Место, где мы счастливы

      Среда была выходным. И для Дастина, и для Билли. Последний сделал предложение, от которого почти невозможно отказаться. Он написал Дастину в районе часа ночи, разбудив его. Парень, прежде чем открыть сообщение, десять раз успел отругать себя за то, что не выключил звук. Родители, особенно Рейчел, считали выключение звука на телефоне одним из важнейших правил жизни в их доме. Звук уведомления ведь мог разбудить Мелани.       Сообщение было от Билли и выглядело оно так: «Пошли завтра в аквапарк, бесплатно. Не вздумай отказываться, я достал два пропуска без очереди».       Конечно, первой мыслью Дастина стало отказаться. Он придумал кучу причин, почему не может пойти, но, действительно, разве от такого предложения можно отказаться? Ему хотелось пойти и провести в аквапарке целый день вместе с Билли. Не перебрасываться парой слов в течение рабочего дня, а действительно пообщаться. В голову Дастина, естественно, полезли мысли о том, что он не найдет тем для разговора и тому подобное, но что-то внутри него отчаянно кричало, что он хочет пойти. И, чтобы не успеть передумать, Дастин быстро отправил «да».       Родители стали проблемой, ничего нового. Он сказал им, что у него завтра выходной. Рейчел тут же навалила на него кучу обязанностей по присмотру за Мелани и вещами, когда они будут на пляже. Лютер сказал, что Дастину нужно открыть учебники, впервые за лето, и позаниматься. Он покорно согласился. Но что делать сейчас? Он бы мог сказать правду, но решил соврать. По его версии, завтра он должен уйти в аквапарк, чтобы подменить Барбару, которая заболела. Якобы она помогла ему на новой работе и он хочет так отблагодарить ее, хотя, на самом деле, Дастин ни разу больше не видел Барбару, кроме той пары минут в первый рабочий день. К тому же это позволит ему заработать чуть больше, а деньги лишними не бывают.       Билли послал улыбающийся смайлик в ответ. На этом Дастин выключил телефон и отправился в царство Морфея, а с утра рассказал родителям версию с заболевшей Барбарой.       — Зачем тебе кого-то подменять? Ты что, не хочешь провести день с сестрой на пляже? Почему я должна все делать одна, почему ты мне совсем не помогаешь, который раз убеждаюсь, что тебе нет дела до Мелани, меня это задевает.       — Прости, но…я уже пообещал, — Дастин опустил глаза в пол. Он отвратительно себя чувствовал, когда мать говорила, что он ее обижает или задевает. Парень ненавидел испытывать вину.       В разговор вмешался Лютер. Да, Дастин с опаской к нему относился, но одного у Лютера было не отнять — рассудительности. Несмотря на свой скверный характер, он был умным человеком. И в данной ситуации он принял сторону Дастина.       — Обещания надо выполнять и, пусть я и не доволен тем, что ты решил работать в аквапарке, но на новом рабочем месте, каким бы оно не было, нужно создать себе репутацию. Заменить заболевшего сотрудника — хороший способ сделать это, Дастин.       Парень поблагодарил отца и, сославшись на время, ушел.       Он не опаздывал. Для посетителей аквапарк открывал свои двери в десять утра, это работники имели необходимость приходить раньше, но ничего, Дастин походит где-нибудь час.       В рюкзак он предусмотрительно засунул плавательные шорты. Возникла еще одна проблема: он не знал, как поступить с футболкой. Обычно, по настоянию Рейчел, он плавал в ней, но сейчас он идет в аквапарк без матери. Дастину хотелось оставить футболку, но он понимал, что у Билли возникнут вопросы и про нежную бледную кожу он точно говорить не станет. Он мог ее снять, но признавал, что стесняется. Дастин не был худым и, тем более, спортивным. У него имелось пара фунтов лишнего веса, но не критично. Нет, все же Дастину придется пересилить себя и быть без футболки, нельзя прятаться всю жизнь.       Парень дошел до аквапарка, вошел на территорию через служебный вход, переодел джинсы на плавки в раздевалке и вышел ко входу «Подводного мира», где они с Билли договорились встретиться. Он нервничал, ходил туда-сюда, привлекая косые взгляды посетителей, дожидающихся открытия.       