Всё о тебе (Everything About You/EAY)

•>Глава 7<•

День рождения и первое свидание. ♥️ Или глава, в которой Йен потерял голову. Целиком и полностью. Безвозвратно. Конец. Спокойной ночи. Это была моя любимая глава в LRPD. Предполагалось, что это будет середина истории, хотя получилось иначе, и из-за отсылки на заглавную песню это своего рода определяющая глава. Рада, что это последнее, что я публикую в 2020 году. Надеюсь, вам понравится, и спасибо за чтение! Предупреждения: Йен уже начинает осознавать, но у него всё ещё нет сверхчёткого понимания того факта, что в детстве его домогались. В главе немного говорится о Кэше и Неде. Дополнительные примечания в конце главы.

──────── • ✶ • ────────

Обычно я не хвастаюсь тем, что являюсь самым лучшим дядей в мире, но сегодня мой день рождения, так что позволю себе это. 😎 Печатая, Йен хитро улыбается и размещает пост в Инстаграме. Это его фотография с Фрэнни на плечах и Фредом на руках, прижатым спиной к груди Йена. Лип сделал снимок час назад, сперва в шутку отчитав его за то, что он подмазался к детям. — Что я могу поделать, если они меня обожают? — ответил Йен, пожав плечами, забирая свой телефон после того, как опустил на пол племянника и племянницу. Лип усмехнулся и наклонился, чтобы поднять сына. — Напомни мне, Фред, — сказал он мягким голосом, — позвонить дяде Йену в следующий раз, когда ты проснешься весь уделанный в какашках. Йен ухмыляется, представляя это, и отмечает Тэми и Дебби в посте. Он сидит за кухонным столом, жуёт куриную ножку и потихоньку потягивает пиво, пока братья и сёстры слоняются вокруг: едят, обсуждают свои проблемы и моют посуду. После окончания начальной школы празднование дня рождения в семейном кругу в основном состоит из ведёрка KFC c жареной курицей и иногда обычного покупного торта из супермаркета «Джуэл», шуточного захвата головы или сжатия шеи. Йен отмечает свои двадцать четыре с тем же размахом: те из Галлагеров, кто был свободен, собрались в доме к семи вечера и расправились с двумя ведёрками жареной курицы, печеньем, двухлитровой апельсиновой «Фантой» и ящиком пива Old Style. Странно быть двадцатичетырехлетним. Возраст не сказать, что почтенный, но, кажется, между двадцатью тремя и двадцатью четырьмя огромная разница, что заставляет Йена слегка задуматься. Если честно, ему немного грустно, когда он вспоминает жизненные планы, которые строил десять лет назад, и, будучи оптимистом, в свои четырнадцать думал, что имеет шанс выбраться. Он любит работу на скорой и откладывает деньги на будущее. Он искренне пытается держать под контролем своё психическое здоровье и надеется, надеется (как старшеклассник, молящийся о том, чтобы понравиться мальчику), что когда-нибудь у него будет кто-то, с кем он сможет разделить своё существование. Йен счастлив настолько, насколько это вообще для него возможно, и в двадцать четыре чувствует себя намного лучше, чем в любой год после шестнадцати. Но он не может не мечтать о вещах, пока медленно допивает пиво. Не может не смотреть, как брат держит своего сына, и не думать, как в детстве всегда представлял себе, как вырастет, станет офицером, кормильцем семьи. Может, не совсем белый заборчик и два с половиной ребёнка, но он хотел иметь что-то, что можно оставить после себя, хотел безопасности и удовлетворения, которое приходит с доказательством того, что ему что-то принадлежит, что-то, что он может любить, что-то, что он может содержать, что-то, что у него не отнимут. Пиво слегка притупляет ясность сознания, в животе теплеет, а мышцы расслабляются, что приводит Йена в немного сентиментальное настроение. Подходит Лип и хлопает его по плечу, и Йен встаёт из-за стола, следуя за братом к двери. Они присаживаются на ступеньки заднего крыльца. Пока Лип закуривает косяк, Йен откидывается на руки и смотрит в темноту, прерываемую светом уличных фонарей. Он вдыхает запах дешёвой травки вместе с глубоко въевшейся промышленной затхлостью Саутсайда и втягивает нижнюю губу в рот. Они долго молчат, пока Лип курит, но это комфортная тишина. Они жили в одной комнате, деля пространство друг с другом бо́льшую часть своей жизни, и не обязаны разговаривать каждую секунду. Однако некоторое время спустя Лип слегка фыркает, будто вспомнив что-то смешное, и спрашивает: — Так как там Микки? — он протягивает косяк, тихо комментируя: — Слабая фигня. Йен на мгновение колеблется, зная, что ему, вероятно, не стоит. Ну да чёрт с ним. Сегодня его день рождения. Идя на встречу своему желанию, он хватает косяк и затягивается. Задерживает дыхание и передаёт обратно, дым просачивается из уголков его рта, прежде чем он выдыхает его струёй в сторону брата. — Иди ты со своим «как там Микки», — говорит он приглушённым дымом тоном и легонько пинает брата по ноге. После того, как Лип понимающе медленно затягивается в ответ, метнув взгляд в прямо душу Йена, как кинжал, Йен пожимает плечами. Вздыхает. — Прекрасно. — Прекрасно? — Заткнись. Не знаю, — Йен чувствует, как его щёки горят под глазами, и выхватывает косяк, чтобы скрыть смущение. Лип просто наблюдает за ним, и да, хорошо. Йен, конечно, раскалывается, как и всегда рядом с братом. — Он мне нравится, — признаётся он, пожимая плечами. Ничего такого, чего бы Лип уже не знал, поскольку Йен буквально на прошлой неделе сказал, что, возможно, влюбляется. На что Лип и указывает, выхватывая у него косяк. — Чушь собачья, он тебе нравится. — Не знаю, — Йен делает паузу. Шмыгает носом. — Думаю, возможно, мы... увлечены друг другом. Или как там. Что-то в этом роде. Блядь. Вслух это звучит странно. Может, он так думает. Надеется на это. Глупый. Он вытягивает ноги до нижних ступенек. — Значит, Микки, мать его, Милкович типа платит тебе? Виртуальный секс? — Не-а, мы пока не дошли до этого. Не знаю. Мы просто вроде как болтаем, и всё такое. Пока что. — Типа, романтически или?.. — Нет, но... — Йен делает глубокий вдох и протягивает пальцы за косяком. — Вроде того. Типа, флиртуем. — Флирт с Микки Милковичем, — говорит Лип с полным ртом дыма, протягивая косяк. — И как это выглядит? — М-м-м, — Йен делает последнюю затяжку и отдаёт косяк обратно. — Много смайликов среднего пальца. Лип приподнимает бровь. — И дикпики. — Ни хрена себе! — Лип хихикает, как ребёнок, заставляя и Йена усмехнуться. Он потирает лицо ладонями. — Ага-а-а. — Держу пари, у него крошечный член. Йен фыркает. — Я должен был сказать, фотографии моего члена. До фото его члена мы ещё не дошли. Хотя, он присылает мне снимки с голым торсом. — Чёрт. Ты собираешься с ним встретиться? — Надеюсь, наверно, — Йен выпрямляется и скрещивает руки на груди, начинает чувствоваться вечерняя прохлада, обдувающий кожу ветерок вызывает мурашки. Травка окутывает его голову тёплым, расслабляющим туманом. — Скорее всего, не в ближайшее время. Не знаю, действительно ли он этого хочет, — Йен шмыгает носом. — Он довольно уклончив. — Да, я догадался. Чтобы Милкович был геем? — Лип хихикает, щелчком отшвыривает окурок и потирает ладони о джинсы. — Ага. — Если вы всё же встретитесь, ты возьмёшь с него оплату? В этом и состоит вопрос. Йен пожимает плечами. Они не возвращаются к этой теме. После нескольких минут молчания Лип встаёт, затем помогает Йену подняться на ноги, и они возвращаются в дом, чтобы съесть торт. Йен был бы счастливее всех на свете, если бы Микки ушёл из приложения. Это странная пелена, нависшая над их отношениями, о которой Йен старается лишний раз не думать из опасения, что чувство вины сожрёт его заживо. Чувство вины из-за того, что он получает от этого столько же или даже больше, чем Микки, и всё же по-прежнему принимает его деньги каждую неделю. Это кажется неэтичным, почти так же, как если бы Йен обманом вытягивал из него бабло. Разреши мне позвонить тебе по ФейсТайм, когда в моей спальне темно. Слушай, как я рассказываю тебе всю свою депрессивную чушь. Утешь меня. Сделай так, чтобы я почувствовал себя хорошо. Заплати $65.99 за оказанные услуги. Пусть компания заберёт 70%, а остальное будет напрямую зачислено на мой сберегательный счёт. От одной мысли об этом у него сводит живот. Он чувствует, что облажался. Это кажется неправильным. Проблема, однако, в том, что нет абсолютно никакой гарантии, что Микки хочет отписаться. Что Микки думает о Йене как-то иначе, чем как о секс-работнике, которому платит за кокетливые разговоры и фотографии члена. Нет никакой гарантии, что, предложи ему Йен сделать всё это бесплатно, — будучи готовым болтать с Микки ночи напролёт, чтобы просто услышать его голос — Микки не прервёт контакт. Что попытки мальчика по вызову перейти к более личному общению не заставят Микки почувствовать себя настолько неловко, что он заблокирует номер Йена. Он, блядь, не знает, как справиться с этой ситуацией. Это похоже на повторение вопроса с биполярным расстройством. Будет ли это иметь значение для Микки? Продолжит ли он общение с Йеном, когда узнает? Он думает, что Микки беспокоится о нём. Он с пониманием отнёсся к его биполярному расстройству. Очевидно, ему нравится разговаривать с Йеном. Просто в ситуации достаточно неопределённости, чтобы Йен не хотел ничем рисковать. Он и так многим рискует. Он рискует психическим здоровьем, позволив себе сойти с ума от сильных чувств к Микки, в результате чего его лекарства в сотый раз скорректированы. Он не знает, готов ли рискнуть своими отношениями с Микки. Вернувшись в дом, Йен задувает свечи в виде цифр два и четыре, воткнутые в торт с дизайном гоночной машины, выбранным Фрэнни. Его братья и сёстры толпятся вокруг, похлопывая его по спине и обнимая сбоку, и он подхватывает Фредди, как только пламя гаснет, проводит пальцем по глазури и даёт немного малышу. — Подгузник сам ему будешь менять, — напоминает Лип, и Йен просто пожимает плечами и кружится со своим маленьким племянником, танцуя под песню, которую кто-то запускает на bluetooth динамике. Как бы там ни было, он разберётся.

──────── • ✶ • ────────

Домой Йен возвращается почти в полночь. Приняв лекарства, он идёт в свою комнату, чтобы переодеться. Он вытаскивает телефон из кармана джинсов впервые за несколько часов, затем стаскивает их и, растянувшись на кровати, на которую плюхнулся в боксерах и футболке, проверяет сообщения. У него двадцать семь лайков к посту в Инсте и несколько комментариев «С Днём рождения» от Мэнди, Элли, Джейка, парочки хороших знакомых и тех, кого он смутно припоминает со школы. Есть пропущенный звонок и голосовое. А ещё сообщения от Фионы, Карла и Ви. Микки. С колотящимся сердцем Йен открывает сообщения Микки.

──────── • ✶ • ────────

Микки (23:22): Игнорируй голосовое от меня, это глупо Микки (23:22): С днём рождения или как там

──────── • ✶ • ────────

Он звонил ему? Оставил голосовое сообщение? С молниеносной скоростью Йен открывает голосовую почту и видит тридцатитрёхсекундное сообщение от Микки, записанное в 21:46. В отчаянии он нажимает кнопку воспроизведения. — Эм, привет... — следует четырёхсекундная пауза. — Это Микки. Только что увидел, что у тебя день рождения, потому что ты хвастался этим дерьмом в своём дурацком посте. Не знаю, пошутил ты или нет, но если сегодня твой день рождения... С Днем Рождения, — пауза. Йен слышит нервное дыхание Микки. — Ладно. Пока. Ты не должен мне перезванивать или что-то в этом роде. Я просто хотел это сказать, вот и всё. Ладно. До скорого. Йен перекатывается на живот и зарывается лицом в подушку. Блядь. Затем он прослушивает сообщение ещё три раза, щёки розовеют и нагреваются от радостного возбуждения, сердце подпрыгивает, потому что… святое дерьмо. Святое дерьмо. Микки поздравил его с днём рождения, оставив голосовое сообщение. Это такая глупая и простая вещь, но живот Йена наполняется бабочками. Ощущение настолько интенсивное, что ему приходится прижать ладонь к центру живота и выдохнуть. Йен потерял голову. Целиком и полностью. Безвозвратно. Конец. Спокойной ночи. Он снова запускает сообщение, покусывая нижнюю губу, чтобы сдержать усмешку в моментах, когда Микки прерывисто дышит во время пауз, а затем открывает его сообщения.

