. Вайолет осмотрелась: люди, что были на улице, замерли в ожидании. Никто не знал, что происходит. Потом завыли сирены.       Этот пронзительный звук мучил столичных жителей ровно одну минуту. Затем по громкоговорителям выступил диктор с коротким объявлением. Всех горожан призывали вернуться домой и оставаться там.       Таким образом, вечером 27 августа начался захват власти нацистами. В полной мере захватом это нельзя назвать, так как большая часть страны и так поддерживала их, но используя ситуацию, сторонники Адольфа Гитлера хотели избавиться от ненужных режиму людей. Списки врагов были уже давно составлены. Политические противники, бизнесмены, интеллектуалы, писатели, профессора и мыслители — все, кто представлял хоть какую-то угрозу для фюрера и партии. Все, кто посмел думать иначе, чем Адольф Гитлер! Стоявшая в нерешительности у здания «С.Н.» девушка, Вайолет Эвергарден, была в таком списке.

***

      Когда сирены смолкли, Вайолет решила все-таки посетить свое прежнее жилище на почте. Хоть горожан и призвали расходиться по домам, людей на улице хватало и всех одолевал интерес: что происходит в столице Германии?       Приветствуя почтовых работников, Вайолет поднималась к себе. Дверь была незапертой, а ключ от комнатки бывшая сотрудница «С.Н.» отдала Хоффману перед переездом. Войдя, она сразу же направилась к окну, где ждал Зубастик.       — Привет! Я за тобой! Думал, я про тебя забыла? — вглядываясь в происходящее на улице, говорила Вайолет, поглаживая игрушку.       Она постояла у окна примерно пару минут, но на улице ничего не происходило. Люди, как и до сирен, куда-то шли или занимались своими делами. Из окон стали выглядывать такие же интересующиеся происходящим, как и писательница.       Хмыкнув и пожав плечами, девушка решила еще раз осмотреть комнатку на предмет нужных вещей, чтобы взять их с собой на новую квартиру. Она заметила графин с водой на столе. Брать его с собой — плохой тон, даже если никто не возразит, а вот воду надо вылить…       Вдруг на улице послышался шум автомобильных моторов. Это заставило Вайолет подойти к окну вновь. Ей представилась странная картина: перед ее новым домом, где она купила квартиру на четвертом этаже, остановились две легковые машины и грузовик. Из машин неспешно выходили военные, судя по форме и повадкам — офицеры. Из грузовика быстро выпрыгивали солдаты в форме СС, вооруженные автоматами. Только эсэсовцы носили черную униформу, а воротнички мундиров украшали двойные молнии. Перепутать их невозможно!       Один из солдат встал у входа в подъезд, опустив дуло автомата вниз. Остальные — человек пятнадцать, вбежали друг за другом в новостройку. Офицеры остались снаружи. Внутри Вайолет все напряглось, она почувствовала недоброе и всячески пыталась отогнать плохие мысли. Последние сомнения улетучились, когда в ее квартире загорелся свет и она могла видеть из окна своей комнатки на почте, как эсэсовцы обыскивают ее новый дом. Двери она закрывала, но это не стало преградой для дюжих ребят из охранных отрядов! Было еще достаточно светло, но незваные гости включили свет. Происходящее представляло ужасное зрелище: солдаты переворачивали квартиру Вайолет вверх дном. Кого они искали, объяснять девчонке не требовалось.       У писательницы перехватило дыхание. Блондинка сделала шаг в сторону от окна и прижалась спиной к стене.       «Быть может, это какая-то ошибка…»       Спустя минуту, девушка еще раз осторожно глянула в окно, отодвинув занавеску. Из здания быстрым шагом выходил рослый солдат в черном мундире с каской на голове. Выкинув руку вперед, он что-то доложил стоящему у машин офицеру. Выслушав доклад, майор войск СС сплюнул на землю и отдал какие-то указания, указав на четырехэтажное здание. Докладывавший солдат щелкнул каблуками и вернулся в подъезд. Эсэсовцы стали обыскивать квартиры соседей: это было видно по включенному свету в соседних квартирах. После, офицер, который руководил всей операцией, повернулся к своим стоявшим соратникам, которые прибыли вместе с ним на легковых машинах и указал на здание почты. Пара человек направилась в «С.