Место, где мы счастливы

      Двадцать шестого июля на Нью-Хоупе отмечали день острова. Этот праздник символизировал собой момент, когда этот клочок земли в Атлантическом океане, стал частью Америки. Нью-Хоуп был как Виргинские острова в Карибском море, не являлся штатом, но входил в их состав. На официальном языке это звучало как инкорпорированная организованная территория.       День острова отмечался с таким же размахом, как и Четвертое июля. Благо между этими праздниками был совсем небольшой временной промежуток и многая инфраструктура так и стояла со Дня независимости. Например, ярмарка на главной площади Лос-Дестени и установка для запуска фейерверков.       Туристы, конечно, Четвертое июля праздновали с большим энтузиазмом, но и к отмечанию столь памятной даты для острова тоже были не прочь присоединиться. На самом деле, им не то чтобы было важно значение тех или иных праздников, всем просто нравилось веселиться.       Дастин тоже любил веселиться, оказалось, это совсем не страшно, как всегда говорила Рейчел. На массовых мероприятиях нет террористов, а от фейерверков не случаются пожары.       К слову о Рейчел и Лютере — они полностью исчезли из жизни Дастина. Как только он ушел из дома и начал жить у Билли, он постоянно ждал звонка. Он нервничал на работе, ожидая, что они заявятся в аквапарк и заберут его. Оглядывался на улицах, боясь увидеть родителей. Но ничего не происходило, они словно исчезли и со временем Дастин расслабился. Признаться честно, он был рад. Было бы хорошо вообще больше никогда их не видеть. Однако рано или поздно они все же должны были найти его и порой Дастин нервничал из-за этого.       День острова Дастин должен был провести со Стефани, потому что пообещал ей, пусть они с того разговора в аквапарке, больше ни разу не виделись. Вообще, он предпочел бы пойти на праздник с Билли, но тот сказал, чтобы он позвонил Стефани и пошел с ней. Отказать Дастин не мог.       Девушка с радостью согласилась пойти с ним. Они договорились встретиться у входа на ярмарку в шесть вечера. Двадцать шестого числа они встретились там.       Билли отвез Дастина. Сам он на ярмарку не собирался, но сказал, что будет на пляже в десять вечера, когда состоится запуск фейерверков. Дастин взял с него обещание, что они встретятся. Билли согласился, но потом добавил, что Дастину это вряд ли потребуется. Сам парень так не считал. Стефани была милой и хорошей девушкой, но посмотреть на фейерверки он хотел вместе с Билли. К тому же, как потом выяснилось, Стефани и вовсе будет вынуждена уйти в восемь. Она уезжала завтра, ее самолет вылетал в пять утра.        Она сообщила об этом Дастину, как только увидела его у входа на ярмарку.       — Ладно, — только и смог ответить он.       — Ты точно не расстроился? — поспешила уточнить она.       — Нет, я понимаю, тебе надо выспаться перед перелетом.       — Извини, я правда не специально. Я бы с радостью осталась с тобой посмотреть фейерверки.       — Ничего.       Нехотя Дастин признал самому себе, что рад сложившейся ситуации. Он сможет провести лучшую часть праздника с Билли. Узнав новость, он тут же написал Билли об этом и договорился с ним встретиться на городском пляже около десяти.       Дастин и Стефани вошли на территорию ярмарки. Там было много людей, слишком шумно и ярко, пахло попкорном и сладкой ватой. Стефани говорила что-то, но Дастин плохо ее слышал из-за громкой музыки.       — Что ты сказала? — переспросил он.       — Я говорю: ты слышал про ураган?       — Да, — кивнул Дастин, припоминая что-то такое.       — Ты боишься? Говорят, это будет сильный ураган.       — Не особо, не знаю, я никогда не видел ураганы, — ответил Дастин.       — Я тоже, но думаю, что ураганы страшные. Надеюсь, тут все будет в порядке.       — Я тоже.       И все разговоры Дастина и Стефани в тот вечер были примерно такими. Пустыми и бессмысленными, но, отчасти, приятными. Дастину нравилось общаться с девушкой, она была милой и приятной, но никаких эмоций он не испытывал. Для него Стефани была просто…просто хорошим человеком, но не больше. С ней неплохо гулять, они ели сладкую вату, ходили туда-сюда по ярмарке, разговаривали ни о чем. Дастин больше не боялся с ней общаться, но и особого удовольствия от процесса не получал.       