──────── • ✶ • ────────

Йен (23:58): Микки.

──────── • ✶ • ────────

На самом деле это всё, что он может сказать. Микки. Чёртов смайлик с глазами-сердечками.

──────── • ✶ • ────────

Микки (23:59): ??? Йен (23:59): Спасибо за голосовое. 😊 Микки (00:00): Ты не должен был его слушать Йен (00:00): Какая жалость. 😎 Йен (00:00): Я слушал его четыре раза.

──────── • ✶ • ────────

Он даже не против признаться в этом.

──────── • ✶ • ────────

Микки (00:01): Почему?? Йен (00:01): Почему бы и нет? Йен (00:02): В любом случае ещё раз спасибо. Ты не должен был этого делать. Микки (00:02): Неважно Микки (00:02): Сколько тебе, 24? Йен (00:03): Ага! 😳 Микки (00:03): Становишься слишком старым для своих отвратительный гериатрических клиентов Йен (00:03): 🖕 Йен (00:03): Я всё ещё молод и сексуален.

──────── • ✶ • ────────

Печатая это, он ухмыляется, зная, что Микки собирается отпустить комментарий о его эго.

──────── • ✶ • ────────

Микки (00:04): Матерь божья Йен (00:04): Что? Микки (00:04): Как ты спишь по ночам под тяжестью своего эго

──────── • ✶ • ────────

Йен усмехается.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:05): Как ребёнок. 👶 Микки (00:05): Дубина Йен (00:05): 😍 Микки (00:06): Ты отстой Йен (00:06): Ты должен быть милым со мной. Сегодня мой день рождения. Микки (00:06): Уже нет Йен (00:06): Так нечестно. У меня было всего две минуты на то, чтобы поговорить с тобой в день моего рождения, так что тебе просто придётся дать мне немного дополнительного времени по доброте душевной. Микки (00:07): Я разговаривал с тобой весь день. Что ж ты раньше не сказал, что у тебя день рождения Микки (00:07): Сам виноват, сучонок Йен (00:08): Ого. Йен (00:08): Видимо, это то, что я получаю за свою скромность. 😞 Микки (00:08): Удивлён, что ты не загорелся прямо сейчас Йен (00:09): Называешь меня горячим? Микки (00:09): 🖕 🖕 🖕 Ты хуже всех Йен (00:09): 😏

──────── • ✶ • ────────

Оглядываясь назад, он жалеет, что не сказал Микки о дне рождения утром, когда они переписывались, пока Йен ехал в метро на работу. Это приходило ему в голову, и Микки, вероятно, поверил бы, что это в его стиле — объявить о своём дне рождения и в шутку потребовать особого отношения. Но это казалось странным, как будто он, возможно, слишком навязчив, словно ожидая чего-то от Микки. Он перечитывает некоторые из их сегодняшних сообщений, написанных ранее. Микки прислал ему фотографию, на которой сидит в кожаном кресле службы безопасности на работе, с поднятыми бровями и широко распахнутыми голубыми глазами, чертовски милый в своей маленькой темно-синей рубашке на пуговицах и наушниками на шее. В ответ Йен прислал ему селфи с работы: он стоит на улице во время перекура и щурится, солнце ярко освещает его кожу. Микки ответил только:

──────── • ✶ • ────────

Микки (10:12): Конопатый

──────── • ✶ • ────────

Тем не менее, это заставило Йена сделать несколько глубоких вдохов, чтобы собраться с мыслями, прежде чем вернуться на станцию. Он прокручивает диалог немного выше и перечитывает сообщения, которыми они обменялись в обед.

──────── • ✶ • ────────

Йен (12:04): Что на обед, Милкович? Микки (12:04): Ты спрашиваешь меня об этом каждый день Йен (12:05): И каждый день надеюсь, что ты проявил более творческий подход в выборе еды. Йен (12:05): У тебя под рукой целый фуд-корт. Внеси разнообразие в свою жизнь! Микки (12:05): Пошёл ты Йен (12:06): Что сегодня, экстра пепперони из «Сбарро» или клубный сэндвич от «Патбелли»? Микки (12:06): 🖕 🖕 🖕 Йен (12:06): Пицца, да? 😞

──────── • ✶ • ────────

И в этот момент Микки пишет ему.

──────── • ✶ • ────────

Микки (00:13): 1 и единственная приятная вещь, которую ты получишь: Микки (00:13): Надеюсь, твой день рождения прошёл нормально

──────── • ✶ • ────────

Микки.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:13): Ничего себе. Ты на самом деле выкладываешься по полной, не так ли? 😉 Микки (00:14): 🖕 Йен (00:14): Спасибо. 😊 Так и было. Микки (00:14): Да-да, как скажешь Микки (00:15): Хорошо Йен (00:15): Когда у тебя день рождения? Микки (00:15): 10.08

──────── • ✶ • ────────

Интересно, на каком этапе будет их общение в августе? Будут ли они всё ещё поддерживать связь, встретятся ли, поцелует ли Йен Микки в губы и лоб, проведёт ли большими пальцами по его бровям? Он задаётся вопросом, обновит ли Микки к тому времени подписку до Платинового пакета. Закажет ли он свой первый сексуальный опыт с мужчиной, и примет ли Йен деньги или скажет ему: «Нет. Ни за что. Мы не станем встречаться в отеле. Ты придёшь ко мне, и сначала я тебя поцелую.»

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:16): Это через 3 месяца. Что тебе подарить? Микки (00:16): Мир и покой Микки (00:16): Наверное, до тех пор, пока ты не поймешь, как перестать болтать Йен (00:16): 🖕 🖕 Йен (00:16): Злюка! Микки (00:17): Сказал же, ты получишь только 1 приятную вещь Йен (00:17): Пришли мне своё фото, и, может, я тебя прощу. Микки (00:17): Да мне пофиг, простишь ты меня или нет Йен (00:17): Пришли мне своё фото, потому что ты хороший человек. Микки (00:18): Я нехороший Йен (00:18): Пришли мне своё фото, потому что я так хочу. Микки (00:19): Придурок Йен (00:19): 😍

──────── • ✶ • ────────

Через четыре минуты появляется фотография. Это селфи по грудь. Микки, одетый в выцветшую малиновую футболку с обрезанными рукавами, прислонился к изголовью кровати, его волосы немного растрёпаны, длинная прядь свисает на лоб, и он нежно улыбается с сомкнутыми губами. Взгляд мягкий, брови расслаблены. Йен обнимает подушку. Выдыхает. Спрашивает себя: «Что самое худшее может случиться»? Пишет:

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:24): Ты такой милый, Милкович.

──────── • ✶ • ────────

И тут же задерживает дыхание. Это было глупо? Возможно. Йен и раньше называл его милым, так что это не совсем как гром среди ясного неба. Чёрт, он даже сказал ему в шутливом тоне, что считает его фотографии горячими. Но, может теперь, когда они переписываются за рамками kestrel, всё ощущается немного по-другому. Микки долго не отвечает, и Йен подумывает извиниться. Он печатает «Прости, я не это имел в виду. Твоя улыбка просто идёт тебе.», но, прежде чем успевает отправить, Микки отвечает:

──────── • ✶ • ────────

Микки (00:29): Заткнись

──────── • ✶ • ────────

Йен улыбается, счастливо и с облегчением, и удаляет всё, что набрал.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:29): Простите меня, сэр. Микки (00:30): 🖕 Йен (00:30): Не стесняйтесь сказать мне, что я тоже милый. Я подожду.

──────── • ✶ • ────────

Микки не реагирует. И, может это потому, что он всё ещё немного расслаблен и хихикает от единственного выпитого грёбаного пива и слабого косячка с травкой, но Йен разражается смехом, пытаясь заглушить его одеялом. Вот блин, Микки ему так нравится.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:33): Позвольте мне отправить вам фотографию, чтобы напомнить.

──────── • ✶ • ────────

Йен перекатывается на спину, поднимает телефон и делает снимок по плечи в портретном режиме: голова лежит на подушке, и он лыбится, как ребёнок. Он отправляет фото и ждёт. И ждет.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:37): Скорее! Я старею и с каждой минутой теряю свою привлекательность. Йен (00:38): https://youtu.be/IkdmOVejUlI Микки (00:39): Господи боже Микки (00:39): Ты такой отстойный, чувак Йен (00:40): https://youtu.be/xy_NKN75Jhw Йен (00:42): https://youtu.be/1sruEnQ9HkU Йен (00:44): https://youtu.be/hQHceE-N57Q Микки (00:45): Глупый конопатый засранец Йен (00:45): Ладно. Но я МИЛЫЙ глупый конопатый засранец? Микки (00:46): Конечно 🖕 Микки (00:46): Как скажешь Микки (00:46): Ненавижу тебя Йен (00:47): Но считаешь меня милым, и это всё, что имеет значение. 😌 Микки (00:47): Как у тебя вообще может быть хоть один клиент Микки (00:47): Кроме меня, потому что уверен, что я, должно быть, самый милый ублюдок на свете, раз терплю твою раздражающую задницу Йен (00:48): Видишь ли, твоя ошибка заключается в том, что ты предполагаешь, что я веду себя так же и с другими клиентами. Микки (00:48): Значит им чертовски повезло Йен (00:48): 😏 Микки (00:49): Тупица Йен (00:49): 😍 😍 😍

──────── • ✶ • ────────

Йен никогда не испытывал ничего подобного. Он прокручивает диалог назад к фотографии Микки. Нажимает на неё. Увеличивает. Вглядывается в мягкие черты лица и думает о том, что Микки не показал ему фак, не стал строить из себя задиру. Он просто улыбается, так нежно. Йен хочет, чтобы они соприкоснулись носами. Хочет, чтобы их губы сомкнулись.

──────── • ✶ • ────────

Микки (01:18): Спокойной ночи, именинник хренов

──────── • ✶ • ────────

Пишет Микки спустя двадцать минут после завершения разговора, когда Йен уже собрался лечь спать.

──────── • ✶ • ────────

Йен (01:19): Спокойной ночи, милый засранец.

──────── • ✶ • ────────

И что с того, что он делает из этого фишку? Он позволяет это себе в качестве подарка на день рождения.

──────── • ✶ • ────────

После их обсуждения, после гипоманиакального эпизода Йена и тем более после его дня рождения, они с Микки начинают общаться постоянно. Для Йена даже нет ничего необычного в том, чтобы написать Микки «Доброе утро» сразу после семи, когда, как он знает, Микки встаёт на работу.