Н.» …       Девушка в ужасе отшатнулась от окна. В висках застучала кровь. Глаза Вайолет заслезились, зрение потеряло детали, картинка стала размытой. Дыхание участилось, на лбу выступила испарина. Тревога и ожидание неминуемой опасности спровоцировали выброс в кровь адреналина. В дело включился вирус: источник ее бед и ангел-хранитель на поле боя. Нельзя допустить гибель носителя! Дыхание из прерывистого становилось более ровным и спокойным. Картинка вместо размытой становилась все четче и четче. Каскад мыслей в голове угомонился, и мозг работал без сбоев, как новенький смазанный мотор.       На лестнице послышались шаги и голоса — это гестаповцы поднимались наверх. Да, вместе с эсэсовцами прибыли на машинах офицеры гестапо. Гестапо и СС часто работают вместе, уничтожая идейных противников и заметая следы. Эти прибыли сюда чтобы скрыть следы кровавого дела, составить липовые показания и обрисовать в доносе все, как попытку Вайолет сбежать.       Эти даже не думали стучаться, дойдя до ее комнатушки! Распахнув дверь в комнатку писательницы, они нашли ту, которую искали. Лицом к ним стояла голубоглазая девушка, без спешки расстегивая пуговицы пальто.       — Вам что-то нужно? — спросила Вайолет невозмутимым голосом, положив пальто на стол.       Мужчины усмехнулись. Зачем было посылать столько людей за одной девчонкой? Столько шума из-за одной дурочки! Для них она уже была трупом.       — Вайолет Эвергарден? — спросил один из гестаповцев, прекрасно зная ответ.       Второй стал обходить девушку справа, попутно положив руку в карман, где была удавка. Пистолет тут не нужен — лишний шум, да и с девкой справиться будет легче легкого.       — Да! — спокойно и твердо отвечала Вайолет, прекрасно понимая, что сейчас произойдет что-то плохое.       — Предъявите документы! Вас подозревают в совершении преступления! — продолжал офицер, что стоял у дверей, блокируя ей путь к бегству.       — Какого преступления? — все также спокойно спросила писательница, доставая кошелек из кармана пальто.       Тем временем, второй убийца был справа от Вайолет, немного позади.       — Так в чем меня подозревают? — еще раз сказала девушка, протягивая паспорт гестаповцу.       Она уловила едва заметное движение глаз мужчины, что стоял перед ней. Тот посмотрел на своего соучастника позади Вайолет. На паспорт ему было плевать! Второй гестаповец в одно мгновение накинул удавку на шею девушки. Оба офицера так и не поняли, каким молниеносным движением рука Вайолет смогла преградить путь тонкой нити.       Писательница прижала левую руку к щеке, словно у нее болел зуб. Шнур впился в тыльную сторону руки. Хоть душитель и старался изо всех сил, и Вайолет даже пришлось встать на цыпочки, чтобы совсем не потерять опору под ногами, но все же таким образом ее не задушить, не перекрыть сонную артерию!       — Не… дергайся… — жестко сказал негодяй, что набросил на нее удавку.        Человек, стоявший перед Вайолет, оскалился. Придется помочь завершить работу, а после можно все обрисовать как самоубийство. Инсценированное повешение, например. Мужчина сделал шаг к Вайолет, намереваясь ударить ее кулаком в живот, но не успел…       Девушка резко подтянула коленки к подбородку, и что было сил, толкнула подходившего в грудь. Тот был отброшен на приличное расстояние и с грохотом упал у дверей. Ноги у Вайолет были сильными, сказывались многолетние пешие прогулки в качестве почтальона.       Медлить было нельзя, поэтому светловолосая девушка ударила правым локтем человека, что пытался ее задушить. И промахнулась, едва задев мундир душителя. Подкорректировав направление, она размахнулась и ударила свободной рукой еще раз. На сей раз попала! Гестаповец резко выдохнул и ослабил хватку. Его словно трубой ткнули в ребра! Удар локтем, если хорошо попасть, был не хуже удара ломом!       