Билли опоздал. Он приехал в десять пятнадцать. Однако Дастину этих пятнадцати минут хватило, чтобы начать нервничать еще больше. Он подумал, что, быть может, все это какая-то шутка или розыгрыш и Билли не собирался с самого начала идти с ним в аквапарк. Или он просто передумал, или был пьян, когда предлагал, или вообще просто отправил сообщение не на тот номер. Дастин рассматривал любые варианты, кроме банального опоздания, однако, это было именно оно.       — Я тут немного проспал, — сказал он вместо приветствия.       Дастину было непривычно видеть Билли в какой-то другой одежде, помимо форменной голубой футболки. Сегодня на нем была белая расстегнутая гавайская рубашка с зелеными цветами и малиновые плавательные шорты. Надо признать, эта одежда ему шла больше, чем форма работника аквапарка. Отросшие светлые волосы он собрал в хвостик и только пара кудрявых прядок спадали на лицо.       — Привет, — улыбнулся Дастин.       — Идем, сегодня будет крутой день, зуб даю.       Они подошли к работнику, проверяющему билеты. Он с ироничной улыбкой посмотрел на Билли, видно, тот не впервые отдыхал в парке по бесплатным билетам да еще и с пропуском без очереди. Им выдали неоново-зеленые браслеты, обычным посетителям полагались желтые, но, как выразился Билли — они сегодня элита.       — Ну что, куда пойдем первым делом? — спросил Билли и сам же ответил на свой вопрос. — Если учесть, что ты тут вообще ни разу не был, то предлагаю на нашу трубу, на или в «Бездну Атлантики». Что скажешь?       — Пошли, — согласился Дастин.       Предварительно они зашли в рабочую раздевалку и оставили вещи там. Дастину через силу все же удалось заставить себя снять футболку. Он всячески противился этому, боялся, что когда он останется без футболки, то Билли обязательно скажет ему что-нибудь про то, что он жирный. Сам ведь он был полной противоположностью. Стоило ему снять гавайскую рубашку, как у Дастина не осталось сомнений, что он ходит в спортзал минимум два раза в неделю. Однако все опасения парня были напрасны — Билли ничего не сказал насчет его лишнего веса.       Аквапарк только открылся и людей было не так уж и много, но очередь к горке все равно выстроилась. Но им повезло пройти мимо нее.       — Какие люди, — усмехнулся работник горки, чья смена была сегодня, увидев Билли. — Ты хоть когда-нибудь, бываешь не в аквапарке? Я скоро начну думать, что ты тут живешь.       — И тебе доброе утро, Марк. Кстати, это Дастин, — Билли положил ладонь парню на плечо, от чего тот вздрогнул. — Дастин, это Марк.       — Ты новенький в ларьке с мороженым, так ведь?       Дастин кивнул.       — Можно побыстрей, я деньги плачу, не чтобы в очереди стоять! — раздался чей-то гневный голос.       — Ладно, — бросил Билли.       Он опустил надувной круг на стартовую площадку горки, сел на него и, оттолкнувшись, крикнул:       — Встретимся внизу, Дастин!       Дождавшись когда Марк даст добро на спуск, Дастин так же поступил со своим надувным кругом. Он пару раз бывал в аквапарках, катался на подобных горках, но сейчас его все равно охватило некое волнение. Он не боялся замкнутых пространств и темноты, но высота и скорость его несколько пугали. Умом он понимал, что вероятность какого-либо несчастного случая крайне мала, но все равно боялся. Дастин знал, что в аквапарках, пусть и редко, но происходили происшествия, некоторые даже заканчивались смертельным исходом. Так например совсем недавно в Германии, какой-то десятилетний мальчик умер при спуске с горки, Дастин слышал об этом в новостях. Но то была совсем не такая горка. Да и он уже два дня подряд видел как множество людей без проблем спускаются по трубе. Если бы хоть с одним из них что-то случилось, ее бы закрыли.       — Ты можешь ехать, — сказал Марк.       Дастин глубоко вздохнул и оттолкнулся. Воздух в трубе был горячим и очень влажным. Там пахло хлорированной водой. А еще там стояла кромешная темнота.       «Бездна Атлантики» начиналась с довольно резкого спуска. Дастин даже закричал, когда начал куда-то проваливаться в темноте. Потом шли повороты, на которых скорость круга замедлилась. Совсем не страшно, как оказалось.       