──────── • ✶ • ────────

Йен (07:02): Доброе утро! Микки (07:02): Какого хрена Йен (07:03): Я не спал с 05:30 и уже выпил «Ред Булл» и кофе, так что тебе придётся меня потерпеть. Йен (07:03): Тебе ещё повезло, что я ждал до 7, чтобы написать. Микки (07:04): И пал бы смертью храбрых в таком случае Йен (07:04): Спасибо, Микки. Приятно было с тобой поболтать. Микки (07:04): Отвали 🖕

──────── • ✶ • ────────

и

──────── • ✶ • ────────

Йен (07:08): Тебе больше никогда не разрешается звонить мне после полуночи. Я дохуя измотан. Микки (07:12): Добро пожаловать в мой мир, ублюдок Микки (07:12): Из-за тебя я, блядь, сплю в среднем часов по 5 каждую ночь Йен (07:13): 😏

──────── • ✶ • ────────

и очень редко

──────── • ✶ • ────────

Микки (06:58): Доброе Микки (06:59): Утро Микки (07:00): Блядь Микки (07:01): Ублюдок Микки (07:02): !!!!!!!! Йен (07:02): Нееееет! Йен (07:02): Ты такой подлый! Йен (07:02): Чёртово зло! Йен (07:03): Так нечестно. Я никогда не пишу тебе рано утром в твои выходные! Микки (07:04): Ага-ага Микки (07:04): Ложись спать Йен (07:05): 🖕 🖕 🖕 🖕 🖕

──────── • ✶ • ────────

Они разговаривают по телефону почти каждый вечер (иногда больше часа) обо всём и ни о чём. Спорят. Обсуждают работу. Йен рассказывает Микки о семейных неурядицах, а Микки ему забавные Милковические истории тех времён, когда он был подростком — о торговле наркотиками, краже кредиток, полуночных поездках на угнанных машинах и бегстве от копов. Они оба устают, и их голоса становятся мягкими ко времени, когда пора попрощаться. — Спокойной ночи, Микки. — Спокойной ночи, Соня. — Если я Соня, то ты Ворчун. — Я передумал. Ты Простак. — О, это так мило. Заставляешь меня чувствовать себя Скромником. — Срань господня! Я тебя ненавижу. — М-м-м. Рад, что сделал тебя Весельчаком. В противном случае мне, возможно, придется позвать Доктора. — Пфф. Банальный засранец. — Намёк на смайлик с глазами-сердечками. — Тупица. Иди спать. — Оки. Ты тоже. — Ага-ага. — Спокойной ночи, Мик. — Мм... Спокойной ночи, Чихун. (1)

──────── • ✶ • ────────

Йен (12:21): 😍

──────── • ✶ • ────────

Это кажется романтичным. Йен не знает, так ли это. У него никогда не было по-настоящему близкого друга, кроме брата, поэтому он не знает, нормальны ли подобные шутки. Обычные парни-геи, являющиеся лучшими друзьями, разговаривают так? Звонят друг другу по ночам, находясь в своих постелях? Смеются, шепчутся, спорят и шутят друг с другом в темноте? В довершение к этой путанице, у Йена никогда не было романтических отношений с ровесником, поэтому он даже не уверен, на что обращать внимание. Он не знает, как всё это работает. Всё, что он знает, это то, что ситуация становится всё хуже и хуже, в лучшем смысле этого слова.

──────── • ✶ • ────────

Суббота, вечер, Йен только что вернулся из спортзала Кева, потный и раскрасневшийся. Он стал чаще заниматься боксом, поднимать тяжести. Теперь, когда потеплело, он бегает трусцой при любой возможности — в аптеку, в тренажёрный зал, чтобы взять поесть навынос — в дополнение к утренним шестимильным пробежкам, на которые отправляется, когда не работает. Возобновившаяся мотивация к фитнесу начинает приносить радость. Потянувшись, он снимает с себя пропитавшуюся потом одежду, бросает её где-то рядом с корзиной для грязного белья и идёт принять ванну. Прежде чем вода поднимется слишком высоко, он проверяет прочность клейкой ленты, которую налепил на слив-перелив, так как из-за этой старой развалюхи вода каким-то образом постоянно заливает весь пол, если он этого не сделает. Всё нормально. Можно было бы добавить дополнительный слой, но пока сойдёт и так. Он возвращается в спальню, берёт телефон, кладёт его на бортик ванны и забирается в неё, медленно опускаясь в настолько горячую воду, насколько может вынести. Йен не из тех, кто принимает ванну, обычно он предпочитает душ, но сегодня чувствует себя переутомившимся и хочет немного расслабиться. С довольным вздохом он вытягивается, упираясь пальцами ног в переднюю стенку ванны, размещая ступни по обе стороны сливного отверстия, и откидывается назад. Он опускает взгляд и осматривает себя: упругий живот, член, немного покачивающийся в воде, и чёрный, испорченный ноготь на ноге — результат неудачного падения банки куриного супа неделю назад. И ладно, конечно. Может, он сделает несколько снимков, чтобы отправить их Микки позже. Почему бы и нет. Он раскраснелся от жары, и его член довольно хорошо смотрится в воде, розовый и слегка привставший, а влажные лобковые волосы выглядят довольно сексуально, если прищуриться. Он берёт телефон и делает несколько фотографий: пару снимков торса и один с рукой, обхватившей член. Потом кладёт телефон обратно на край ванны и снова вытягивается. Закрывает глаза. Задаётся вопросом, дрочит ли Микки на его дикпики. Возможно. На несколько минут он растворяется в расслабляющем мышцы тепле и успевает задремать, а когда просыпается, то слышит оповещение о смс. Он хватает телефон.

──────── • ✶ • ────────

Микки (20:13): Так тебе нравится целоваться с клиентами или чё

──────── • ✶ • ────────

Это настолько случайный вопрос, что Йен не может удержаться от смеха, недоумевая, какого хрена Микки спрашивает его о чём-то подобном совершенно спонтанно. Но потом решает, что Микки спрашивает его о поцелуях. Он что, думает о том, чтобы целоваться?

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:15): Иногда. А что?

──────── • ✶ • ────────

Ему следовало сказать «редко». Потому что так и есть. В большинстве случаев он не отказывается, но предпочитает не упоминать об этом и никогда не инициирует.

──────── • ✶ • ────────

Микки (20:16): Не знаю, мне кажется, это довольно мерзко. Микки (20:17): Я ещё могу понять секс ты же в основном сверху, но например, нафига тебе язык какого-то морщинистого старого женатика в горле Йен (20:17): 😂 Почему это вообще пришло тебе в голову? Микки (20:18): Заткнись Йен (20:18): Ладно, может это и глупо с моей стороны, но если они меня даже отдалённо не привлекают, я обычно говорю, что не целуюсь. Йен (20:19): Вообще-то ты будешь удивлён тем, как мало клиентов, с которыми я встречаюсь, на самом деле хотят этого. Думаю, так как многие из них состоят в отношениях, они считают поцелуи изменой. В основном они выбирают довольно стандартный doggy-style трах, либо хотят отсосать мне, прежде чем я подрочу им. Микки (20:19): Понял Йен (20:20): Я уже давно не целовался с клиентом.

──────── • ✶ • ────────

Он уже давно ни с кем не целовался. Возможно, последний раз это было в канун Нового года с парнем из клуба, которого он подцепил, чтобы быстро и грязно потрахаться в уборной. Они крепко целовались в течение минуты, прежде чем Йен развернул его и начал дёргать ремень за шлёвки. Он целовался с несколькими парнями, но это никогда не было чем-то мягким и милым. Хуета с Кэшем, да, но это было как-то ненормально во всех отношениях. Ожидая ответа, Йен думает о поцелуе с Микки. Думает, что, возможно, хотел бы, чтобы он был мягким и милым, во всяком случае, сначала. Интересно, со сколькими людьми целовался Микки? Целовался ли он когда-нибудь с парнем? И когда — когда, пожалуйста, пожалуйста, когда — они займутся сексом, будет ли Йен его первым, по крайней мере, первым мужчиной? Он почти теряет рассудок, задаваясь вопросом, может ли оказаться ещё и первым, с кем Микки поцелуется? Охренеть. От этой мысли у него живот сжимается, как никогда раньше. Проклятые бабочки. Он делает глубокий вдох. Успокойся.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:25): Я ответил на твой вопрос? 🤨 Микки (20:26): Ага Йен (20:26): Чем занимаешься?

──────── • ✶ • ────────

Через минуту Йен получает фотографию тарелки с мини-пиццей.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:28): Мило. Микки (20:28): А что? Сам-то чем занят Йен (20:29): Отмокаю после тренировки. 💪 Йен (20:29): И это действииительно сексуально, потому что предварительно мне пришлось заклеивать переливной слив, так как он неисправен, и если в него попадает вода, то всё оказывается на полу. Микки (20:30): Горячо Йен (20:31): 🔥 🔥

──────── • ✶ • ────────

Кстати, об этом. Йен ухмыляется и лениво почёсывает грудь.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:31): Ты не против парочки фотографий? Йен (20:31): Моих, а не слива-перелива Йен (20:31): Но я и его фотку пришлю, если вдруг тебя это заводит.

──────── • ✶ • ────────

Йен ждёт. Спросив, он всегда ждёт. Иногда тридцать секунд, иногда минуту. А иногда и дольше. Он задумывается, дойдут ли они когда-нибудь до того, что Микки прямым текстом попросит его об обнажённом фото. Йен даже не может себе этого представить.

──────── • ✶ • ────────

Микки (20:32): Почему бы и нет Йен (20:32): 😏

──────── • ✶ • ────────

Йен просматривает сделанные ранее снимки, затем фоткает ещё и ноги (с почерневшим ногтем на пальце) по обе стороны заклеенного скотчем верхнего слива. Он прикрепляет всего четыре снимка к сообщению и отправляет его Микки. Откладывает телефон. Потирает живот. Что, если Микки действительно дрочит на фотографии? Должно быть, так. Типа, это даже не вопрос, верно? Вы не посылаете фотографии члена другому парню только для того, чтобы он бросил на них беглый оценивающий взгляд. Вы отправляете дикпики, чтобы на них мастурбировали. Мысли Йена блуждают в фантазиях о том, как Микки дрочит. Он никогда не видел его члена, но видел Микки в облегающих боксерах. Он снова берёт телефон и просматривает галерею в поисках того фото, о котором думает. Микки отправил снимок неделю назад. На нём он сидит, скрестив ноги, на краю кровати, крохотные темно-синие трусы натянуты на бёдра и, по счастливой случайности, демонстрируют мягкую выпуклость в промежности (больше, чем когда-либо прежде). Это снимок в зеркале, которое Микки, очевидно, снял с задней стороны своей двери и поставил напротив кровати. На снимке он глупо улыбается, гримасничая, его брови приподняты, образуя V-образную форму. Сидячее положение заставляет его живот слегка подсобраться, и это может быть просто любимой частью Йена. Он кладёт руку на член и лениво водит кулаком вверх-вниз, в основном просто ощущая кожу. Он представляет, как Микки на этой фотографии засовывает руку в боксеры, представляет этот небольшой животик и лицо, сморщенное в счастливом выражении удовольствия, и его запястье, двигающееся медленно-медленно, когда он прикасается к себе. Йен вздыхает, закрывая глаза. Хорошо. Ладно. Он делает глубокий вдох. Да. Блядь. Минуту спустя, от случайных прикосновений и мыслей он переходит к настоящей дрочке. Он сжимает кулак, кладёт другую руку на живот и гладит себя, пока мастурбирует. Дышит глубоко. Тяжело. И он уже собирается ещё больше откинуться назад, может, даже на спину, может, подтянуть колени, чтобы лечь плашмя в воду, когда телефон звонит, ошарашив его так, что он почти дёргается в отчаянии. Чёрт. Чёрт. С колотящимся сердцем он садится, выпрямляясь, убирает руку с члена и хватает телефон.

──────── • ✶ • ────────

Микки (20:41): Что с твоим ногтем

──────── • ✶ • ────────

Йен смеётся, расслабленно откидываясь в ванне. Он не должен был ожидать ничего другого, кроме ироничного комментария. Чёрт, он ему нравится.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:41): Ты говоришь такие сладкие вещи. Йен (20:41): Подногтевая гематома от падения на палец банки с супом. Заткнись заранее. 🖕 Микки (20:41): Это что ещё за хуйня Йен (20:42): В основном кровь под ногтем. Он, наверное, отвалится. Микки (20:42): Ты прав, я точно завёлся

──────── • ✶ • ────────

Рад, что могу возбудить тебя, — печатает он, прежде чем стереть текст и отправить только эмодзи.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:43): 😏

──────── • ✶ • ────────

Может, говорить о возбуждении уже перегиб, но он всё равно хочет подтолкнуть.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:43): Что думаешь о других фото? Микки (20:44): Чувак, не спрашивай меня о таком дерьме Йен (20:44): Я просто предположу, что это 10 из 10. Микки (20:44): Предполагай, что хочешь, чудила Йен (20:45): 11 из 10 снова? Чёрт. Микки (20:45): 🖕

──────── • ✶ • ────────

Йен небрежно смотрит на себя: на свой в основном твёрдый член, чуть смещённый в сторону и покоящийся на животе. Он кладёт на него руку и поглаживает один раз. Другой. Раздумывает.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:46): Если тебе интересно, у меня есть ещё одно фото, которое я могу отправить. Йен (20:46): Оно немного более сексуально, чем то, что я обычно посылаю, но ничего экстремального. Хочешь?

──────── • ✶ • ────────

Блядь. Ожидая согласия Микки, он открывает камеру и делает несколько снимков. Обрезает и переворачивает самый удачный кадр, чтобы член смотрелся наилучшим образом.