Однако время пролетело быстро и уже скоро маленькая стрелка часов достигла восьми.       — Я очень рада, что мы пообщались, — улыбнулась Стефани, когда они стояли в паре кварталов от главной площади и прощались.       — Я тоже, сказал Дастин.       — Жалко, что я уезжаю, но ничего, может, мы будем общаться, может, я еще когда-нибудь приеду сюда.       — Было бы неплохо.       — Я постараюсь, но все зависит от родителей. В любом случае, была рада знакомству.       Стефани наклонилась к Дастину и поцеловала его в щеку. Он искренне ей улыбнулся.       — Мне пора, — сказала она.       — Пока, может еще увидимся.       — Надеюсь, но ты можешь мне звонить и писать в любой момент. И еще, у тебя хорошие рисунки, Дастин, правда, у тебя есть талант.       — Спасибо, — улыбнулся он. — Но твои работы все равно лучше.       Стефани ничего не сказала, она лишь помахала ему рукой на прощание и ушла. Дастин смотрел, как ее тоненький силуэт исчезает за поворотом и ничего не чувствовал, ни тоски, ни грусти расставания. Разве он не должен был испытывать эти эмоции? Разве Стефани не должна была ему нравиться? Умом Дастин понимал, что должна. Ему шестнадцать, самое время построить первые отношения, впервые влюбится и Стефани была идеальна для этого. Только вот Дастин ничего к ней не чувствовал. Нет, симпатия была, но совсем не такая, какой следовало быть. Дастин воспринимал Стефани просто как хорошего человека. Он не был в нее влюблен.       При мыслях о любви перед глазами вырисовывалось красивое лицо Билли, обрамленное светлыми кудряшками. Но это если речь шла именно о любви, а не о влюбленности. Это было совсем другое чувство и лишь навязчивая мысль о поцелуе омрачала его. Но ничего, Дастин знал, что как бы ему не хотелось этого, он ни за что не поступит так.       До встречи с Билли оставалось еще часа полтора и на что потратить это время Дастин совершенно не знал. Возвращаться на ярмарку не хотелось — там слишком много людей. Пусть он и не боялся угрозы теракта, но все равно чувствовал себя некомфортно, когда со всех сторон его окружали толпы людей и кто-то постоянно норовил задеть локтем или наступить на ногу.       Дастин решил просто прогуляться по городу и медленно спуститься к пляжу. Конечно, это не займет полтора часа, но хоть как-то поможет скоротать время.       Парень шел по ночному городу совершенно один, миновав несколько кварталов от главной площади, он оказался в районе, где не было почти ничего, кроме отелей. Все люди были либо на пляже, либо на ярмарке, так что эти улицы остались пустынными. Дастин ощутил тревогу, она внезапно подкралась к самому горлу.       Однако представляя источник тревоги, он видел не маньяка-насильника или плохую компанию, затаившуюся в подворотне, а Лютера, своего отца. Ему казалось, что вот-вот и отец выйдет из темноты и заберет его в худший прежний мир, в котором он существовал всю жизнь. Может даже это будет Рейчел с Мелани на руках. Она возникнет посреди улицы, скажет, что рискует здоровьем его сестры, начнет кричать, плакать, а потом превратиться в мерзкого склизкого монстра и разорвет Дастина на куски своими огромными острыми зубами. А Мелани, которая тоже превратиться в чудовище, съест эти куски.       Дастин отогнал от себя подобные мысли. Конечно, его родители не могут превратиться в монстров из фильмов ужасов, да и вряд ли они выслеживают его, затаившись в темной подворотне, но все равно парень ускорил шаг. Ему хотелось быстрее оказаться среди людей, пусть они и не гарантировали безопасность. Родители ведь могут быть и там. Они могут быть везде. Они найдут его!       На пляже Дастин оказался за час до назначенной встречи, как бы не старался идти медленно. В свете фонарей променада и в окружении людей он почувствовал себя лучше. Однако он все равно мельком вглядывался в лица случайных прохожих.       Он подумал, что хорошо было бы сейчас выпить. Это бы успокоило нервы. Дастину хотелось зайти в первый попавшийся бар и взять Мохито, но, к сожалению, у него ничего бы не вышло, не здесь. В заведениях на пляже почти всегда просили удостоверение личности. Возможно, где-то в барах для местных алкоголь можно было достать и без него, но только не здесь. На пляже, не достигнув двадцати одного, нечего было даже пытаться.       