В современных закрытых горках часто делали вставки из прозрачного разноцветного пластика, что создавало весьма красивый и интересный эффект. Но «Бездна Атлантики» была абсолютно темной от начала и до самого конца. Дастин увидел свет за поворотом в конце горки и уже через пару мгновений вылетел в бассейн. Круг перевернулся и он полностью оказался под водой. Она была, как ни странно, довольно прохладной. Парень поспешил выбраться из бассейна. На берегу его ждал Билли, оперившись на свой круг обоими руками.       — Ну что? — спросил он. — Второй раз?       — Да, — радостно ответил Дастин.       Ему понравилось, очень. Так классно лететь в темноте, выдыхать жаркий влажный воздух, а потом падать в прохладный бассейн. Это не столько дарило адреналин, сколько было весело. Поездка на горке будто вернула его в детство, хотя он, фактически, все еще был ребенком, да и в тот период жизни, что понимается под детством, он особо не катался на горках.       Они вновь поднялись наверх. Пожалуй множество лестниц на пути к горке были единственным минусом аквапарков. До трубы было идти пять этажей, вместе с кругом, который весил не так уж и мало. В аквапарках были совсем не те круги, что можно купить в магазине и использовать на пляже, их бы и не день на хватило. Круги для аквапарков делались из плотной тяжелой резины, чтобы выдержать не всегда ровные стыки на горках.       Однако подниматься было всяко лучше, чем стоять в очереди на этой же лестнице. Сейчас еще ладно, но в полдень, когда солнце висело в зените, металлическая конструкция лестниц нагревалась и стоять на ней без шлепок становилось невозможно.       Люди в очереди не были довольны тем, что Дастин и Билли проходят мимо них уже во второй раз, но ничего не могли с этим поделать. Обычный билет в «Подводный мир» стоил двадцать семь долларов в день, а вип-билет почти в два раза больше — пятьдесят. Тут уж каждый делал выбор для себя, либо платить, либо стоять в очереди. Наверняка, эти люди разозлились бы еще больше, узнать, что Билли и Дастин не платили вовсе.       Второй спуск был таким же классным, как и первый. Пускай Дастин и раньше катался на горках, он никогда не испытывал такого приятного, светлого чувства радости и веселья. Пока круг катился по горке все проблемы будто оставались позади, не было натянутых отношений с родителями, не было неопределенного будущего, был только запах хлорки и шум воды.       — Так классно, — широко улыбаясь сказал Дастин.       — Да, неплохо, — согласился Билли, — но со временем привыкаешь. Так что пошли дальше, предлагаю горку-унитаз, тоже крутая вещь, люблю ее.       Дастин пусть и устроился работать в «Подводный мир», за эти три дня он толком ничего не видел, кроме главной аллеи, декорации у бассейна с волнами и непосредственно места, где он работал. Конечно, о существовании горки-унитаза он знал, неоднократно, рассматривал карту аквапарка. Они висели по всему парку и напротив ларька с мороженым в том числе.       Горка-унитаз, понятное дело, называлась не так. Она носила гордое название «Водоворот Калипсо» и представляла из себя трубу, выходящую в воронку, похожую на унитаз. В этой воронке ты делаешь пару кругов, а потом падаешь в бассейн.       «Водоворот Калипсо» располагался в восточной части парка, там располагалось большинство горок. Дастин и Билли миновали главную площадь и оказались, можно сказать, в сердце аквапарка. Сперва их встретила главная гордость «Подводного мира» — вертикальная высокая горка «Пик Посейдона». Дастину она казалась невероятно высокой. Проходя мимо он вспомнил чувство, которое испытал на Манхеттене, когда за год до рождения Мелани он с семьей поехал в Нью-Йорк. Небоскребы возвышались над головой и, казалось, доставали своими крышами до самых облаков. Понятное дело, что «Пик Посейдона», поставь его в один ряд с Нью-Йоркскими небоскребами, был сущей малюткой, всего десять этажей. Но у Дастина все равно возникло это чувство: смесь некого страха и восхищения.       