──────── • ✶ • ────────

Микки (20:49): Поступай как хочешь

──────── • ✶ • ────────

Прикрепляя фотографию, Йен не может не нервничать. Он колеблется, прежде чем нажать «Отправить», желудок скручивает узлом, но его подмывает от кипящего возбуждения при мысли о том, что Микки увидит его эрекцию. Вашу мать. Он посылает фото. Задерживает дыхание. И понятно, он не ожидает, что Микки ответит сразу. Он кладёт телефон обратно на край ванны, откидывается назад и снова берёт член в руку. Он не подступает близко к оргазму, потому что слишком нервничает, но расслабляется в тёплой воде, и его член всё время твёрд, пока он водит пальцами по животу, бёдрам, мокрому от воды лобку и по головке. Что делает Микки прямо сейчас? Ест пиццу и смотрит на член Йена? Эта мысль заставляет Йена рассмеяться, и, не успев подумать, он подтягивает колени и позволяет себе опуститься в воду с головой. Он задерживает дыхание так долго, как только может, и когда пузырьки воздуха начинают вырываться из ноздрей, садится, задыхаясь, и стряхивает воду с волос. Вытирает глаза. Ухмыляется. Грёбаный тупица. Он вытирает руки о занавеску для душа и хватает телефон.

──────── • ✶ • ────────

Йен (20:58): 👍 или 👎? Микки (20:58): 👍 Микки (20:58): 🖕

──────── • ✶ • ────────

Боже, он так ему нравится. Он так охуенно сильно влюбляется. Он хочет написать ему: «Знаю, это безумие, и мне очень жаль, но я примерно на 75% уверен, что влюблён в тебя.» и «Я сейчас в ванне, и могу думать только о том, как ты скачешь на мне. Я бы заставил тебя чувствовать себя так хорошо.» и «Я ощущаю романтическую атмосферу в наших разговорах. А ты?» и особенно «Если бы сейчас мы находились вместе, ты бы позволил мне поцеловать тебя?» Чёрт. Йен открывает фотографии Микки и пролистывает несколько, когда снова берёт себя в руку. Микки сидит на нём сверху. Они в ванне, колени Микки по обе стороны от тела Йена, грёбаные... пузырьки пены поднимаются до их талий, и Йен водит ногтями вверх и вниз по спине Микки. Он посасывает шею Микки. Кусает его за плечо. Целует в губы и делает всё возможное, чтобы вытянуть из него как можно больше стонов удовольствия. Боже, он хочет, чтобы ему было так хорошо. Хочет облизать его кожу и прижать к груди. Стиснуть. Заставить кончить. Йен закрывает глаза и роняет телефон с края ванны на коврик. Он касается сосков левой рукой, пока дрочит, и, когда кончает на живот в три импульса, шепчет «блядь, блядь, блядь» и, подтягивая колени, снова погружается в воду, которая покрывает его волосы и уши. Чёрт. Вашу мать. Он вздыхает и немного отодвигается назад, чтобы поднять голову из воды. Потирает живот и головку члена, скользко-липкого от капель спермы, смешавшихся с водой. Он знает, — теперь больше, чем когда-либо — что ему конец.

──────── • ✶ • ────────

Обречён настолько, что звонит Микки всего через полчаса после последнего сообщения. Для этого нет никакой причины — в голову не приходит ни одного оправдания — и почти час они бесцельно болтают о всякой ерунде, пока Микки убирается в спальне и собирает бельё в стирку, а Йен готовит макаронный салат из коробки с полуфабрикатом. (2) Микки кажется рассеянным на протяжении большей части их разговора, и Йен знает, что тот занят. Знает, что ему, вероятно, следует завершить звонок, оставить Микки в покое, сделать себе пасту цезарь и съесть её, как разумный человек, не тонущий в зарождающейся любви. Он это знает. Но по-прежнему болтает, жуя пригоршню чипсов Ruffles, ожидая, пока закипит вода для макарон. — К твоему сведению… Раздается какой-то странный звук, как будто Микки вырвали из его мыслей. — Что? Йен выдыхает. — К твоему сведению, скорее всего, мне понадобится помощь с ужином примерно на следующей неделе, так что оставайся на связи, засранец. — Думал, что ты уже взрослый, — фыркает Микки. — Полагаю, мне понадобится помощь, чтобы сварить макароны или типа того. Это тяжкий труд, — он ухмыляется, глядя на кипящие макароны. — Да-да, пошёл ты, — отвечает Микки лёгким весёлым тоном. — Тяжкий, да? Йен хихикает, доставая из ящика для посуды деревянную ложку, и помешивает макароны. — Ужин по ФейсТайм? Минус поглаживание котика? — Кажется, я, блядь, уже просил тебя не говорить о поглаживании моего кота? — Тогда приласкай свою киску. — Ты можешь отвалить с этим дерьмом, — стонет Микки. Йен смеётся. Боже, он так ему нравится. Так невероятно-невероятно сильно. — Итак, — говорит он, устраиваясь поудобнее, проводя рукой по губам в попытке стереть усмешку и взять себя в руки. — ФейсТайм на этой неделе? Ты тоже будешь есть. Слышны статические помехи от дыхания Микки. — Ладно. Йен улыбается. — Да? — Да. — Круто. Наступает момент уютной тишины. Йен снова помешивает макароны, наблюдая, как фузилли (3) лениво крутится в кастрюле. — Эй, — наконец произносит он, откладывая ложку и прислоняясь спиной к стойке у плиты. — М-м? Йен поджимает губы. Размышляет. И что ж, пожалуй, ему следует пожелать Микки спокойной ночи. У него полно дел, а Йен монополизировал его время на последние пару часов. — Я отпущу тебя, — бормочет он. Микки молчит с минуту, прежде чем мягко ответить: — Ладно. — Пришлёшь мне фотку сегодня вечером? Микки хмыкает. — Хорошо. — Хорошо? — Пфф. Да, как скажешь. Йен улыбается, сердце колотится. — Что ты делаешь со всеми моими фотографиями? — спрашивает Микки, тон его голоса склоняется к дурашливому. — Скорее всего, распечатываешь и вешаешь на стену, как серийный убийца. — Чёрт. Как ты узнал? — Похоже на тебя. — Разве? — Йен улыбается всё шире и шире, слыша хриплый смех Микки. — Кроме того, — продолжает Микки, — это то, что я делаю с твоими снимками, так что… — Значит, на стене твоей спальни висят фотографии моего члена? — Ну да. Думаешь, это странно? — М-м-м. Немного, — Йен закусывает губу и шаркает босыми ногами по половицам. Делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, и говорит: — Но ты мне нравишься, так что я не против. Микки молчит, и на мгновение Йен впадает в панику, опасаясь, что переступил черту. Одно дело написать «ты мне нравишься» в смс. Совсем другое — сказать это вслух. Но потом раздаётся тихое «ч-ч-ч», и Микки бормочет: — Чудила. — Это не у меня на стене висят фотографии члена. — Потому что я тебе их не посылал. Хочешь изменить это? — почти спрашивает Йен, даже открывает рот, но в итоге решает промолчать. Вместо этого он смеётся и говорит: — Хотя, фото без рубашки присылаешь. У меня целая стена посвящена твоей груди. — Придурок. — Ага. — Ты собираешься послать мне грёбаный смайлик с сердечными глазами, да? Йен улыбается, отводит телефон от уха и посылает:

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:21): 😍 Микки (22:21): 🖕

──────── • ✶ • ────────

Усмехнувшись, Йен проверяет свои макароны, ещё раз помешивает и выключает плиту. Это глупо, он знает, но чувствует зачатки того, что могло бы стать отношениями бойфрендов, и он не может не ощущать странного чувства гордости, пузырящегося в груди, поднимающегося вверх и прорывающегося наружу в виде глупой ухмылки. — Окей, — говорит он, пытаясь подавить её. — Я правда хочу отпустить тебя. — У тебя клиент, или?.. — Не-а. Была кое-какая переписка раньше, — Йен сглатывает и тянется к шкафчику над плитой за дуршлагом. — Думал отпустить тебя, чтобы ты закончил с уборкой. — Хм-м, — мягко отзывается Микки, будто размышляет. И он делает быстрый вдох, словно собирается что-то сказать, но замолкает прежде, чем успевает сформировать хоть слово. Через минуту он, наконец, говорит: — Ладно, придурок, — Йен слышит ласковую улыбку в его голосе, и тепло опаляет его кожу изнутри. А если я скажу, что хочу поцеловать тебя? — размышляет Йен, потирая пальцем телефон.

──────── • ✶ • ────────

Они прощаются, и, процедив макароны, смешав их в чашке с пакетиком сушёных трав, итальянской заправкой и приправами, Йен накладывает себе тарелку и садится за кухонный стол. Он ест поздний ужин и пьёт ананасовую «Фанту», открывая банковское приложение на телефоне и проверяя сумму накоплений. Подсчитывает. На самом деле, он не так много получает от Микки, подавляющая часть денег оседает в карманах генерального директора kestrel. Но он не потратил ни цента из того, что заработал, и каждая зарплата kestrel идёт прямо на его сберегательный счёт. Он может вернуть деньги — вернёт, когда поймет, как, блядь, сказать своему клиенту, что его переполняют чувства к нему. Всякий раз, когда Йен прикидывает, как, чёрт возьми, ему попросить Микки отменить подписку, не выставляя себя полным потерявшим голову идиотом и не рискуя своим нынешним счастьем ради шанса, что Микки действительно в него влюблён. Йен считает, что шансы примерно 75% в его пользу. Но этого недостаточно. У него живот сводит, когда он думает о том, чтобы сказать Микки, что он увлечён им. Романтически. Не как клиентом. Не только в сексуальном смысле. А так, что ему хочется, чтобы Микки обнимал его, когда он плохо себя чувствует. Так, что ему хочется пригладить волосы Микки и поцеловать кончик его носа. Так, что ему хочется, чтобы Микки лежал в его Только Для Настоящего Секса кровати, на его простынях, пробуждая в Йене желание забраться на него и войти в него, почувствовать его вокруг себя, когда он кончит. Это переполняющее чувство. Йен не знает, как со всем этим справиться. Он заканчивает ужин, моет посуду, убирает остатки еды и принимает лекарства, запивая их «Фантой».

──────── • ✶ • ────────

Микки присылает фото в начале двенадцатого, когда Йен собирается ложиться спать.

──────── • ✶ • ────────

Микки (23:09): Для твоей стены

──────── • ✶ • ────────

— отправляет он вместе с фото, и Йену приходится на секунду наклониться над раковиной, ухмыляясь проточной воде и зажав зубную щётку между зубами. Это снимок в зеркале в полный рост, и на Микки только голубые облегающие боксеры. Он позирует: левая рука вытянута и согнута, на лице комичное выражение Крепкого Парня, и Йену это так нравится, что он удерживает палец на фотографии, ставя сердечко-лайк.

──────── • ✶ • ────────

Йен (23:10): Идеально.

──────── • ✶ • ────────

Он вынимает зубную щётку, сплёвывает и полощет рот. Бросив щётку в стакан у раковины, Йен смотрит на себя в зеркало. И какого чёрта? Он повторяет позу Микки, делает снимок и отправляет его.

──────── • ✶ • ────────

Йен (23:13): Для твоей. Микки (23:14): Иду за скотчем Йен (23:14): Наслаждайся. 😎 Микки (23:14): 💪 Спокойной Йен (23:15): Спокойной, Микки.

──────── • ✶ • ────────

Глаза-сердечки.

