Всё из-за профессора Малфоя

В старом доме на окраине Лондона горел мягкий свет. За массивным дубовым столом сидел мужчина в тёмной мантии. Его лицо скрывала тень, но в его движениях ощущалась нервозность. На столе перед ним лежала карта, испещрённая магическими символами. – Где же ты, чёртов артефакт? – прошептал он, проводя пальцем по карте. Он поднял взгляд на хрупкую женщину в углу комнаты. Та стояла молча, лицо скрывал капюшон. – Ты уверена, что не оставила никаких следов? – спросил мужчина. – Никто не знает, что я была там, – ответил тот. – Хорошо. У нас мало времени. Если Министерство или кто-то из Хогвартса начнёт подозревать меня, мы потеряем все шансы. Мужчина встал и подошёл к окну. – Кристалл – это не просто артефакт. С его помощью мы сможем открыть старые защитные заклинания, которые охраняют кое-что куда более ценное. Но если он попадёт не в те руки… Он замолчал, глядя на ночное небо. – Найди его, – сказал он наконец, повернувшись к женщине. – И уничтожь всех, кто встанет на пути. – Как пожелаете, – холодно ответил его помощница, исчезая в тени. Мужчина смотрел на пустую комнату. Он не знал, что его помощница уже нашла кристалл и спрятала его в тайном месте. Этот человек преследовал свои собственные цели, но главный злодей пока об этом не догадывался.

***

Драко Малфой сидел в своём кабинете в подземельях Хогвартса, склонившись над кипой пергаментов. Вечерний свет, пробивающийся через узкие окна, окрашивал стены бледным золотом. Однако его мысли были далеко от работы. Он отложил перо и взглянул на портрет своего отца, который висел над камином. Люциус Малфой смотрел на него с холодным презрением, словно напоминая о всех ошибках прошлого. Это случилось много лет назад, когда Драко только оправлялся от последствий войны. Его семья, некогда богатая и влиятельная, оказалась в позоре. Люциус был осуждён и приговорён к сроку в Азкабане, а Нарцисса всеми силами пыталась сохранить остатки семейного достоинства. Но Драко уже не видел в их мире прежнего блеска. Он чувствовал, как тень прошлого нависает над ним, сковывая его свободу. Однажды вечером, в роскошной, но холодной гостиной Малфой-манора, он услышал, как мать заговорила с ним. – Драко, ты должен вернуться в наш мир, – сказала Нарцисса. Её голос был твёрдым, но в глазах читалась мольба. – Вернуться? – переспросил он, стиснув зубы. – К чему? К этому позору? К тем, кто бросил нас, едва всё пошло не так? Нарцисса отстранилась, её взгляд стал строгим. – Ты Малфой, и у тебя есть обязанности. Ты не можешь просто убежать и притворяться, что ты другой. Драко долго молчал. Он знал, что мать права. Он действительно не мог просто забыть своё прошлое. Но он также понимал, что если останется в этом мире, он никогда не сможет стать кем-то другим, кем-то своим. – Я не буду жить так, как ты, – наконец сказал он. – Что ты хочешь сказать? – её голос дрогнул. – Я ухожу, мать, – ответил он холодно. – Я не могу больше быть частью этой игры. Нарцисса посмотрела на него, словно впервые видела. – Если ты уйдёшь, ты потеряешь не только имя Малфой. Ты потеряешь меня. Эти слова эхом звучали в его голове, когда он покидал Малфой-манор в ту ночь. Он не обернулся.

***

Стук в дверь кабинета вывел его из воспоминаний. Драко поднял голову. – Входите. Это была Гермиона. – Ты выглядишь так, будто только что пережил что-то болезненное, – заметила она, садясь напротив. – Просто думал, – коротко ответил он. – Ты никогда не рассказываешь о своей семье, – сказала она после короткой паузы. – Потому что там нечего рассказывать, – отрезал он. Но её взгляд был настойчивым. – Ты не должен держать это в себе. Иногда, чтобы двигаться дальше, нужно отпустить то, что тянет назад. Драко усмехнулся. – А ты всегда такая мудрая, Грейнджер? Она пожала плечами, но не отступила. – Слушай, – начал он, неожиданно для самого себя. – Я не могу сказать, что был хорошим человеком. И то, что я здесь, – это не потому, что я хотел чего-то большего. Министерство выслало меня сюда, как дворового пса. Гермиона ничего не сказала, только посмотрела на него с неожиданной теплотой. – Быть деканом Слизерина – это не наказание, Драко. Это шанс. Он задумался над её словами. Шанс. Возможно, она была права. Возможно, всё это время он действительно искал искупления, даже если никогда не признавался в этом. Гермиона встала, глядя на него с лёгкой улыбкой. – Ты лучше, чем думаешь, – сказала она. – Даже если ты сам этого ещё не понимаешь. Блондин провел рукой по волосам и выдохнул, лёгкий запах мяты и огневиски повис облаком над его головой. Грейнджер неуверенно шагнула ближе к нему и этот запах врезался ей в нос, он был таким родным и таким чужим одновременно. Девушка коснулась руки Драко и он посмотрел в глаза Гермионы с высоты своего роста. Они чувствовали это. Это притяжение, которое росло в геометрической прогрессии, но упорно игнорировали его. - Я лучше пойду... - почти прошептала Гермиона. Драко кивнул и нежно поцеловал кучерявую макушку, которая пахла ванилью. Когда она ушла, Драко вновь взглянул на портрет Люциуса. – Я никогда не стану тобой, – тихо сказал он, и впервые за долгие годы почувствовал, что это правда.