Они пошли дальше. Мимо аттракциона «Радуга». Это были семь параллельных горок с пологим спуском. Дальше шла детская зона, еще один новый аттракцион парка, помимо «Пика Посейдона». Потом несколько открытых горок, примерно такой же высоты, как труба. Назывались они «Кракен». Дастин подумал, что это название подошло бы больше закрытым горкам, хотя, он был согласен с тем, что недавно сказал Билли — в этих названия действительно мало смысла.       Наконец они пришли к «Водовороту Калипсо». Горка была достаточно высокой, этажей шесть. Спускаться по ней нужно было без круга. Расстояние от конца воронки до бассейна достаточно большое. Дастин вновь испытал прилив страха. Билли заметил это.       — Неужели ты волнуешься? — спросил он. — Эти горки безопасны, по большей части. Нет, они могут развалиться и все такое, даже убить тебя могут, но это вряд ли. На моей практике такого не было, а я тут уже три года. Только один раз какой-то пацан нос в трубе разбил. Но он сам виноват, нефиг было слазить с круга, но он зачем-то слез и головой о стенку ударился. Меня тогда, правда, чуть не уволили, типа я не объяснил, что надо сидеть на круге. А я и не подумал, что кто-то может быть настолько тупым, чтобы этого не понимать. Там же, на горке, даже табличка висит, что нужно на круге сидеть! Повезло хоть, что родители пацана адекватными оказались и сказали, что это их сын виноват, а не я. Странно вообще, родители обычно глотку готовы тебе перегрызть за своих детей.       — Понятно, — сказал Дастин.       Они поднялись на горку-унитаз, опять мимо недовольной очереди. Билли съехал первым, он совсем не боялся, что неудивительно. Наверняка, он тысячу раз катался на всех этих горках за три года работы в «Подводном мире».       Дастин, посчитал до десяти и съехал с горки. Совсем не страшно, как и в случае с трубой, разве что стыки были слишком жесткими, но это мелочи. И падать из воронки в бассейн оказалось не критично, высота не чувствовалась.       Потом они пошли на другие горки. Дастину нравилось в аквапарке, он наконец понял о чем говорила та девочка в начальной школе. Вот, что ей так понравилось в аквапарке. Атмосфера радости и веселья, возможность не думать ни о чем, возможность уйти от реального мира и побыть в какой-то параллельной вселенной, где нет места грусти, а все цвета яркие, где всегда тепло и светит солнце.       Отовсюду доносились довольные крики детей, в воздухе витал запах хлорки и крема от загара, но и они были частью этого волшебного мира аквапарка.       Дастин начал замечать за собой, что он перестал продумывать наперед, что говорить, мог сказать больше трех слов за раз, оказалось, он даже может формулировать нормальные предложения. Он перестал заботится о том, как выглядит его жир, мог улыбаться, не думая о щели между зубами. И Билли, кажется, тоже не замечал этого. Для Дастина Билли был почти что идеален, с его обаятельной улыбкой, голубыми глазами, отросшими светлыми волосами и красивым телом. Дастин раньше всегда опасался красивых людей, думал, что они смотрят на всех свысока, мол, они лучше и им не пристало водиться с такими, как Дастин, с уродливыми неудачниками. Но что если это не так? Что если не все красивые люди высокомерные эгоисты, что если среди них есть и хорошие, такие как Билли? Дастин все больше и больше верил в то, что это действительно так и красивый не значит плохой.       Он наконец перестал ждать подвоха, перестал думать, что Билли хочет его как-то разыграть. Если бы тот на самом деле хотел, то, наверное, уже давно сделал бы это. Он бы не стал тратить свое время и притворятся хорошим, только для того, чтобы потом сделать Дастину что-то плохое.       Скорее всего, они правда начали становиться друзьями, несмотря на разницу в возрасте. Дастину и Билли было легко общаться друг с другом, некий барьер рухнул и все стало нормально, так, как должно быть.       Обед так же достался им бесплатно, благодаря знакомым Билли, работающим на фуд корте.       Они прокатились на всех горках, кроме детских и «Пика Посейдона». После обеда Дастин предложил пойти на ленивую реку и поплавать на кругах.       — В туалет в смысле? — усмехнулся Билли.       — Что?       — Ленивая река это туалет аквапарка. Не то чтобы тут нет настоящих туалетов, нет, они есть, но всем лень туда ходить. Поэтому все идут на ленивую реку или в бассейн в волнами и писают там. Некоторые даже на горках умудряются. И не делай такое лицо, будто не знал, что все писают в бассейн.       — Но разве это не запрещено? — скривился Дастин.       — Эм, не знаю. Может и запрещено, но никто, видно, не решился повесить знак «не ссать в бассейн» рядом со знаком «не прыгать».       — Но это как-то неприятно, — сказал Дастин. — Это как-нибудь контролируют?       — Как ты себе это представляешь? Типа нанять какого-то чувака, который в акваланге будет плавать под водой и следить? Вакансия прикольная, не спорю, но не думаю, что кто-то реально захочет контролировать, ходят ли люди в туалет в бассейн. Да и какая разница, мне лично пофиг, я не брезгливый. В эти бассейны столько химии сыплют, что моча вряд ли представляет опасность.       — То есть мы можем пойти на «Ленивую реку»? — уточнил Дастин.       — Фигня вопрос, конечно!       И они пошли, сначала на «Ленивую реку», потом в бассейн в волнами.       Уже ближе к вечеру, до закрытия парка оставался час с небольшим, Билли удалось затащить Дастина на горку «Пик Посейдона». Он и ранее принимал подобные попытки, но парень напрочь отказывался идти. Из всех аттракционов аквапарка лишь эта горка его по-настоящему пугала. Он боялся высоты и скорости, и именно этим брала горка. Ее высота — десять этажей, а скорость падения около сорока миль в час, ужасно много. Одно дело ехать с такой скоростью на машине и совсем другое, падать вниз по пластмассовому желобу. Поднимаясь по лестнице, Дастин уже знал, что не спуститься с горки, даже если ему за это заплатят.       — Да ладно тебе, на этой горке никто даже нос не сломал, а ты боишься! — усмехнулся Билли.       — Я… я просто боюсь высоты.       — Прикол в том, что ты даже не увидишь и не почувствуешь эту высоту. То, что горка высокая видно только с земли и, — Билли сделал максимально недовольное лицо, — когда поднимаешься по лестнице на десятый этаж. Когда ты там, ты просто падаешь вниз четыре секунды, а в следующий миг ты уже в бассейне.       — Я еще скорости боюсь, — признался Дастин.       — Четыре секунды!       Они дошли до площадки, где начиналась горка. Билли, как всегда, съехал первым. Он совсем не боялся, это было видно. Впрочем наверняка он скатывался с «Пика Посейдона» множество раз, а когда часто катаешься, как он сам сказал, привыкаешь.       Дастин подошел к горке и посмотрел вниз. Она казалась почти вертикальной, пусть в действительности, и не была такой. От высоты кружилась голова. Бортики горки казались настолько маленькими, что создавалось впечатление, будто из нее запросто можно вылететь. К слову, инцидент в Германии произошел именно на горке подобного типа.       — Не бойся ты так, куча людей с нее съезжает и ничего, — сказал работник аквапарка. — Ты можешь ехать.       Дастин еще раз посмотрел вниз. Он видел Билли, который уже скатился и сейчас вылазил из бассейна. Его силуэт был настолько крохотным, что Дастину казалось, будто он смотрит на него не с высоты десятиэтажного дома, а откуда-то из стратосферы.       — Не задерживай очередь, — попросил работник. — Либо съезжай, либо спускайся назад.       — Извините, — выпалил Дастин и бросился к лестнице.       Он не нашел в себе сил спуститься с горки, слишком страшной она ему казалась. Пускай уже лучше пострадает гордость, которой у него, по правде говоря, и так было немного, нежели шея или позвоночник.       Дастин быстро преодолел все лестничные пролеты. Спускаться — не подниматься. Он и не заметил, как оказался внизу. Билли уже ждал его там. Он смеялся.       — Все-таки нет?       — Прости я…       — Боже, не извиняйся, — сказал Билли, — я не собираюсь заставлять тебя делать что-то против твоей воли, но, — он коварно улыбнулся, — давай договоримся, что в конце лета ты скатишься с этой горки. Идет?       Билли протянул Дастину руку и вопросительно изогнул бровь.       Конец лета, это еще так не скоро.       — Идет! — ответил Дастин и сжал ладонь Билли.