──────── • ✶ • ────────

Йен понятия не имеет, как, мать вашу, он должен это скрывать. Он не знает, стоит ли ему это скрывать. Ему известно только, что внутри бурлит поток желания, и он чувствует, что, если не выпустит его каким-то образом — словесно, физически, письменно, бля — он взорвётся. Это настоящая пытка — разговаривать с Микки каждый день и каждый вечер и притворяться, ведя себя как ни в чём не бывало. Он чувствует себя сумасшедшим, как будто официальное разрешение Мары влюбиться открыло воображаемые шлюзы, и Йен превратился в стремительно движущийся поток воды. Она писала ему по электронной почте раз в неделю, проверяя, как дела, и он был слишком смущён, чтобы признаться, что на самом деле не уверен, хорошо ли работают лекарства, потому что он сошёл с ума из-за грёбаного парня. Он думает, что всё нормально. Хаотичные мысли улеглись, бессонница и общее зудящее чувство под кожей прошли. Но похоже, на смену всему этому пришли самое нелепое количество стояков, романтические плейлисты на Spotify, грёзы наяву и почти отправленные эсэмэски. Он снова глупый влюблённый сентиментальный подросток, только хуже, так как сейчас чувства могут быть взаимны, и кажется, что он постоянно в двух шагах от того, чтобы у него появился первый настоящий парень. Мысль о том, что его мечты могут осуществиться, делает всё одновременно и лучше, и хуже. Возможно, однажды он поцелует Микки, что сразу же превратится в «Святое дерьмо. Микки». Йен пытается дышать через это чувство. Пытается наслаждаться этим. Он думает о словах Мары: Счастье, которое ты испытываешь, когда влюбляешься — одна из лучших вещей в мире. И верит, что он нормальный, что он и должен чувствовать себя именно так. Что так чувствуют себя люди, когда они встретили кого-то особенного. Интересно, а каково это для Микки? У Йена появляется щемящее чувство в груди, когда он думает, что Микки просто живёт своей обычной жизнью, что всё это не задело его так сильно, как Йена. Он полагает, такое вполне возможно, и это вызывает у него волну печали и беспокойства до такой степени, что ему приходится занимать себя чем-то для отвлечения. Но всё же... Становится лучше в моменты, когда Микки пишет или звонит ему совершенно неожиданно, что начал делать гораздо чаще за последние пару недель. Если размышления приводят Йена в уныние, то эсэмэски в середине дня помогают воспрять духом.

──────── • ✶ • ────────

Микки (13:33): Чё как

──────── • ✶ • ────────

Сегодня среда, Йен на работе убивает время между раундами в покер на костях с Элли и Джейком, пока они ждут вызова. Он откинулся на спинку кресла в комнате отдыха, потягивая воду из бутылки, когда чувствует вибрацию телефона в кармане.

──────── • ✶ • ────────

Йен (13:34): Привет Микки (13:34): только что прищучил парня, пытающегося украсть грёбаный флешлайт Йен (13:35): 😂 Бедный чувак. Йен (13:35 ): Честно говоря, они своих денег не стоят. Микки (13:36): Ты свой спёр что ли

──────── • ✶ • ────────

Йен проводит рукой по лицу. Он и забыл, что Микки видел его флешлайт на заднем плане одной из фотографий в зеркале ванной.

──────── • ✶ • ────────

Йен (13:36): 🖕 Йен (13:36): Купил на с трудом заработанные деньги. 😉 Микки (13:37): Это чёртов каламбур? Йен (13:37): Может быть. Микки (13:37): Ты отстой Йен (13:38): 😎

──────── • ✶ • ────────

На этом они заканчивают, и Йен улыбается часами, думая о том, что Микки потратил пять минут своего рабочего времени, только чтобы сказать ему это. — Ой, посмотри на Йена, — громко обращается Элли к Джейку, когда Йен убирает телефон обратно в карман. — Маленькие румяные щёчки, — она движется к нему, держа пальцы так, словно собирается ущипнуть его за щёку. — Заткнись-заткнись! Давайте новый раунд. — Смущённо ворчит Йен, отпрянув. — Оууу. — У Йена любовничееек, у Йена любовничееек (4), — напевает Джейк, подпрыгивая на своём стуле, и Йен показывает ему фак, прежде чем запульнуть пустой бутылкой из-под воды ему в голову. Они просто отстой, но Йен должен признать, приятно не отрицать, что он общается с парнем, который ему нравится. От этого происходящее кажется реальным, а не просто глупой мечтой влюблённого подростка.

──────── • ✶ • ────────

На следующее утро Йен открывает календарь на телефоне и считает, сколько дней прошло с субботы. Он всё тянул с ужином по ФейсТайм, чтобы не показаться отчаянным чудиком. Прошло пять дней, и этого вполне достаточно, решает он, выбираясь из постели и направляясь в ванную, чтобы подготовиться к работе. Йен прекрасно понимает, что ФейсТайм в 2020 году мало чем отличается от телефонного звонка. Вам не обязательно планировать это или беспокоиться о том, чтобы связаться таким образом с кем-то, особенно, если вы хорошо знакомы с собеседником. Как бы Йен не любил надавить, форсируя события, но в текущей ситуации он не хочет, чтобы Микки чувствовал, что он его постоянно преследует, вмешивается в его дела и злоупотребляет отношениями «эскорт — клиент», в том случае, если Микки рассматривает его не более, чем развлекательную услугу. Поэтому он ждёт, строит планы и старается казаться как можно более рассудительным, стремясь Вести себя спокойно. Расслабиться.

──────── • ✶ • ────────

Он блокирует kestrel на весь вечер для всего, кроме текстовых сообщений. Затем ждёт до семи, чтобы отправить Микки смс. Он хочет, чтобы это выглядело спонтанно. Он — просто обычный парень, непринуждённо и небрежно предлагающий пообщаться.

──────── • ✶ • ────────

Йен (19:03): Научи меня кипятить воду.

──────── • ✶ • ────────

— пишет он, стоя посреди кухни, как нервный дурачок. Он одет в серые спортивки и белую майку и изо всех сил старается казаться беспечным и нормальным.

──────── • ✶ • ────────

Микки (19:04): Ты реально тупица, если не можешь вскипятить воду, бестолочь.

──────── • ✶ • ────────

Йен делает глубокий вдох.

──────── • ✶ • ────────

Йен (19:04): 😏 Ты не занят?

──────── • ✶ • ────────

Проходит пара минут, прежде чем Микки отвечает, и Йен боится, что сейчас неподходящее время. Если нет, то всё в порядке, — печатает он, засомневавшись. Микки пишет прежде, чем Йен успевает это отправить.

──────── • ✶ • ────────

Микки (19:06): Я свободен, придурок

──────── • ✶ • ────────

Йен открывает ФейсТайм в ту же секунду, как приходит сообщение. Спокойно.

──────── • ✶ • ────────

В течение трёх гудков Микки не отвечает, но, когда он подключается, сердце Йена троекратно увеличивается в размере, как у проклятого Гринча. Он наклоняется, согнувшись, чтобы разглядеть движущееся изображение. На Микки чёрная майка, волосы растрёпаны, а глаза такие красивые. — Эй, привет, — говорит Йен, пытаясь справиться с застрявшим в горле дыханием. Брови Микки изгибаются, едва заметно дрогнув, прежде чем губы приподнимаются в лёгкой улыбке. — Эй. Йен использует подставку для салфеток, подперев ею телефон на кухонной стойке, а затем, потому что, простите, извините, он никак не может себя остановить, наклоняется, кладёт локти на столешницу и просто смотрит на Микки, потому что это всё, чего он хочет. С секунду Микки смотрит на него, как на сумасшедшего, прежде чем расслабиться: брови, приподнятые в выражении «какого хрена?» опускаются, уголки губ смягчаются. Он пристально смотрит в ответ, и Йен чувствует в этом что-то, хотя и не уверен, что должен. Есть ли там что-то? Он медленно и глубоко вдыхает. Выдыхает. — Итак, — начинает он через минуту, почесывая подбородок с отросшей за день щетиной. — Я готовлю спагетти. А что у тебя в меню? Микки поджимает губы, размышляя, прежде чем, кажется, решиться на что-то. Йен наблюдает, как он кладёт телефон на стойку, а затем уходит из поля зрения камеры. На нём джинсы, под пояс которых сзади чуть забился край майки — наверно, это вышло случайно, если он надел сначала её, а потом джинсы — предоставляя Йену короткий обзор на его задницу, когда Микки отходит. Боже, какой он милый. Все в нём. В чёрной майке его талия выглядит крошечной, и Йен невольно задумывается, каково было бы приподнять его. Вернувшись, Микки держит в руках коробку Stouffer'S с куриной запеканкой с рисом, и Йен может сказать только: — Знаешь, я мог бы весь день смеяться над твоим выбором еды. Ты питаешься как студентишка. Или торчок с этими ёбаными мини-пиццами. Микки опускает брови и сжимает губы с выражением сварливого раздражения, прежде чем ответить: — По крайней мере, это настоящая еда, придурок. — «Настоящая еда», — Йен изображает кавычки в воздухе. Микки показывает ему фак и начинает разрывать коробку, как ребёнок в рождественское утро. Милый болван. Йен сильнее опирается на локоть, подпирая подбородок рукой, и наблюдает, как Микки вынимает небольшой чёрный лоток и протыкает дырки в защитной плёнке грёбаным выкидным ножом, который выхватывает из кармана. Поймав его взгляд, Микки приподнимает бровь, Йен цыкает, делает шаг назад, выпрямляясь и потягиваясь. Он идёт собирать всё необходимое для своего ужина. Микки жалуется на беспорядок в шкафах Йена, и это справедливо. Он не силён в организации фигни, к которой безразличен — а кастрюли и сковородки с гаражной распродажи к разряду его любимых вещей не относятся — но обычно Йен знает, где что лежит. Он только ворчит на Микки в ответ и предлагает показать ему свою квартиру, если тот сам такой аккуратный и организованный. И он немного удивлён, когда Микки, кажется, не возражает. Он просто пожимает плечами, хватает телефон и проводит Йена по разным комнатам. Частично Йен видел большинство из них в качестве фона на фотографиях Микки, но это прикольно — увидеть все милые маленькие безделушки, подержанную мебель, Джови, свернувшегося калачиком в кресле, и мельком взглянуть на ту часть жизни Микки, с которой Йен раньше не был знаком. Ноутбук на диване. Пара вскрытых конвертов на кофейном столике. XBox One на полке под телевизором. Затем Микки показывает Йену ванную, буквально заваленную всякой всячиной: полотенца на полу, разные флакончики и бутыльки вокруг раковины. Йен ухмыляется, думая о Микки, жалующемся на хаос в шкафах Йена, и бросает на него взгляд, когда тот хмыкает и, словно внезапно осознав, что в его ванной беспорядок, быстро из неё выходит. Конечный пункт назначения — спальня Микки. На самом деле он не пытается предоставить Йену полный обзор, а просто несёт телефон с собой, когда идёт к кровати и садится. Судя по тому, что увидел Йен, она не особо декорирована. Симпатичное деревянное изголовье, подразумевающее прочную конструкцию кровати. Голубое одеяло. Прикроватная тумбочка с небольшой красной лампой, что, похоже, когда-то была частью детской спальни. Йен улыбается, наблюдая за Микки, который выглядит немного нервным, лицо одновременно мягкое и напряжённое, глаза бегают, как будто он ожидает оценки. Помешивая макароны и изо всех сил стараясь быть ласковым, Йен бормочет: — Итак, могу я просто сказать, что у тебя отличная квартира, и мне она очень нравится, но, сучонок, ты больше никогда не назовёшь меня неряхой. — Пошёл ты, — говорит Микки, и лицо его внезапно проясняется, тон более уверенный. Он показывает Йену средний палец, ухмыляется, демонстрируя ровные белые зубы, и падает навзничь на кровать. У Йена всё внутри переворачивается от вида взметнувшихся прядей, когда Микки падает, от контура его губ и синевы глаз в сиянии верхнего освещения. Он наблюдает за ним, позволяя макаронам слипнуться без перемешивания. Блуждает взглядом по всему лицу. На свету различим мягкий веер ресниц, крошечные выбившиеся над бровью волоски и россыпь веснушек на розовых, раскрасневшихся щеках и носу. И это всё. Это именно то, чего хочет Йен. Он испытывает желание наклониться и прикоснуться губами к губам Микки. Дышать воздухом из его лёгких. Соприкоснуться с ним носами. Микки прекрасен во всех отношениях. Йен медленно выдыхает поток воздуха сквозь сжатые губы, взгляд смягчается. Сердце колотится. — Голубоглазый, — бормочет он, не в силах сдержать полного и абсолютного обожания. Да он и не хочет сдерживаться. Он улыбается и снова начинает помешивать макароны.

──────── • ✶ • ────────

Когда еда готова, они усаживаются каждый за свой кухонный стол и едят, подперев телефоны под таким углом, чтобы видеть друг друга по пояс. Йен впервые видит, как Микки поглощает нормальную еду из тарелки, используя вилку, и, что, вероятно, неловко, не может оторвать от него глаз, пока они ужинают и болтают. Микки ест быстро, иногда он держит вилку как лопату, а иногда — как полагается. Иногда он жуёт с чуть приоткрытым ртом, но по большей части нет, и складывается впечатление, будто он с минуту ведёт себя как обычно небрежно, а потом, опомнившись, изо всех сил старается быть культурным. Йен всасывает спагетти, и это не сексуально, но какая разница. Микки велит ему заткнуться и есть свою лапшу. Йен так и делает, улыбаясь ему в ответ.