Улучив мгновение, Вайолет вывернулась из захвата, схватила правую руку нападавшего обеими руками и надавила большими пальцами на тыльную сторону ладони, согнув кисть офицера. После резко рванула в другую сторону от нападавшего, свалив его с ног. Ущемление запястья работает безотказно, даже если противник крупнее тебя. Далее девушка спокойно, будто даже ничего особенного не происходило, огляделась. Увидев, что противник у дверей поднимается, Вайолет решила покончить сперва с душителем. Спокойно взяла графин с водой и одним движением опустила его на голову гестаповца, что был рядом с нею. Сосуд разлетелся вдребезги, заливая пол водой. В руке у девушки осталась только уцелевшая ручка от графина. Оглушенный противник валялся рядом, у ног Вайолет — больше он не представлял опасности.       Выведя из строя одного противника, девушка отбросила стеклянный остаток в сторону и переключилась на человека у дверей. Тот не мог поверить своим глазам. Обычная девчонка, ниже их ростом, уже в плечах, а только что справилась со здоровым мужиком! Видимо, ее руки знакомы не только с клавишами машинки! А знания не ограничиваются литературой.       Поднявшись, гестаповец у двери принял боксерскую стойку — этому их обучали лично по распоряжению Рема. Теперь ей конец, шутки закончились! Ухмылка появилась на физиономии нападавшего мужчины, когда Вайолет в точности скопировала стойку гестаповца: слегка выставила вперед левую руку, правую сжала в кулачок и прижала к нижней челюсти, голову вжала в плечи.       «Она серьезно хочет боксировать со мной?» — насмешливо подумал сотрудник гестапо.       Далее последовал одиночный удар левой, потом правой, двойка, но гестаповцу так и не удалось поразить цель. Вайолет легко уходила из-под ударов, будто знала наперед, чего ожидать. Потеряв бдительность, мужчина стал только атаковать, забыв про оборону, что и сгубило его. В момент удара правой рукой, Вайолет резко схватила его своей левой рукой за запястье, потянула на себя. Рослый и сильный человек был вынужден сделать шаг вперед, ведь она использовала его собственную силу и массу.       Девчонка даже не колебалась во время приема. Он был простым и отработан до автоматизма много лет назад в тылу, на балтийской базе Мертвой головы. Движения остались в памяти, руки помнили последовательность. Потянув правую руку гестаповца на себя, она поймала его шею в свою правую руку и просто впечатала гестаповца в стенку у двери, приложив все свои силы и массу для этого выпада. Послышался глухой удар головы о стену, после чего солдат сполз вниз с глухим стоном.       Вайолет оглядела поле боя: опасность миновала, оба офицера были выведены из строя на какое-то время. Девушка схватила пальто, подняла паспорт, положила кошелек во внутренний карман на молнии и выбежала из своего первого дома в Берлине. Теперь Зубастика, который был немым свидетелем поединка, и свою комнатку, скорее всего, она не увидит долгое время.       Пробегая по лестнице вниз мимо изумленных рабочих, которые слышали звуки борьбы, она не проронила даже слова.       — Что там у вас было? — услышала Вайолет вслед, но отвечать ей было некогда.       Выходить через главный вход было глупо — там было полно эсэсовцев! Черный вход тоже могли контролировать, поэтому Вайолет вышла в главный зал на первом этаже. Петляя среди множества столов и полок с папками, она подошла к окнам, что вели на противоположенную улицу. Было лето. В жаркое время окна оставляли открытыми, поэтому девушка, высунувшись из окна и оценив ситуацию на улице: там не было солдат, но были обычные люди, сиганула в окно и была такова. Подняв воротник и опустив руки в карманы пальто, она заспешила прочь от «С.Н.», ускользая от эсэсовцев и оставляя позади кусок своей жизни, прожитой на почте в Берлине.