***

      Искусственное течение аттракциона «Ленивая река» медленно толкало круги вперед. Над головой возвышались пальмы, на западе садилось солнце, окрашивая небо в розово-лиловый цвет. Людей на аттракционе почти не было, «Подводный мир» закрывался через двадцать минут.       Дастин и Билли размеренно плыли по «Ленивой реке», особо не заботясь об этом. В конце концов, они работники, в любой момент могут уйти через служебный выход.       — Как тебе? Понравилось в аквапарке? — поинтересовался Билли.       — Это…это бы самый счастливый день в моей жизни, — признался Дастин, улыбнувшись.       — Да ну? Было прикольно, но это всего лишь день в аквапарке.       — Да, но это действительно так.       Улыбка неожиданно резко пропала с лица Билли, а его голубые глаза стали темнее что ли. Он внимательно посмотрел на Дастина, словно изучая, а потом произнес, абсолютно серьезно, без привычного веселья в голосе:       — Что у тебя случилось?       — Ничего, — Дастин немного растерялся.       — Нет, когда ничего не случилось, день в аквапарке не называют лучшим днем в жизни. Да и дело не только в этом. Знаешь, наше знакомство прошло при весьма странных обстоятельствах. И вообще, многие вещи указывают на то, что что-то не так. Конечно, я не заставляю тебя ничего рассказывать, но, я подумал…ты мог бы мне рассказать, если хочешь.       Дастин задумался. Отрицать то, что Билли прав не было смысла. Но рассказать? Сперва эта идея показалась парню чем-то абсолютно нелепым. Он и так выглядит жалко, можно взять хотя бы то, что он побоялся спуститься с самой высокой горки. А что Билли подумает о нем, когда тот начнет стонать и жаловаться на жизнь? Тогда он точно перестанет с ним общаться? Но что если нет? Билли ведь сам предложил.       Дастин давно хотел с кем-то поделиться своими чувствами и переживаниями, он устал нести этот груз на плечах в одиночку. Парень даже порывался сходить к школьному психологу, но побоялся, что это каким-то образом может дойти до родителей. Если бы Лютер узнал, что его сын ходил к психологу, то случилась бы настоящая катастрофа. Он не признавал психологические проблемы, как и само понятие психологического здоровья. Для него психолог приравнивался к психиатру, а люди посещающие его, к шизофреникам, видящим летающие тарелки и разговаривающим с предметами.       С Рейчел бы тоже возникли проблемы. Если бы она узнала, что Дастин посещал школьного психолога, то закатила бы часовую истерику по поводу того, что она идеальная мать, все делает правильно и как это так, что у ее сына могут быть проблемы. Потом, успокоившись, она бы сама попыталась решить эти проблемы.       Рейчел была из тех людей, кто верит в связь человека со вселенной, силу подсознания и прочую антинаучную ерунду. Она бы сказала, что проблемы Дастина возникли из-за какой-то негативной энергии, которую он сам создал вокруг себя и как только, он очистит энергию, проблемы уйдут сами собой.       Вот поэтому он и не стал обращаться к психологу. А еще потому, что боялся осуждений со стороны психолога, пусть тот по долгу службы и не имел права кого-либо осуждать.       Однако Билли не психолог. Да, он вряд ли чем-либо сможет помочь Дастину, но рассказать то можно? Ничего ведь не будет? Или все-таки будет? Дастин не знал. Если бы он мог рассказать действительно что-то трагичное, что-то оправдывающее его поведение. Например, если бы его родители погибли в аварии или если бы над ним по-настоящему издевались, били или принуждали делать что-то неправильное, действительно неправильное. Но нет. Хоффманы с виду были абсолютно нормальной семьей. Мать заботилась о здоровье сына, отец о будущем, на что жаловаться? И все же Дастину хотелось пожаловаться, ибо именно из-за своей семьи он не был в порядке.       — Ну так что? Ты расскажешь? — спросил Билли. Его голос был мягким и спокойным.       — Я…       Дастин все еще не был уверен. С одной стороны, он очень хотел рассказать, но с другой боялся. Да, Билли казался тем человеком, который может понять, но что если это не так? Впрочем, возможно, Дастину следовало бы перестать видеть во всем какой-то подвох и понять, что порой вещи являются именно тем, чем кажутся.       — Я не знаю с чего начать, — сказал Дастин.       — Это значит «да»? — решил уточнить Билли.       — Да, — наконец решившись, ответил парень. В конце концов, нельзя всю жизнь быть таким, нужно научиться доверять людям, ведь далеко не все из них желают зла.       