──────── • ✶ • ────────

Они говорят о работе, и Йен, сделав большой глоток простой воды со льдом, спрашивает: — Так что тебе больше всего нравится в твоей работе? Кроме как перехватывать парней, ворующих секс-игрушки. Микки усмехается и водит вилкой по тарелке, проделывая борозды в рисе. — Во время ночных кинопремьер может быть довольно весело. Куча мелких разодетых ботаников. Никакой реальной угрозы. Типа, чуваки в чёртовых костюмах штурмовиков, пытающиеся влезть без очереди и сфотографироваться с реквизитом, и прочее дерьмо вроде этого, — он откусывает кусочек, жуёт с минуту, а потом, похоже, не заморачивается на вежливость и продолжает с набитым ртом: — Гонялся за одним, умыкнувшим картонную фигуру, — он пожимает плечами. — Иногда я могу смотреть фильмы бесплатно. — Ты должен и меня провести. Как насчёт следующего фильма Marvel? Микки немедленно краснеет, щёки вспыхивают, будто лопнул пакетик с краской. Он отпивает пива, ставит бутылку, затем повторяет действие, явно нервничая. Йен сказал что-то не то? Перешёл к слишком реальным вещам? Он тяжело вздыхает и бесцельно постукивает зубцами вилки по тарелке со спагетти. — Может быть, — наконец отвечает Микки, пожимая плечами. Это намёк на то, что они встретятся, решает Йен, вертя вилкой в тарелке. И он это понимает. На самом деле. Микки ещё не готов, и в этом нет ничего плохого. — До пятнадцати не платил ни за один билет в кино, — говорит Йен, меняя тему. — Лип обычно покупал один, а потом впускал меня через пожарную лестницу возле туалетов, — он ухмыляется, подносит вилку ко рту и набивает полный рот спагетти. Жуёт. Проглатывает. — Пришлось перестать, когда я повзрослел и был уже не таким хорошеньким. Слишком очевидно. — Чёрт! — восклицает Микки, легко клюнув на приманку по смене темы. — Не думаю, что платил за билет хоть когда-нибудь. Лет пять не ходил в кино вне работы, но тогда я не парился по поводу оплаты. Просто веди себя так, будто знаешь, что делаешь, и никто не будет задавать вопросов. Он кладёт в рот ещё риса и, толком не прожевав (что заставляет Йена улыбнуться, потому что Микки забывает о манерах), добавляет: — Во всяком случае, работают там одни подростки. Им наплевать, что кто-то проходит без билета. — Бунтарь, (5) — Йен удивлённо вскидывает брови. — Мне это нравится. Микки прикусывает внутреннюю сторону щеки, и в сердце Йена порхают бабочки от румянца, распространяющегося по его шее, и от очень очевидного факта, что Микки сдерживает улыбку. Милый засранец. Чёрт возьми.

──────── • ✶ • ────────

Разговор о кино превращается в разговор о «Звёздных войнах», который перерастает в глупый шутливый спор. — Ты засранец, — заявляет Йен с набитым ртом лапши, но ему пофиг. — Ты даже не знаешь, о чём говоришь, мать твою. — Сколько фильмов «Звёздные войны» ты видел, пиздёныш? — Все до единого. Пиздёныш. — Я тебе не верю. — Ну хреново, чё, — Микки делает большой глоток пива, поднимая при этом средний палец. И на секунду Йен замолкает, не зная, продолжать ли ему ворчать или двигаться дальше. И то и другое заманчиво. Но мельком заметив подёргивание уголков губ Микки и едва изгибающуюся бровь, он внезапно может только остановиться и улыбнуться ему самой широкой улыбкой во всё лицо. Сердце поёт. Микки, мать его, Милкович. — Придурок, — говорит Микки голосом хриплым от смеха. Глаза-сердечки. Йен проводит руками по лицу и думает, что Микки, возможно, его любимый человек.

──────── • ✶ • ────────

Допив напитки, они берут ещё, и переходят в более удобное место. Йен с кока-колой и телефоном растягивается в своём коричневом кресле, выдвигая подставку для ног. Он наблюдает, как Микки устраивается на диване в горизонтальном положении, откидываясь на подлокотник. — А где сейчас Джови, Папа-Кот? — спрашивает Йен спустя несколько минут уютного молчания, когда они оба держат телефоны так, чтобы по крайней мере частично видеть друг друга, но не заморачиваясь, чтобы ракурс был идеальным. Йен убавил звук на телевизоре и одним глазом смотрит бессмысленное реалити-шоу, ожидая ответа Микки. — Я не чёртов папа-кот, — ворчит он через минуту, и Йен смотрит на него, улыбаясь. — Думаю, ты отличный папа-кот. — Думаю, ты тупица. Йен хихикает и быстро отправляет ему эмодзи с глазами-сердечками. — Говнюк. Микки присылает в ответ средний палец. Они улыбаются друг другу в течение минуты, и это кажется удивительно мягким, их взгляды встречаются, а затем спускаются вниз по лицам друг друга, отчего кожа на скулах Йена нагревается. Боясь, что его румянец будет заметен, он смущённо потирает щёки кулаком, взгляд блуждает, прежде чем снова приземлиться на лицо Микки. — У тебя сегодня нет клиентов? — спрашивает Микки мягким голосом, словно нервничая. Он прикусывает нижнюю губу, на секунду отводит взгляд, потом говорит: — Помимо меня, видимо. Йен ощущает внезапную острую боль в животе, потому что Микки приравнивает себя (хотя и справедливо) к другим его клиентам. Он хочет сказать ему: «Ты другой, Микки», но молчит. Хочет постучать пальцем по его мягкой нижней губе, но не может. — Заблокировал, — отвечает он, пожимая плечами. — Они всё ещё могут писать мне, но никаких звонков или видео сеансов сегодня. Микки кивает и отпивает пива. Неэлегантно сглатывает. — Понятно. Йен наблюдает, как он продолжает медленно потягивать напиток, и небольшая волна тепла наполняет его живот, когда он видит перемену в Микки, будто тот внезапно осознаёт, что всё в порядке, всё отлично, и что происходящее между ними — это хорошо. Микки поудобнее устраивается на подлокотнике дивана и смотрит Йену в глаза. И в течение следующих нескольких минут они в основном сидят молча. Смотрят друг на друга. Пьют свои напитки. Ненадолго отвлекаются, чтобы бросить взгляд на экран телевизора, иногда что-то попутно комментируя. Они негромко обсуждают различные шоу. Рекламные ролики. В какой-то момент понимают, что переключились на один и тот же канал, и смеются над этим, показывая друг другу экраны своих телевизоров. Йен откидывается на спинку кресла и думает о Микки Милковиче, о нежности в его глазах, о небольшой щетине на подбородке и о том, что его щёки покрываются пятнами, когда он краснеет. Он допивает колу и чувствует себя правильным образом, чувствует себя целостным, как будто Микки — это то, что он искал всю свою жизнь. Он думает, что влюблён, и что он может немного нравиться Микки — в романтическом ключе, по-настоящему, с желанием целоваться, смотреть и прикасаться. Он наблюдает, как Микки запрокидывает голову, допивая последний глоток пива, и думает, что может это и глупо, может, неправильно, во всяком случае уж точно смущающе, чёрт возьми, но это хорошо. Может, у них сейчас ёбаное свидание.