Дастин каждую минуту смотрел на часы. Присутствие Билли облегчило бы его волнения, но в одиночестве он ощущал себя беззащитным.       Какое-то время он бездумно бродил по пляжу, пока естественная нужда не привела его в общественный туалет. Туалеты на пляже не делились на мужские и женские, поэтому он совсем не удивился, увидев там девушку. Зато он удивился, когда она обернулась и посмотрела прямо на него. Это была Пенелопа, та самая, с вечеринки в доме Ариэль. Она долгое время смотрела на него, недоверчиво сведя брови к переносице, а потом произнесла:       — Где-то я тебя уже видела.       — Эм, — Дастин не был уверен, что ему стоит разглашать подробности их встречи, поэтому ограничился нейтральным «возможно».       — Нет, точно виделись, я помню. Ну и прикол, я помню, как виделась с каким-то малолетним пацаном. Хотя, ты ничего, реально ничего, милый такой и щеки у тебя прикольные.       Она рассмеялась, поправляя длинные прямые волосы. Дастин не мог определиться, как воспринимать ее слова: как комплимент или как оскорбление. Впрочем, можно было просто пропустить их мимо ушей.       — Возможно, — повторил он.       — Ааа, — протянула Пенелопа. — Кажется вспоминаю. Четвертое июля, да? Меня какая-то шлюха с красными волосами позвала, вот я и пришла, еще там был Дрейк, урод конченый, ненавижу Дрейка. Но ты тогда кто?       — Я Дастин, — сказал он, прежде чем успел понять, насколько глупо это прозвучало.       — И? Думаешь мне это о чем-то говорит? — подняла бровь Пенелопа. — Ты лучше мне скажи…       Она с опаской осмотрелась по сторонам и, убедившись, что никто не видит, схватила Дастина за предплечье и затянула в одну из кабинок. В нос ударил мерзкий запах — смесь общественного туалета и дешевого моющего средства, но Пенелопе, кажется, было все равно. Дастин с непониманием смотрел на нее. Ему хотелось выбраться из кабинки, однако, делать этого он не спешил. С Пенелопой было спокойнее, чем в одиночестве. Главное было только не вспоминать, о том, как он трогал ее грудь. Конечно, Дастин об этом вспомнил!       — Я предлагала тебе что-нибудь? — спросила девушка.       Ее лицо было слишком близко от лица Дастина, он мог чувствовать запах сигарет, арбузной жвачки и сладких духов. Что она подразумевает под что-нибудь он не понял, но зачем-то сказал «да».       — Порошок? Таблетки? А то я что-то не припомню.       Так вот что ее интересовало.       — Экстази, — ответил Дастин. Русло, в которое уходил этот разговор, ему не нравилось, но он продолжал отвечать на вопросы Пенелопы, стараясь игнорировать отвратительный запах.       — Ммм, ясно, и как тебе?       — Круто.       Дастин не понял, почему свои впечатления от приема наркотиков описал именно этим словом. Однако ведь было круто, на самом деле, до того как он чуть не утонул в бассейне. Парень не помнил, как конкретно было, но бесспорно было хорошо.       — Хочешь еще? — спросила Пенелопа.       Вопрос застал Дастина врасплох. Он понимал, что должен ответить «нет», но ему хотелось согласиться. Правда, он не хотел платить за это. Покупать наркотики — нет, так низко он еще не пал. Но Дастин прекрасно понял, что Пенелопа продает их и ничто кроме денег ее не интересует.       — Вижу что хочешь, — сказала она и полезла в сумочку.       — Я не…       — Дарю, — улыбнулась Пенелопа, протягивая Дастину пакетик с двумя разноцветными таблетками. — На этот раз бесплатно.       Дастин с опаской посмотрел на пакетик, не зная, соглашаться ему или нет.       — Не бойся, реально бесплатно. Но…если захочешь еще, я дам тебе свой номер.       Дастин взял пакетик у Пенелопы и засунул его в карман. Он попытался улыбнуться ей, но получилось кривовато. Он уже начал сомневаться в правильности поступка, однако, он же не платил за таблетки, а это что-то да должно было значить.       — Ты можешь его где-нибудь записать? — спросила Пенелопа.       — Что записать?       — Номер. Ладно, пофиг, я сама.       Пенелопа достала из сумки какой-то чек и написала на нем свой номер, отдала Дастину. Парень засунул его в карман и поблагодарил ее.       — Обязательно позвони, только ты это, но говори по телефону…ну ты понял, не дурак же.       — Я понял.       Дастин решил, что на этом они попрощались и вышел из кабинки. Как же приятно дышать свежим воздухом! Пенелопа что-то сказала, но он толком не разобрал и просто бросил ей «пока» и вернулся на пляж. До встречи с Билли оставалось двадцать минут, но Дастину они казались бесконечными. Его рука невольно потянулась к карману, но он отдернул ее. Не сейчас, когда-нибудь, но не сейчас.       С Билли они договорились встретиться у входа на пляж и как только эта встреча состоялась, Билли засыпал Дастина вопросами на счет того, как прошло свидание со Стефани. Дастин поспешил убедить его в том, что никакое это не свидание, однако тот стоял на своем. Он пересказал все, что происходило, правда, как оказалось, не происходило ничего. Билли бросил пару шуток на тему того, что разочарован и они пошли занимать места, откуда хорошо будут видны фейерверки.       Дастин радовался, что он проведет этот вечер с Билли и, казалось, ничто не могло его испортить, но нет. Опасения Дастина сбылись.       Лютер.       Он появился на пляже за две минуты до начала фейерверков. Дастин заметил в толпе его хмурое озлобленное лицо. К счастью, Лютер не сразу увидел сына. Было темно и многолюдно, это спасло Дастина на пару минут.       Лишь на пару минут. Это все равно конец.       Стоило Дастину увидеть отца, как все лето пронеслось перед глазами, все лучшие моменты. Ему казалось, что он умирает. Истекает кровью и никто уже не сможет ему помочь, даже Билли. Дастин чувствовал, что это произойдет, понимал, что родители найдут его, но почему сейчас?! Почему жизнь оборвется именно в этот момент? Впрочем, может не так уж и плохо, по крайней мере Дастин счастлив.       — Он здесь, — едва слышно произнес парень, но Билли это услышал.       — Кто?       — Мой отец, он здесь, сейчас он придет.       Дастин чувствовал, как голова начинает кружиться, к горлу подкатывает паника.       — Эй, не бойся, все будет нормально, — улыбнулся Билли.       — Нет, нет не будет, я…спасибо тебе за все и прости, — сказал Дастин. — Ты столько для меня сделал и…       — Боже, что ты несешь?       — Мы больше не увидимся, — с отчаянием произнес Дастин.       Ему было так больно осознавать, что им нужно попрощаться. Все было так хорошо и вот, в один момент, все разрушилось. Он больше никогда не увидит Билли. Нет, может и увидит, но это будет очень-очень не скоро.       — Успокойся! — сказал Билли, взяв Дастина за плечи.       Это не сработало, Дастин не мог успокоиться. Он чувствовал, что Лютер вот-вот найдет его. Он вспоминал как было хорошо и пусть это «хорошо» еще не закончилось, он уже смотрел на все произошедшее, как на воспоминания. Где-то далеко остался запах хлорированной воды в бассейнах, морской ветер, крики детей, словно это было в другой жизни. Словно этого не было вовсе.       Неужели все могло закончиться так быстро?       Дастин посмотрел в глаза Билли, будучи уверенным, что он видит его в последний раз.       В следующий момент он услышал как Лютер кричит его имя, а потом грохот и свет. Первые фейерверки взмыли в ночное небо, озаряя его разными цветами. Билли что-то говорил, но Дастин не слушал, он смотрел в его голубые глаза и старался навсегда их запомнить. Голос Лютера звучал громче, периферийным зрением Дастин видел его, но старался не поворачивать голову.       — Дастин! — Лютер стоял совсем близко, его рука тянулась к парню.       Нет! Не сейчас, это еще не конец.       Дастин посмотрел на Билли и сделал то, что хотел, ведь уже нечего терять. Лучше он сделает это и пожалеет, чем не сделает и тоже пожалеет. Дастин прижался своими губами к губам Билли.       В ночное небо яркими блестящими вспышками взмывали новые и новые залпы фейерверков.       Дастин чувствовал тепло губ Билли и ему казалось, что он падает. Но это падение было приятным, как на американских горках. А потом все закончилось.       Лютер схватил Дастина за руку и резко потянул на себя.       Небо все еще озарял свет фейерверков, но для Дастина мир погрузился во тьму и последним, что запомнил было растерянное лицо Билли и его голубые глаза.