Билли задумался, он опустил правую руку в воду, ту на предплечье которой была татуировка космической ракеты, а потом резко поднял ее, создавая фонтан брызг.       — Давай так, — предложил он. — Ты расскажешь мне пять любых плохих вещей, которые произошли с тобой. Не сразу, впереди целое лето, так что рассказывай, как будешь готов. И, чтобы было честно, я расскажу тебе пять плохих вещей из моей жизни, хорошо?       — Но…тебе не обязательно ничего рассказывать, — сказал Дастин, пожалуй, впервые в жизни, сохранив с Билли зрительный контакт дольше двух секунд.       — А если я хочу? Просто, знаешь, Дастин, ты на меня так смотришь, будто я Мона Лиза или гребаный Иисус. С таким восхищением. Нет, ты ничего не подумай, я не об этом. Я о том, что ты считаешь, будто у таких людей как я нет проблем.       Дастин кивнул головой в знак согласия.       — Но это не так, у всех есть проблемы и…просто я подумал, что могу рассказать, чтобы все было по-честному, знаешь, твои пять плохих вещей, взамен на мои. Но, если не хочешь, слушать, я могу и не рассказывать.       — Нет, я хочу, — сказал Дастин. — Если тебе не трудно.       — О боже, ну я же сам предложил. Тебе нужно перестать бояться меня и, тем более считать идеальным. Поверь, я ничем не лучше тебя, я вон в квартире раз в месяц убираюсь и кровать вообще никогда не застилаю, и готовить, к слову, совсем не умею. Зуб даю, что я даже хуже тебя. Я ведь в аквапарке работаю не только летом, как ты, а вообще всегда. Это моя постоянная работа. И напоследок, чтобы ты окончательно разочаровался во мне, я вообще свою одежду не глажу, у меня даже утюга нет, потому что не умею и учиться не хочу.       Услышав все это, Дастин ни капли не разочаровался в Билли. Он считал его идеальным не за какие-то умения, подумаешь, он не знает, как утюгом пользоваться. Нет, Билли был идеальным, потому что умел шутить, потому что красиво выглядел и не боялся чужого мнения. Он был идеальным, потому что был свободным.       — И что? — пожал плечами, Дастин. — Я тоже не все умею.       Под «все» он подразумевал то, что у него не было склонности к точным наукам, вроде математики и информатики. Что же касается глажки, готовки и застилания кровати, то здесь у Дастина не возникало проблем и даже если он чего-то не умел, то довольно быстро учился. Но он променял бы все бытовые умения на то, чтобы быть таким, как Билли.       Будто прочитав мысли Дастина, Билли сказал:       — Ты, должно быть, думаешь, что круто быть таким как я, но прикол в том, что ты можешь быть как я, просто улыбайся, произноси столько слов в минуту, сколько можешь и вставляй тупые шутки к месту и не к месту, но, поверь, это далеко не то, что тебе надо. Ты можешь лучше, Дастин, я вижу.       Парень удивился, однако, возражать не стал. И все же, едва ли он мог лучше, с чего Билли вообще это взял?       Какое-то время они плыли молча, потом обнаружилось, что течение выключили, должно быть, аквапарк закрылся. Билли и Дастин нехотя слезли с кругов в прохладную воду бассейна. «Ленивая река» была достаточно мелкой, вода едва доходила до груди и до конца можно было дойти по дну.       — Слушай, Дастин, — начал Билли. — Что думаешь, насчет того, чтобы сейчас сходить в ресторан на набережной. Картошка фри с сырным соусом и беконом, пицца с колбасой чоризо, звучит круто. И белое вино, мне уже есть двадцать один и ничто не мешает мне его заказать.       Дастин не задумываясь хотел сказать «да». Предложение правда звучало круто. Ужин в ресторане у океана стал бы отличным завершением самого счастливого дня в его жизни. Но родители, он и так соврал им, что он скажет, когда вернется домой позже, чем должен был. Они ужасно разозлятся.       — Извини, но родители, они…       — Дастин, ты вроде хочешь быть как я, да? Сейчас я посоветую тебе кое-что не очень хорошее, ты не должен ко мне прислушиваться, но я все понимаю, поверь. Наплюй на родителей. Я не знаю всей ситуации, но, наплюй, реально.       А впрочем. Брэд Уокер ведь отличный друг, он разбирается в химических свойствах хлора, что может быть лучше? Если родители смогли принять, что он провел ночь в его доме, то как-нибудь переживут, что он поужинал с ним.       — Ну так что? — просил Билли. — Пошли, может, поговорим, но я не настаиваю.       — Пошли, — согласился Дастин.       Его жизнь должна была измениться и, самое ужасное, что он может сделать — препятствовать этим изменениям. Поэтому он наплевал на родителей, написал им по сообщению про Брэда Уокера и пошел с Билли в ресторан на набережной.