──────── • ✶ • ────────

Через пару минут Йен сминает банку от колы, а затем со стоном выбирается из кресла и направляется на кухню. Он снова размещает телефон на подставке для салфеток и идёт выкинуть мусор, а когда возвращается, видит, что Микки слабо улыбается, казалось бы, без причины, уголки его губ приподняты. Красивый. С сердцем, подступающим к горлу, Йен наклоняется над стойкой, упираясь в неё локтями, и смотрит на него. Облизывает губы. — Микки, — говорит он, и воздух внезапно наэлектризовывается. Щёки Микки снова вспыхивают, и чёрт возьми. Вот блин. Как это возможно, что Микки Милкович, маленький головорез, который воровал из «Кэш и Граб», которого постоянно отстраняли от занятий в школе, завсегдатай колонии для несовершеннолетних… Как возможно, чтобы он оказался таким милым и краснеющим парнем? Йен выдыхает. Гадает, как ему это сделать. И стоит ли ему вообще беспокоиться, или просто решиться, сказать как есть, пойти ва-банк, и если Микки захочет этого, он это получит, а если нет, то всё в порядке. Йен переживёт. Справится. Он почёсывает подбородок. Глубоко вдыхает, чтобы успокоиться. — Так, — говорит он, делая паузу, чтобы улыбнуться. Блуждает взглядом по покрасневшему лицу Микки. Ещё раз смотрит на веснушки, детскую голубизну глаз и небольшой потрескавшийся участок кожи в середине верхней губы. Сердце колотится так сильно, что он беспокоится, что Микки услышит. Ему кажется, что он может сейчас умереть, но всё же, Йен спрашивает: — Мы сейчас на свидании? Рот Микки приоткрывается, и он выдыхает достаточно сильно, чтобы издать шум. Он яростно моргает, и Йен думает, что действительно может умереть сейчас от смущения, от полной и абсолютной любви, когда Микки бормочет: — Какого хуя, Галлагер? И в этом есть что-то такое, что добирается до него. Микки тяжело дышит, шея и грудь розовеют, и Йен не ошибается, он не ошибается, он уверен на восемьдесят, может даже на девяносто процентов. Он улыбается ему. — Что? — спрашивает Микки, задыхаясь. Йен прикидывает. Обдумывает. Он поджимает губы и пытается быть серьёзным. Пытается, но не может. Он ничего не может с собой поделать. Он смеётся, трижды фыркнув, и снова расплывается в улыбке. — Ага. Мы определённо на свидании, — говорит он, и знаете что? Он, блядь, решается. — Понятия не имею, о чём ты, придурок, — говорит Микки, вставая с дивана и направляясь на кухню. Чёртовы. Глаза. Сердечки. — Микки. Йен наблюдает, как Микки, схватив ещё одно пиво из холодильника, ставит телефон на стойку и наклоняется, опираясь рукой о столешницу. Одной рукой отвинчивает крышку и поддевает её большим пальцем. Делает глоток. — Что? Йен глубоко вдыхает. Была не была. — Мы познакомились через секс-приложение, — говорит он голосом настолько уверенным и ровным, насколько это возможно, хотя желудок скручивается в узел. — Думаю, ты можешь признать, что мы не просто друзья по переписке. Он поднимает бровь, бросая вызов Микки. Он сейчас умрёт, он сейчас умрёт, он сейчас умрёт. Он улыбается. Микки усмехается, отворачивается и делает большой глоток пива. И блядь. Хорошо. Ладно. Он вовсе не настроен ругаться. Йен читает его, как книгу, язык тела Микки настороженный, тон ворчливый, но румянец с каждой секундой всё сильнее, взгляд скользит по Йену к его губам, затем в сторону, и это невозможно, и всё же так очевидно. Он нравится Микки. С вероятностью восемьдесят процентов. Девяносто. Показатель увеличивается с каждой секундой. Кажется, сердце Йена разорвётся, если он не спросит: — Так что же ты делаешь на свиданиях? Мы на грёбаном свидании, Микки. Милый, нервный засранец. Микки хмурится, между бровями пролегают небольшие морщинки. — Мы действительно должны говорить об этом дерьме? Йен пожимает плечами и идёт к холодильнику за новой колой. Открывает банку, делает глоток и говорит лёгким голосом: — Мы не должны. Микки смотрит на него с минуту, поджав губы. Он тычет большим пальцем в нос, потом отворачивается, опускает взгляд, и в этот момент Йен понимает, что поймал его. — На самом деле никогда не был ни на одном, — тихо бормочет Микки. Йен кивает. Он понимает. — Да, — говорит он, поставив банку из-под кока-колы и подперев голову кулаком. — Как и я? — он пожимает плечами. — Во всяком случае, не совсем. Не на настоящем. В ресторане. За, например, сервированным столом. Микки ухмыляется. — Разве у тебя нет клиентов, которые водили бы тебя на свидания? — Пожалуйста, — Йен закатывает глаза. — Я был в паре винных баров. На вечеринках. У меня очень специфическая, странным образом постоянная клиентура. И знаешь, большинство из них не хочет выставлять меня напоказ из страха столкнуться со знакомыми. Всё нормально, правда. Это не всегда приятно, но Йен понимает их позицию, понимает, что они делают и почему. Ему наплевать на этих клиентов, и он думает, что у него довольно здоровое представление о своей роли в любом конкретном сценарии. — Но всё равно, — продолжает он, переводя взгляд с лица Микки в сторону. Ему вдруг становится неловко, хотя это, вероятно, глупо. Даже при том, что он определённо разговаривает с родственной душой — с кем-то, у кого такой же опыт в свиданиях, как и у него. — Я никогда не был на романтическом свидании, — признаётся он. — На самом деле я никогда ни с кем не делал ничего романтического. Может, когда был ребёнком. Он изучает лицо Микки, видит, как что-то смешное мелькает в его чертах, прежде чем исчезнуть мгновение спустя. — У меня не было недостатка в сексе: частые случайные связи, парочка приятелей по траху, — он делает глубокий вдох и медленно выдыхает. — Я просто никогда не состоял в серьёзных, типа, любовных отношениях. Никогда. Он потирает подбородок и думает о Кэше. Он чувствовал это, будучи с ним. Полагал, что они в равных зрелых отношениях. Блядь. И теперь он понимает — в двадцать четыре года и как человек, немного больше осведомлённый о том, что должно и чего не должно происходить — тот факт, что в пятнадцать он занимался сексом с тридцатилетним мужчиной, отвратителен. Он понял это. Это были абьюзивные отношения, но проблема в том, что он не чувствовал этого, и ненавидит, что до конца своих дней будет нести толику чувств к Кэшу Карибу, пусть даже самую малую. Он понятия не имеет зачем, но рассказывает о нём Микки. Микки называет Кэша педофилом и выглядит потрясённым. И Йен вынужден признать, что вероятно, так оно и было. Он хмыкает, делая глоток колы. — Ну хорошо, — он наклоняет голову и пожимает плечами. Прикусывает губу на мгновение, прежде чем сказать: — Трахнул чувака ещё старше. Неда. Врача. — Ни хрена себе. — Да уж. Не знаю. Он был отцом парня моей сестры, Стива. — Йен морщится. — Джимми. Джимми-Стива. Его настоящее имя было Джимми, а настоящее имя Неда — Ллойд. Я встретил его возле клуба, когда был несовершеннолетним. Он рассказывает Микки о нём и подмечает момент, когда Микки теряется во всех именах и странных обстоятельствах, но Йен улыбается тому факту, что Микки не останавливает его, он просто опирается на стойку и слушает. Когда Йен заканчивает, Микки кривится. — Пиздец. Йен хихикает, потому что, да. Пиздец. Он шмыгает носом. — Это что-то вроде итога моей личной жизни, так что… — Хреново. Йен пожимает плечами. Некоторое время они молчат, просто смотрят друг на друга и пьют. Йен думает о том, как они обсуждают отношения. О том, что Микки был немного ворчлив, но ни разу не отрицал, что они на свидании. Это свидание. Первое настоящее свидание Йена. Он прикусывает губу, смотрит по сторонам и, чтобы чем-то занять себя, отходит от телефона и убирает со стола, относя посуду в раковину. Микки выглядит мягким и задумчивым, когда Йен возвращается. Он наклоняется ближе и смотрит ему в лицо. Как сказать кому-то, что ты увлечён им в романтическом смысле, не звуча как полный одержимый чудик? Как взять и ввернуть это в разговор? Он думает, что нравится Микки. Думает, что Микки знает, что нравится Йену. Что они кое-что знают друг о друге, но слишком боятся произнести. Он проводит рукой по губам, потом по щетинистой челюсти. — Что? — спрашивает Микки тихим голосом, как будто нервничает. Он ковыряет большим пальцем этикетку на пивной бутылке. Йен наблюдает за ним, наблюдает и задумывается о том, о чём задумывался раньше, о том, о чём он думает, когда смотрит на губы Микки и замечает, что Микки смотрит на его. Он тяжело сглатывает и улыбается. — Тебя когда-нибудь целовали, Микки? — спрашивает он и может умереть, он может умереть, но Микки так сильно краснеет, и он такой, такой красивый. — За каким хреном ты об этом спрашиваешь? Йен ничего не может с собой поделать. Он обводит взглядом лицо Микки, опускает глаза к его губам и улыбается. Он думает, что его сердце может разорваться. Бум-бум, взрыв. Микки прикрывает ладонью нижнюю часть лица, словно пряча рот, и Йену хочется протянуть руку сквозь экран телефона и дотронуться до него. Сжать его шею сзади. Притянуть к себе и коснуться носом его щеки. Господи. Блядь. Щёки Микки ярко-красные, он тяжело дышит, и, чёрт возьми, Йену хочется смеяться. Ему невыносимо хочется смеяться. Он хочет отпустить это, этот звук, этот взрыв энергии и жизни, позволив вырваться всему этому счастью, симпатии и любви, пузырящимся в его животе и груди. — Ты делаешь только хуже, — шепчет он, указывая на Микки, такого милого и нервного в этот момент, что Йену кажется, будто он может воспарить. — Это, например, не помогает. Микки убирает руку. — О чём ты говоришь? Я говорю о том, что люблю тебя. Я говорю о том, что считаю тебя красивым. Я говорю о том, как сильно хочу коснуться своими губами твоих губ. — Я хочу поцеловать тебя, — говорит Йен, и в животе у него разгорается пламя. Вот оно. Это всё.

──────── • ✶ • ────────

Микки выглядит так, как будто покинул здание во всех отношениях, кроме физического, взгляд остекленел, тихие маленькие вдохи едва различимы. Это самое милое, что Йен когда-либо видел, и он хочет сделать снимок, установить его в качестве долбанного экрана блокировки, дать себе что-то, чтобы вспомнить этот момент — момент, когда он оставил Микки Милковича в прострации. Он смеётся, потому что не может сдержаться, и это чертовски приятно. — Микки, — хихикает он. Ничего. — Микки. Микки смотрит на него, и Йену просто хочется поддразнить. Он наклоняется чуть ближе и говорит голосом, прерывающимся от смеха: — Ты только хуже и хуже делаешь. Микки выдыхает, и Йен прикусывает щёку, но не делает ничего, чтобы сдержать улыбку. — Каждый проклятый раз, когда краснеешь, — уточняет он, делая паузу, чтобы поджать губы на секунду, прежде чем продолжить. — Это как... — он слегка встряхивается, потому что да. Именно на это и похоже. Микки делает глубокий вдох и выдыхает через нос, медленно-медленно, и Йен даёт ему время. — Что я должен был сказать? — наконец спрашивает он, и Йену хочется приподнять его подбородок и поцеловать. Он нежно улыбается. — Ты ни хрена не должен говорить, — он подпирает лицо рукой и устраивается поудобнее, чтобы посмотреть на него.

──────── • ✶ • ────────

После этого уже ничто не изменит направление разговора. Микки пытается, отойдя на минуту, возится на кухне, а затем возвращается с пригоршней мини-чашечек Риза, которые разворачивает и принимается жевать. — Ты придурок, ты в курсе? — спрашивает он, и Йен рад, что Микки снова чувствует себя увереннее, хотя его щеки всё ещё в красных пятнах. Йен кивает, издаёт глупый преувеличенный звук «ч-ч-ч» и подмигивает. — Знаешь что? Это что-то вроде «найти и заменить» в документе Word. Каждый раз, когда ты злишься на меня, я просто слышу «эмодзи с глазами-сердечками, эмодзи с глазами-сердечками, эмодзи с глазами-сердечками». — Отвали. — Эмодзи с чёртовыми глазами-сердечками. — Ненавижу тебя. — Ай, Микки. — Я пойду. Йен ухмыляется ему, но это быстро превращается в искреннюю улыбку. — Прекрасно. Как скажешь. Они прощаются. Йен чувствует себя опьянённым. Он чувствует себя наполненным воздухом. Он чувствует себя одним из тех надувных человечков с песком на дне, которые были у него в детстве. Пинайте его, бейте, он заваливается и тут же поднимается. Сейчас нет никаких сомнений в том, что Микки знает, что Йен влюблён в него. Теперь он должен знать. И что самое лучшее? Лучше всего то, что хоть Микки и покраснел, явно чувствуя себя неловко, но сопротивления с его стороны не было. Он не повесил трубку. Не заблокировал номер Йена. Микки жевал конфеты и назвал его придурком, прекрасно понимая, что этим только заставляет Йена посылать ему эмодзи с глазами-сердечками. Они ведь нравятся друг другу, правда? Так ли это? Микки весело проводит время со своим эскортом? Просто наслаждается этим опытом? Нравится ли ему Йен? Он выдыхает и проверяет время на телефоне: 20:57. Его первое свидание. Блядь.

──────── • ✶ • ────────

Пытаясь отвлечься, Йен проводит следующий час отвечая на множество сообщений в kestrel, полученных за вечер. В начале одиннадцатого он принимает лекарства, а затем расправляется с тем, что осталось от большой упаковки чипсов Ruffles (6), которую он ест уже неделю, одновременно создавая учётную запись на Venmo. Он проводит поиск по имени Микки, но ничего не находит. Проверяет свой банковский счёт. Снова подсчитывает. Он забегает вперёд. Сегодня он всего лишь окольным путем дал понять Микки, что заинтересован в нём романтически. Помимо того, что Микки, кажется, не возражал против этого в своей фирменной манере, не похоже, что Йен получил какое-либо подтверждение чувств Микки по этому вопросу. Микки не сказал, что Йен ему нравится. Микки вообще ничего не делал, только краснел и нервничал. Йен закрывает банковское приложение и подтягивает ноги на диван. Он растягивается на спине, положив голову на подушку, прислонённую к подлокотнику, и закусывает губу. Микки. Он не может не улыбнуться, думая о нём. Он проверяет время. Сейчас чуть больше десяти вечера. Сделав глубокий вдох в попытке успокоить нервы, Йен открывает диалог с Микки и печатает: Ты хороший кавалер, Милкович. Тебе следует чаще бывать на свиданиях. 😉 Стирает. Набирает вместо этого:

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:19): Спасибо за свидание (?)

──────── • ✶ • ────────

Микки отвечает почти сразу, слегка шокировав Йена.

──────── • ✶ • ────────

Микки (22:19): Ага-ага Йен (22:19): 😊

──────── • ✶ • ────────

Он постукивает пальцами по бокам телефона, наблюдая, как танцуют точки, когда Микки печатает и останавливается. Печатает и останавливается.

──────── • ✶ • ────────

Микки (22:21): Было весело

──────── • ✶ • ────────

Сердце Йена бешено колотится.

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:21): Да? Хорошо.

──────── • ✶ • ────────

Хорошо. Удивительно. Испытывая потребность прижаться к чему-то, Йен стягивает бежевое одеяло со спинки дивана и накрывается им. Он чувствует себя глупо, по-детски. Как невероятно легкомысленный подросток. Чёрт. Он сам не свой. Он сходит с ума и так далее. Ну и отлично. Его абсолютно всё устраивает. Он открывает галерею и листает фотографии Микки. Смотрит на его лицо, кривую ухмылку и маленькую прядь тёмных волос. И ничего не может с этим поделать. Он ничего не может с этим поделать. Недолго думая, он возвращается к сообщениям и с сердцем, подступающим к горлу, спрашивает:

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:30): Просто интересуюсь... Ты бы мне позволил?

──────── • ✶ • ────────

Он крепко зажмуривается и ждёт оповещения о сообщении.

──────── • ✶ • ────────

Микки (22:32): Было бы проблематично сделать это через телефон Йен (22:32): 🙄 Ты знаешь, что я имею в виду.

──────── • ✶ • ────────

Йен тяжело сглатывает. Ждёт. Когда точки не появляются, он добавляет:

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:33): Если бы мы увиделись в реале, ты бы позволил тебя поцеловать?

──────── • ✶ • ────────

И Йен совершенно уверен, что ответа не будет. Он ждёт «Заткнись на хуй, Галлагер» или серию эмодзи среднего пальца, или «Ты придурок». Он не ожидает того, что получает. А получает он:

──────── • ✶ • ────────

Микки (22:33): Да.

──────── • ✶ • ────────

Твою мать. Йен задыхается. Он чувствует, как лёгкие сжимаются, сердце пытается вырваться из груди. Он вцепляется в одеяло. Микки. Микки. Он вздыхает. Хорошо. Ладно. Будь спокоен.

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:34): 😊 Йен (22:34): Спокойной ночи, Микки Милкович. Микки (22:34): Спокойной

──────── • ✶ • ────────

И ладно, неважно. Почему бы и нет? Он ухмыляется, пролистывая все имеющиеся эмодзи, ища тот, который никогда раньше не отправлял. Он знает, что Микки возненавидит его, но в этом и состоит часть удовольствия.

──────── • ✶ • ────────

Йен (22:34): 😘 Микки (22:35): 🖕 Йен (22:35): Ах, романтика.

──────── • ✶ • ────────

Меньшего он и не ожидал.

──────── • ✶ • ────────

Микки (22:35): Иди спать уже Йен (22:36): Я ещё не устал. Микки (22:36): Тогда зачем пожелал спокойной ночи Йен (22:36): Потому что хотел быть романтичным, и мне понравилось, как это звучит. Микки (22:37): Чудила Йен (22:37): Ну вот, ты снова такой милый. 🖕 Микки (22:38): 🖕 Йен (22:38): Думаю, мы должны как-нибудь вписать в правила, что не можем использовать этот смайлик. Микки (22:39): 🔫 Йен (22:39): Дело в том, что это водяной пистолет. Это о многом говорит. Микки (22:39): Думаешь ты смешной Йен (22:40): Думаю, я уморительный. 😎 Микки (22:40): 🔪

──────── • ✶ • ────────

И дело в том, что они не останавливаются. В какой-то момент их переписки Йен понимает, что ему, вероятно, следует отпустить Микки. Знает, что ему, вероятно, следует пожелать спокойной ночи по-настоящему и поднять свою задницу с дивана. Но он не может. Все, чего он хочет — поговорить с ним. Он хочет повалять с ним дурака, хочет пофлиртовать с ним, насладиться ощущением того, что, по его мнению, может здесь происходить. Он думает, что Микки Милкович когда-нибудь станет его парнем. Он думает, что возможно происходит то, что Йен влюблён, и чувствует всё, о чём говорила Мара. Счастье, которое ты испытываешь, когда влюбляешься — одна из лучших вещей в мире. Йен чувствует одну из лучших вещей в мире.

──────── • ✶ • ────────

Микки (00:28): Ладно, иди спать

──────── • ✶ • ────────

Они болтают уже два часа. За это время Йен успевает досмотреть половину эпизода «Офиса», выпить бутылку воды, умыться и влюбиться раз двадцать.

──────── • ✶ • ────────

Йен (00:28): Устал от меня? Микки (00:28): Ага Йен (00:29): Чёрт. Ну, всё хорошее заканчивается. 👋 Микки (00:29): 🔪 Йен (00:30): 🔫 Пиу-пиу. Микки (00:30): Галлагер Йен (00:30): Милкович? Микки (00:31): Я ухожу Йен (00:31): Пожалуй, я тебе позволяю. Микки (00:32): Выискался, блин, позволяльщик Йен (00:32): Но это я устанавливаю правила. Микки (00:33): Хрен, вот что ты устанавливаешь Йен (00:33): 😉 Йен (00:34): И да. 😂 Спокойной ночи. Нам пора остановиться. Микки (00:34): Спокойной Йен (00:34): Пиу-пиу Микки (00:35): 🔪

──────── • ✶ • ────────

Он так и не засыпает. Йен идёт в ванную, раздевается и ложится в постель. Вставляет в уши наушники, открывает Spotify, и, поскольку, по-видимому, окончательно теряет последние остатки разума, ищет плейлисты «Романтика». Это приводит его к плейлистам «О Любви», которые отсылают его к плейлистам «Акустические песни о любви», и в итоге в темноте своей спальни в час ночи он слушает музыку, которую никогда в жизни не слушал. Он слушает Джеймса Бэя и Льюиса Капальди (7), и оба исполнителя не в его стиле, но кому какое дело, если сейчас он чувствует себя глупым, романтичным болваном? Кого это вообще волнует? Слушая Хозиера (8), он переворачивается на живот, открывает Инстаграм. Текст песни о похороненных вещах. О двух людях, с которыми много всякого дерьма случилось в прошлом. Двух возможно не совсем нормальных людях, борющихся за существование. Но они не собираются задавать друг другу вопросы. Они собираются оставить прошлое позади и быть вместе, и пусть все травмы и боль покоятся в пыли за их спинами. Он добавляет песню в свой плейлист Spotify. И, может, это глупо. Может, ему не стоит. Но дело в том, что он хочет быть с Микки Милковичем. Он хочет поцеловать Микки Милковича. Он хочет оставить своё прошлое позади и найти счастье вместе с Микки. Он делает скриншоты песни «Like Real People Do» из Spotify и публикует сториз в Инстаграме, вместе с песней, играющей на фоне. Он подумывает отметить Микки, но полагает, что это уже будет слишком. Прикидывает, может вместо этого отправить Микки сообщение, но решает, что это тоже было бы чересчур. Он выкладывает сториз, закрывает Инстаграм, смотрит в потолок в темноте и надеется, что хоть раз с ним случится что-то хорошее. Последние семь лет своей жизни Йен прожил, полагая, что ему это не светит. Ожидая только самого худшего, потому что по большей части с ним не случалось ничего, кроме самого худшего. Но здесь, ночью, после того, как он сказал Микки, что хочет поцеловать его, и два часа переписывался с ним обо всём и ни о чём, он решает позволить себе надеяться на лучшее.

──────── • ✶ • ────────

В какой-то момент он засыпает, убаюканный тишиной и хрупкими мыслями о возможностях. Когда будильник срабатывает в шесть утра, он хватает телефон и зевает, проверяя сообщения. Мэнди его раскусила.

──────── • ✶ • ────────

mandy_milk0vich судя по песне я собираюсь предположить что вы с моим братом встречаетесь mandy_milk0vich ты не должен мне ничего говорить, я знаю что Микки до хуя скрытный, но хотелось бы, чтобы ты чётко намекнул, когда будешь отвечать

──────── • ✶ • ────────

Йен улыбается, но не отвечает. Он проверяет сообщение от Микки. Это скриншот его сториз вместе с

──────── • ✶ • ────────

Микки (04:14): Нежная ты сучка

──────── • ✶ • ────────

Глаза-сердечки. Йен вытягивает ноги под одеялом. Глубоко вдыхает. Выдыхает.

──────── • ✶ • ────────

Йен (06:03): Пиу.

──────── • ✶ • ────────

Пишет он, надеясь, что Микки увидит счастье в глупом маленьком выстреле из водяного пистолета. Надеясь, что это означает начало для них, то, на что они смогут оглянуться через год и улыбнуться, пошутить, называть друг друга мудаками и тупицами и шептать «Ненавижу тебя», улыбаясь в поцелуе. Йен мало что знает о любви. В свои двадцать четыре он только начинает что-то понимать в жизни. Может, он многого не знает, и, может, он всего лишь клубок новых надежд, первых настоящих страстных увлечений и нежных, незнакомых чувств, которые должны куда-то выплеснуться. Но когда он думает о Микки, читает его сообщения и вспоминает их разговоры — все эти мягкие признания, все «я никогда» и «я ни разу» — всё, о чём он может думать, это то, что он нашёл кого-то, с кем можно учиться. Расти вместе. Испытать всё это в самый первый раз. Возможно, он мало что знает о любви и жизни, но ему не терпится научиться.

─────ᘒ─────

Некоторые забавные факты о седьмой главе:

❈ Надеюсь, вам понравился день рождения Йена. Я совершенно забыла о нём, когда писала LRPD, поэтому пообещала добавить сюда. Микки ужасно нервничал, когда звонил и оставлял голосовое сообщение. Он сидел и уговаривал себя снова и снова, прежде чем, наконец, решиться. Милый. ❈ Просто напоминаю, что Тревор и Калеб не являются частью прошлого Йена в этой истории. Однако, его прошлое с Кэшем и Недом такое же, как и в каноне. И в отношении мнения Йена о Кэше и Неде я пытаюсь дать Йену некоторое чувство осознания, что его использовали в сексуальных целях, чего Йен из канона, к сожалению, не понимает. С учетом сказанного, он всё ещё не рассматривает этих людей и отношения с ними, как вредные для его психического и физического здоровья, безопасности и ощущения своего тела. Он также не проводит никаких параллелей между этим и своей самооценкой и взглядами на секс. Он думает о них как «да, эти парни, вероятно, были неприятными извращенцами, ну да ладно». Мне это не нравится, но я думаю, что это реалистично для его персонажа. ❈ Теперь у нас есть визуальный образ Йена в ванне. К счастью, его фантазия о нём и Микки в этой истории намного лучше, чем их реальные попытки принять ванну вместе. ❈ И кстати о сцене в ванной и о спойлере для LRPD, но теперь у нас также есть каноническое звучание того, как Микки говорит «I fuckin' love you», и это заставляет мое сердце бешено колотиться. ❈ Я не уверена, как будет развиваться линия гендерной идентичности Фрэнни в шоу (особенно в отношении того, что она говорит Фрэнку, что она мальчик), но во всех будущих описаниях Фрэнни я буду стремиться сделать так, чтобы её интересы больше соответствовали ребёнку, которого мы узнаем в 11 сезоне. Например, я поняла, что в бонусной главе LRPD она ненавидела бы костюм динь-динь, и, хотя не собираюсь возвращаться и менять костюм, я больше не буду одевать её в вещи принцессы с оборочками в любой будущей главе, в которой она появится. ❈ Наконец, я хочу поблагодарить вас всех так невероятно сильно за всю любовь и поддержку, которую вы подарили мне в этом году. Я совершенно потрясена добротой, комментариями, фанартами, сообщениями, лайками и просмотрами, и даже не могу выразить, как много значит для меня то, что написанное мною лишь для удовольствия и как способ отвлечься во время карантина, так полюбилось другим людям. Вы все невероятны, и я вас обожаю. Спасибо за то, что помогли сделать мой 2020 год терпимым. С Новым Годом. С любовью, Gray

Примечания.

(1) В течение всего диалога ребята используют прозвища гномов из сказки «Белоснежка и семь гномов». В оригинале это (в порядке, используемом в диалоге): Sleepy (Соня), Grumpy (Ворчун), Dopey (Простачок), Bashful (Скромник), Happy (Весельчак), Doc (Умник), Sneezy (Чихун). Но, по сути, Doc — Доктор (от doctor). Такой перевод я и использовала, потому что шутка про «вызову доктора» с «Умником» была бы не так понятна. (2) Салат с макаронами (полуфабрикат): https://www.mamacitalacuponera.com/wp-content/uploads/2017/06/Betty-Crocker-Suddenly-Salad-Pasta.jpeg https://sc01.alicdn.com/kf/HTB1m3GyPVXXXXb3XXXXq6xXFXXXN.jpg (примеры из интернета). (3) Фузилли — разновидность макарон. Так называемые «спиральки». Классические итальянские макаронные изделия в виде спирали из твердых сортов пшеницы. Название происходит от слова «fuso», с итальянского «веретено», с помощью которого пряли шерсть. Фузилли имеют широкое распространение прежде всего в северных районах Италии. https://esh-derevenskoe.ru/image/cache/catalog/product/5411/6c09d4-730x604.JPG?v=3 (4) «У Йена любовничееек, у Йена любовничееек» В оригинале «У Йена этот члееен, у Йена этот члееен», что означает, у Йена есть человек, с которым он занимается сексом. (5) Rebel, rebel. «Rebel Rebel» — песня Дэвида Боуи, выпущенная в феврале 1974 года в качестве сингла и на альбоме «Diamond Dogs». (6) Чипсы «Ruffles»: https://static2.srcdn.com/wordpress/wp-content/uploads/2019/07/All-dressed-chips.jpg (7) Джеймс Майкл Бэй — английский инди-рок-музыкант, певец, композитор и гитарист. Льюис Марк Капальди — Шотландский певец, автор-исполнитель. Его самая известная песня «Someone You Loved», в 2019 году возглавившая хит-парады многих стран, включая Великобританию и США. (8) Эндрю Джон Хозиер-Бирн — ирландский музыкант, певец и автор песен. Автор песни «Like Real People Do», по которой названа первая часть этой истории.